Глава 3

Первую половину дня девочки посвятили выполнению домашнего задания, чтобы не испортить репутацию своего факультета на следующей неделе. После долгого сидения за столом ужасно хотелось прогуляться, поэтому несмотря на тяжёлые тучи за окном и собирающуюся бурю, подруги отправились пройтись. Стоило им подойти к квидичному полю, как блеснула ослепляющая вспышка, резко ливанул дождь и через несколько мгновений послышался оглушительный удар грома. Девочки переглянулись и поспешили к раздевалкам. – Ну вот, теперь мы надолго здесь застрянем, – расстроилась Падма. Луна мечтательно смотрела через дверной проём на стену дождя и растекающуюся землю прямо перед дверью раздевалки. – Ну…зато мы здесь одни и у нас есть мётлы, вряд ли кто-то захочет потренироваться или даже просто выйти за пределы замка в такую погоду, – заговорщицки сказала Кира, поворачиваясь к Гермионе. Последней сразу захотелось потренироваться вдали от подозрительных слизеринцев, но она всё ещё сомневалась в своих способностях: – Здесь, кажется, не очень много места, – задумчиво ответила девочка. – Я считаю, это – отличная идея, – сразу откликнулась Луна, – а как только дождь поутихнет, мы сможем вылететь на улицу. Девочка поскорее вытащила пять школьных мётел из шкафов в дальнем углу раздевалки. – Хорошо, – Кира сразу перешла к инструкциям по полётам, как будто почувствовав, что Гермионе нужно начать с самых азов. – Метла – это твоё продолжение, тебе не стоит бояться летать, она точно отзывается, отвечает на твои желания, то есть, если тебе больше всего захочется, чтобы это всё поскорее закончилось, тебе никогда не взлететь! Полёты – это просто абсолютное счастье и свобода, ты можешь отправиться куда угодно! Ну что, попробуй ещё раз, скажи: «Вверх!». Гермиона подумала, что полёт на метле, должно быть, напоминает быструю езду на самокате или велосипеде, ей уже приходилось испытывать чувство счастья от захватывающей дух скорости и захотелось пережить его снова. Кира умела вдохновлять! Метла сразу отозвалась на команду Гермионы и девочки выбежали на стадион, потому что дождь немного поутих, но не закончился, что обещало им защиту от чужих глаз. Все впятером они взмыли в воздух и совершили круг, держась около трибун. Руки Гермионы тряслись и она очень боялась потерять управление, но метла волшебным образом несла её вперёд. Дождь хлестал в лицо, создавая ощущение борьбы со стихией, но вдалеке солнце уже выглядывало из-за туч, отчего этот вечер казался ещё более необычным и сокровенным, как приключения, сближающие участников воедино. Кира возглавила их вереницу и понеслась в сторону солнца, её рыжевато-каштановые волосы развевались на ветру и отливали золотом на фоне солнца. Перед глазами мелькали пёстрые осенние листья, неспокойная тёмно-синяя поверхность воды, а затем бесконечная череда полей, раскинувшихся внизу после того, как девочки вылетели за территории Хогвартса. Выгоревший жёлтый и медный цвета созревших злаков сменились волнительно фиолетовым и тёмно-синим небом, ещё неспокойным после грозы, потому что девочки стремительно набирали высоту, чтобы их не заметили жители ближайших деревень. После часа полёта девочки вернулись в раздевалки и без приключений добрались до замка, теперь Гермиона была уверена, что не ударит в грязь лицом на следующем занятии у мадам Трюк. После ужина Гермиона побежала в библиотеку на встречу с Рольфом. Девочки промокли до нитки и, хоть она и успела переодеться, её всё ещё слегка знобило. Заметив это, Рольф автоматически наложил на неё согревающее заклинание. Девочка поблагодарила друга и решила, что нужно поскорее найти и выучить бытовые заклинания. Ей опять показалось, что кто-то буравит её взглядом. Обернувшись, Гермиона увидела Малфоя за столом слизеринцев, но его взгляд был направлен в другую сторону, хоть голова и была повёрнута к ней. Девочка решила обдумать это позже и отправилась за Рольфом в секцию волшебных растений и магических тварей. Дети просидели до самого закрытия библиотеки, так что им пришлось ускориться, чтобы успеть вовремя в гостиные своих факультетов. Им удалось найти достаточно много информации. Магия музыки оказалась очень прихотливой, она могла возникать сама или создаваться волшебником. В последнем случае требовалось большое количество расчётов и эффект или передача магического послания достигались только при совпадении определённого состояния души и настроения получателя. Это объясняло, почему не все слышали мелодию растений в лаборатории Рольфа. Друг выглядел задумчивым и Гермиона поспешила поддержать его. – Рольф, это звучит непросто, но, если магия базируется на расчётах, значит, их можно расшифровать. Это гораздо лучше, чем если бы мелодия просто возникала из ниоткуда. Вопрос только в том, в какой системе работает этот шифр. – Я думаю, это как-то связано с веществами, выделяемыми растениями, с их алхимической формулой. Нужно заняться алхимией и арифмантикой. – Ты прав, ну что, встретимся в понедельник после ужина? Рольф кивнул и друзья попрощались. На этот раз никто не беспокоил Гермиону расспросами и уставшие за день девочки крепко спали. Только Кира проснулась от тихого шуршания Гермионы и подмигнула ей.

