- Мой дорогой дневник

Красиво... Говорят что утро олицетворяет надежду, говорят, рассвет это лучи надежды, они освещают людей, заглядывая в самые сокрытые и потаённые места, словно видя их на сквозь. Словно помогая им. Это новый день с надеждой. Новый день с надеждой на всё хорошее, на то, что всё закончится счастливым финалом, пусть даже и не самые подходящие под это обстоятельства. Я хотя бы попытаюсь что то сделать от чистого сердца, по крайней мере, я не хочу выглядеть безнадежно, хотя бы раз побыть живой, хотя бы раз жить так, как хочется, а не по собственной указке. Многие часто спрашивают у меня, нравится ли мне кто нибудь? А я, а я не знаю, я не знаю собственных же чувств к другим людям, и уж тем более не задумывалась, стоит ли мне в кого нибудь влюбляться, тем более, это страшно, когда в отличие от своего партнёра, ты даже не можешь сказать как же его любишь, потому что элементарно этого не умеешь. Не страшно быть нелюбимой, страшно за жизнь никогда не любить. Я помню, когда мы с ним увиделись в первый раз, за пять лет, то среди всей толпы он на меня смотрел каким то не таким взглядом и может быть где то в глубине души, в нем скрывалось небольшое удивление от всей ситуации, но самое главное, что он заметил то что я не была похожа на себя, ту живую девушку которая любила петь, словно отдельный образ. Насколько же меня испортила собственная ложь, собственное чувство вины за происходящее? Я не могу ничего забыть, даже то, что случилось пять лет назад, не могу. Я смотрела в те полные разочарования глаза, но все равно опустила взгляд, а ведь, он незадолго до этого уже всё знал. Я на эмоциях ему уже тогда всё рассказала, я не знаю как он это воспринял, но знаю что он умирал с улыбкой, видя как я из последних сил к нему бегу, созывая отряды что были позади меня. Я никогда ещё себя не чувствовала так жалко, как тогда. Может быть, тогда, он улыбался потому что такая никчемная частичка как я, заслуженно страдала, может поэтому он был тогда счастлив? Я держала красную розу, уже заранее потемневшую, до этого события. Почти все тогда держали их, отдавая ещё большую дань уважения к ушедшему в тот день, мы кидали лепестки роз, вместе с мокрой землёй которую так отчаянно поливал дождь, словно плача вместе с нами в ту минуту молчания. С каждой брошенной землей, мы закапывали все сильнее и сильнее то тело, которое уже было не спасти, вот проходит пару мгновений, и ты понимаешь, к тебе наконец то начинает приходить осознание того что происходит, ты подлетаешь к тому гробу, ты хочешь достать от туда, человека, которого едва хотела назвать отцом. Ты хочешь разломать этот деревянный ящик, достать от туда живого человека, и сказать — Пойдем домой? — но тебя держут, тебя держут за руки, и ты не в силах вырваться, и ты начинаешь кричать, так сильно как только можешь, чуть ли не захлебываясь в своих же слезах. Ты больше не в силах держать над собой контроль, ты больше не в силах держать контроль над своими эмоциями, ты плачешь, и проклинаешь весь мир, за то что это случается именно с тобой. Ведь ты не виновата. Ты не виновата в смерти этого человека, который даже тебе не был родным. Так почему ты чувствуешь за это вину? Даже спустя годы, я все равно не могу сказать ничего, кроме как - Простите меня. Я не знаю за что, но знаю что надо, надо быть виноватой, только чтобы осознавать всю бедность того, как угасает свет в глазах тех, кто подавал в тебе большие надежды, а в итоге, ты самое главное несчастье, которое появилось только по случайности, ты - случайность, и самая большая ошибка в лицах многих людей, считай, ты для них никто. После возвращения Дилюка в Мондштат, я иногда все же прихожу на ту винокурню, неся букет светящихся цветов. Это его любимые, с детства это помню. Чаще всего меня встречает Аделина, мы мило общаемся, я оставляю цветы в вазе, и все, как будто ничего не было. Но иногда, когда я прихожу туда, то я вижу его, но все равно просто прохожу чуть левее камина, оставляю цветы и ухожу, паралельно пересекаясь с ним взглядом. «..