Глава 15.

– Чёртов ключ! – крикнула я на весь подъезд, после ещё одной неудачной попытки открыть дверь. — Ахалай-махалай, сим-сим откройся, – сказала я и дверь тут же отворилась, но благодаря Птицу. — Благодарствую, сударь! – поклонилась я. — Милости прошу, сударыня Вы моя! – зло прошипел парень. — Эй, красавчик, твоей маме невестка не нужна? – спросила я. — Для начала мне нужна мать, – ответил он. — Ой, – осекнулась я. – Ну… хочешь, со своей познакомлю? Только на вопрос о работе ты ей не говори, что ты псих в супер костюме с огнемётами, который сжёг полгорода, окей? Не думаю, что ей понравится. — Может, тогда, повременим с этим? – предложил Чумной Доктор. Я засмеялась и, покачиваясь, зашла домой. — Не торопись, милая, нам предстоит очень серьёзный разговор. — Свали, птеродактиль, не до тебя сейчас, – сказала я куда-то в сторону. — Я вообще-то слева, – отозвался Птиц. — Да хоть на северо-юге, – махнула я рукой, не оборачиваясь. — Ты понимаешь, что это такого промежуточного направления нет. И я влюбилась в такого душнилу? Угораздило же. — Ты понимаешь, что есть такая вещь, как чувство юмора? – ворчливо сказала я. – Сарказм? Древние греки специально для тебя придумали это слово, но ты их разочаровал. Я кинула в него тряпку, лежащую на столешнице и сказала: — Отвали, рыжий. И без тебя тошно. — Не испытывай моё терпение, Катерина. Меня покоробило от этого. Отец всегда так ко мне обращался, когда был особенно разочарован. Из-за этого, я ненавидела эту форму имени. Вроде полная, но не до конца. Но я не показала этого и проигнорировала его слова. — Домик мой родной! Мой диванчик, как я по тебе скучалааа, – сказала я, снимая все с себя по пути в зал и делая вид, что я не слышу его. — Не игнорируй меня. И кстати, ты, случаем, ничего не потеряла? – недовольно посмотрел на меня парень, скрестив руки на груди. — Да нет, вроде, – ответила я, задумавшись. Меня одолело резкое чувство жажды и я побежала на кухню. Выпив три стакана воды и таблетку, я повернулась обратно. — Я про страх! – резко сказал Птиц, неожиданно появившейся прямо передо мной. Я подпрыгнула на месте, а затем протянула: — Ааа, так ты про это. — Ага, – взглянул на меня он глазами полными злости. – Не хочешь рассказать, где ты была? — Да я бы с радостью, только вспомнить бы. Я вышла из кухни и расположилась на диване, включив телевизор. — …ожане обеспокоены бездействием Чумного Доктора. Вот уже на протяжении недели «народный мститель» никак не заявляет о себе. Крайними его словами, сказанными в последней трансляции были «Я вылечу этот город»… – говорила Анна Теребкина в прямом эфире. — Себя сначала вылечи, – прокомментировала я. Птиц обречённо покачал головой, смирившись с ситуацией и сел рядом, всё ещё оставаясь злым. — С тобой бесполезно разговаривать, верно?! – обратился он ко мне. – Мне что, просто сидеть и ждать, когда ты придёшь в себя, дура безмозглая? Я обиженно отвернулась и сказала: — Да, придётся. — Птиц… ты же мой парень? – посмотрела на него я щенячьими глазками. — Ну да. А что? – напряженно спросил он. — Значит ты любишь меня, ведь так? – продолжила я. — Допустим. Ты что-то хочешь? — Гречку хочу. Сваришь мне? – попросила я. — Какая гречка, половина седьмого, Катя! — Гречкин? А причём тут Кирилл Гречкин. Аа, ты вспомнил своего первенца? – уставилась на него я. — Какого ещё первенца, он не мой ребенок, – раздражено ответил Птиц. — А как это было? Расскажи, птиц! – попросила я. – Вы типо стоите, он весь такой на веселе и говорит тебе: «Дружище, пошли в караоке, потусим». А ты такой: «Да давай прям здесь, пой с мной.» И потом начинаешь: «Ты гориишь.» А потом пух, – сказав это, я взмахнула руками и засмеялась. – И всё, сварилась гречка — Когда уже пройдёт эффект от алкоголя? – вздохнул парень. — Птиц… – снова полезла к нему я. — Что? — А как ты стал таким? – поинтересовалась я. — Каким? – недоуменно посмотрел он на меня. — Больным. — Что блядь?! Я засмеялась и попыталась объясниться: — Ну, ты типо хотел разбогатеть и заработать целое состояние и в итоге состояние, которое ты заработал в прибавок это… ну… ты понял в общем. — Единственное, что я сейчас понял, так это то, что ты не в себе! – раздражённо выпалил парень. — Я то в себе. У меня же одна личность, – сказала я и засмеялась. – А вот в тебе целых две. Или я чего-то ещё не знаю? Он просто промолчал, покачав головой, тихо говоря: — Спокойно, это всего лишь временный эффект. Когда она придёт в себя, тогда я с ней и разберусь. — Кстати, видела яркие вспышки света этой ночью, пока шла домой. Это ты блистал? — Да бляяя, – протянул парень, взявшись за голову. – За что мне такое наказание? Я немного подумала и решила спросит у парня: — Птиц, а у тебя вообще есть хоть один настоящий человек кроме меня? — Почти, был один. Олег. Ну, он был скорее другом этой мямли, а не моим. Они выросли вместе в детском доме, – серьёзно сказал парень. — Он сейчас здесь, с нами в комнате? — Не, он умер в Сирии, – спокойно ответил Птиц. Я резко замолчала. И кто меня за язык дёргал? — Птиц, извини, я не знала… Это