***

Понедельник начался с быстрых сборов на занятия. Гермионе явно требовалось больше времени, чтобы отдохнуть после насыщенных выходных. Волосы не хотели подчиняться расчёске и она уже второй раз пожалела, что не потратила время на изучение бытовых чар. Гермиона попросила девочек отправляться без неё и, как только справилась с утренними процедурами, понеслась за ними в Большой зал. Кто-то опять схватил её за руку по дороге и она уже ожидаемо увидела перед собой Малфоя. Чуть не потеряв самообладание, девочка уставилась на него гневным взглядом. В ответ мальчик усмехнулся и произнёс: – Ты – разве не жаворонок, Грейнджер? Не горишь желанием как можно скорее приступить к занятиям? – Ты – прав, не могу дождаться, – ответила девочка и развернулась, чтобы уйти. Мальчик снова схватил её за локоть: – Не так быстро, Грейнджер! Будь повежливее, иначе мне придётся доложить о твоих приключениях. Девочка ничего не стала отвечать, спокойно села за парту в пустующем кабинете и стала смотреть перед собой, надеясь, что ему скоро надоест. С этим шантажом нужно было что-то делать, но не хотелось выдавать всю эту историю с Рольфом. Может быть, и пусть бы Малфой рассказал директору, ничего бы не случилось… Не услышав от Гермионы ответа, Малфой решил продолжать: – У меня к тебе предложение, Грейнджер. Сегодня на заклинаниях ты скажешь своим подружкам настолько громко, чтобы услышали за столом Слизерина, что я – лучший ученик Хогвартса и ты бы очень хотела узнать меня поближе. Гермиона поражённо уставилась на него. Это было бы решением её проблем и ей не пришлось бы подставлять друзей, но как же стыдно становилось только представить себя в этой ситуации. С другой стороны, кажется, он многим нравился и о её нескромном признании наверняка скоро забудут. Гермиона сконцентрировалась, чтобы скрыть свою неуверенность и серьёзно произнесла: – Хорошо, я согласна. Но откуда мне знать, что ты в этом случае перестанешь меня шантажировать? – Я даю тебе слово! Слово Малфоев имеет ценность, тебе не кажется? – сказал мальчик уверенно. Гермиона засомневалась, но, кажется, такое утверждение звучало убедительно в мире чистокровных. – Хорошо, я согласна. – Тогда по рукам! – Малфой протянул ей ладонь для рукопожатия. Девочка дала ему свою и Малфой аккуратно сжал её ладошку, при этом заглянув в глаза. На удивление его взгляд не был жёстким, скорее, в нём читалась осторожность, интерес и старательно скрываемое восхищение. Гермионе стало совсем не по себе и она поспешила убежать, как только он отпустил её руку. Всё утро прошло на фоне смутной тревоги, хотя девочке всё ещё удавалось отлично отвечать на занятиях и реагировать на шутки подруг. Что ж, во всяком случае они перестанут шутить о её чувствах к Рольфу. Когда Флитвик закончил объяснение новой темы и дал ученикам время потренироваться в заклинании Левитации. Гермиона ощутила на себе взгляд Малфоя и поняла, что подходящий момент наступил. Удивительным образом это почувствовала и Луна: – Что ты думаешь о Драко, Гермиона? – произнесла подруга своим мечтательным голосом. – Я…, – Гермиона перевела дыхание и повысила голос, чтобы слизеринцы могли её услышать: – Я думаю, что он – очень талантливый, возможно, даже лучший ученик Хогвартса, и я бы очень хотела узнать его поближе. Девочка успела заметить довольный и чуть насмешливый взгляд Малфоя, а потом густо покраснела, потому что на неё уставился весь класс. Чтобы отвлечь внимание от своего заявления, она побыстрее применила заклинание Левитации к перу. Профессор Флитвик похлопал в ладоши и воскликнул: – Замечательно, мисс Грейнджер! Это просто гениально! – от чего девочке досталось ещё больше внимания. В конце занятия Малфой как будто попытался поймать её взгляд, не торопясь собирая свои вещи, но девочка решительно смотрела в другую сторону и вылетела из кабинета при первой же возможности. Уже за поворотом в другое крыло замка её остановил голос Рона Уизли. – Как ты можешь так думать о нём, его отец – убийца! Нашей семье ничего про тебя неизвестно, но, видимо, ты – такая же отвратительная как и Малфой, если втюрилась в него. Никто теперь не захочет общаться с тобой! Рыжий мальчик покраснел от гнева до самых кончиков ушей и рвался сказать что-то ещё, пока Гарри Поттер c извиняющимся лицом пытался оттащить его подальше. – Тебе какое дело, мы с тобой – едва знакомы, – гордо произнесла Гермиона и хотела продолжить, но тут заметила Малфоя за спинами мальчиков и поспешила скорее удалиться. После этой ситуации она решила по возможности держаться на расстоянии от слизеринца, пока что от него одни проблемы. Так как он дал ей слово никому не рассказывать об их приключении, она подумала, что так будет безопаснее всего. Повернувшись на каблуках Гермиона направилась в Большой зал на обед, но затем свернула в библиотеку. Наблюдать, как быстро распространяются слухи, ей определённо не хотелось. Девочка обошла Большой зал стороной и направилась к библиотеке в надежде отвлечься на учёбу. Когда с домашними заданиями было покончено, а библиотека стала всё больше наполняться студентами, Гермионе вновь захотелось уединения. Она шла всё дальше, проходя в глубину помещения. Библиотека казалась живой и как будто бы реагировала на её внутренние переживания, успокаивая и демонстрируя незначительность её чувств по сравнению со знаниями и опытом многих поколений волшебников. Девочка нашла стеллаж с книгами по арифмантике и углубилась в чтение, присев за одиноко стоящий по близости стол. Взаимодействие арифмантики с миром казалось гораздо более прямым, чем у математики в не волшебном мире. С помощью математических формул можно объяснить физические и химические процессы, статистически просчитать влияние воздействия на окружающий мир, но арифмантические формулы как будто вступали в прямой диалог с миром. Волшебник мог повлиять на мир всего лишь прочитав заклинание, всего лишь озвучив формулу. Она была так поражена, что не замечала ничего вокруг, даже привычно устремлённого на неё взгляда серых глаз.

