Глава 3.

Ночь. Звездное небо над головой. Тишина. Прекрасно. Лучшее время для охоты. Я сидел на крыше здания, свесив ноги. Внизу бродил весь этот сброд, который я должен когда-нибудь защищать. Надоело. Вдруг в окне загорелся свет. А вот и она. Я не торопился нападать. Опытный хищник ведь всегда выжидает удобный момент? Вот его я и ждал. Наблюдал за тем, как она входит на кухню в одном полотенце. Эта дура даже не знает, как близко ее унижение. Мое ленивое наблюдение превратилось в такую же ленивую охоту. Вот она стоит около плиты, помешивая какую-то отвратительную на вид смесь. Эта девка даже не справляется с главной обязанностью женщины — угодить мужчине своей едой. В клане бы ее за такой выпороли. Инкубатор, который не умеет готовить? На помойку. Поджав под себя ногу, я с интересом смотрел, как этот ничем не интересный материал занимается своим… обычным вечером. Такая естественная, наивная в своей собственной среде. Вот она пробует свою жижу со сковородки и морщит носик. Смешно. Разве женщина должна быть такой… свободной? Да она даже пританцовывает? Она что, слушает музыку, когда готовит? Ее жизнь явно ничему не учит. Видимо, ей эти тупые мелодии дороже собственной личности. Врезалась в меня из-за музыки в ушах, а сейчас еще и готовит под нее. Мерзко, но… но почему? Кто дал ей право так… так улыбаться? Как же это начинает раздражать. Я не спешил, выжидал, ждал удобного момента и сам не заметил, как увлекся. Было ощущение, что я смотрю очень тупое кино: тупая женщина, тупой вечер, тупые действия. Ничего в ней не говорило о том, что она какая-то особенная. Но смотреть на нее, точнее даже следить за ней, доставляло мне удовольствие. Она даже не знает. Не знает, что слежу, что я наслаждаюсь ее слабостью и беззащитностью. Хищно улыбнувшись, я потянулся, чтобы слегка размять затекшие мышцы. Как бы много я ни тренировался, но долго сидеть на одном месте утомляет больше, чем драка. Бесит. Кто это? Какого вообще?.. Я подскочил на ноги. Не может этого быть, просто не может быть! Почему он? К этой малявке со спины подошел какой-то несчастный пацан и обнял ее. Мою игрушку. Не заметив, как мои ладони сжали парапет крыши и погнули лист железа, я с непонятным трепетом наблюдал за тем, как она с восторгом отвечает на его ласки. Дешевая шлюха тает под поцелуями какого-то идиота, который… с улыбкой на лице пробует ее стряпню со сковородки. Я истерично рассмеялся, челюсть заходила ходуном, заставляя зубы издавать противный скрип. Убью. Сначала этого пацана. Пусть смотрит и видит, что ее мир контролируется мной. А потом убью ее. На секунду я даже забыл, где я, но вовремя остановился, поймав себя на том, что уже был готов прыгнуть на ее балкон, чтобы прервать эту мерзкую идиллию. Нельзя, слишком рано. Выдохнув и успокоив клокотавшую внутри ярость, я снова вернулся в исходное положение. Сдерживай себя. Вспомни, кто ты. Не веди себя как импульсивный дурак, ты ведь будущий глава. Научись терпению, научись ждать подходящего момента. Неинтересно будет, если я разрушу эту «красоту» прямо сейчас. Из-за собственных мыслей я даже смог отвлечься от происходившего на кухне той мелкой твари. К моменту, когда взгляд вернулся в эту «идиллию», они вдвоем уже сидели за столом, ели эту мерзкую кашу прямо со сковородки и о чем-то мило беседовали. Фу, аж тошнит. Я смотрел на то, как девка говорит со своим «мужчиной», накладывает ему еду, поправляет ему волосы. Он настолько бесхребетный идиот, что позволяет этой шлюхе себя касаться, хах. Ну разве мужчина тот, чья баба не знает своего места? Интересно, что будет, если я