Часть 3

Глядя в зеркало заднего вида, я покидал свой район – возможно, навсегда. Чемодан в багажнике, документы и наличка в бардачке, холодильник пуст, квартира чиста. Никаких следов, никаких улик. Прощай, Рен Широкаге. Ты был неплохим парнем. За годы я выучил одно правило – не привязывайся к именам и местам. Они всего лишь временные оболочки, как змеиная кожа, которую сбрасываешь, когда она становится слишком тесной. Или опасной. Мой телефон лежал разбитый на дне Сумиды. SIM-карта – отдельно, батарея – отдельно. Мадо и его цепные псы могут искать сколько угодно. Утренний Токио только просыпался, когда я припарковался возле неприметного здания в промышленном районе. Снаружи – пошарпанный фасад, выцветшая вывеска какой-то несуществующей компании. Внутри – один из самых надежных пунктов обмена личностей на черном рынке Токио. Хана ждала в своем захламленном офисе. Комната была завалена папками, документами и компьютерным оборудованием. Запах ее духов смешивался с запахом кофе и пластика. — Приветик, Ренни — она даже не оторвалась от монитора, когда я вошел. Ее тонкие пальцы продолжали бегать по клавиатуре. — Пришел забрать документы? — Да, пришлось немного форсировать события, — я опустился в кресло напротив нее. Хана была миниатюрной, с короткими пепельными волосами и острым подбородком. Человеку она показалась бы хрупкой. Но под этой нежной оболочкой скрывается особа, способная разорвать взрослого мужчину на куски за секунды. — Что на этот раз натворил? — она наконец подняла глаза. Изучающий взгляд, легкая усмешка. — CCG? Территориальные разборки? Или опять влюбил в себя неправильную девушку? Я пожал плечами, рассматривая свои руки. Под ногтями еще осталась кровь Такаги, мельчайшие красноватые полумесяцы. — Слишком расслабился. Притупилась бдительность. — Классика, — она хмыкнула. Я действительно начал забывать, что Рен — это только оболочка. Удобная, привычная, но все-таки оболочка. — Какой район порекомендуешь? — спросил я, не желая углубляться в психоанализ. Она рассмеялась. — Да какая разница. Все равно надолго не задержишься. С твоим талантом влипать в неприятности... — Просто дай что-нибудь рабочее, — я не был настроен шутить. Хана развернулась к компьютеру, открыла несколько папок. — Что насчет 20-го района? Там сейчас довольно спокойно. Пара гулей держит территорию, но они не агрессивные. Даже кафе есть, "Антейку" называется. — В ее голосе слышалась насмешка. — Там собираются, как они себя называют, "миролюбивые" гули. Представляешь? Питаются телами самоубийц. Типа, те уже мертвы, так что технически это не убийство. Я не сдержал смешок. Какая трогательная наивность. Жрать мертвечину, пытаясь сохранить моральное превосходство. Самообман чистой воды. — И они реально верят, что это делает их лучше? — Еще как верят, — она покачала головой. — Заходят в морги, подкупают санитаров, выискивают тех, кто бросается под поезд. Создают себе иллюзию, что они "не такие, как остальные гули". Мертвечина есть мертвечина. Не сравнить со свежим мясом, с теплой, еще пульсирующей кровью. С ощущением жизни, которая перетекает в тебя с каждым куском. Нет, спасибо. Пусть играют в свои моральные игры без меня. Но с другой стороны, 20-й район звучал многообещающе. Если там действительно тихо, это именно то, что мне нужно. — Подойдет, — кивнул я. — Разумно, — Хана принялась печатать. — Вот полный комплект. Водительские права, кредитка, история на пару лет назад. Она работала быстро. Пальцы летали по клавишам, принтер гудел, выплевывая документы. Профессионализм, отточенный годами практики. — Ямада Хиро, — объявила она, протягивая мне папку. — 28 лет, холост, художник-фрилансер. История чистая, никаких проблем с законом. Квартиру сам найдешь или помочь? — Сам справлюсь, — я взял папку, быстро просматривая документы. Отличная работа, как