Глава 22. Потерянный

Февраль, 2000 год В камине тихо потрескивал огонь. Сжимая ножку бокала с недопитым красным вином, Люциус наблюдал за причудливой игрой пламени. Его рука онемела от напряжения, и он со стоном поставил бокал на стол. Несколько секунд он задумчиво смотрел на письмо, лежащее перед ним. Правильно ли он поступает? Предательство… Он криво улыбнулся, взял перо и продолжил писать. Снова заныла рука, из-за чего буквы в нескольких словах получались неуклюжими. Ничего, суть ясна. Он остановился, на мгновение задержав дыхание, и потер глаза тыльной стороной ладони. Его рука снова дрожала. Он страдал от странных приступов в течение нескольких месяцев. В чем была причина? Нервы, горе, страх, боль утраты или гнетущее чувство вины? — Люциус, — произнес мягкий женский голос. Он не поднимал головы, делая вид, что занят работой. Он не хотел ее видеть. Не сейчас… — Люциус, пожалуйста, — голос звучал так умоляюще, так беспомощно и безнадежно. Люциус очень медленно повернулся к жене, встретившись с ее тусклыми глазами. Светлые волосы обрамляли ее лицо, в беспорядке спадая на хрупкие плечи. Она никогда еще не была так красива. — Как прошел твой день, дорогая? — спросил он сухо. Нарцисса с трудом улыбнулась. Он на мгновение смутился. Ни у кого в их семье не было столько самообладания, как у нее. Ни у Драко, ни у него. И теперь маски упали… — Мы все никак не могли выбрать цветы. Мелинда и я, — рассеянно ответила Нарцисса. Люциус внимательно посмотрел на жену. Не так давно она с энтузиазмом планировала свадьбу их сына, мечтая устроить мальчику незабываемый праздник. — Спроси Драко. Это его праздник. Она только покачала головой. — Его ничего не волнует, абсолютно, — голос дрожал, срываясь от едва сдерживаемых рыданий. Люциус с трудом сглотнул. — Тогда спроси Наталью. — Она категорически против свадьбы. Я слышала, как она умоляла свою мать не выдавать ее замуж, — пробормотала Нарцисса, вытирая слезы. — Она боится его. — Так ей и надо. Пусть помучается, — равнодушно ответил он. — Люциус… Я тоже его боюсь! Он такой холодный. Он такой безжалостный, — Нарцисса, казалось, вот-вот расплачется. Только не снова… Люциус слегка кивнул, не в силах сделать больше. У меня пересохло в горле. Он чувствовал, что Нарцисса смотрит на него. В ее глазах заблестели слезы, а плечи печально опустились. — Что они с ним сделали? Почему? Слезы текли по ее бледным щекам. Люциус вдруг понял, что никогда раньше не видел свою жену плачущей. Она права. Волан-де-Морт и его приспешники уничтожили их единственного сына, отняли у них самое дорогое… Все, что осталось от ранее сильного и гордого молодого человека — это пустая оболочка, лишенная чувств и желаний. Чей внутренний мир теперь был недоступен для всех… Потерян для всех… — Они заплатят за это, — пообещал он, дрожа от гнева. Нарцисса горько всхлипнула. — Но как это поможет нам? Как это поможет Драко? — Мы обязательно придумаем, как его спасти. — Это проклятие необратимо! — То же самое они говорили о смертельном проклятии, — возразил Люциус. В комнате воцарилась тишина. Нарцисса печально вздохнула. — Пока оно не настигло Гарри Поттера! — он стиснул зубы и снова склонился над письмом. Нарцисса легкими шагами приблизилась к мужу, нежно обняла его за плечи и пощекотала щеку горячим дыханием. — Мы можем только надеяться на чудо, — сказала она, пробегая взглядом по неровным строчкам. — Может быть, он уже нашел свое чудо раньше нас? — прошептал Люциус.

