Антракт - AU: Выживание Королевы II

Локация: Кафе в Стене Сина Год: 849 Время: Вторая половина дня Киётака смотрел в свою чашку с чаем, словно прослеживая какую-то невидимую линию на поверхности жидкости, когда мягкий голос прервал его размышления. — Киётака? Ты в порядке? Уж точно не в основной временной линии. Он моргнул, поднимая взгляд, чтобы встретиться с ясным, пытливым взором Фриды Рейсс, сидевшей напротив него. — М-м? — протянул он, словно стряхивая с себя то, что его отвлекло. — Я в порядке, Фрида. Просто... задумался кое о чём. — Э-э~? — Она наклонила голову, не совсем поверив. — На тебя не похоже так легко уходить в себя. Случилось что-то интересное в последнее время? Что-то весёлое? — Ничего такого, что заинтересовало бы тебя. — Ой, да ладно тебе! — Она подалась вперёд. — Если расскажешь, о чём думаешь, я тоже расскажу тебе кое-что интересное, что случилось со мной! На мгновение показалось, что Киётака обдумывает предложение; его глаза снова скользнули к чаю, прежде чем он снова поднял взгляд, издав тихий вздох. — Я бы предпочёл сначала послушать тебя. Твои истории куда интереснее моих. Жизнь аристократа, должно быть, полна событий... Я же, с другой стороны... Королева хихикнула. — Можешь говорить что угодно, но меня не переубедить! Но ладно, раз уж ты так настаиваешь, я начну первой. Она задумчиво хмыкнула и начала. — Недавно я навещала Хисторию, — начала она, и намёк на нежную улыбку смягчил её выражение лица. Она всегда становилась такой, когда говорила о младшей сестре. Казалось, это было единственным, что в наши дни могло поднять ей настроение, учитывая её... ситуацию. Когда пала Стена Мария, её семья молилась в церкви, но на них напали бандиты, убив всех, кроме неё. Сказать, что это стало потрясением для монарха, было бы преуменьшением. Она часто болтала с ним или навещала сестрёнку за Стеной Роза, чтобы отвлечься от мрачных мыслей. Киётака не знал всей правды, скрывающейся за этими словами — лишь ту историю, которую рассказали официально, — но чувствовал себя обязанным хотя бы попытаться утешить подругу. — О? — Юноша приподнял бровь, ставя чашку обратно на блюдце. — И когда это было? Она замолчала, в её глазах появился озорной блеск. — Почему спрашиваешь? Ревнуешь, может быть? — Ни в малейшей степени, — гладко ответил он. — Хотя, конечно, я немного расстроен, что ты меня не пригласила. Пожалуйста, продолжай. — Хе-хе, значит, всё-таки ревнуешь, — заметила она. — Знаешь ли, она моя младшая сестрёнка. В последнее время она становится к тебе слишком близка. Киётака сделал глоток чая, его лицо оставалось совершенно нейтральным. — Ей четырнадцать, Фрида. Она уже не совсем ребёнок. Ее глаза расширились, и она тихо фыркнула. — Она всегда будет моей маленькой сестрёнкой, — твёрдо заявила она. В мыслях Киётака сдержал сухое замечание о гиперопеке Фриды, решив пропустить это мимо ушей и сосредоточиться на разговоре. — В любом случае, — продолжила Фрида, её тон стал более расслабленным, — пока мы были в саду, ей прямо на нос села бабочка. — Она рассмеялась от воспоминания, глаза сияли восторгом. — Она полностью замерла, и выражение её лица... это было так мило! — Как у принцессы? — Да, ой! Мне стоило сказать что-то вроде этого. — А потом... — тон Фриды изменился, когда она продолжила болтать, — ...