всегда. — Деньги есть, найду что-нибудь подходящее. У меня действительно были накопления. Работа дизайнером приносила неплохой доход, плюс я всегда откладывал часть на черный день. Именно на такой, как сегодня. — Только не исчезай надолго, красавчик, — Хана подмигнула, когда я поднялся, собираясь уходить. — Заглядывай иногда. Расскажешь, как там дела на новом месте. — Обязательно, — я улыбнулся ей на прощание. Хана была, пожалуй, одной из немногих, с кем я мог быть откровенен. Не раз помогла мне выйти из непростых ситуаций. Выйдя на улицу, глубоко вдохнул утренний воздух. Он пах выхлопными газами, пылью и повседневностью. Запах обычного дня в Токио. Я сел в машину, бросил папку на пассажирское сиденье. Ямада Хиро. Звучит достаточно заурядно, чтобы затеряться в толпе. Именно то, что нужно. Включил навигатор, вбивая координаты 20-го района. Район не самый престижный, но и не трущобы. Среднестатистический, непримечательный. По дороге я мысленно прикидывал, сколько смогу потратить на жилье. С моими сбережениями можно было позволить себе что-то приличное, но слишком дорогая квартира привлечет внимание. Нужно что-то среднее – комфортное, но не бросающееся в глаза. Возможно с хорошей кофейней. ***** К вечеру я добрался до 20-го района. По сравнению с моим прежним местом, здесь всё выглядело проще и спокойнее. Нет шикарных небоскрёбов из стекла и бетона, зато полно невысоких жилых домов, узких улочек с небольшими магазинчиками, старенькими ресторанчиками и кафе. Идеальное место, чтобы затеряться. Риелтор оказалась пожилой женщиной с приторно-сладкой улыбкой и проницательным взглядом. Первая квартира, которую она мне показала, оказалась настоящим клоповником — крошечная комната с видом на стену соседнего здания и ванной размером с телефонную будку. — Идеально для молодого человека, — щебетала риелтор, пока я осматривал пожелтевшие от времени обои. — И всего в двадцати минутах от станции! — Поищем что-нибудь другое, — я вежливо, но твёрдо вернул ей ключи. Затем последовала квартира в многоэтажке, заполненной шумными семьями, и ещё одна — на первом этаже с решётками на окнах, словно тюремная камера. Четвёртый вариант оказался тем, что я искал. Второй этаж трёхэтажного дома, достаточно просторная гостиная с отдельной спальней, современная кухня и самое главное — хорошая звукоизоляция. Я проверил, попросив риелтора постоять в коридоре и поговорить по телефону, пока я находился внутри. Почти ничего не слышно — отлично. — Беру, — сказал я, осмотрев санузел. Чисто, никаких следов плесени или протечек. Риелтор просияла. — Замечательно! Нужно будет заполнить документы, внести залог... Через час все формальности были улажены. Я оплатил залог и первый месяц наличными, показал безупречно сделанные Ханой документы, и подписал договор. Теперь это место — моё новое убежище. Когда риелтор ушла, я медленно обошёл квартиру, мысленно расставляя мебель. Диван, кровать, стол для работы, несколько стульев. Полки для книг — нужно поддерживать имидж художника-интеллектуала. И конечно, мольберт и художественные принадлежности. Я неплохо рисовал, это не было полной ложью в моей новой легенде. После короткого отдыха отправился за покупками. Первым делом нужно было обзавестись художественными принадлежностями — ключевой элемент моей новой личности. Навигатор привёл меня к небольшому магазинчику в паре кварталов от моего нового дома. "Художественный мир Тоды" — гласила старомодная вывеска. Внутри пахло краской, деревом и бумагой. Тихо звучала классическая музыка. За прилавком сидел мужчина лет пятидесяти, с аккуратной бородкой и в очках, придававших ему вид университетского профессора. — Добро пожаловать, — он поднял голову от книги, которую читал. — Чем могу помочь? — Мне нужен полный комплект для масляной живописи, — ответил я, рассматривая полки. — И