Глава 12

— Это последняя? — спросила Юки, внося картонную коробку с надписью «кухня». Было очевидно, что это почерк Чосо. Твой был не таким аккуратным. В коробке было полно посуды. Твоя мама настояла на том, чтобы ты забрала ее, когда съезжала, и она неизбежно последовала за тобой сюда. Некоторые вещи просто невозможно было оставить позади. На поиск этой квартиры ушли месяцы, уговоры арендодателей принять залог и попытки угадать с датой переезда, чтобы совпасть с поступлением Юджи в колледж. Она была намного лучше по сравнению с предыдущим жильем. В этой квартире было две спальни, расположенные подальше от улицы. Гостиная была просторной и светлой, что оказалось очень кстати, учитывая количество растений, которые привез с собой Чосо. Высокие окна во всю стену обеспечивали много солнечного света. Эта деталь будет особенно ценна с наступлением коротких дней. Кухня была небольшая, но ее открытая планировка компенсировала недостаток места. Она была достаточно просторной для той социальной жизни, которую вели вы оба. К твоему удивлению, арендная плата оказалась такой же, как и за твою прежнюю квартиру. Хоть она и располагалась немного дальше от центра, зато была значительно ближе к колледжу Юджи. Внизу жили хозяева — пожилая пара, владевшая этими домами с тридцати с небольшим лет. Ты с первого взгляда влюбилась в деревянный пол и высокие потолки. Квартира была далеко не новой, но ее обжитой вид помогал почувствовать себя как дома. Потому что так оно и было. — Думаю, в машине Чосо еще есть вещи Юджи, — сказала ты, передвигаясь между коробками в комнате. Кровать стояла посреди пустой спальни с двумя большими окнами слева, через которые пробивалось утреннее солнце. Понадобятся довольно плотные шторы, если вам захочется поспать подольше после рассвета. — Они ушли за сигаретами в магазин на углу, — добавила ты, помогая Юки расставить стулья вокруг кухонного стола и поставить цветы, которые принес Сатору. — Здесь немного душно, не думаешь? — неловко спросила Юки, оглядываясь в поисках окна. Она обмахивалась рукой и вытирала лоб краем своей черной водолазки без рукавов. — Вентиляция сломана. Арендодатель должен прийти и проверить ее на этой неделе. Ты прошла в заднюю часть квартиры и открыла застекленные балконные двери, впуская ветер и прогоняя влажный воздух, задержавшийся внутри. Осень на цыпочках прокралась за угол. Листья еще не начали менять цвет, но что-то в воздухе подсказывало, что лето подходит к концу. — Это местечко милое, — призналась Юки, подходя к тебе и восхищаясь общим задним двором, который ты теперь делила со своими новыми соседями. Ты повернулась к ней с улыбкой, услышав, как Сугуру и Сатору открывают дверь, неся диван и жалуясь на его тяжесть. — Пришлось, конечно, побороться с шестью людьми, чтобы заполучить его. Но это того стоило, — ты усмехнулась. — И не говори, — Юки засмеялась, оглядываясь назад. Ее брат с парнем ставили на пол последний предмет мебели. — Почему вы можете отдыхать на балконе, а нам приходится таскать тяжести? — пожаловался Сатору, вытирая пот тыльной стороной руки. Его белые волосы прилипли ко лбу. Юки сердито посмотрела на Сатору, и он покраснел, смутившись. Знал, что лучше не злить ее своими жалобами. Сугуру простонал, потягиваясь, чувствуя боль в спине. Этот день был долгим для всех. — Спасибо за помощь, — ты засияла, благодарная за круг общения, который сформировался с тех пор, как в твою жизнь вошел Чосо. Минувший год пролетел как вихрь, едва оставив время на осмысление, и быстро уступил место привычной рутине. В этом быстром течении медленной жизни таилась своя двойственность. Раньше ты никогда по-настоящему не понимала, что имели в виду взрослые, говоря, что время летит. Ты думала, это просто фраза, которую люди повторяют друг другу, делая вид, что понимают ее смысл. Между поздними вечерами в офисе, повышением, поездками