Глава 1 — Перед дождём

      — Прошу минуточку внимания! — сказала Лидия Фёдоровна, стоя у микрофона на сцене актового зала.       Разговоры тут же стихли. Кто-то отставил стакан, кто-то замер с кусочком колбасы в руке, все посмотрели на сцену.       — Сегодня я, наша администрация и вся школа прощаемся с вами. Мы с вами прошли долгий путь. Я помню, какими вы ещё недавно были маленькими… Я наблюдала, как у меня на глазах росло новое поколение. Каждый из вас со своими причудами, со своими характерами… И сегодня этот путь подошёл к концу.       Она на мгновение замолчала, провела взглядом по залу.       — И со спокойствием в душе… — она коротко хохотнула, — я объявляю, что исключаю вас из нашего учебного заведения.       Над залом прокатился смешок.       — Отправляю вас в свободное плавание, — добавила Лидия Фёдоровна уже с мягкой ноткой. — В вашу взрослую жизнь.       Все ученики поднялись из-за своих столов и похлопали. Кто-то искренне, кто-то просто потому что так надо. Антон тоже встал. Он хлопнул в ладоши несколько раз и так же спокойно сел обратно. Глаза его скользнули по сцене, но потом он опустил взгляд в тарелку. Пирожное так и лежало нетронуто. После торжественной части зал быстро оживился. Музыка, смех, хруст пластиковых стаканчиков, перекрикивания. Кто-то уже танцевал на сцене, кто-то просто стоял в углу и болтал. Антон сидел в стороне. Кусок в горло не лез, и танцевать не хотелось. Он просто смотрел, как кто-то из класса с громким визгом выливается на середину зала, как мелькают искры от бенгальских огней.       И тут кто-то резко хлопнул его по плечу, да с такой силой, что он едва не отдал богу душу.       — Эй, Тох, чё такой кислый? — донеслось из-за спины.       Антон обернулся. Перед ним стоял Рома, в тёмной рубашке с закатанными рукавами, с привычно только ему улыбкой.       — Да так, мелочи. Друг хочет, чтобы у меня был сердечный приступ на выпускном, — отозвался Антон.       Рома только засмеялся:       — Может, и хочу. В таком случае ты хотя бы не будешь выглядеть как залежавшийся помидор.       Он сел рядом, подтянув стул поближе, и хлопнул Антона по спине:       — Да ладно тебе, не дуйся, я же не со зла. Но в конце концов, взбодрись уже! У нас выпускной! Возможно, мы больше ни с кем из нашего класса-то и не встретимся.       Он раскрутил крышку бутылки лимонада и плеснул себе в стакан.       — Я знаю, — тихо сказал Антон.       — Нету, настроения на всё это?       — Не знаю. Может, из-за непривычки… или потому что начинается новый этап в жизни? — пожал плечами Антон, но Рома его сразу перебил.       — Ох, как всегда, Тоха, любишь во всём-то искать глубокий смысл! Иногда надо мыслить проще, понимаешь?       Несмотря на пасмурное настроение, от Роминого оптимизма поневоле становилось теплее.       — Надо, чтобы ты как-нибудь меня научил «думать проще», — добавил Антон с улыбкой.       Рома щёлкнул пальцами:       — Ну вот, другое дело. А то сидел тут кислый, занудный Антон…       Антон не сдержался и толкнул его в плечо:       — Да иди ты.       — Всё-всё, молчу — Рома рассмеялся и сделал глоток лимонада.        — Кстати, а где Полина? Что-то её не видно. Обычно она рядом с тобой, — заметил Антон.       Рома обречённо закатил глаза, наклонился поближе и шепнул заговорщицки:       — Она. Пошла. Краситься. Наводить красоту.       Антон приподнял брови:       — Но она же уже была…       — Да, я знаю, что «была». Просто ничего не спрашивай. Женское чувство прекрасного. А сколько времени на него уходит — тебе лучше не знать.       Антон хмыкнул:       — Сочувствую твоему потерянному времени.       Рома оживился, выпрямился и хлопнул ладонями по коленям:       — Кстати, о потерянном времени, Тоха. У меня сегодня грандиозные планы. Мы отметим выпускной с огоньком, после этой «официальной» части.       