Алмрейвен: VII. Над пропастью в камыше

      До последнего не верилось, что он ушел.       Пустоши, поля и кроны лесов вдалеке; городские картины ныне – только отпечаток в памяти, словно и не было никогда.       Словно те четыре года – длинный сон, от которого он очнулся посреди пыльной желтой тропы.       Ушел с энтузиазмом. Молча. Больно нужны ему трусы, неспособные мириться с его причудами!       Кстати о причудах – надо бы поискать их природу. Абы с кем огонь не дружит.       Смелые шаги. День, второй, третий…       К середине недели что-то пошло не так. Тоска заполнила черной смолой, выталкивающей наружу такие неправильные слезы. Нос онемел, дышать трудно.       Уж лучше уйти первым, чем оказаться брошенным теми, кто успел стать крепкой опорой.       И терпеть, если хочется вернуться.