Распутная декада: I. Раскол

      Отражение в сломанном зеркале – изумительно правдоподобное зрелище.       Трещина посередине лица.       Одна половина там, в Алмрейвене, плещется в море и ловит рыбу. Другая – за его пределами, аскетично ушла. Верное решение.       Всегда будет верным.       Скучает. Ну и что? Просто привычка. От любой такой можно избавиться.       Булькает бурдюк. Не вода, медовуха: острые скулы, измазанные черным губы и рыба во рту.       Сменил пойло, чтобы не напоминало.       Не нужен он им, а они – ему.       Их дороги разошлись: свойство любого жизненного пути. Его собственная тропинка слишком узкая, там не поместится никто; только если на горбу своем нести.       Ромаша и Шитоху на горбу не потянет, нет.       Горечь сивухи на языке – вкусовой аналог одиночества. Тупая боль в прошедших десяток миль ногах – его физическое воплощение. И вроде бы все устраивает.       Только почему так хочется обратно?       Почему так хочется домой?