Что нам делать?

Кетрин и Скотт ну или же Кадллс и Шитсо, так ведь? Вы оба знаете, зачем я здесь? Незнакомец, сурово глянул на бывших клоунов Сбежали из цирка, открыли своё дело, дочку растите, она ведь через год пойдёт в школу? Сколько ей? 4 Кадллс шагнула вперёд, её руки сжались в кулаки. Липкий пот стекал по её шее, смешиваясь с запахом горячего теста и сыра. Она была готова броситься на него, разорвать его на части, если он хотя бы посмотрит в сторону комнаты, где их дочь спала, укутанная в розовое одеяло. — если ты хоть пальцем тронешь её, я тебя… — её голос дрожал, но не от страха, а от ярости. — Я не собираюсь убивать вашу дочь, — незнакомец прервал её, его глаза сузились, как у змеи перед атакой. — Хотя, если честно, у вас грехов хватает. Особенно с детьми. Но я здесь не за этим. Шитсо встал рядом с Кадллс, его голос был тихим, но таким же твёрдым, как сталь. — Мы завязали с этим. Давно. Мы не вернёмся к прошлому. — Ну да, конечно, конечно, — незнакомец рассмеялся, его смех был сухим и безжизненным. — Только вот прошлое вас не отпустит. Есть одна работёнка. Маленькая, но кровавая. И вы знаете, о чём я. Кадллс обменялась взглядом с Шитсо. В её глазах мелькнул страх, но не за себя. За него. За их дочь. За их хрупкий, только что построенный мир. — Мы не станем этого делать, — повторил Шитсо, его голос дрогнул, но не сдался. Незнакомец медленно достал из кармана фотографию. На ней был мальчик, не старше их дочери. Его глаза были закрыты, а лицо бледным. Он выглядел так, будто просто спал. — А если я скажу, что выбора у вас нет? — незнакомец положил фотографию на стол. — Вы знаете, что будет, если я уйду отсюда с пустыми руками. И я не говорю о себе.Каддлс задохнулась. Она узнала мальчика. Это был сын старого должника, когда-то не сумевшего расплатиться с их "цирком". Они тогда пощадили его, отпустили, но, видимо, старые грехи не прощали. — Это… это не мы, — прошептала она, но её слова утонули в гулкой тишине кухни. Шитсо молчал, его лицо окаменело, но в глазах бушевала буря. Он знал, что незнакомец говорит правду. Они оба знали. — Время уходит, — прошипел незнакомец, указывая на фотографию. — До завтрашнего утра. Вы приносите мне то, что мне нужно, и я забываю о вашем прошлом. Иначе… иначе эта фотография будет не единственной. Он развернулся и, не проронив больше ни слова, вышел из дома, оставив Каддлс и Шитсо наедине с их страхами и прошлым, которое они так отчаянно пытались забыть. Каддлс подбежала к окну, наблюдая, как незнакомец растворяется в ночной темноте. Она чувствовала, как их хрупкий мир, построенный с таким трудом, начинает рушиться, погребая под обломками их надежды на счастливое будущее. Шитсо медленно подошел к столу и взял в руки фотографию. Мальчик смотрел прямо в камеру с невинным любопытством, не подозревая, какую роль ему предстоит сыграть в их жизни. Каддлс почувствовала, как ее сердце сжимается от жалости и страха. Они оба знали, что незнакомец не блефует. Он говорил правду, и их прошлое вернулось, чтобы преследовать их. — Что нам делать? — прошептала Каддлс, глядя на Шитсо с отчаянием в глазах. Шитсо молчал, обдумывая их положение. Он понимал, что у них нет выбора. Они должны выполнить требования незнакомца, чтобы защитить себя и свое будущее. Но что он от них хочет? Что они должны ему принести? Шитсо чувствовал, как его разум лихорадочно ищет ответ, но в голове была лишь пустота. — Мы должны выяснить, чего он хочет, — наконец сказал Шитсо, — и как можно скорее. Они всю ночь провели в мучительных раздумьях, перебирая в памяти все события прошлого, пытаясь понять, что может понадобиться незнакомцу. Они вспомнили всех своих должников, все свои сделки, все свои тайны. Но ничего не приходило на ум. Время неумолимо бежало, и с каждой минутой страх Каддлс рос. Она понимала, что их счастливая жизнь висит на волоске, и если они не смогут найти решение, то потеряют все.