Он прищурился и добавил ему на ухо:       — Я уже отправил Игоря, чтобы он заначку забрал. Встретит нас у выхода, как только всё закончится.       — А что в этой заначке? — с подозрением спросил Антон.       Рома закатил глаза и чуть не пробил лоб ладонью:       — Тоха, ну не тупи. Ты же у нас отличник, и уже взрослый человек. Включай мозги. Что взрослые любят?       Антон молчал.       — Водку! — воскликнул Рома. — Взрослые люди любят ВОДКУ!       Антон от такого ответа даже глаза расширил:       — Ну… не знаю… как-то… — Он почесал затылок, явно не зная как реагировать.       Рома же, после его реакции, стал на редкость серьёзен:       — Если ты не придёшь, я не знаю, что с тобой сделаю.       В голове Антона замелькали знакомые мантры: «алкоголь — это зло», «до добра не доведёт», «а если отец узнает?». Но там будут Рома, Полина, Игорь. Его друзья.       Как он может им отказать?       — Ладно, — сдался он. — Только я буду очень осторожен. И помни — я пью первый раз. Без приколов. Я тебя знаю.       Рома вскинул руки в мирном жесте, как святой на иконе:       — Тоха, да чтоб я! Да никогда! Да не боись ты! Всё бывает когда-то в первый раз. Мы будем рядом. Ничего с тобой не случится.       Произнесено это было с такой наигранной искренностью, что они оба не выдержали и расхохотались в голос, перекрывая на секунду даже громкую музыку.       Отсмеявшись, первым открыл глаза Антон.       Пока Рома ещё хохотал, безуспешно пытаясь восстановить дыхание, Антон вдруг напрягся. Его взгляд упал на дальний угол зала.       — О, нет… — простонал он, будто увидел конец света.       Рома на это только вскинул брови и перестал смеяться, и обернулся:       — Что такое?       Антон молча кивнул в сторону.       Оттуда, легко ступая, неспешно шли под руку Полина и Катя, о чём-то тихо и мило переговариваясь. Они смотрелись рядом так, будто их собрали вместе нарочно, только для того, чтобы подчеркнуть контраст.       Полина была в простом белом платье, с тонким поясом и лентой, аккуратно перевязанной в волосах. Лёгкий, почти воздушный образ, как музыка, которую она любила. Невесомая, естественная, скромная, как дыхание летнего утра.       Катя же была полной противоположностью: чёрное приталенное платье до колен, плотные перчатки выше локтя, лакированные туфли на высоком каблуке. Волосы заплетены в строгую косу, из которой ни единой пряди не выбивалось. Она словно вышла из другого мира. Мира войны и интриг.       — Союз принцессы с ведьмой, Рома. Вот что случилось, — заключил Антон обречённо.       От этих слов Рома хрюкнул, захлопал ладонью по животу и едва не подавился:       — Ох, Тоха, ну ты жжёшь!       — Я вот не пойму, Ром… как так получилось, что Полина с Катей дружат? Они же буквально…       Антон замолчал, пытаясь подобрать слово, но выдал первое, что пришло на ум:       — Несовместимы!       Рома отвернулся от девушек, и состроил серьёзное выражение лица:       — Сейчас, Антон, я поизображаю тебя и попытаюсь ответить на твой вопрос очень серьёзно… и глубоко…       Антон только закатил глаза.       — В мире есть Инь, и есть Янь, — начал Рома, жестикулируя. — Свет и Тьма, Огонь и Лёд, Лимонад и Водка… И когда они сходятся, получается нечто необъяснимое. Как будто Вселенная специально складывает два несовместимых элемента в один коктейль, просто чтобы посмотреть, что получится.       Он выдержал паузу, а потом махнул рукой:       — Да чёрт их знает, Тоха. Вот иногда тянет девочек друг к другу. Могут вообще не общаться — а через минуту уже лучшие подруги. А потом ещё через минуту — враги на века.       Но пока он рассуждал, девушки, уже почти подошли к их столику.       — А вообще… — начал Рома.       — Ром они…       — Вокруг Кати, говорят, много странных слухов ходит, — заговорил Рома с хитрецой, не обратив внимания на Антона.       Антон занервничал, Полина с Катей уже стояли у него за спиной.       — И каких же, интересно, Пятифан? — раздался за его плечом ядовито-сладкий голос Кати. — Мне будет о-о-очень интересно послушать.       Рома замер. По его лицу будто тень прошла он едва не побелел, но быстро собрался, усмехнулся и, не моргнув глазом, выдал:       — Да так, по мелочи. Говорят, ты — вампир. Любишь пить кровь младенцев. Это правда?       Повисла гробовая тишина.       Катя не ответила сразу. Она чуть склонила голову и смерила Рому взглядом. В её зелёных глазах блеснуло что-то опасное. И игриво сказала:       — Конечно. А ты только узнал? — Она слегка подалась вперёд. — Правда, у младенцев вкус слишком пресный. Гораздо интереснее кровь выскочек и-и-и…       Её зелёные глаза медленно переместились на Антона.       — …отличников, которые делают вид, будто их тут нет. И будто меня не замечают.       Она приблизилась опасно близко. От её взгляда у Антона перехватило дыхание, он замер, не зная, чего ожидать. Но Катя всего лишь щёлкнула его по носу и довольно хмыкнула:       — Смотрю, вы испугались. Не волнуйтесь. Оставлю вас… на десерт.       С этими словами она неспешно выпрямилась и отступила, будто ничего и не произошло.       Антону всегда было трудно справиться с её тяжёлым взглядом. Сложно сказать, почему то ли из-за постоянных колкостей, то ли из-за какой-то странной личной неприязни с её стороны. Он выдохнул приходя в себя.       «Скоро это не станет проблемой,» — подумал он.       Девушки сели рядом с парнями. Полина устроилась слева от Ромы, а вот Катя, к удивлению Антона, почему-то не села рядом с подругой она опустилась на стул справа от него.       Антон уже было собрался завести непринуждённый разговор, чтобы сгладить неловкость момента, но Полина его опередила, и всё внимание Ромы переключилось на неё. До Антона доносились обрывки их разговора: как Рома нахваливал красоту Полины, говорил, какая она прекрасна на этом выпускном, и делился планами на вечер. Всё это сливалось в один фоновый шум, тонущий в гуле голосов и перемежающийся с музыкой, звучавшей в зале.       Но одно оставалось неизменным в полуметре от него сидела Катя, один из главных тиранов школы, не дававшая ему спокойно жить на протяжении всех лет учёбы. Антон осторожно бросил взгляд в её сторону. Сейчас она казалась ещё более отстранённой, чем обычно: каменное лицо, взгляд, устремлённый куда-то в зал, полное безразличие к происходящему. Даже не попыталась заговорить. От её вида Антон невольно поёжился.       «Господи, дай мне сил,» — мелькнуло у него в голове.       В этот момент музыка стихла, и на сцену вышла ведущая из старших классов та самая, что в начале вечера вручала золотые медали отличникам. Она улыбнулась, взяла микрофон и, дождавшись тишины, произнесла:       — Сегодня мы с вами прожили этот прекрасный праздник… Но, как бы это не было грустно, вечер подходит к концу. Но прежде чем мы разойдёмся, давайте сделаем ещё один шаг навстречу друг другу. Возможно, это будет наш последний общий танец в этих стенах… или первый в новой жизни.       Ведущая улыбнулась, и её голос стал чуть мягче:       — Давайте подарим этот момент тем, кто рядом. Может быть, это ваш друг или… кто-то, с кем вы давно хотели потанцевать. Музыка уже ждёт.       Сразу после её слов заиграла всем знакомая мелодия медленного танца. Через пару секунд Рома уже протянул руку Полине, сделав максимально серьёзное лицо:       — Подарит ли принцесса танец скромному принцу?       