Песня матери заколдованного богатыря

А когда потолок был слишком высок, и под тополем не счесть монет золотых, говорила я тебе, говорила, сынок: нету рук у Бога, кроме твоих. А ты ждал сотворенья больших городов, а пока из речного их строил песка, а поверх кораблями вчерашних снов, как записки от Бога, неслись облака. И пускай выпал жребий не строить, а жечь, и последний напев в этом мире затих, словно шепот дождя, долетит моя речь: у Заххака нету крыльев, кроме твоих. Скоро лопнет струна, и предсмертный стон разойдется кругами, окровавит восток. Ах, не страшен мне старый и жирный дракон, Страшен взор твой пустой, страшен меч твой, сынок. И когда сотрясет последняя дрожь эту мертвую сцепку жизни со злом, каждый станет сутью, отринув ложь – иль ладонью Господней – иль Заххаку крылом.