***

Драко было очень приятно услышать, как Гермиона восхитилась им на глазах у всех, хоть он и знал, что заставил её. Его удивила реакция Саламандера, который смотрел на девочку с искренним сочувствием и совсем без ревности. Ещё больше слизеринца поразила реакция Уизли. Малфой не ожидал, что Гермиона начнёт избегать его и не думал, что Уизли накинется на неё с претензиями. Потратив время на пререкания с Уизли и Поттером, он упустил девочку из виду. Когда она не пришла на обед ему стало немного стыдно и обидно, что Гермиона так переживает из-за своих слов. В конце концов она не сказала неправды! Войдя в библиотеку Драко увидел всполох каштановых волос между стеллажами и решил проследовать за девочкой. Увидев, как она с благоговейным лицом уставилась в книгу, он просто не смог отвести от неё глаз. Мальчик никогда не видел, чтобы кто-то был настолько увлечён чтением. Девочка бессознательно накручивала прядь волос на палец и ему захотелось узнать, какие по ощущению у неё волосы. Наверняка, такие же нежные, как и кожа её руки! Драко не стал её беспокоить, решив, что она может злиться на него из-за сегодняшнего и просто провёл около получаса, наблюдая за девочкой. Затем он ударил себя по лбу, не понимая, как можно проводить время за столь бестолковым занятием и отправился писать письмо отцу и матери, собираясь вскользь упомянуть о самой умной и красивой девочке, которую он когда-либо видел.

***

Гермиона просидела за чтением несколько часов, пока не почувствовала прикосновение к своему плечу. – Нашла что-нибудь интересное? – мягко спросил Рольф. – Много чего, – радостно улыбнулась Гермиона. – Хорошо, обсудим после ужина. Тебе нужно поесть. – Они всё ещё обсуждают? – Нет, Невилл умудрился врезаться в Снейпа, неся при этом котёл с гноем Бубонтюбера… – Откуда он взял… – Не спрашивай, понятия не имею, – развёл руками Рольф. Ребята вышли из библиотеки тихонечко посмеиваясь и у Гермионы отлегло от сердца. Подруги в Большом зале продолжали весело разговаривать с ней, не упоминая сегодняшнего недоразумения и настроение заметно улучшилось. Девочки предвкушали завтрашний урок полётов, который теперь должен был пройти значительно лучше после их тренировки в непогоду.