это напомнило мне об одном невыносимом аристократе, который в последнее время мне докучает. Он как-то умудрился притащить мне цветы прямо посреди заседания совета! Киётака приподнял бровь. — И как именно это связано с Хисторией? — Да никак, на самом деле... просто он был таким назойливым. Некоторые из них просто не сдаются, понимаешь? Я даже не знаю, готова ли я к такой ответственности... — Ну, ты всё ещё в брачном возрасте, и... скажем так, ты примечательна во многих смыслах. Вполне естественно, что они проявляют интерес. Лёгкий румянец окрасил щёки монарха; она опустила взгляд, теребя чашку. — Не знаю насчёт этого... Я просто... — Её голос затих, обычная уверенность, казалось, пошатнулась. — Полагаю, я просто... не уверена. Киётака внимательно наблюдал за ней, замечая тонкие морщинки напряжения на её лбу. В последнее время за её улыбками скрывалась едва уловимая усталость. Он полагал, что это какой-то стресс или что-то, беспокоящее её помимо тех жалоб, которые она только что высказала. Прежде чем она успела глубже погрузиться в свои тревоги, он прервал её мысли предложением: — Не хочешь прогуляться? Она резко вскинула голову. — О... прогуляться? — Она моргнула; предложение, казалось, застало её врасплох. Затем её выражение лица смягчилось в тёплую улыбку. — Звучит неплохо, вообще-то. Я бы с удовольствием. Вместе они вышли из кафе под мягкий свет полуденного солнца, прогуливаясь бок о бок по тихим, мощённым булыжником улицам Стены Сина. Некоторое время они шли в уютном молчании, перебрасываясь фразами на лёгкие темы. Киётака комментировал архитектуру, а Фрида указывала на несколько очаровательных магазинчиков, которые, по её мнению, могли бы его заинтересовать. Но в конце концов их шаги замедлились, и королева взглянула на него с задумчивым видом. — Знаешь... — начала она, — ты удивительно хороший человек. Киётака поднял бровь. — Хороший? Она усмехнулась. — Да, хороший. В смысле, ты не показываешь это специально, но я заметила. Ты всегда хорошо читаешь людей. У тебя есть способность понимать, что именно им нужно, знаешь ты их хорошо или нет. — Она помолчала, затем улыбнулась, её глаза были мягкими и тёплыми. — Это делает тебя хорошим человеком, понимаешь? По крайней мере, в моих глазах. Тебе не обязательно ничего отвечать – просто... знай это. Она отвернулась, шагая впереди него, пока её слова висели в воздухе, оставляя его переваривать сказанное в одиночестве. Киётака смотрел ей в спину, пока она шла; его разум обрабатывал её слова. Чтобы кто-то столь могущественный, как Фрида, кто-то, кто мог превращаться в Титана, способного побеждать других себе подобных — «Человеческих Титанов», как он их называл, — назвал его хорошим человеком? Эта идея показалась ему странно диссонирующей. Кто-то, обладающий силой убить его мгновенно... Доброта для него не имела ничего общего с тем, что он делал; это было просто... тем, к чему он привык. Это было просто то, что он делал всегда — даже в Кодо Икусей. Его мысли были прерваны звуком её голоса, зовущего его. — Киётака! Чего ты так плетёшься? — Она оглянулась, в глазах плясали озорные искорки. — Мои слова заставили твоё сердце биться чаще? Подбежав к ней трусцой, он ответил сухим тоном, вздохнув. — Не совсем. Я бы сказал, что ты просто быстрая. Мой пульс в полной норме. Фрида хмыкнула, ничуть не смутившись, наклонилась и игриво ткнула его в щеку. — Ты просто всё отрицаешь. Ты любишь меня, — поддразнила она, ухмылка играла на её губах. — Ты проецируешь, ты же понимаешь это? — Проецирую?! Ой, пожалуйста, я знаю тебя уже много лет, если уж на то пошло, ты у-у... увиливаешь! Так это говорится? — Ты вообще понимаешь, что говоришь? Для аристократки ты какая-то... Локоть ткнул его в бок. — Эй! Они продолжили идти по улице, перепираясь друг с другом. Локация: Поля Стены Роза Год: 850 Время: Полдень Фрида неторопливо прогуливалась по золотисто-зелёным полям Стены Роза; высокая трава мягко касалась её юбки, пока лёгкий ветерок шелестел листвой вокруг. Она напевала лёгкую, почти беззаботную мелодию, её взгляд блуждал по горизонту. Её разум тоже блуждал, дрейфуя