Полина с трудом сдерживала улыбку, но подыграла:       — Конечно… Это ведь последнее, что мы сделаем в этом замке. Разве что ты не решишь запереть меня в башне.       Она вложила руку в его ладонь, и, обойдя столы, они вышли в центр зала.       Антон, облокотившись на кулак, наблюдал за ними. Выглядели они вместе действительно здорово. Усталость уже давала о себе знать, и он собирался спокойно переждать последние минуты… но не вышло.       Спокойствие нарушил голос справа:       — Петров, ты так и будешь охранять этот стул до конца вечера? — произнесла Катя ленивым тоном, но с тем самым ядовитым оттенком, от которого Антон конкретно устал. — Или у тебя стратегия — дождаться, пока музыка кончится, чтобы никому не пришлось с тобой танцевать?       Она даже не повернула к нему голову, продолжая смотреть в сторону танцпола.       После комментария Кати в голове Антона, неожиданно даже для него самого, поднялся целый ураган противоречивых эмоций. Будто она подожгла спичку у огромной цистерны с бензином, стоя при этом на тонком льду. Копившаяся годами раздражённость столкнулась с недоумением: неужели эта девушка настолько его ненавидит, что даже в последние минуты не может просто посидеть спокойно?       Антон, забыв, кто сидит рядом, впервые за долгое время решил ответить ей так, как хотелось. Хватит. Он глубоко выдохнул, повернулся к ней.       — Катя… а тебе какое дело? — даже Антон удивился, насколько это прозвучало жёстко. — Неужели даже в последний праздник ты не можешь просто посидеть спокойно и закрыть свой поганый рот, чтобы из него не вытекал этот бесконечный яд? Не можешь хотя бы притвориться, что в тебе есть хоть что-то, кроме злобы, зависти и ненависти?       Он чуть подался вперёд, и их взгляды встретились.       — Ты знаешь, я терпел тебя всё это время. Терпел, когда ты пыталась выставить меня идиотом перед всеми. Терпел твои «случайные» подколки, твой этот взгляд, будто я пустое место. И всё это только потому, что я тогда думал «ну ладно, не хочу конфликтов». Но знаешь что? Весь твой «характер», вся твоя «уверенность» — это просто привычка отравлять всё вокруг. Знаешь, почему у тебя почти нет друзей? Потому что тебя мало кто выдержит.       Он почувствовал, как голос сам собой поднялся на полтона.       — Так вот… если моё присутствие тебе настолько противно, знай: я тебя не держу на этом стуле, тут места много. Потерпи ещё совсем чуть-чуть такого «убогого меня», и мы больше не встретимся. Радуйся, Катя.       С последним словом он отодвинулся, ожидая чего угодно: колкой реплики, а может, даже попытки перейти к драке, зная её характер. Но… она молчала. Только отвела глаза, и в её взгляде мелькнуло что-то другое, совсем непривычное. Антон не смог понять, что именно то ли досада, то ли что-то ещё. На секунду он даже подумал, не перегнул ли палку. Но ответа не последовало. Катя просто встала и ушла, оставив его с этим странным осадком.       — Тоха, эй! — Рома тронул его за плечо.       Антон и не заметил, как музыка закончилась. Перед ним уже стояли Рома с Полиной.       — Ты чего, как статуя? Неужели смысл жизни увидел? — усмехнулся Рома.       Антон встряхнул головой и спокойно ответил:       — Нет… Просто задумался. Пойдём.       Он поднялся, взял рюкзак, и они втроём двинулись к выходу. Мимо проплывали знакомые коридоры школы: плакаты, таблички с номерами кабинетов.       — Мальчики, вы идите пока на улицу, — неожиданно сказала Полина. — Я умоюсь и догоню вас.       Она обняла Рому и скрылась в ближайшей уборной.       — Ладно, Ром, пошли. Устал я что-то.       — Ну вот что мне с тобой делать? — проворчал Рома. — Стоило мне отлучиться на пару минут, и ты уже погрустнел. Непорядок! Ну ничего, сейчас мы всё исправим.       Он положил руку Антону на плечо, и они вместе вышли из школы.

