Эпилог

Утром они уже были в клинике. Егор натянул капюшон и маску, стараясь быть максимально незаметным, хотя в утренней пустоте коридоров это было излишним. Лия зашла в кабинет, а он остался ждать в коридоре, меряя его шагами и то и дело поправляя маску.Доктор согласилась принять Лию вне очереди с «очень срочным вопросом». В кабинете пахло антисептиком и чем-то неуловимо спокойным. Лия вкратце рассказала доктору о последних днях: о тошноте, о странных результатах анализов на витамины и, наконец, о тестах. — Ну что ж, Лия, давайте смотреть, — улыбнулась врач, включая аппарат УЗИ. Лия легла на кушетку, чувствуя, как холодный гель касается кожи. Она смотрела на монитор, где в черно-белых пятнах и помехах пока ничего не понимала. Врач долго водила датчиком, сосредоточенно хмурясь, а потом вдруг замерла. — Вот оно. Видите? На экране, среди темных теней, Лия увидела крошечное, едва заметное светлое пятнышко. Оно было таким маленьким, размером с рисовое зернышко, но от одного взгляда на него у неё перехватило дыхание. — Это... оно? — прошептала Лия, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Оно самое. Закрепился хорошо. Срок совсем небольшой, но всё идет правильно. Хотите позвать будущего папу? Он там, кажется, скоро дыру в полу протрет. Лия кивнула. Через полминуты в кабинет вошел Егор. Он выглядел так, будто шел на допрос, но когда врач указала ему на экран и объяснила, что это маленькое пятнышко — их будущий ребенок, он замер. Егор подошел ближе, почти вплотную к монитору. Его лицо в свете экрана казалось восковым. Он долго молчал, а потом очень медленно протянул руку и коснулся пальцем стекла монитора, прямо там, где пульсировала эта крошечная жизнь. — Офигеть... — только и смог выдавить он. Его голос дрогнул, и он быстро моргнул, отворачиваясь, чтобы скрыть нахлынувшие чувства. — Он…такой маленький. — Это только начало, Егор Николаевич, — улыбнулась врач, распечатывая первый снимок. Когда врач начала распечатывать снимок, Лия слегка приподнялась на кушетке. Она посмотрела доктору прямо в глаза — серьезно и с той деловой решительностью, которая обычно была присуща ей на переговорах. — Елена Дмитриевна, — тихо, но твердо произнесла Лия. — Я очень прошу вас... пусть всё, что здесь сегодня произошло, и эти результаты останутся под строжайшим грифом секретности. Вы знаете, какая вокруг Егора суета.  Врач понимающе кивнула, откладывая снимок в сторону. — Лия, не волнуйтесь. Егор, стоявший рядом и не сводивший глаз с экрана, согласно кивнул: — Спасибо. Это правда важно для нас сейчас. Когда они вышли из клиники, солнце уже вовсю слепило глаза. Егор бережно держал в руках черно-белый снимок, как самую дорогую награду в своей жизни. Он открыл перед Лией дверь машины и, прежде чем сесть за руль, накрыл её руку своей. — Теперь точно всё изменилось, Ли, — серьезно сказал он. Когда они вернулись домой, Москва уже окончательно проснулась. Шум проспекта за окном контрастировал с той звенящей, почти сакральной тишиной, которая воцарилась в квартире. Егор достал снимок из конверта и положил его на подушку между ними. Маленькое зернышко на черном фоне в утреннем свете казалось чем-то инопланетным. — Вот ты какой, «маленький Кридик», — прошептал Егор, ложась на бок и подпирая голову рукой. — Сидишь там, партизанишь... Лия повернулась к нему, чувствуя невероятную легкость. Тошнота отступила, оставив лишь сонливость и безграничное чувство защищенности. Она взяла снимок, кончиками пальцев коснулась изображения. — Ты представляешь, какой это будет взрыв, когда все узнают? — спросила она. — Но сейчас... сейчас мне так нравится, что об этом знаем только мы трое. Мы и этот крошечный «кто-то». — Мы никому не скажем, пока ты не почувствуешь, что готова, — Егор накрыл её руку своей.  