сквозь различные мысли — пока она не поймала себя на том, что представляет некоего Аянокоджи Киётаку, образ которого вызвал у неё нежную улыбку. Было удивительно, какое влияние на неё оказывал этот бестолковый юноша. Её улыбка стала мягче, но постепенно сменилась задумчивостью, когда она вспомнила другие лица; её мысли помрачнели. Она вздохнула, напевание затихло, когда разум переключился на марлийских Воинов, захваченных в прошлом году. При всей их молодости и браваде они оказались до разочарования стойкими. Пока что удалось извлечь мало ценной информации; их явно тренировали выдерживать допросы, и, возможно, размышляла она, они были немного наивны в отношении последствий, с которыми столкнулись. Очевидно, она могла бы просто превратить случайного элдийца в Титана и скормить ему этих воинов, но это было бы не слишком весело и, если уж на то пошло, не слишком умно. Её лоб наморщился в раздумьях: она гадала, не стоит ли ей заглянуть в их разум, чтобы увидеть всё самой. Но даже сама мысль об этом утомляла; то, что они знали, не было настолько важным, чтобы требовать таких усилий. Максимум, что она вытянет из них — это информацию об их технологиях, которые, как она знала, ушли на годы вперёд по сравнению с её собственным Королевством. Кроме того, одна вещь была уже ясна: эти Воины получили своих Титанов всего пять лет назад, прямо перед 845-м годом. Это означало, что у них было максимум до 857-го года, пока их срок не истечёт — достаточно времени, чтобы отправить требование выкупа обратно в Марли. Возможно, она могла бы потребовать, чтобы в обмен на возвращение Воинов невредимыми они предоставили ей ресурсы и технологии для модернизации. В конце концов, Марли ЗНАЛИ о последствиях неповиновения ей. Шаги Фриды замедлились, когда она приблизилась к окраине деревни Рагако. Здесь, на краю тихой маленькой деревушки, она остановилась. Пять лет. Странно, какими знакомыми и одновременно чужими казались ей эти годы сейчас. С того самого дня, когда она съела Гришу Йегера и унаследовала силу Атакующего Титана, внутри неё шевелилось неописуемое чувство. Словно части её самой перетасовывались, иногда вызывая воспоминания, которые не были её собственными, чувства, которых она никогда не знала, инстинкты... что-то вроде этого. Иногда она чувствовала себя собой — такой, какой была до наследования Титана-Основателя. Но в другие моменты иной голос, иная воля, казалось, разбухала внутри неё, тянула её к идеалам Первого Короля, давила на неё своим видением мира и стагнации. Идеалы того труса. Это было тревожно — эти непредсказуемые скачки между ясностью и странной, всепоглощающей волей, которая не принадлежала ей. И в последнее время эти сдвиги, казалось, происходили всё чаще. И всё же со временем начало всплывать что-то ещё — чувство самости, которое она не могла объяснить. Часть её, которая чувствовала себя так, словно существовала отдельно и от её собственных мыслей, и от воспоминаний или воли, навязанной предшественниками. Словно, понемногу, она начинала чувствовать себя всё больше... собой. Не просто сосудом для воли какого-то давно умершего короля, а отдельной личностью со своим собственным чувством идентичности и цели. Эта мысль одновременно и волновала, и нервировала её. Если она каким-то образом нарушила Клятву отказа от войны, поглотив Титана, столь одержимого свободой, тогда... Погружённая в мысли, она продолжила прогулку, проходя через небольшой участок густого леса. Наконец, когда деревья расступились, она вышла на поляну, где её взору открылось... странное зрелище. Фрида набрала воздуха в грудь, собираясь с духом, и позволила слабой, целеустремлённой улыбке коснуться губ. — Пора встречать