***

      Полина, найдя нужную дверь, тихо толкнула её. В уборной слышалось, как течёт вода.       — Катюнь? — позвала она, прислушиваясь.       Ответа не последовало.       Полина прошла вперёд, и только у окна, возле одной из раковин, заметила подругу. На подоконнике лежали аккуратно сложенные перчатки, а сама Катя стояла, чуть согнувшись, медленно водя ладонями под струёй воды. Движения были как будто искусственными, будто она не знала, чем занять руки.       — Что с тобой? — тихо спросила Полина.       — Ничего. Всё хорошо, — коротко ответила Катя.       Но даже по этому короткому ответу было понятно, голос у неё поник, стал каким-то пустым, без привычной остроты.       Полина молча обняла её за плечи. И лишь тогда ощутила, насколько сильно подругу трясёт, сердце колотилось так, что это было ощутимо даже через ткань.       — Боже… ты вся дрожишь. Что произошло? — Обеспокоенно выдохнула Полина.       — То, что и должно было, — вяло сказала Катя, даже не поднимая взгляда.       — Расскажешь? — мягко спросила Полина, стараясь заглянуть ей в глаза.       Катя лишь глубоко выдохнула, сполоснула лицо холодной водой и рассказала всё.       — Антон так сказал? — переспросила Полина уже с неподдельным удивлением, когда услышала пересказ. Она тут же нахмурилась думая что делать. — У меня есть и…       — Не нужно, — перебила Катя. — Спасибо, что пытаешься помочь, но… не нужно. Так будет лучше. Я, наверное, пойду…       Она потянулась к сумке, телефон в глубине зазвонил. Катя глянула на экран маленького устройства, и по лицу сразу скользнула гримаса злости. Но она всё же нажала на кнопку «принять». Полина не слышала слов собеседника, но видела, как подруга едва сдерживает раздражение. Короткие сухие ответы выдавали, что разговор ей невыносим. Наконец, Катя убрала телефон. Её губы подрагивали.       — Поль… я не хочу домой, — сказала она едва слышно.       Полина только крепче прижала подругу к себе.       — Не переживай, что-нибудь придумаем…

***

      Рома и Антон стояли за воротами школы.       — ОХ-РЕ-НЕТЬ! — только и выдал Рома, выслушав рассказ Антона. — И ты остался жив?       Он чиркнул зажигалкой и затянулся.       — Ну, как видишь, — Антон развёл руками. — Только чувствую себя после этого паршиво.       — Учитывая сколько ты её терпел, друг мой… — Рома выпустил дым и хмыкнул. — Я вообще удивлён, что ты с ней так мягко обошёлся. Тебе медаль нужно выдать.       — Не знаю… вроде она меня и ненавидит, а всё равно — кошки на душе скребут.       — «Антон доброе сердце» — так и запомним этого героя, — ухмыльнулся Рома. — Да не парься, справится.       Он сменил тему:       — Да где этот медведь? Уже должен быть здесь.       Рома достал телефон, набрал номер.       — «Абонент временно недоступен…» — механическим голосом сообщила трубка.       — Если он всё в одно рыло выпил, я его грохну!       — Да не кипятись ты. Мы ж не спешим, Полина ещё даже не подошла.       — Твоя правда… — Рома взглянул на двери школы. — Знаешь, я только сейчас грусть поймал. Наверное, от тебя заразился. Школа закончилась… скоро новая глава.       — Глубоко-о-о, — протянул Антон. — Осталось только сесть у окна, есть мороженое и смотреть на дождь.       Рома выкинул окурок в урну.       — Кстати, мороженое — отличная идея.       