Оно вернулось

Тени пиццерии "Клоунский Укус" сгущались с закатом, и Шитсо, ухмыляясь, смотрел, как Кадллс вытирала стойку. Её руки двигались с привычной ловкостью, но в её жёлтых глазах он читал то напряжение, которое она тщательно скрывала. Она была его всем — его ученицей, его женой, его манией. Он помнил, как обучал её прятать тела, как она, ещё ребёнком, внимательно слушала, а теперь она делала это лучше него самого. "Ты сегодня особенно красива," — прошептал он, подходя сзади и обвивая её талию. Его пальцы коснулись её кожи, и он почувствовал, как она слегка вздрогнула. "Аманда спит?" — спросила она, оборачиваясь, её губы уже в сантиметре от его. Шитсо кивнул, не отрывая взгляда от её глаз. Он любил эти мгновения, когда она была вся его, когда её стервозность сменялась желанием. Кадллс улыбнулась, её зубы блеснули в полумраке. "Ты знаешь, как меня раззадорить," — прошептала она, её голос звучал как обещание. Шитсо нежно схватил её за волосы, его дыхание стало глубже. Он любил этот момент, когда её контроль начинал рушиться, когда она становилась дикой, страстной. "Ты моя," — прошептал он, его губы коснулись её шеи, оставляя горячие следы. Кадллс зажмурилась, её тело прижалось к нему, и она прошептала что-то, что заставило его засмеяться. В её голосе была та самая смесь стервозности и нежности, которую он обожал. Он уже собирался продолжить, но почувствовал, как её руки опустились ниже, её пальцы начали играть с его ремнём. Шитсо закрыл глаза, наслаждаясь моментом, зная, что она не остановится, пока не доведёт его до края. Они были единым целым, как всегда, в этом безумии, которое они называли любовью.Шитсо отпустил её волосы, позволяя рукам Каддлс вести его за собой в танце похоти и опасности. Он чувствовал её уверенность, её дикую энергию, которая словно электрический ток пронзала его тело. Кухня пиццерии, обычно пропахшая томатным соусом и расплавленным сыром, теперь наполнилась запахом их желания, терпким и острым. Она оттолкнула его к стене, её глаза горели голодным огнем. Она знала, как использовать его влечение, как манипулировать его страстью. Шитсо подчинился, позволяя ей доминировать, наслаждаясь каждым её касанием, каждым укусом, каждым шепотом. Он знал, что это игра, опасная и захватывающая, и он не хотел, чтобы она заканчивалась. Внезапно, её пальцы замерли. Она прислушалась, её голова склонилась набок. Шитсо почувствовал, как её тело напряглось. "Кто-то пришел," — прошептала она, её голос стал холодным и расчетливым, как сталь. Опасность вернулась, вытеснив страсть. Шитсо кивнул, его разум мгновенно прояснился. Они были хищниками, всегда настороже, всегда готовые к охоте. Любовь и убийство, переплетенные в безумном танце, определяли их существование. Он знал, что сейчас им придется отложить свои игры и вернуться к реальности, где каждый шаг мог стать последним.Каддлс отскочила от него, как пантера, готовая к прыжку. Её движения стали быстрыми и точными. Она подобрала с пола фартук, запачканный мукой и томатной пастой, и накинула его на себя, словно броню. Шитсо последовал её примеру, отряхнув с брюк невидимую пыль похоти. Они снова стали обычными работниками пиццерии, хотя печать страсти все еще лежала на их лицах, как несмываемая краска. Звук приближающихся шагов становился все отчетливее. Каддлс жестом приказала Шитсо занять позицию у двери. Сама она схватила скалку, лежавшую на столе, и встала в тени, готовая к нападению. В воздухе повисло напряжение, густое и ощутимое, как туман. Дверь распахнулась, и в пиццерию вошел высокий мужчина в темном плаще. Его лицо было скрыто тенью капюшона. Он окинул взглядом помещение, его глаза скользнули по Шитсо, затем по Каддлс, задержавшись на её руке, крепко сжимающей скалку. "Я ищу Шитсо и Каддлс," — произнес незнакомец, его голос был низким и хриплым. "Мне сказали, что я могу найти их здесь." Каддлс вышла из тени, её глаза сузились. "Вы их нашли," — ответила она, её голос был тихим, но в нем чувствовалась угроза. "Что вам от нас нужно?"