хороший мольберт. Я недавно переехал, пришлось оставить большую часть вещей. — О, новый житель района? — мужчина оживился. Любопытство — такая человеческая черта. — Откуда приехали? — Из Йокогамы, — ответил я с лёгкой улыбкой. — Решил сменить обстановку. Слышал, здесь спокойнее. — О да, у нас тихий район, — кивнул продавец, доставая с полки коробку с красками. — Конечно, бывают иногда... инциденты, но где их нет? В целом, здесь очень мирно. Особенно по сравнению с некоторыми другими районами. Инциденты. Интересное слово. Так люди называют нападения гулей, когда не хотят произносить страшную правду вслух. — Рад это слышать, — я взял в руки тюбик краски, рассматривая этикетку. — А как насчёт художественной жизни? Есть здесь галереи, выставки? — Конечно! Есть небольшая галерея в трёх кварталах отсюда, "Синяя волна". Там часто выставляются местные художники. А раз в месяц проходит "Открытый холст" — любой может принести свои работы, пообщаться с единомышленниками. Идеально. Контакты с местным художественным сообществом помогут укрепить мою легенду. Мы проговорили ещё минут двадцать. Я узнал о лучших местах для покупки продуктов, хороших ресторанах и кафе, включая то самое "Антейку", о котором упоминала Хана. Хозяин магазина — его звали Тода-сан — оказался настоящей сокровищницей информации о районе. Всё это время я поддерживал образ дружелюбного, немного застенчивого художника, только начинающего обживаться на новом месте. Покинув магазин с внушительной сумкой принадлежностей и обещанием показать свои работы Тода-сану, я чувствовал удовлетворение. Первые шаги к созданию новой личности сделаны успешно. Теперь нужно было купить минимум мебели и основные хозяйственные вещи. Следующие несколько часов я провёл в мебельном магазине и супермаркете, организовав доставку крупных предметов на завтра. Постепенно хаос переезда обретал структуру. Возвращаясь домой с покупками, я заметил тренировочный зал. "Кобаяши Доджо". Через большие окна виднелись люди в спортивной форме, отрабатывающие удары. Остановился, наблюдая за ними. Малейшая ошибка в стойке, открытые зоны, медленные рефлексы... Такие предсказуемые. Но тренировочный зал — не просто место для поддержания физической формы. Это полезный источник информации и контактов. Люди разговаривают во время тренировок, обмениваются новостями района. И, что немаловажно, общество не удивляется, когда физически крепкий мужчина регулярно посещает такие места. Надо будет записаться. Для гуля боевые искусства — скорее игра, чем настоящая тренировка. Но поддерживать имидж обычного человека необходимо. Добравшись до квартиры, я разложил покупки и посмотрел на часы. Почти девять вечера. Самое время для первой вылазки в качестве Ямады Хиро. Но сначала нужно немного подкрепиться. Я переоделся в тёмную одежду и достал из чемодана маску. Простой дизайн — чёрная кожа, закрывающая верхнюю половину лица, с небольшими отверстиями для глаз, обрамлёнными серебряной окантовкой. Никаких лишних деталей или ярких цветов — практичность прежде всего. Маска удобно ложилась на лицо, фиксировалась тонкими ремешками и не стесняла движений. Примерил её перед зеркалом. Глаза за отверстиями казались тёмными провалами, придавая образу нечто зловещее. Свой какуган я активирую только при необходимости — чёрные склеры и красные зрачки привлекают слишком много внимания. Маска скрывала достаточно, чтобы меня нельзя было опознать, но оставляла открытым рот — мне не нравилось охотиться с полностью закрытым лицом. Хотелось чувствовать запахи напрямую, без фильтрации через материал. Сняв маску, я убрал её во внутренний карман куртки. Надену ближе к месту охоты. Ещё раз осмотрел квартиру — всё в порядке, ничего компрометирующего не осталось на виду. Пора выходить. Ночь только начинается, а мне нужно найти еду и познакомиться с новой