гостей. Локация: Фермерское поместье в Стене Роза Год: 850 Время: Утро Киётака и Хистория двигались сквозь утреннюю тишину, их руки были заняты небольшими мешками с припасами для фермы. Их шаги легко похрустывали на тропинке, и они говорили тихо. — Итак, — начал Киётака, взглянув на Хисторию, пока они шли, — как продвигается книга? Та, которую я тебе одолжил? — Я почти закончила! — ответила Хистория, её лицо сияло от возбуждения. — Я читаю понемногу каждый вечер. — Рад слышать. Что думаешь о главном герое? Лицо Хистории слегка погрустнело, и она вздохнула. — Он мне понравился... но, Киётака, почему ты всегда выбираешь такие грустные книги? В смысле, он... — Хистория нахмурилась, подбирая слова. — Когда он умер, моё сердце было разбито! Киётака пожал плечами. — Грустные концовки, как правило, лучше запоминаются. Но если ты предпочитаешь что-то другое, скажи. Какую книгу ты бы хотела в следующий раз? Хистория заколебалась, щёки слегка покраснели, когда она пошла на попятную. — Не то чтобы мне не нравятся твои рекомендации. На самом деле, мне очень понравилось, просто... — Она снова вздохнула, подняв руку, чтобы убрать волосы назад. — Просто последняя была супер-грустной, вот и всё. — Принято. Посмотрю, смогу ли я найти что-нибудь полегче в следующий раз. Чуть позже они сидели бок о бок на ступеньках крыльца фермерского дома, устроив перерыв. Хистория прислонилась спиной к деревянным перилам, прохладный утренний воздух касался её лица. Она смотрела на поле, в её глазах зажегся игривый огонёк. — Знаешь, — сказала она, — я думала о том, чтобы скоро съездить в Фюрт, купить сладостей. Киётака приподнял бровь, бросив на неё косой взгляд. — В Фюрт? Надеюсь, ты не забываешь чистить зубы. Хистория ахнула, схватившись за грудь в притворной обиде. — Эй! Ты намекаешь, что я не чищу зубы? — Просто забочусь о твоих зубах. Если следовать последним исследованиям, высокое потребление сахара ведет к плохому дентальному здоровью. Она закатила глаза, скрестив руки на груди и преувеличенно надув губы. — Я прекрасно чищу зубы, спасибо большое. И я даже не знаю, о чём ты говоришь, что вообще значит «дентальное»? — Человек, который осматривает твои зубы – это «дантист», и когда ты идёшь к «дантисту», ты проходишь «дентальный» осмотр. — Звучит как-то глупо. Юноша был ошарашен. — Как это может быть... Именно в этот момент весёлый голос ворвался в их разговор, тепло раздавшись над крыльцом. — Киётака! Хистория! Оба обернулись и увидели приближающуюся Фриду; её улыбка была широкой, как всегда, руки раскрыты для объятий, пока она спешила к ним. Она заключила Хисторию в тёплые объятия, притянув её к себе и сжав так, словно не видела её годами. — Ох, столько времени прошло! — воскликнула Фрида, нежно сжав Хисторию, прежде чем переключить внимание на Киётаку. Она притянула его в крепкое объятие, которое длилось чуть дольше обычного. — Сколько месяцев прошло с тех пор, как мы собирались вот так все вместе? О чём вы двое говорили, м-м? Киётака и Хистория переглянулись, и первый слегка пожал плечами. — Ни о чём особо важном. Просто объяснял, кто такой «дантист». Хистория фыркнула, улыбаясь. — Такое чувство, что он снова несёт какую-то случайную чепуху. — Я не несу случайную чепуху. Я иду в ногу с веяниями времени. Она показала ему язык. — Глупый. Фрида хихикнула, проводя рукой по волосам Хистории знакомым, ласковым жестом. — О, должно быть, это было важно, если вы сидите здесь на крыльце и спорите об этом, — поддразнила она, её глаза сверкали. Затем она вздохнула, откидываясь назад и окидывая взглядом поля вокруг них. — В последнее время всё было так суматошно... просто получить этот маленький перерыв – уже благословение. Хистория немного