Глава 1

Солнце, пробивавшееся сквозь больничную штору, казалось Драко намеренной пыткой. Каждый луч резал воспаленные веки, усугубляя и без того невыносимую пульсацию в висках и глубокую, ноющую боль во всем теле — жестокое напоминание о его собственной глупости. Он пытался утонуть в лекарственной дремоте, где не было ни кричащих заголовков, ни стыда, но дверь палаты с грохотом распахнулась. Пэнси Паркинсон, пиар-менеджер команды, ворвалась подобно смертоносной фурии. Ее обычно безупречный вид был сметен ураганом ярости. Лицо залито мертвенной бледностью, глаза горели черным огнем. В руке она сжимала свежий номер «Ежедневного Пророка», свернутый в тугую, опасную трубку. Без единого слова, с силой, от которой Драко аж подпрыгнул на койке, она швырнула газету ему прямо в грудь. Бумага ударила по обожженной коже под бинтами, вырвав у него сдавленный стон. — Посмотри! — ее голос, обычно такой контролируемый, дрожал и срывался на визгливый крик. — Просто посмотри на это, блять! Первая полоса, и не только в сраном «Пророке»! Об этом пишут буквально все! Ты доволен, Малфой? Достиг пика славы?! Драко с трудом приподнялся на локтях, чувствуя, как повязки впиваются в кожу. Каждое движение отзывалось новой волной боли. — Пэнс… – он хрипло выдохнул, — Я… в Мунго, если ты не заметила. Мне сейчас не до твоих истерик… — Не до истерик?! — перебила она, ходя палате, как загнанный зверь. Каблуки отбивали яростную дробь по полу. — Ты безответственная, эгоистичная скотина! Ты представляешь, что сейчас творится?! Представители клуба глотки рвут, пытаясь убедить Ассоциацию не вышвырнуть тебя из квиддича навсегда! Пожизненная дисквалификация, Драко! Пожизненная! И это будет чудо, если ты отделаешься временной дисквалификацией! А я? — Она резко остановилась перед койкой, ткнув пальцем себе в грудь. — Как я должна это разгребать? Какую пиар-стратегию можно придумать к «Капитан-алкоголик чуть не размазался по асфальту Лондона»?! Чем ты думал?! Каким местом?! Ты — капитан «Волков»! Лицо команды! И ты… ты… — Она задыхалась, не находя слов, сжатые кулаки тряслись. — Я не знаю, что с тобой происходит, но ты обязан с этим разобраться! Выздороветь, извиниться, ползать на коленях, что угодно! Иначе… — ее голос понизился до опасного, шипящего шепота, — …иначе я приду и прикончу тебя сама. Клянусь Мерлином. С этими словами она резко развернулась и ринулась к выходу. Дверь распахнулась как раз в тот момент, когда снаружи показался Теодор Нотт, загонщик команды «Волков». Пэнси врезалась в него плечом, даже не взглянув, и исчезла в коридоре, оставив за собой шлейф дорогих духов и огненной ярости. Тео, слегка ошарашенный, потер ушибленное плечо, проводил ее взглядом и неуклюже шагнул в палату, притворив дверь. Его лицо было помятым и опухшим, под глазами виднелись синяки бессонной ночи, но привычная ухмылка все же пыталась пробиться сквозь усталость. Он тяжело опустился в кресло у койки, осторожно положив руку на неповрежденный участок предплечья Драко. — Фух… — протянул он. — Кажется, Пэнс слегка не в духе, да? Драко слабо ухмыльнулся, ощущая знакомое, грубоватое тепло дружбы под рукой Тео. — У меня голова раскалывается будто гоблины там кузницу открыли. Но тебе… — Тео кивнул в сторону бинтов, — явно хуже. Ты здорово напугал нас, брат. — Только ты не начинай, Нотт, — недовольно цокнув, ответил Драко. — Я не собираюсь тебя нравоучать. — Тео серьезно покачал головой, ухмылка слетела. — Просто… это дерьмо нам придется расхлебывать еще очень долго. Если вообще получится. Драко молча кивнул, глядя в потолок. Стыд и боль снова накатили волной, но присутствие Тео делало их чуть менее острыми. Знакомая, тяжелая тишина повисла между ними, не требующая лишних слов. Они знали друг друга слишком хорошо. Примерно через десять минут дверь снова открылась. На пороге стоял Блейз Забини, охотник «Волков». Вид у него был такой, будто он прошел сквозь свалку. Его обычно безупречное темно-синее пальто было испачкано желтоватыми разводами и чем-то липким. — Черт возьми, — прохрипел он, с усилием стягивая пальто и швыряя его с отвращением в угол. — Еле прорвался через эту толпу психопатов у ворот. Мой новый мерс закидали тухляком. Прямо, блять, в салон угодило! Воняет теперь, как в хижине Хагрида после его самогонного эксперимента. Блейз тяжело опустился в свободное кресло с другой стороны койки. Никто не говорил. Тишина сгустилась, но теперь в ней было трое. Блейз