Чосо на выездные сеансы и выпуском Юджи прошел целый год. И вот вы снова оказались там, где были в канун осени прошлого года. Не то чтобы в жизни можно было найти какой-то смысл. Ты давно уже отказалась от этой идеи. Однако было что-то в том, чтобы быть окруженным людьми, которые тебе дороги. И то глубокое чувство удовлетворения, которое дарила их искренняя, заслуженная любовь, наполняли тебя с такой силой, о которой ты и не подозревала. Действительно, все дело было в мелочах. Поздние ужины в кругу новых друзей, воскресные дела с Чосо и Юджи, поездка в Италию с Ханной. Слухи в офисе, День рождения, проведенный с ними, и сопровождение на выпускном балу. В жизни было нечто большее, чем подчинение ожиданиям. Ты была бесконечно благодарна Чосо за то, что он показал тебе, как наконец разорвать узы, которые держали тебя в плену горького сожаления о несдержанных обещаниях и парализующего груза «что, если бы». Это научило тебя красоте принятия уязвимости, умению быть здесь и сейчас и внимательности к тем, кто тебе дорог. Через Чосо ты поняла, пусть и с некоторым опозданием, что нет смысла зацикливаться на этом. Ты никогда не считала себя особенно суеверным человеком, но что-то в событиях, приведших тебя к этой жизни, казалось слишком идеальным, чтобы списывать это на удачу. В этом было утешение. — Смотри-ка, кто теперь бездельничает, — раздался веселый голос Чосо, заставив тебя вздрогнуть. Ты повернулась к нему с облегчением. Его волосы были в полном беспорядке, торчали во все стороны, а глаза выглядели такими же усталыми, как обычно. — Я весь день поднималась по лестницам. Я устала, — ты рухнула на новый диван, закинув ноги на стеклянный журнальный столик. Он посмотрел на тебя с ухмылкой. Юки достала пиво из почти пустого холодильника, протягивая по одной бутылке парням, сидевшим за столом. Юджи вошел с последней коробкой своих вещей, поставил ее в комнате, а затем бросил толстовку на кресло, после чего уселся рядом с тобой на диване. По выражению его лица было видно, что он внутренне обдумывает, как задать тебе вопрос. Ты взглянула на него, приподняв бровь, и подбадривающе кивнула. Юджи глубоко вдохнул, собираясь с духом. — Можно Мегуми останется на ночь? — вырвалось у него. Почти слишком быстро, чтобы ты успела разобрать слова. Чосо цокнул, сидя в кресле на другом конце гостиной. — Почему ты спрашиваешь у нее? Юджи пожал плечами. — Это ее квартира, — объяснил он с легкой усмешкой. — Да и она всегда соглашается. Ты рассмеялась, когда Чосо снял тапок, чтобы бросить его в брата. Он промахнулся, и обувь попала в Сатору, который сразу же начал жаловаться. — Это и моя квартира тоже! Мое имя есть в договоре аренды, — возразил Чосо, бросив тебе взгляд в поисках поддержки. Ты скрестила руки и наблюдала за происходящим. — Да, но кто за нее платит? — парировал Юджи. Юки тихо посмеивалась за его спиной. — Ты мелкий засранец. Чья это вина, что я на мели, а? — ответил Чосо с недоверием на лице. Ты рассмеялась, и его нахмуренный взгляд упал на тебя. — Ты считаешь это смешным? Если он вырастет избалованным, я тебе это припомню. — Да, Мегуми может остаться на ночь, — сказала ты Юджи. Он показал средний палец своему брату, чтобы еще больше его разозлить, и побежал в свою комнату за телефоном. Ты встала и подошла к Чосо, чтобы поцеловать его. — Он достаточно взрослый, чтобы даже не спрашивать. Оставь его в покое, у него все получается отлично, — Чосо пробормотал что-то себе под нос, а затем нежно погладил твою руку большим пальцем. Вы вдвоем уже чуть больше года неофициально «совместно воспитывали» Юджи. Сначала это было странное промежуточное состояние — приходилось исполнять роль партнера, а также родительской фигуры для подростка, которого ты едва знала. Юджи быстро понял, что ты не умеешь ему отказывать, и использовал это в своих целях, что приводило его брата в