территорией. Бесшумно спустившись по лестнице, я вышел через заднюю дверь и растворился в тенях. Пора узнать, что за дичь водится в 20-м районе. ***** Я двигался вдоль теней, изучая новую территорию. Запоминал расположение переулков, тупиков. В каждом районе своя архитектура охотничьих угодий, и я методично составлял ее карту. Нужно подыскать пару маргинальных лиц. Преступники самый легкий ресурс, они сами стараются сделать так, чтобы их не нашла полиция, что облегчает работу. Приближаясь к студенческим кварталам, я вдохнул ночной воздух. И тут же уловил запах — свежий, сладковатый, с нотами цветочных духов. Повернув голову, увидел ее — студентка в короткой юбке, с рюкзаком через плечо. Длинные темные волосы собраны в высокий хвост, стройные ноги в гольфах, хрупкая фигура, слишком беззащитная для ночного города. Совершенная приманка. Она шла быстро, нервно поглядывая по сторонам. Чувствовала опасность, но не понимала, с какой стороны та придет. Я следовал за ней, сохраняя дистанцию. Вытащил маску из кармана, надел ее одним плавным движением. Девушка свернула за угол и внезапно замедлила шаг. Я услышал мужские голоса еще до того, как увидел их обладателей. Трое парней — крепкие, с характерной походкой уличной шпаны. Увидев девушку, они оживились. Я наблюдал эту сцену с холодным интересом. Двое двинулись за ней, третий ускорил шаг, явно намереваясь обогнуть квартал и перехватить ее с другой стороны. Девушка ускорилась, почти перешла на бег, но было поздно. Парни загнали ее в тупик — узкий проход между двумя зданиями. Один, видимо главарь, приблизился к ней, прижимая к стене. Второй встал рядом, наблюдая. Третий появился с противоположного входа в переулок, отрезая путь к отступлению. Я подошел ближе, скользя в тенях, остановившись в нескольких метрах. До меня долетали обрывки фраз. — Ну давай, порадуй меня, крошка, — хрипло выдохнул главарь, его рука скользнула по юбке девушки. — Будь хорошей девочкой, и мы тебя не тронем... сильно. Она попыталась оттолкнуть его, но он только рассмеялся, прижимая ее крепче. Ее друзья одобрительно загоготали. Я подошел и положил подбородок на плечо главаря. Он застыл от неожиданности. — Если тебе не принципиально, — прошептал ему на ухо, — я могу тебя порадовать. И прежде чем кто-либо успел осознать происходящее, мои зубы впились в его трапециевидную мышцу. Резкий рывок головой — и кусок плоти отделился с влажным треском. Кровь хлынула потоком, забрызгав стену и лицо девушки. Парень заорал, зажимая рану рукой, из-под которой между пальцев пульсировала кровь. Его друзья застыли на мгновение, а затем бросились бежать в разные стороны. Я активировал свое кагуне. Четыре ринкаку-щупальца вырвались из-под одежды, алые и пульсирующие в ночном сумраке. Два хлыста метнулись вперед со скоростью, недоступной человеческому глазу. Точные удары, и ноги бегущих отделились от тел чуть выше колен. Они рухнули на асфальт, как подкошенные, их крики слились в единый вопль агонии. Еще пара секунд и оба вырубаются от шока. Девушка не кричала. Она просто стояла, окаменев, с лицом, забрызганным кровью и широко раскрытыми глазами. Наконец, инстинкт самосохранения взял верх, и она бросилась бежать. Я позволил ей сделать несколько шагов, затем хлестнул кагуне. Удар по шее — и она рухнула на асфальт без сознания, но живая. Если нажалуется, не успею забрать все мясо. Пусть просто полежит пока. Главарь, истекающий кровью, смотрел на меня с обреченным ужасом. Его губы беззвучно шевелились, возможно, в молитве. Пара с ним заканчивать. Но не успел двинуться, как его голова отделилась от тела. Чисто, одним движением. Я повернулся в сторону выхода из переулка. Там стоял высокий рыжий парень в очках. Его глаза были затянуты чернотой, зрачки пылали красным — какуган активирован. — И какого хуя ты забыл на моей территории?