***

Его окружал холод. Холод и тьма. Ни капли света, ни проблеска надежды. Только внутренняя пустота. Безразличие. Что это? Его мир? Его жизнь? Было ли его единственной целью убивать и быть верным лорду? Только это? В конце концов, он не всегда служил своему хозяину. Он знал об этом из отрывочных, повторяющихся снов. Когда это было? В какой жизни? Жил ли он когда-нибудь по-другому? Любил ли он? Был ли он любим? Его прошлое казалось загадкой. В тот момент, когда прозвучал последний звук проклятия, прошлое, казалось, затянуло в глубокий колодец. Когда это было? Почему часть его жизни была стерта? Почему она была уничтожена? Если это наказание, то за что? Почему он все забыл? Почему ему снятся кошмары? Крики, мольбы о пощаде, разрушения, кровь… Смерть… В конце концов, это ничем не отличается от его реальной жизни, от его деяний во имя великого лорда. Грязнокровки и магглы должны умереть. Жалкий сброд, влачащий жалкое существование… Отбросы человеческого общества… Вот чему учил учитель… Вот как он думал и жил… Только ночь изменила все, погрузив в картины давно минувших дней. Воспоминания о прошлой жизни? Он словно смутно видел чей-то образ сквозь запотевшее стекло. Ее глаза были цвета опавших осенних листьев, ясные и непорочные. Ее губы были алыми, как лепестки роз. Ее волосы мягкие, как шелк… И все разлетелось вдребезги, вдребезги разбилось от слов проклятия. Они всегда с оглушительным грохотом вспыхивали в его измученном сознании, не позволяя воскресить тени прошлого. Каждый раз, когда удавалось различить смутные, размытые очертания, возникала невидимая, но прочная преграда. Ему снился заброшенный дом. Ветер громко свистел, сотрясая сломанные ставни, и кружил пыль в центре комнаты. Знал ли он это место? Где-то в глубине души он понимал, что дом — это рай. Или это было убежищем в его прошлой жизни… Днем он верно служил своему хозяину, но ночью другая, неведомая часть его существа просыпалась и стремилась к свободе… Почему? Почему он мечтал о свободе, хотел новой жизни? Прошлой жизни? Или просто другой? Застонав, он схватился за голову, морщась от страшной боли. Он слишком глубоко погрузился в пучину прошлого, за что немедленно понес мучительное наказание. Всякий раз, когда игры воображения становились все отчетливее и ярче, почти закрепляясь в сознании, раздавался пронзительный голос… и он со смехом выкрикивал: — Амнезия!

***

Северус Снейп стоял у окна, рассеянно глядя вдаль. Хогвартс сильно пострадал во время последней атаки последователей Волан-де-Морта. Защитники замка выстояли и теперь самоотверженно приступили к восстановительным работам. Как много изменилось с тех пор… Они потеряли почти все, но хуже всего то, что они потеряли доверие. Родители забрали детей из школы, не желая больше подвергать их смертельной опасности. Учителя тоже были напуганы. Он все понимал… Хотя он не хотел признаваться в этом даже самому себе. Какой унылый пейзаж за окном: почерневшие деревья, полуразрушенные стены и защитные рвы. То, что Волан-де-Морт не сровнял с землей, было уничтожено огнем. Снейп тихо вздохнул, заметив одинокую фигурку девушки. Полы ее платья развевались у нее за спиной, а длинные темные волосы развевались на ветру… — Профессор, я боюсь за нее. Вы слышали последние новости? — спросил молодой человек, подходя ближе. Снейп недовольно поморщился. Он совсем не хотел иметь такого помощника, но у него не было выбора. Особенно сейчас, когда армия Волан-де-Морта стала еще сильнее. И не последнюю роль в этом сыграла Темная кавалерия со своим новым лидером, прозванным в народе «ангелом смерти». Они разрушали все, сметали все на своем пути. Он горько улыбнулся. — Да, я в курсе событий, мистер Поттер. — Вам не кажется, что вам следует сказать ей и это тоже? Она… они… — нерешительно начал Гарри, но Снейп резко оборвал его. — Она знает.