ярость. Тебе же очень нравилась та роль, которую ты заняла в его жизни. Ты никогда не считала себя человеком, ориентированным на семью, но что-то в этой милой неидеальной компании пробудило в тебе то, о чем ты даже не подозревала. Это было неописуемое чувство — осознание того, что тебя любят. Ты никогда особо не задумывалась о том, какая это привилегия — возвращаться домой к кому-то, принадлежать какому-то месту и создавать для себя уют. — Вы останетесь на ужин? — спросила ты друзей, которые болтали за пивом на вашей кухне. Юки покачала головой, бросив взгляд на двоих парней. — Мне пора идти. И им тоже, — оба посмотрели на нее с одинаковым недоумением. Юки, видимо, решила за них, что они задержались. Сугуру понял намек первым. — О? Да! У нас были планы, — неубедительно солгал он, подталкивая своего парня. Сатору был ужасным лжецом. — Ах да! Важные планы, — ответил он, не сумев придумать ложь так быстро. Ты тихонько хихикнула, качая головой в недоверии. Чосо разочарованно зажал нос. Трое друзей собрали свои вещи, а ты в последний раз благодарила их за помощь. Как только они ушли, в квартире воцарилась тишина, и теперь здесь остались только вы трое — в вашем новом доме. — Мне очень нравится, — сказала ты, оглядываясь вокруг и замечая, что с вещами стало намного уютнее. — Мне тоже, — ответил Чосо, обняв тебя сзади. Его руки ласково касались оголенной кожи на твоем бедре. Ты остановилась на секунду, чтобы в полной мере ощутить этот момент и полюбоваться тем, как вечернее небо раскрашивается в невероятные цвета. — Моя мама пригласила нас на выходные. Чосо промычал. Вибрация от его груди прошлась по твоей спине. — Правда? Ты кивнула. — Она даже спросила, приедет ли Юджи. Они сняли домик у озера. — Хочешь поехать? — спросил он, в голосе прозвучала легкая тревога. С тех пор, как ты объявила о своих отношениях родителям, ваша связь с ними пострадала. Поначалу твои родители не были самыми понимающими в отношении твоего решения, опасаясь его как человека. Чосо пришлось проглотить свою гордость, когда он встретился с ними. У него никогда не складывались отношения с родительскими фигурами, учитывая собственный опыт. Вы оба не ожидали, что Юджи сыграет такую роль. На Рождество вы все вместе провели выходные в доме твоих родителей. Юджи покорил их с того момента, как переступил порог. Что-то в его детской невинности помогло твоим родителям вспомнить более простые времена, когда ожидания не портили отношения, а поцелуев было достаточно, чтобы залечить любые раны. Отношения между тобой и матерью все еще были натянутыми, но исцеление шло хорошо. — Думаю, Юджи понравится домик, — ты избегала вопроса Чосо, нежно улыбаясь ему. Этого ответа ему было достаточно. — Как насчет того, чтобы ты поискала свою пижаму в тех коробках, а я пока наберу тебе ванну, раз уж она у нас теперь есть? — предложил Чосо, целуя тебя в висок. Ты кивнула, не в силах сдержать восторженную улыбку. Ванна была именно тем, что тебе было нужно. Мягкое ароматное мыло расслабило ноющие мышцы, когда ты погрузилась в теплую воду. Ты вышла освеженной, но усталость быстро вернулась, заставляя мечтать о кровати. В гостиной Чосо и Юджи занимались установкой телевизора. — Юджи, моя мама пригласила нас на выходные в домик и спросила, поедешь ли ты, — сказала ты ему, стоя над братьями и поглядывая на спутанные провода, которые они пытались распутать. — Прямо на все выходные? Ты кивнула. — Мы вернемся в понедельник вечером. Он замолчал, обдумывая планы на выходные с Мегуми. Они собирались вместе посетить тот самый канцелярский магазин, где Мегуми всегда покупал свои ручки. — Может Мегуми поехать с нами? — внезапно спросил он, чувствуя на себе гневный взгляд брата. Удивленная этой просьбой, ты на мгновение замерла, глядя на выражение лица Юджи. — Спрошу у мамы. Проблем быть не должно, — уступила ты, хватая телефон. Ты