-Ваза же все равно там стоит, так почему она тогда должна пустовать? Я хочу чтобы эти цветы напоминали о нас, чтобы мы хоть как то не забывали друг про друга, чтобы не разошлись как в море корабли.» Мы должны заботиться друг о друге хоть как то, хоть бы какими то намеками, так хотел он, и хочу я. Я хочу сказать, что мы не злейшие враги, мы просто не готовы к этому разговору, мы не готовы принять себя такими, какие мы есть. Мне жалко убивать хиличурлов, в какой то степени, я в них вижу себя. Иногда я задаюсь вопросом, "— Это правда? Такой я должна быть...?" Я должна так же безнадежно выглядеть, как и они? Их убивают каждый день, каждую минуту, не видя в них никого, считая монстром, и им не важно, какую роль они могут ещё сыграть, в них же бывшие люди, люди, которые ничего не сделали, но все только за это их стали считать монстрами - вот основная несправедливость, для людей за что то одно, где даже мы не играем никакой роли за пару секунд мы можем стать монстром. В чем вина тех людей? В чем смысл убивать их? За существование? Значит будем считать что да. Не все способны понимать трагедию, не все способны их понять. Еще, я иногда задумывалась, Что же такое для меня семья? Что это значит? Никто, никто мне никогда не дал обьяснения этих слов, никто мне никогда не давал значения действий, по отношению к той маленькой девочке, которая жила по правилам "- Принеси", "- Подай". Я жила с чувством того, что во мне отсутствует собственное желание, иметь чувства, нестыковки. Я не знала другого обращения, и даже когда я пыталась поверить в то, что в таких как я имеется место для желания чувствовать то, что не можешь раньше, я не могла. Я не могла чувствовать собственной любви, как по отношению к себе, так и к другим, и как бы я не пыталась хоть что то понять. Я не знала. Я не знала как чувствовать любовь, которой ты был лишён с рождения, и даже когда у тебя есть шанс хоть что то понять, то ты этого не можешь, ведь нету того, что заставит, нету того, к чему ты привык, чтобы понимать. Другие не могут дать тебе то, чего ты уже давно потерял. Я жила среди людей, которые достойны называться мне родными ,лишь по причине внешности, мне не дали того, чего я очень сильно хотела, мне не дали любви. И даже когда я пыталась принять любовь чужого человека, я все так же не понимала, как же чувствовать любовь? Как понимать что для тебя кто то важен, когда ты даже не знаешь моральные ценности, и слова "А если?". Я не уверена, что сейчас те люди живы, мои родители уже давно умерли, и может быть, где то на звёздочках, говорят мне, что я должна улыбаться, я делала всё что они говорили, на протяжении шестнадцати лет. Скажи пожалуйста, мам. Я хорошая дочка? Я не знаю что для меня семья, но знаю людей, которые мне будут оставаться близкими, не смотря ни на что, они мне (как) родные. Но все же, мне хотелось бы иметь ту семью, для которой я имею хотя бы какую то роль, которая мной дорожит, а не искать в виде утешения родных людей, среди чужих. "Соня - это такая звёздочка, которая не собирается кому то делать что то плохое, даже если перед ней встанет ее враг, она будет пытаться полюбить его. Она будет пытаться полюбить любого человека, которого поставят перед ней, кем бы он ни был, даже после той ссоры, она пыталась всеми силами наладить отношения, как бы ей не было больно." Я на самом деле не хочу жить... Но и умирать я тоже не хочу, Я буду говорит с улыбкой на лице, с ненавистью к себе же и буду хотеть умереть, потому что у меня нет другого выхода, я устала. Я хочу умереть, сияя тем лживым светом, которым восхищаются, и даже когда я буду в полном отчаянии, то все увидят странного человека у себя на пути. Я помахаю рукой, крича "Привет!" И все начнется заново. я просто хочу, чтобы меня не существовало, это же ведь легко, да?