Они начали перебирать имена — самые нелепые и смешные, от которых оба заходились тихим смехом. Он обвел контур пятнышка пальцем и вдруг, с абсолютно серьезным лицом, выдал: — Слушай, Ли... А если назвать — Пятница? Лия, которая уже начала сладко дремать под мерное поглаживание его руки, мгновенно открыла глаза. Она забавно сморщила нос, издав короткий смешок, и посмотрела на него как на сумасшедшего. — Пятница? Ты серьезно? Егор, это же не Робинзон Крузо и не персонаж из Марвел . Это человек! — Ну а что? — Егор азартно приподнялся на локте, явно забавляясь своей идеей. — Прикинь, как стильно звучит: Пятница Егоровна.  Лия снова поморщилась, на этот раз еще выразительнее, и в шутку попыталась оттолкнуть его лицо подушкой. — Никогда в жизни! — заявила она, стараясь говорить строго, но срываясь на смех. — Мой ребенок не будет называться в честь дня недели, когда все напиваются в барах. Даже не думай.  Егор рассмеялся, перехватывая её руки и притягивая к себе.  — Ладно, Пятница отменяется под давлением инвесторского комитета. Но я предупреждаю: у меня в запасе еще много странных имен. Я же творческая личность, Ли, меня может занести. — Я буду твоим главным цензором, — Лия уткнулась носом в его плечо, всё еще продолжая смешно шмыгать носом от его предложения. — Никаких Пятниц, никаких Суббот. Только что-то нормальное, человеческое. Лия заснула быстро — сказалось напряжение последних дней, бессонная ночь и эмоциональный взрыв в кабинете врача. Она спала чутко, но глубоко, уткнувшись носом в его плечо и закинув руку ему на грудь, будто даже во сне боялась, что он может куда-то исчезнуть. Егор не шевелился. Он боялся даже вздохнуть лишний раз, чтобы не потревожить её. Он лежал на спине, уставившись в потолок,по которому медленно ползли солнечные зайчики. Снимок УЗИ так и лежал рядом с его подушкой. В его голове крутился целый рой мыслей, сменяя друг друга со скоростью кадров в клипе. Сначала это был чистый, первобытный восторг. «Я буду отцом». Слово «папа» примерялось к себе странно, непривычно, словно костюм на три размера больше, который тебе очень нравится, но ты пока не знаешь, как в нем ходить, чтобы не споткнуться. Он представлял, как будет держать этот крошечный сверток, как будет прятать его от папарацци, как купит самую лучшую коляску в мире... а потом осознал, что коляска — это последнее, о чем стоит думать. Потом пришел легкий холодный липкий страх. Его жизнь — это вечные перелеты, шум, толпы, скандалы и работа 24/7. Как в этот безумный пазл вписать человека, которому нужна тишина, стабильность и... «Пятница»? Он невольно улыбнулся, вспомнив, как Лия смешно морщила нос. Он посмотрел на неё — расслабленную, беззащитную во сне. В этот момент он остро почувствовал, что теперь он не просто «артист Егор Крид», за спиной которого стоит мощный лейбл и армия фанатов. Теперь он — щит для этой женщины и для того «пятнышка», которое выбрало их своими родителями. —Я справлюсь,— подумал он, и эта мысль была твердой, как гранит. —Я всё перестрою.  Егор вспомнил своих родителей. Вспомнил, как отец всегда был для него примером надежности. Сможет ли он стать таким же? Сможет ли он не испортить всё своей популярностью? Он осторожно взял телефон с тумбочки, поставил его на беззвучный режим и открыл заметки. Рука сама потянулась написать что-то, какой-то текст, рифму... но он тут же закрыл приложение. Нет, это не для песни. Это слишком личное. Слишком хрупкое. Он отложил телефон, прикрыл глаза и просто слушал её дыхание. В этот момент, в этой залитой солнцем спальне, он чувствовал себя по-настоящему богатым. Не из-за цифр на банковском счету или миллионов подписчиков, а из-за этой тишины, которую они теперь делили на троих. Прошло девять месяцев, полных ожидания, волнений и тихой, глубокой радости. Девять месяцев, за которые Лия и Егор научились жить в совершенно новом ритме, где самое ценное — это конфиденциальность и каждый удар маленького сердца. И вот, настал этот день. День, когда мир узнал их самый главный секрет. На своей странице в инстаграме Егор опубликовал подборку, которая мгновенно взорвала интернет. Миллионы лайков, тысячи комментариев, репосты и заголовки новостей по всему миру — такого ажиотажа не вызывал даже его самый громкий хит. Первое видео—короткий фрагмент речи Егора на его дне рождении.