перевел усталый взгляд с Тео на Драко, потом снова на Тео. Наконец, он просто выдохнул, сдавленно: — Пиздец. — Пиздец, — тихо, глядя в потолок, отозвался Драко. — Пиздец, — кивнул Тео. Это грубое, простое слово, произнесенное по очереди, каким-то странным образом немного разрядило гнетущую атмосферу. Ненадолго. Дверь снова скрипнула. На этот раз в проеме стояла Джинни Уизли, второй загонщик команды. Ее рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, на лице читалась смесь усталости, злости и беспокойства. За ее спиной теснились другие знакомые лица. — Вы что, всей толпой решили тут карнавал устроить? — хрипло спросил Драко, пытаясь вложить в голос раздражение, но в нем слышалась лишь усталость. Джинни вошла первой, ее губы искривились в короткой, безрадостной ухмылке. — Ты чертовски прав, Малфой. За ней, как по команде, в палату втиснулись остальные. Падма Патил, второй охотник, с каменным, непроницаемым лицом. Майлз Блетчли, вратарь, мрачнее грозовой тучи. Рон Уизли, запасной вратарь, упорно смотревший куда-то в пол, но все же пришедший. Кэти Белл, третий охотник, смотрела на Драко с явным осуждением, но глаза были на мокром месте, что выдавало ее переживания. Дин Томас, запасной охотник. Люциан Боул, запасной загонщик. И, наконец, Финн Бигли, запасной ловец, выглядевший особенно бледным и потерянным. Ему предстояло выйти на поле вместо Драко в грядущем матче. Они молча заполнили пространство, окружив койку плотным кольцом. Воздух мгновенно наполнился общим напряжением и обеспокоенностью. Драко медленно перевел взгляд с одного лица на другое. Несмотря на боль, где-то глубоко внутри, под грудой негативных эмоций, шевельнулось что-то теплое и колючее одновременно. Он был рад их видеть. Безумно рад. Его команда, его стая была рядом с ним. — Ты конченый засранец, Драко, — первой нарушила молчание Джинни. Ее голос был резок, но в нем не было истеричной злобы Пэнси. Просто констатация факта. — Самый настоящий. — Знаю, — коротко кивнул Драко, не споря. Джинни тяжело вздохнула, ее взгляд скользнул по бинтам, она не сдержалась и аккуратно взяла его руку в свою, вновь встретившись взглядом с его глазами. — Команде нужен капитан, — сказала она четко. — Нам нужен ты. Не смей больше так поступать с нами. Или… — она запнулась, подбирая нужное слово, — …или так тупо сдыхать. Это не по-нашему. В ее словах не было сантиментов, только жестокая правда и что-то, отдаленно напоминающее заботу. Драко задержал на ней взгляд. Серые глаза, обычно такие насмешливые и холодные, сейчас были серьезными и… признательными. Он крепко сжал ее руку в ответ. — Согласен, — повторил он, а затем, собрав остатки сил, обратился уже ко всем, голос был тише, но слышен каждому. — Послушайте… Я идиот. И облажался по полной. И мне… — он сглотнул ком в горле, — …чертовски жаль. Вы… — он обвел взглядом всех, — …вы ведь знаете, что вы самая лучшая команда в этой чертовой стране. И вы справитесь с «Ястребами». Именно в этот момент у двери, словно из ниоткуда, раздался резкий, хорошо знакомый, леденящий кровь голос: — Да. И сделаете это без его заслуги. Все замерли, как по команде, повернувшись к выходу. В дверном проеме, залитый светом из коридора, стоял Оливер Вуд. Тренер «Уилтширских Волков». Его лицо было высечено из гранита. Ни тени сочувствия, ни капли снисхождения. Только холодная, сдержанная ярость и глубочайшее разочарование профессионала, чью многолетнюю работу поставили под удар одним глупейшим поступком. Он вошел, и его взгляд, острый и неумолимый как бритва, вонзился в Драко. Атмосфера в палате мгновенно переменилась, став ледяной и невероятно напряженной. Даже Тео и Блейз невольно выпрямились. — Команда, — произнес Вуд четко, без повышения тона, но каждое слово звучало как удар хлыста. — На выход, сейчас же. — Он не отрывал взгляда от Драко. — Мне нужно поговорить с пока ещё вашим капитаном. Один за другим, бросая на Драко последние взгляды,ободряющие, тревожные, полные немого вопроса, игроки стали молча выходить. Рон последним метнул на Драко тяжелый, неодобрительный взгляд, но последовал за сестрой. Дверь тихо закрылась за Финном Бигли. Драко Малфой остался наедине с Оливером Вудом и гробовой тишиной, внезапно оглушительной после ухода команды. Он откинулся на подушки, стиснув зубы, пытаясь игнорировать пронзительную боль в боку и нарастающую тревогу в груди. Он готовился к, возможно, самому тяжелому и судьбоносному разговору в своей жизни.