нарушу их идиллию? Я осмотрелся вокруг в поисках чего-то небольшого, но тяжелого. О, отлично, кусочек кирпича — то, что нужно. Мне даже не нужно целиться, я и так знаю, что делать. Легкий, резкий взмах руки, звук, рассекающий воздух, звон стекла и… да не может этого быть! Я схватился руками за уже погнутый парапет крыши и рассмеялся так, что заболели мышцы живота. Он спрятался за нее, боги, да он еще более тупой и бесполезный, чем я думал. Раздавить такого жалкого муравья будет даже как-то скучно… Вытерев слезы из глаз, я снова вернулся к своему наблюдению. Она успокаивает его? Или я что, в момент отупел? Какой бред, ни он ни она не знают своего места. Бедный жалкий парнишка чуть не обмочился в штаны, а она ему слезки вытирает. Всё! Я больше не могу смеяться, это абсурд! Я, довольно бормоча себе под нос, продолжал наблюдать. Вот она погладила его по голове, приобняла, похлопала по спине, право, как дитя малое. Впрочем, чего я ожидал? Он не мужчина, она не женщина. Два идиота, абсолютно не стоящих жизни. Все к чертям перепутали и думают, что они нормальные. Может, все-таки вмешаться? О, она наконец-то посмотрела в окно. Я оперся на ладони и с хищным, диким оскалом смотрел на нее. — Привеееет, — протяжно сказал я, видя, что она заметила мою фигуру на крыше. Маленькая сучка слишком тупа, чтобы услышать меня. Подняв правую руку, я несколько раз помахал ей и чуть не растекся по крыше от удовольствия, видя весь спектр эмоций на этом тупом лице: непонимание, осознание, отторжение и… вот оно! Страх! Чистый, нефильтрованный страх. Она видит меня. Она знает, что я пришел. Что ж, и как бы мне дальше поступить? А к черту, надоело. Пусть успокаивает свое визжащее от страха на полу ничтожество. Устал, хочу спать. Я снова помахал ей рукой, видя, что она смотрит на меня. До чего же прелестная картина — замеревшая от ужаса кукла, смотрящая на меня. Обязательно вернусь. Я подошел к краю крыши и, спрыгнув вниз, легко приземлился на обе ноги. На сегодня мне достаточно. Тихая ночь. Легкий осенний ветер, развевающий мое кимоно. Хруст опавших листьев под ногами. И она в ужасе, смотрящая мне вслед с балкона. Я даже не оборачивался, ведь знал — она смотрит. Чувствовал. И от этого только шире улыбался. Я убью ее, не замарав рук, за меня все сделает ее собственный страх. Превосходно. Вдруг я остановился. Обернулся и посмотрел на нее. Может, остаться? Добить ее, сломать, раскрошить и без того шаткую и мнимую картину мира? Все равно идти некуда. Возвращаться в поместье клана после вида триумфального унижения этой суки будет обидно. Выслушивать о том, что мне надо жениться на «принцессе» Камо, а мыслями быть на крыше… черт, как же это всё отвратительно. Хочу остаться. Но я все равно развернулся и направился дальше. Туда, где мне место, как бы это ни было отвратительно. Я будущий глава. Хочешь не хочешь, надо соответствовать. А я хочу. Хочу власти, силы, превосходства над другими. Хочу все то, что делает меня Зенином. К ней я вернусь позже, обязательно вернусь. Хочу вернуться, чтобы закончить то, что начал. Охоту. Улыбка удовольствия от мысли, что эта мелкая девка трясется от страха передо мной вместе со своим позорным «мужчиной», не сползала с моего лица. И в данную секунду для меня было абсолютно не важно, кто и что на это скажет. Это моя женщина, моя игрушка, моя собственность, которую я буду ломать ровно столько, сколько захочу. Стоя на пороге поместья, я выпрямился. Теперь это снова я, Наоя Зенин, наследник и второй по силе в клане. Держи лицо, наводи ужас, ненавидь, в общем, будь собой. Игра продолжается.