И тут на них кто-то набросился сзади, сомкнув руки на их шеях.       — Ну что, заждались? — знакомый голос раздался прямо у уха.       — Ага, два раза, — фыркнул Рома. — Дольше собирается только Полина.       Повисла секунда тишины… и все трое заржали. Захват ослаб, и перед ними появился Игорь.       — Здоров, медведь, — Рома протянул руку, Антон следом.       — Принёс?       — А как же! Думал, в одного всё выпить, но так уж и быть, вам оставил, — ухмыльнулся Игорь, открывая рюкзак.       Внутри лежали две бутылки водки, лимонад, закуска и пара пачек сигарет.       — Благослови душу Сёмы торгаша, — сказал Рома, забирая одну из пачек.       — Ага… только он, наоборот, втридорога содрал, чертила, — поморщился Игорь.       — Ладно, с этим всё понятно, — Рома снова глянул на двери. — Что-то Полины долго нет.       — Может, третий раз красится?       — УПАСИ ГОСПОДЬ! — фыркнул Рома. — Тогда мы тут до утра простоим.       — Так чё, Ромыч, по итогу куда идём? — Игорь почесал затылок.       — К Антону не вариант, у него семья и младшая сестра дома. Спалят моментально. К тебе тоже нельзя, опаснее вдвойне. Если бабушка спалит банкет, нас живьём закопают на местном кладбище. А до Полины — слишком далеко.       Он на секунду замолчал, прикидывая.       — Мне вроде отец говорил, что задержится на смене и вернётся только завтра днём… Так что всё очевидно — заваливаемся ко мне.       Не успел он закончить, как из-за ворот донёсся скрип двери. Все трое повернули головы.       Из школы вышла Полина, а рядом Катя.       Рома бросил недоумённый взгляд на Антона. Тот ответил таким же.       — Она же вроде ушла уже, — сказал Рома, не отрывая взгляда от подруг. Потом снова глянул на Антона.       — Не смотри на меня так, — отрезал тот. — Я знаю не больше тебя. Мы разошлись в один момент, если ты не забыл.       Девушки быстро преодолели оставшееся расстояние до ворот.       — О, простите, что задержались, — весело начала Полина. — Были… некоторые обстоятельства.       Она бросила короткий взгляд на Антона, потом на Рому.       — Ребят, вы не против, если Катя побудет с нами в компании?       Вопрос прозвучал, как приговор.       Антона будто придавило к месту — сильнее, чем всех остальных. Он старался не встречаться с Катей взглядом, но ощущал её присутствие слишком остро.       «Ну вот за что?» — пронеслось в голове. — «Отказаться никак, возразить тоже некрасиво. Тупик…»       — Нет, не против, конечно! — взял инициативу Рома. — Всё-таки она твоя подруга, а у нас тут веселье намечается!       Антон на это только кивнул. Игорь тоже изобразил согласие.       Но всё же… было странно. Несмотря на то что он избегал её взгляда, Антон заметил перемену в Кате. Словно кто-то выжал из неё всё до последней капли. Обычно она энергичнее Полины, всегда летит вперёд паровоза, а сейчас слишком тихая.       — Ну и отлично! — заключила Полина. — Куда идём?       Рома изложил свой план, и компания двинулась в сторону его дома. Шли по пустеющей улице мимо витрин магазинов и заведений — большинство уже погасило свет.       Антон краем глаза заметил своё отражение в одном из стёкол: всё то же знакомое лицо, чёрные волосы, серые глаза… ничего особенного. Разве что капли дождя начали стекать по стеклу.       — Давайте ускоримся, если не хотим промокнуть, — предложил он, бросив взгляд на небо.