Глава 13. Долина перед штормом

База Союза под вечер всегда выглядела иначе. Дымы над ремонтными башнями ложились ровными серыми слоями, свет фар прыгал по взлётной полосе, и воздух был наполнен не тревогой… а ощущением затишья. Небо висело холодное, фиолетовое, будто наблюдало за людьми снисходительно и молчаливо. После обстрела порта Виннерс прошло трое суток. Бойцы возвращались в обычный ритм — кто-то тренировался, кто-то спал, кто-то искал еду на кухне, как будто война временно сделала паузу. Шэнь как раз шагал по центральному коридору, когда услышал характерный грохот металла об пол. — Лом на месте, — произнёс сухо Рон, специально громко, будто докладывал. — Можно начинать вечер. Шэнь даже не успел открыть рот — из-за угла уже вывалились Микадо и Мидзуно. У обоих в руках были железные пруты, которые они держали как праздничные свечи. — Смотри, Шэнь, близнецы притащили твою святыню, — лениво сказал Том. — Я всего один раз сломал пушку ломом, — простонал Шэнь. — Один раз... — Рон вскинул бровь. — Да этот момент войдёт в историю. — Войдут в историю и ваши лица, если вы сейчас не уберёте это железо, — пробурчал Шэнь, но смех прорвался всё равно. Все синхронно поклонились. — Мы лишь почитаем традиции, — сказал Сайто — Наш лидер выбирает простые решения. Это мудро, — добавила Сайкэ — Мудро?.. — пробормотал Шэнь. — Да я этим ломом вообще случайно махнул! — Тем хуже, — Том хлопнул его по плечу. — Ты даже не старался, а разрушил оборонный модуль класса «Бастион». Ты понимаешь, насколько эта история реально мощная? — Я понимаю одно, — Шэнь ткнул его пальцем в жилет. — Если вы не прекратите, я вам этот лом вставлю в... — В экспозицию музея? — подсказал Рон. — Красиво. Я могу организовать. Шэнь закатил глаза. Вся компания двинулась в сторону столовой. Они шли впятером — и именно в этот момент, среди смеха и перебросок, ощущалось, что это не группа разрозненных бойцов, а настоящая команда, пусть и немного странная. Столовая Союза, поздний вечер Столовая гудела. Кто-то шумел картами, кто-то спорил о тактике, кто-то стучал ложкой, как будто марш отбивал. На фоне общего гама их маленькая компания выглядела почти мирной — они заняли дальний стол, там, где витраж с голубым стеклом давал мягкое сияние. Шэнь сел первым, потянулся, хрустнув плечами. — Мне кажется, — сказал он, — что после Виннерса столько всего произошло, что мозг просто... сушит. — У нас у всех сушит, — кивнул Том. — Но ты держишься нормально. Шэнь посмотрел на него боком. — Ты тоже. Кстати… спасибо за разговор тогда, на Моурон. Том слегка улыбнулся. — Ладно-ладно. А как дела у тебя с тем… чувством, а? — Том. — Шэнь нахмурился. — Не начинай. — Не-не, чисто интерес. Ты ж тогда говорил — «мне нравится Изида, но я не знаю, как это…» — Том специально вытянул голос. Шэнь прикрыл лицо руками. — Прошло всего несколько дней! — Это в военное время почти месяц, — фыркнул Рон. — Да ну вас, — выдохнул Шэнь и сдался. — Ладно. Я... Вижу её — и как будто легче становится. Но я не знаю, правильно ли это. Война же. — Война — как раз причина не тянуть, — заметил Сайто -- Ты какого черта тут забыл?! — Если тебе что-то дорого, — продолжила Сайкэ, — нужно держать это ближе, а не отталкивать. Шэнь посмотрел на них всех. На секунду стало тихо — тот вид тишины, в которой ты вдруг чувствуешь, что не один. — Я поговорю с ней, — наконец сказал он, тихо. — Но позже. Когда не будет сумасшествия. — Тогда у тебя… — Том ухмыльнулся. — около нуля шансов дождаться «тихого» момента. — Ты всё равно иди, — вставил Рон. — Пока ты не скажешь, она сама сказать не сможет. Вы оба такие. Шэнь тихо улыбнулся. Пусть они шутят, но говорят по делу. Через час. Мастерская Харонского сектора. Команда перешла в мастерскую — место, где всегда пахнет металлом, маслом и нагретыми платами. Здесь всегда было уютно: лампы низко, звуки тихие, инструменты разложены по стенам. Рон взялся за ремонт своего кинетического ножа, Микадо с Мидзуно спорили о том, чья техника ближнего боя эффективнее, а Том засел чистить свою катану, будто в ней зеркальное отражение мира скрывалось. Шэнь просто сидел, крутя болт пальцами. — Знаете… — начал он, — вы правда думаете, что я смогу сказать? — Да, — ответили все четверо одновременно. Шэнь открыл рот… и закрыл. Потому что это было слишком синхронно, как будто они репетировали. — Вы ж меня так избалуете, — протянул он. — Это не мы, — сказал Том. — Это ты сам себя недооцениваешь. Мы просто шутим, но по сути… ты наш центр. — И лом, — добавил Рон. Все заржали так громко, что механический кронштейн на потолке дрогнул. Шэнь вытянул руку и показал им жест символического «вы все будете наказаны», но уже смеялся вместе с ними. Ближе к полуночи Когда мастерская выдохлась, а разговоры иссякли, они вышли на крышу базы. Небо было чёрное-чёрное, усыпано звёздами, которые казались холодными и беспристрастными наблюдателями. Все стояли молча несколько минут. — Знаете… — тихо сказал Шэнь. — Иногда кажется, что всё это — временно. И что когда война закончится… я не знаю, что будет дальше. Том посмотрел на него честно, спокойно. — Мы разберёмся, когда придёт время. А пока… — он повернулся к другим. — Пока у нас есть путь. И есть люди, которые идут рядом. Рон положил руку Шэню на плечо. Сайто и Сайкэ кивают. — Даже против лома есть приём, — произнёс Шэнь, глядя в небо. — Твоего — нет, — ответил Том. Они снова рассмеялись. И смех этот был не нервным, не ожесточённым… а живым. Как будто именно он и собирал их в одно целое, не давая развалиться под тяжестью войны. В эту ночь на базе было тихо. И всё же — в этой тишине скрывалась сила. Сила людей, которые готовы идти дальше.