Его слова о семье,маленьких Кридиках.Затем минималистичное фото. центре кадра — две руки. Его крепкая, татуированная ладонь переплетается с изящной, но сильной рукой Лии. В их совместных пальцах — тот самый тест с двумя полосками, и бесконечно дорогой первый снимок УЗИ. То самое «пятнышко».Далее уютный ,домашний кадр. Виден только округлый живот Лии, спрятанный под мягкой тканью. Егор аккуратно стучит по нему пальцами, прикладывая ухо, а в ответ, как по волшебству, по животу пробегает волна — это малышка Алиса отзывается ножками, оставляя четкий след движения. Егор смеется, целуя живот, а Лия, сидящая в кресле, сияет от счастья. Четвертая фотография макро-снимок. Крошечные, сморщенные пяточки новорожденной Алисы, мирно покоящиеся на ладони Егора. Каждый ноготок, каждая складочка — доказательство чуда, которое только что произошло. Финальное фото самое трогательное. Лия и Егор, уставшие, но абсолютно сияющие, сидят в палате роддома. На руках у Лии — маленький, спеленатый сверток. Она прижимает малышку к себе, а Егор, склонившись над ними, нежно целует Лию в висок. В его глазах — непередаваемая смесь благоговения, любви и гордости. Под этим постом Егор написал огромную, искреннюю подпись, которая растопила сердца миллионов: egorkreed:  «Девять месяцев назад, на своем дне рождения, я кричал со сцены о том, чего хочу больше всего. Тогда это казалось дерзкой мечтой, почти фантазией. Я не знал, что моя женщина, которая стояла рядом, уже носила под сердцем эту мечту. Мы прошли через многое за эти месяцы. Через страх, через тишину, через постоянную борьбу за наш маленький секрет. Мы учились быть семьей задолго до того, как стали ею. Я узнал, что такое настоящая сила — это не миллионы просмотров и не чарты, а нежная рука моей Лии, которая всегда была рядом. Я узнал, что такое настоящая романтика — это не свечи и лепестки роз, а сидеть полночи над тазом, когда моей любимой плохо. И теперь я точно знаю, что такое настоящее счастье. Оно весит 3 килограмма 200 грамм, пахнет молоком и спит сейчас в люльке, а её имя — Алиса Егоровна. Моя Ли, ты — мой космос, моя тишина, мой самый главный хит. Спасибо тебе за этот подарок, за то, что сделала меня отцом. Я обещаю, что буду твоим щитом и её защитой. Наша жизнь только начинается. И теперь она точно будет громче, чем любая из моих песен. Потому что наш маленький Кридик здесь.» Этим постом Егор и Лия открыли новую главу своей жизни, поделившись самым сокровенным с миром. Спасибо каждому, кто был рядом с этой историей. Кто проживал с Лией и Егором их эмоции, ссоры, примирения, тишину между словами и громкость чувств. Спасибо за то, что читали, чувствовали, оставались — даже когда героям было непросто. История менялась, иногда сворачивала не туда — как и настоящая жизнь. И да, финал этого фанфика изначально был совсем другим. Совсем. Но всё изменилось в один момент — под впечатлением от фотографии Егора с племянницей. В этом кадре было столько тепла, уюта и какой-то настоящей, тихой нежности, что стало невозможно закончить историю иначе. Она сама попросила другой конец. Более мягкий. Более живой. Спасибо вам за доверие, за эмоции, за то, что позволили этой истории быть услышанной. Вы были не просто читателями — вы были рядом с героями. Я оставляю ссылку на новый фанфик. Надеюсь, вам откликнется новая идея и вы полюбите новых героев так же, как когда-то полюбили этих. Новая история ждет ❤️‍🔥🔥 https://ficbook.net/readfic/019baf27-b857-71f6-a4f5-c800e2770482 ⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️