заметила, как Чосо закатил глаза, когда ты в очередной раз поддалась просьбе его брата, и усмехнулась ему. — Отстань, — тихо произнесла ты, чтобы Юджи не услышал. Чосо улыбнулся в ответ, забавляясь. Раздался звонок в дверь, и Юджи бросился к ней, чтобы встретить того, кто, как ты предположила, был Мегуми. Ты зевнула, потягивая руки над головой. — Я иду спать. Ты идешь? Чосо отпустил шнуры, которые держал, и последовал за тобой в пустую комнату. В пустоте стен была какая-то странная утешительность — новая страница, новое начало — и тебе не терпелось понять, как ее заполнить. Ты устроилась под одеялом, Чосо выключил свет и присоединился к тебе. Знакомый запах его геля для душа достиг твоего носа, ещё больше успокаивая тебя. Его кожа всегда была на несколько градусов теплее твоей, и ты ощущала это, прижимая щеку к его груди. В воздухе царила привычная тишина — лишь приглушенный разговор двух мальчиков проникал сквозь стены. — У тебя завтра нет занятий? Чосо кивнул, убирая выбившуюся прядь, упавшую тебе на глаза. Его взгляд остановился на твоем лице. Он любовался тем, как потрясающе ты выглядела при тусклом свете светильника, который он купил, пока вы не распаковали остальную мебель. — Есть. Но начинаются в четыре. Ты хмыкнула, ткнув Чосо в нос указательным пальцем и проведя по шраму. — Я люблю тебя, — прошептала ты. Чосо собирался ответить, когда Мегуми и Юджи рассмеялись, прервав этот нежный момент. — Тише там! — воскликнул Чосо, хотя в его голосе не было раздражения от того, что двое парней шумели по ту сторону стены. Их смех усилился. — Спокойной ночи, — хихикнула ты, устраиваясь поудобнее. — Спокойной ночи, — ответил Чосо, обвив тебя рукой за талию. Его присутствие убаюкивало тебя. Ты наслаждалась покоем, ощущая удовлетворение от того, что наконец приняла любовь, которую заслуживала. Поначалу это было непросто. Первые месяцы отношений прошли в обучении отпускать контроль и позволять себе сплетать свою жизнь с жизнью других. Чосо был терпелив, учась проявлять к себе ту же заботу и доброту, которые он щедро дарил окружающим. Любовь раскрывалась с безграничной самоотверженностью, но в то же время требовала и определенной доли эгоизма, что побуждало искать компромисс, стремясь найти равновесие в этом новом, еще не до конца понятном состоянии. Детали всегда можно было разобрать позже, времени на это было предостаточно.

***

Было слишком рано. Ты это знала, потому что даже с закрытыми глазами чувствовала, что солнце еще не начало всходить. Окна были еще голые — любой свет просочился бы внутрь. Пара рук разбудила тебя, скользя по коже в безмолвном восхищении. Ты застонала, потягивая конечности. — Чосо, — слабо пожаловалась ты, протягивая к нему пальцы. Ты попыталась открыть глаза, чтобы найти его, но смогла различить лишь слабый контур плеч, когда его голова нырнула под одеяло. Он шикнул на тебя, издав мягкий, успокаивающий звук, который заставил тебя замолчать. — Не обращай внимания, спи дальше, — ответил Чосо, целуя твою руку. Было бы так просто послушать его и снова погрузиться в сладкие объятия сна... Ты положила голову на подушку, прикрыв глаза рукой, когда его ладони легли на твои бедра. Дыхание перехватило, когда Чосо поцеловал твой живот. — Чосо, — пробормотала ты его имя, на этот раз с предупреждением. Он усмехнулся. — Просто… не обращай на меня внимания. Я не буду мешать, — повторил Чосо. Руки сжали ткань твоих шорт для сна. Ты вздохнула, не желая спорить с ним и позволяя ему продолжать свои ласки. Чосо не спал уже целый час, слушая твое тихое дыхание и с восхищением глядя на тебя. Он обдумывал желание, которое росло у него в животе всю неделю, и наконец все понял. Он поцеловал нежную кожу внутренней стороны твоего бедра, которая была мягкой и теплой под его губами — безмолвное выражение благодарности. Ты сдвинула бедра, освобождая для Чосо место, и он