Кошачья проверка на любовь

Октябрь перевалил за середину. С деревьев облетела листва, и город готовился к долгой зиме. Минхо давно хотел познакомить Джессику со своими котами, но ждал подходящего момента. И вот, на одиннадцатом свидании, этот момент настал. День дышал тишиной, словно сотканной специально для чего-то уютного и сокровенного. Минхо, одетый в простую серую футболку, подчёркивающую рельеф его плеч, и поношенные джинсы, шёл рядом с Джессикой по подъездной дорожке к своему дому. В руках он нёс шуршащий пакет с лакомствами для котов. Она же, закутанная в мягкий кашемировый кардиган цвета слоновой кости, под которым едва угадывалось кружевное боди, украдкой улыбалась. Ей нравилось, как он, с едва уловимым ароматом сандала и свежести, заранее заботится даже о таких мелочах, словно предчувствуя их важность. — Готова встретиться с моими детьми? — спросил он, остановившись перед обитой тёмным деревом дверью, хранящей тепло домашнего очага. — С твоими кем? — кокетливо засмеялась она, играя распущенными локонами, пахнущими весенними цветами. — Суни, Дуни и Дори. Они, вообще-то, главные в доме. Я — так, обслуживающий персонал, — шутливо добавил он, сжимая ручку двери. — Ну, надеюсь, я им понравлюсь, — сказала Джессика, поправляя непослушную прядь волос, будто собиралась на судьбоносное собеседование. Внутри её порхали бабочки волнения. — О, они сразу почувствуют… если мне кто-то нравится, — бросил Минхо, глядя на неё с такой обжигающей серьёзностью, что эта фраза прозвучала как обещание. Она тихо вдохнула — опять это его умение обезоружить одним взглядом, заглянуть в самую душу, обнажить все потаённые уголки сердца. — Я давно хотела спросить… а где твои коты были, когда у нас в прошлый раз было свидание у тебя дома? — Я отвёз их к маме. Хотел, чтобы они нам не мешали, и чтобы ты немного привыкла к дому. Встреча состоялась мгновенно. Едва он отворил дверь, в нос ударил густой аромат хвои и кошачьей мяты, и у порога, словно по команде, возникло три любопытных мордочки. Суни, пушистый рыжий хулиган, выгнул хвост колечком, словно вопросительный знак. Дуни с надменным взглядом степенно прошёл мимо, будто оценивая её с головы до ног. А Дори застыл на пороге, вперившись в Джессику немигающим взглядом. — Это он так знакомится, — пояснил Минхо. — Если подойдёт ближе — значит, принял. Если уйдёт — ну… попробуешь позже, — в его голосе чувствовалось лёгкое напряжение. — Поняла, — улыбнулась она, стараясь скрыть волнение, и присела, протягивая руку. И — будто повинуясь невидимому сигналу — Дори подошёл первым. Осторожно потянул воздух, улавливая едва различимые феромоны. Ткнулся влажным носом в её ладонь. И, наконец, мягко потёрся щекой о её пальцы, оставляя на коже едва ощутимый след своей любви. Минхо буквально замер, заворожённо наблюдая за этой сценой. В его глазах плескалось изумление и… что-то ещё, что заставило сердце Джессики бешено заколотиться. — Ты ему понравилась, — прошептал он низким, слегка дрожащим голосом. — Ты понимаешь, что это… редкость? Он ужасный собственник. — Я просто умею находить язык с важными мужчинами, — подмигнула Джессика, стараясь скрыть внезапно вспыхнувший румянец. — Эй, я тоже важный мужчина, если что, — театрально возмутился Минхо, на его лице играла тень обиды. — Вот и проверим, — парировала она, бросая ему вызов одним взглядом. Он рассмеялся — искренне, немного смущённо, но тепло, как июльское солнце. Этот смех, казалось, наполнил всю комнату светом и радостью. Дом стал ещё уютнее. Атмосфера наэлектризовалась едва уловимым напряжением. Они прошли в гостиную, обставленную в минималистичном стиле, но с явным акцентом на комфорт. Джессика опустилась на мягкий диван, обитый бархатом глубокого синего цвета. Суни тут же вскочил к ней на колени, свернувшись пушистым клубком и издав довольное мурлыканье. — Извини, — сказал