Часть 1

Солнце заходило за горизонт, шелестела зелёная листва, а птицы пели свои баллады о неразделённых никем, кроме их соратников, любви. Так могла начинаться книга Эльчина Сафарли о уютной любви, домашнем запахе, звуках морского прибоя. Но в итоге все закончится так, как у Сильвии Плат — грустно и реалистично. Девушка с золотистыми волосами лениво устроилась в мягком кресле в углу книжного магазина, бездумно листая газетные страницы классического произведения. Она даже не читала, а просто взглядом обводила каждую печатную букву, постоянно подымая глаза на скрипящую дверь. Сегодня был явно не день для посещения книжного, почему — неизвестно. Обычно всегда в этом месте тусуется относительно большое количество людей. Но девушку это не очень расстраивало. У неё не так много времени на то, чтобы побыть одной и заняться тем, что хочется, прислушаться к кричащему сердцу. Поэтому сейчас подвернулся замечательный момент, чтобы расслабленно откинуть голову на габаритное кресло и блаженно прикрыть налившиеся свинцом веки. От пробивающейся сквозь окна теплоты скоро потечёт тушь, а пот выступит капельками на нежной коже и будет соблазнительно блестеть. Но ничто из этого по-настоящему не волновало Агату. Ее слух моментально обострился как только прозвучал звон колокольчиков, оповещающих о неожиданном госте. — Здравствуйте, — послышался нежный голос молодой девушки, которая краем глаза заметила в другом конце магазина Агату и повернулась к ней, замечая яркую книгу в ее руках. — Вы бы могли посоветовать что-нибудь из фэнтези? — вежливо поинтересовалась обладательница ярко-розовых, шёлковых волос, словно она только вышла из салона. — Могу. Агата медленно встала с кресла, ладонями облокачиваясь на деревянные лакированные подлокотники. Девушка подошла к окну напротив, возле которого был стенд с яркими корешками книг. — Из всей подборки мне больше нравится славянское фэнтези, — Агата указала на определеную книгу, замечая чуть дрожащую улыбку покупательницы. Девочка показалась ей весьма милой. — Ещё с чем-нибудь помочь? — Нет. Эванс ещё несколько секунд стояла рядом с девушкой, застыв в одном положении и направив свой взгляд на до безумия знакомые черты лица. Ощущение, что она знакома с розоволосой не покидало ее до самого момента, пока девушка не вышла из магазина с предложенной Агатой книгой в сумке. Проследив куда же та направилась Эванс слегка изумилась, ведь девушка шагнула в чёрную, бесконечную дыру похоти и алкоголя, а именно — в бар. Скрывать нечего — Агата и сама частенько заходила к парням и девчонкам, работающим там, но никогда не оставалась дольше положенного. Лимит времени пребывания там она создала и контролировала полностью сама, ведь знает, что эти ребяты своей харизмой и очаровательностью могут заманить в свою нору любого. Но находясь там ей всё равно было не по себе, будто это место вовсе не ее и ей приятней было бы на родительской веранде в то время, когда всё ещё было хорошо, когда она не выглядела полной дурой в глазах родственников. Бар — это исповедальная в церкви со своим священником, знающим все твои сотворенные грехи. — Я никогда сюда больше не приду, Дарья, — еле как выговорила предложение девушка, опустив свою голову на сложённые руки, отрицательно помотав ею, тем самым показывая, что полностью отвергает диалог с барменом. — Ненавижу этот бар, потому что вы знаете все мои секреты. — Откуда нам знать, что все сказанное тобой — правда? — спокойно произнесла Дарья, протирая до блеска винный бокал. — На нашей ноше слишком много тайн и грехов, за которые бы сам Дьявол продал взамен чью-нибудь бесполезную душу, чтобы та в нашем баре была постоянным клиентом, — усмехнулась брюнетка с заколотыми на макушке волосами. — Я не хочу, чтобы ко мне наведывался Дьявол. — Не хочешь, чтобы он снова приходил к тебе? — загадочно улыбнулась девчонка, облизывая губы. — Он никогда не уйдёт от тебя, пока ты думаешь о нем, девочка. Страх вас связывает. — Страх нас связывает… — пьяно повторила заплетающимся языком Агата, растворяясь в этом мгновении и оказываясь в Преисподней на личной аудиенции у правителя. Агата заперла дверь книжного, выставив на обозрение табличку: «Закрыто» и поспешила к чёрному выходу, который выходил во дворы. Девушка села на скамью возле облезлой стенки и наблюдала за летающими птицами на небе, ей было открыто для обзора только квадрат неба, ведь она вся была окружена панельными домами, в которых кипела жизнь. На одном этаже сушились вещи, а на другом молодая семья широко улыбаясь, наблюдая за неумелыми шагами своего ребёнка. А на крыше второго дома сидела компания подростков и фотографировала закат. Агата уставилась на тоннельный проход перед собой с решеткой, через которую можно было пройти только жильцам данного участка, открыв металлический замок ключами. Девушка наблюдала за проезжающими машинами с такой тоской, будто эта клетка и впрямь являлась настоящей преградой для нормальной жизни. Будто из этого замкнутого пространства никак не выйти и всё, что остаётся делать — это смотреть на медленно тлеющую сигарету с грушевым вкусом. Те самые, которые ей подарила старшая сестра, когда всё ещё было хорошо. Она никогда не перестанет говорить об этом в таком ключе. Хороший период в ее жизни был, но он закончился. Вот такое свойство имеет жизнь, наполненная эйфорией. Агата поднесла сигарету к пухлым и чуть алым губам, ставя ноги на скамейку и обнимая колени руками, не замечая холодка, прошедшего по оголенным плечам блондинки. Вскоре девушка потушила самокрутку и заходя обратно в тёплое и пустое помещение. «Что было за закрытой дверью я уже не помню», — с ужасом услышала свои мысли Агата Эванс, смахивая стеклянные слёзы с румянцевых щёк.