Что для тебя значат другие?

Был прохладный вечер. Сегодня я был на ночёвке у Вадима. Это был первый раз, когда я ночевал у кого-то, и, сказать честно, — мне безумно нравилось. Вадим был тем, кто позволял мне хоть немного забыть о том, что есть внешний мир. Он был словно тем самым «внутренним миром». Обычно внутренний мир — это твоя глубокая история в голове, а у меня это был он — мой друг. Я был привязан к нему, как ниточка к шарику: его доверие казалось тем, что получить невозможно, но я был единственным, кому он позволил быть так близко. Когда я спал в гостиной, я понял, насколько мне с ним уютно. Мне снился сон, будто мы снова были на той самой остановке и болтали весь вечер, всю ночь, а потом гуляли по городу, словно так и должно быть. Мне было невероятно трудно осознавать, что он не мой родной брат — я безумно этого хотел. Признаться честно, иногда мне проще зарыться в другом человеке, чем разбираться и копаться в себе. Наверное, именно из-за этого мои проблемы и копятся: складываются в одну кучку, а я просто выкидываю всё как ненужный хлам, забывая об этом на следующий день. А потом оно возвращается в виде «свалки» — с неприятным запахом и ощущением… ненависти и неприязни ко всему. Вечером я особенно задумался, что вообще происходит в моей жизни. Почему-то именно в это время суток в голову приходят философские мысли, и мне казалось это чем-то обыденным: просто сидишь и думаешь о своём, пока за окном висит мрак, будто неупокоенная душа просит тебя немного побыть с ней. Если честно — звучит жутковато. Я сидел в комнате Вадима, пока он мылся. Дневник сегодня я не взял — забыл, но это и не имело значения. Мысли глубоко ушли в голову, но я быстро вернулся к реальности, когда услышал, как Вадим зашёл. Его мокрые волосы и взгляд — такой же домашний и родной, как и сам он. Парень улыбнулся, потрепал меня по макушке и стал надевать чистую футболку. — Вадим… — неожиданно сказал я. Он резко повернулся, как раз надевая футболку, и посмотрел на меня. — Ты когда-нибудь… задумывался о том, что для тебя значат другие? Вопрос явно выбил его из колеи: он долго молчал, минут двадцать. Я понимал, что тут сразу не ответишь — нужно подумать, а не сказать: «да, было» и замолчать. Вадим всегда фильтровал речь и думал перед тем, как что-то сказать. Это вызывало у меня только больше уважения. — Думаю, что… да, — неловко ответил он, садясь за стол. — Я начал задумываться ещё в классе восьмом, когда познакомился с нашей… уже бывшей компанией. Сначала думал: «та норм люди», а потом начал понимать, что они для меня значат на самом деле. А сейчас, когда мы так сблизились, я почти каждый день перед сном спрашиваю себя: «а почему мне легко всё прощать Равилю, а другим — нет?». Эти слова засели у меня глубоко. Я растерялся, не знал, что сказать. Это звучало как название истории или вопрос, требующий трёхчасового рассуждения с тёплым кофе под мягким пледом. И Вадим, похоже, тоже замялся — его руки начали дрожать. За время нашего общения я заметил эту привычку: когда он нервничает, его руки подрагивают каждые 3–4 секунды. Мелочь, но я это запомнил. — Почему? — тихо спросил я. Он взглянул на меня в недоумении. — Что «почему»? — Почему ты мне прощаешь всё, что я делаю? Все мои глупости, загоны… и это тупое нытьё. От собственных слов меня передёрнуло, но он просто коснулся моего плеча — спокойно, как будто взглядом сказал: «всё нормально, брат, я понимаю». Я улыбнулся и стал ждать ответа. — Думаю, что… тебя просто легче понять. Ты не то, чтобы книга, которую можно понять, открыв первый абзац — ты глубже этого. Ты как жизнь: один день всё хорошо, а во второй ты уже гуляешь со своими тревожными мыслями. Да, каждый из нас проживает свою историю, но ты — будто чья-то целая биография: рождение, детство, юность, взросление. Ты как главный герой, который прописан… слишком уютно. От его слов мне стало легче дышать. Я действительно будто оказался героем истории, где показывают меня как личность, а не как скомканный листок, который использовали и выбросили. Я настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как лёг на кровать товарища — а он был совершенно не против. Воздух в комнате стал теплее. Запах — как будто это мой родной дом. Вадим лёг рядом, просто молча наблюдая за окном. Сердце бешено стучало от ощущения безопасности. Я даже не знал, как правильно сказать, что он для меня значит, но по его взгляду я прочитал: «не стоит. Я и так вижу, насколько я тебе важен». На следующее утро в дневнике я запишу: 07.10.2023.

7 запись в дневник.

«Иногда тот, кого ты ждёшь меньше всего, может изменить твою судьбу, а те, на кого ты полагаешься, — не всегда будут рядом. Я понял, какую дорогу хочу выбрать: дорогу «В», где есть тот, кто меня по-настоящему ценит. Это не просто «фоновый персонаж» — это тот, кто простил мне ошибку, которую я не мог простить себе. Спасибо, Вадим, что ты со мной».