была глупая шутка, я не хотела, правда. — Не волнуйся об этом, – отмахнулся он. — А, ну да, он же друг Сергея, – сказала я. — Да не, эта размазня думает, что тот ещё жив. А мне всё равно. — Оу. — Но если тебе так интересно, то я могу тебе сейчас организовать персональную встречу с ним, – сказал парень и его глаза вновь наполнились злостью. — Да не, я как-то не спешу… – тихо сказала я. Я решила попробовать разбавить напряженную ситуацию и сказал: — Ну, тогда если тебя это не беспокоит, то, может, хочешь анекдот? — Ну давай, блесни юмором, – откинулся парень на спинку дивана. — Представь, заходят как-то в бар Разумовский, Олег и Птица. А бармен говорит: «Серёж, ты опять один что ли?» Я сама засмеялась от своей шутки, пока парень стоял с каменным лицом. — Мы с тобой очень похожи, – наконец сказал он. — Чем? — Оба птицы. Только ты чайка, потому что ржёшь прям как она, – улыбнулся он. Но меня это ни капли не обидело. Наоборот, я снова засмеялась. — Почему ты так ненавидишь Разумовского? Знакомство было плохим? – спросила я. — Как ты себе представляешь наше знакомство? Я немного подумал и ответила: — Ну, типо ты такой: «Как тебя зовут?». А он тебе: «Серёжа». И ты такой: «Ну нихуя, вот это совпадение,  меня тоже». Я посмотрела на него, ожидая реакции, но он просто молча приложил ладонь к лицу, сделав фейспалм. — Бедный Серёга, он такой добрый, хотел дарить людям тепло, а ты взял и сжег их, – продолжила я. — Ага, бедный миллиардер, – саркастично сказал Чумной Доктор, – Прямо сама Мать Тереза! Ещё скажи, что он душевно богат и всё такое. — Нее, богат он финансово. А душевно болен. — Есть у нас такое, – согласился Плаг Доктор, усмехнувшись. «Нас?» – изумилась я. Мне казалось, что Птиц вообще не признаёт Сергея и поэтому спросила: —Вы чё, типо комбо? Он уставился на меня с вопросительным взглядом. — Ну, птица-похуица и воробушек-социофобушек. Дуэт, – пошутила я, не удержавшись. – Ну, или судя по твоим прыжкам по крышам, ты паркурица. — Сама ты курица, – ответил он, усмехнувшись. Я недовольно посмотрела на него и сказала: — Знаешь, в добром есть злое, а в злом есть доброе. Есть баланс между добром и злом. Есть чистое добро. — И? К чему ты это? — И есть ты, – ответила я, улыбнувшись. «Мразота» хотела добавить я, но удержалась. — Даже не хочу знать, как ты хотела меня обозвать. — Я не такая, – возразила я. Я с детства слышала, что если тебе нечего сказать хорошего, то лучше вообще промолчать. Но при этом нам твердили, что всегда нужно оставаться честными. Вроде диссонанс, а вроде есть в этом смысл. Ведь обидные мысли могут исчезнуть, а слова никуда не денутся. В общем, на пьяную голову лучше не думать о таких вещах. — Не такая как я, хочешь сказать? А вот мне кажется, мы очень похожи, как личности. Просто ты прячешь себя настоящую, потому что боишься не понравиться людям. — О, ты создал свою личность специально для меня? Как романтично, – саркастично ответила я. — Да блядь. Я о том, что мы не такие уж и разные. И заметь, ни у одного из нас нет друзей, – хотел уколоть меня парень. — У меня есть подруга, – напомнила я. — Та блондинка, с которой ты работаешь? – хмыкнул парень. – Не смеши меня. Просто коллега, не более. Дорогуша, ты не умеешь разделять людей на друзей, знакомых и тому подобное. О, мне-то как раз было трудно назвать хоть кого-то своим другом. Я всех отталкивала, думая, что никого не достойна и надевала маску холодной стервы, которой никто не нужен. Но Лиза, между понравившимся парнем и девчонкой с работы выбрала меня. Мы оба были ей малознакомыми людьми, но она считает меня своей подругой. Она готова жертвовать ради моего счастья, и я не позволю ему очернять её. — Ты хоть раз выходил из своей конуры и разговаривал с людьми? Нет? Вот и придержи свой язык, петушара, – грубо сказала я. — Ого, вы посмотрите, как мы заговорили, – начал расхаживать по комнате Доктор. – А не боишься ли ты отвечать за свой язык? — Не смей вальяжно расхаживать в моём доме! – ещё сильнее разозлилась я. – Это моя квартира. — Скоре студия, – усмехнулся парень, медленно подходя ко мне. — Не подходи, переросток! – угрожающее сказала я, упираясь в диван. Но он не остановился и подошёл совсем в плотную, возвышаясь надо мной и гордо смотря сверху вниз. — Думаешь, раз ты выше, то типа крутой? — Типо да, – пожал он плечами. Я встала на диван и стала чуть выше него. — Ну, шпала, кто теперь выше, а? – довольно посмотрела я на него. Но конечно же, из-за своего состояния, я не могла удержать равновесие на мягком диване, и упала вперёд, прямо на него. Он тут же отреагировал, поймав меня и спустив на пол. — Сегодня, я спущу всё на твою невменяемость в связи с алкогольным опьянением, которое мы кстати тоже обсудим, но ты должна идти спать, – сказал он, посмотрев на меня серьёзным взглядом. — Но у меня работа… – напомнила я. — Ничего с твоей работой не случиться. Скажешь, что заболела, – отмахнулся он. – К тому же, у тебя есть лучшая подружка, которая тебя прикроет, ведь так? Я ничего не ответила на это и лишь злобно развернулась, идя в спальню.