Минхо, присаживаясь рядом и оставляя между ними небольшое расстояние. — Это его трон. Если он выбрал тебя — считай, что ты теперь проходишь по VIP-статусу. — Мне нравится, — Джессика ласково поглаживала кота, чувствуя, как тот вибрирует от удовольствия. В её глазах отражалась нежность. Минхо смотрел на эту идиллическую сцену — и, казалось, таял на глазах. Его взгляд был полон восхищения и… желания. — Ты такая… — он замолчал, подбирая слова. В воздухе повисла интригующая тишина. — Какая? — спросила она, не отрывая взгляда от лица Минхо, пытаясь разгадать его мысли. Он сделал вид, что выбирает слово осторожно, словно это был драгоценный камень. На деле — просто любовался ею, не в силах отвести взгляд. — Нежная. Настоящая. И… — он чуть наклонился вперёд, его дыхание опалило её щеку. — Очень милая, когда улыбаешься. Джессика почувствовала, как к щекам приливает кровь, но не отвела взгляда. Её губы приоткрылись в ожидании. — А ещё ты хорошо смотришься в моём доме, — продолжил он, понизив голос до шёпота. — Слишком хорошо. Словно всегда здесь была. — Слишком? — прошептала она, затаив дыхание. — Да. Это опасно, — в его словах звучала предостерегающая нотка. Она рассмеялась нервным смехом, но чувствовала, что он говорит не просто так. Что за этими словами скрывается нечто большее, чем просто комплимент. Немного игры. Напряжение нарастало. — Дай угадаю, — сказала она, стараясь скрыть волнение за бравадой. — Сейчас твой главный судья решит, можно ли мне остаться. И тогда мы будем точно понимать куда движемся. Она с вызовом посмотрела на Дуни, который восседал на подлокотнике и будто сканировал её пронзительным взглядом. — Дуни, — произнёс Минхо строгим тоном, в котором, однако, сквозила нежность. — Это Джессика. Она мне нравится. Веди себя прилично. Не вздумай её обижать. Кот фыркнул в ответ и, на удивление, мягко ткнулся ей головой в плечо, словно выражая своё одобрение. — Всё, — объявил Минхо. — Считай, ты прошла полную проверку. Теперь ты часть семьи. — Даже не волновалась, — лукаво улыбнулась она, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он снова смотрел на неё слишком пристально. Слишком тепло. Слишком… жадно. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим мурлыканьем Суни. — Напомнить тебе, что это шоу? — прохрипел он вдруг, словно пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией, над своими чувствами. — А разве здесь есть камеры? — тихо, с вызовом спросила она, играя с огнём. Он замолчал. Очень надолго. Режиссёр заранее распорядился оставить в гостиной только скрытые камеры на полках, чтобы не нервировать животных. И они это оба прекрасно понимали. Осознание этого факта придавало их игре особую остроту. Минхо подался чуть ближе, будто повинуясь неконтролируемому инстинкту. Джессика ответила на его движение, тоже подавшись вперёд. На секунду показалось, что всё возможно — что в этот раз ничто не помешает им соединиться в страстном поцелуе, что границы между реальностью и игрой наконец сотрутся. Но в коридоре раздались торопливые шаги оператора. Минхо выдохнул резко, словно сбрасывая с себя наваждение, и откинулся на спинку дивана. — Нам точно нельзя оставаться наедине, — пробормотал он, глядя в потолок. — Становится слишком… естественно. — Мне нравится, когда всё естественно, — тихо сказала она, поглаживая Суни, не отводя глаз от Минхо. Он посмотрел на неё. Долго. С такой же жадностью и тоской, как прошлым вечером. — Тогда… может быть, однажды — без съёмочной группы? — спросил он, его голос звучал как мольба. — Может быть, — улыбнулась она, играя с его чувствами. — Когда коты одобрят. — Они уже всё поняли, — сказал Минхо, с уверенностью глядя ей в глаза. И Дори, будто подтверждая его слова, грациозно прыгнул на диван и уютно устроился между ними — как маленький пушистый купидон, соединяющий два одиноких сердца.