выпрямилась, уловив тон сестры. — Хочешь чаю? — предложила она, лицо её просветлело. — Я пойду заварю нам всем чайник, и мы сможем посидеть внутри и нормально поговорить! Киётака кивнул. — Звучит неплохо. Вообще-то, Хистория, не могла бы ты начать готовить его внутри? Мы подойдём через минуту. — О-о-о, ладно, я поняла, что к чему. Вы двое просто хотите побыть наедине, да? Щёки Фриды порозовели. — Хистория, это не... Но Хистория уже широко ухмылялась, помахав рукой и направляясь к двери. — Не торопитесь~! Щелк! Дверь едва закрылась за Хисторией, когда Фрида вздохнула, бросив на Киётаку раздражённый взгляд. — Я тебя ненавижу, ты знаешь это? — пробормотала она, уперев руки в бока. — Зачем тебе надо было формулировать это именно так? — Это забавно, — просто ответил он, не смущённый её вялым негодованием. — И всё? Это единственная причина? — М-гм, — он пожал плечами. — В любом случае, вернёмся к теме. Фрида глубоко вздохнула, юмор исчез с её лица, когда она приготовилась объяснять. Киётака, будучи одним из немногих, кому она могла доверить деликатные вопросы, был проинформирован о мире за Стенами. Он знал о Марли, её способности превращаться в Титана и других сложностях, касающихся Стен в целом. Со временем Фрида стала искать его мнения по решениям, отличным от мнения Королевской Ассамблеи, не особо доверяя этим эгоистичным динозаврам. Взгляд Фриды скользнул по полям, голос смягчился, когда она начала. — Это было в деревне Рагако, возле дальних фермерских угодий. Я смогла засечь их присутствие, как только они пересекли границу Парадиза... и когда я отправилась на разведку, это был он. — Звероподобный Титан? Она кивнула, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. — Да, вместе с Титаном-Перевозчиком и небольшим отрядом марлийских солдат. Они напали так внезапно — мне пришлось действовать немедленно, чтобы отразить атаку. Киётака воспринял её слова с тихим задумчивым хмыканьем, его разум обрабатывал каждую деталь, пока она говорила. — И что с ними случилось? — Мне удалось прогнать их с поля боя, — ответила она, голос был твёрдым, но отягощённым воспоминанием. — Звероподобный, Перевозчик – они отступили со своими солдатами, когда поняли, что не могут нас одолеть. Но были... осложнения после. Его брови слегка приподнялись, побуждая её продолжать. — После этого мне пришлось стереть память жителям деревни, которые стали свидетелями нападения. Я не могла позволить им сохранить воспоминания о таком насилии и разрушении. — Я полагаю, ты никому не рассказала, даже Ассамблее, о том, что только что произошло, верно? Выражение её лица стало немного виноватым. — Ты вроде как первый человек, которому я решила рассказать об этом. Киётака тихо вздохнул. — У меня голова болит просто от того, что я это слышу. Мало того, что его довольно мирная жизнь здесь окажется под ещё большей угрозой из-за атак Марли, так он ещё и окажется под более пристальным вниманием этих динозавров из Ассамблеи. Фрида тихо хихикнула, напряжение немного сошло с её лица. — Не тебе пришлось с этим разбираться, — поддразнила она, игриво толкая его в плечо. — Пойдём. Давай зайдём внутрь, пока Хистория не выпила весь чай без нас. Киётака кивнул, поворачиваясь, чтобы открыть дверь, пока Фрида шла в нескольких шагах позади. Её шаги замедлились, а выражение лица изменилось. Она провела быстрый подсчёт в уме, считая годы, которые у неё остались — в лучшем случае, ещё пять лет, прежде чем её срок истечёт. И на задворках сознания задержался вопрос: захочет ли Хистория унаследовать силу Титана-Основателя? При всех её достижениях в жизни... королевская семья сократилась всего до двух сестёр... «...Смог бы он?..» Лицо монарха залилось краской.