устроился между твоими ногами. Пальцы заплелись в его волосы, пока он снимал твое белье, облизывая и покусывая кожу по пути вниз. Ты ахнула, когда Чосо коснулся клитора. Ты потеряла счет времени и закрыла глаза, сосредоточившись на его и своих собственных тихих вздохах, сливающихся в ночной тишине. Было что-то невероятно интимное в этой неспешности, словно вы оба оказались в петле времени, вдали от внешнего хаоса. Ты потянула Чосо за темные пряди его волос. Узел опасно приблизился к распутыванию. Чосо застонал — высокий, гортанный звук, достигший твоих ушей, как музыка, отчаянная мольба, вырвавшая тебя из дремоты. Ты открыла глаза, уставившись в потолок, словно он мог дать тебе ответ. Чосо казалось, что этого недостаточно. Так было всегда. Опьяненный твоим вкусом, Чосо скользнул руками под твои бедра, торопливо прижимаясь ближе. Твоя спина выгнулась. В новом положении ты невольно прошептала его имя в пустоте комнаты, потерявшись в ранних утренних часах. Ты почувствовала, как Чосо улыбнулся, прижавшись к твоим бедрам, скользким от слюны и твоего собственного возбуждения. Ты изо всех сил старалась оставаться в полусне, пока он продолжал — утешительное тепло оргазма, теплое одеяло, его мягкое дыхание... Нос коснулся чувствительного клитора, когда Чосо жадно двинулся вниз, забыв о своем обещании не тревожить твой сон. Твои бедра сжали его так крепко, что Чосо мог поклясться, что слышит твое бешеное сердцебиение. А, может, это было его собственное, отражающее его потребность в тебе. Пальцы сжимали плоть, рот искал тепло. Чосо говорил так много, не произнося ни слова. Не то чтобы тебе было нужно, чтобы он говорил это вслух. — Близко, — пробормотала ты. Это едва достигло его ушей. Он удвоил усилия, словно человек, выполняющий важную миссию. Губы обхватили клитор, и резкое всасывание довело тебя до пика. Оно нахлынуло на тебя, как рассвет. Первые золотистые лучи света отразились на противоположной стене, освещая спальню обещаниями нового дня. Чосо еще несколько раз прикоснулся к тебе. Чувство насыщения разлилось по его венам. Твоя спина наконец опустилась на теперь уже холодные простыни, и этот контраст заставил тебя вздрогнуть. Чосо забрался на твое тело, осыпая поцелуями каждый участок обнаженной кожи, который мог найти. Солнечный свет ловил пряди волос, торчавшие из его растрепанной шевелюры. Мягкая кожа касалась твоей ладони, когда он целовал тебя. Губы неспешно прижимались к твоим, словно у вас впереди было все время мира. — Я снова ложусь спать, — сказала ты, закрывая глаза, ощущая тяжесть недавнего облегчения. Чосо кивнул, но продолжал целовать тебя, опускаясь, чтобы коснуться кожи твоих ключиц. Наверное, ты вскоре уснула, потому что, когда проснулась снова, солнечный свет наполнял комнату своим теплым прикосновением. Тени от ветвистого дерева за окном, словно живые, плясали по стенам, и ты, завороженная, следила за их игрой. Чосо заворочался рядом с тобой, застонав и потянувшись. — Доброе утро, — рассмеялась ты. Затем наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб и убрать несколько волосков, прилипших ко лбу от сна. Чосо усмехнулся, уткнувшись тебе в волосы и наслаждаясь их ароматом. Они пахли тобой. Пахли домом. — И правда, доброе утро. Его живот громко заурчал, нарушив тишину комнаты. — Не хочешь позавтракать блинчиками? — спросил Чосо, проверяя время на телефоне. Половина девятого. — Попозже, — простонала ты, натягивая одеяло и пытаясь насладиться неспешным утром. Чосо был свободен до своих занятий, которые должны были состояться позже. У тебя же впереди был весь день. Чосо уже собирался возразить, но слова застряли в горле, когда его взгляд упал на твое лицо, прижатое к подушке, и твои волосы, раскинувшиеся вокруг, словно нимб. Он вздохнул, прижался к тебе и обнял одной рукой, мягко улыбаясь. Позже у вас будет более чем достаточно времени.