Начало Конца или наоборот?

      Еще с самого рассвета утро началось очень странно. В разведке случается много чего странного, но это было особым случаем. С первыми лучами солнца Эрвин и Ханджи буквально выпрыгнули со своих кроватей и начали усиленно тренироваться, покрикивая «Я не знаю почему это делаю!», а Микаса и Леви почему-то краснели и заикались каждый раз, когда случайно пересекались взглядами.       Микаса даже пару раз упала, а Леви со всей дури врезался в стену и не подавая вида, ушел с гордо поднятой головой, украдкой стирая кровь с носа.       Вся суматоха поубавилась ближе к обеду, когда тела Эрвина и Ханджи уже не выдерживали нагрузок. Со вздохом облегчения, начальники упали в обморок, бормоча что-то про Аккерманов и их стойкость, в то время как Конни и Армин пытались успеть поймать своих командиров до столкновения с землей.       Жаль, что они опоздали на пару миллисекунд.       Дела с Микасой и Леви обстояли сложнее. Они все еще продолжали краснеть, но уже могли говорить более менее внятно.       Это большой прогресс, учитывая их состояние утром. — Микаса, можешь отдать эти документы капитану Леви? Я вчера назвала его мелким и теперь боюсь подходить к нему, — попросила девушка, прижимая стопку бумаг к груди и неловко улыбаясь. — Нет. — Пожалуйста, Микаса! Я знаю, что ты его любимица, поэтому, пожалуйста, выручи меня, а я буду на следующей неделе дежурить вместо тебя, — взмолилась шатенка, почти упав на колени.       То ли слова об освобождении от дежурства так на нее повлияли, то ли то, что ее назвали любимицей капитана так подействовало, но она согласилась и повернув направо, зашагала в сторону кабинета Леви, совсем позабыв, что она дико смущается перед ним.       Припевая под нос, девушка постучала в дверь и открыла его, не дождавшись разрешения, а после осознав ситуацию встала в ступор. — Проходи. — Ладно, — ответила она и села на небольшой диван около стола и молча начала наблюдать за Леви, который быстро писал немного кривые буквы на белоснежной бумаге.       Минуту, а может и больше, они сидели в тишине и лишь тихий шелест бумаги нарушал его. — Знаешь, я сегодня… Видел сон, — с усталым вздохом начал Аккерман, прекратив свою работу и откинувшись на кресло.       Он и сам не понимал, почему хочет рассказать ей про него. — Там… Мы с Эрвином, Ханджи и тобой попали в будущее, — продолжил он, акцентировав внимание на последнем слове. — Мы были… Женаты.       Слова давались ему с трудом, но что-то толкало его на этот поступок. — У нас была дочь… — Ева, — ахнула Микаса, уронив бумаги, про которые она давно забыла.       С ошеломленным видом представители рода Аккерман смотрели друг на друга и даже не глядя на них можно с точностью в девяносто девять процентов сказать, что в голове у них активно работают шестеренки и скоро они найдут ответ на многочисленные вопросы, что витали в воздухе. — Так это… — Не сон?       Они и сами не знали точно, но судя по поведению Ханджи и Эрвина, они тоже видели этот сон, но забыли, однако подсознание, кажется, помнит слова Леви из будущего про их выдержку. — Но почему мы не забыли? — Не знаю. — Капитан? — Слушаю. — Вы, — с неуверенностью закусила губу и опустила голову, закрывая лицо волосами. — Вы помните свои последние слова?       Леви замер. Он не думал об этом. Ему, конечно, было немного стыдно из-за вспыхнувшихся чувств после «сна», но думать о дальнейшем он не смел. — Да, — ответил он, сглотнув ком в горле и мимолетно взглянув на нее. За все свои тридцать лет, ему впервые так стыдно взглянуть кому-то в глаза. — А еще помню твои слова о ребенке.       Нервно усмехнулся мужчина, припоминая неловкий случай с девушкой, чтобы не один он страдал. Любовь любовью, но одному сидеть красным словно сваренный рак не очень-то хотелось. — Э-это! Я поддалась моменту и вообще! — возмутилась девушка и замолкла, не найдя нужных для оправдания слов. — Думаю мы должны все хорошенько обдумать и встретиться после, — сказал Леви, наконец взяв себя в руки. Им нужно все обдумать и принять решение. — Да, тогда, я пошла, — и выбежала из кабинета, столкнувшись по пути с Эрвином, который проходил мимо. — Вы опять поругались? — спросил Смит, смотря на смятые на полу бумаги и довольный вид друга. — Не совсем, — произнес Аккерман, больше не обращая внимания на блондина, что продолжал стоять у двери, наблюдая за беспорядком, который Леви не пытался устранить. — Ханджи! Леви сломался! — после пары секунд молчания крикнул Эрвин и побежал искать ученую, совсем забыв, что пару часов назад они сами вели себя странно.