Глава 1. Nightmares

      Сынмин резко дернулся во сне, поморщившись. Все его тело в ледяном поту, волосы беспорядочно растрепались, часть из них прилипла к мокрым лбу и вискам.       – Хёна... – он простонал еле слышно.       

«СЫНМИН!»

             Он подскочил в кровати, резко раскрыв глаза. В темноте он не сразу сориентировался, но знакомые очертания собственной комнаты привели его в чувство. Сынмин устало откинулся на спинку кровати. Его снова мучают кошмары, которые он даже не может запомнить. Последнее время он был слишком одинок и мучился от депрессивного состояния. В памяти плохо держались события и он никак не мог собрать свои мысли в кучу, еженочные кошмары лишь ухудшали его самочувствие. Семьи у него давно уже не было, пообщаться с лучшим другом удавалось редко, девушка в его жизни тоже отсутствовала.              Сынмин, не выспавшийся, но чистый и выбритый, пришел в свою любимую кофейню недалеко от дома. Он уселся за столик у окна и достал ноутбук, планируя поработать сегодня хоть немного, он и так задолжал обработку фотографий двум клиентам. Пока ноут запускался, он приложил прохладные пальцы к вискам и потер их, чувствуя, как головная боль подступает к нему.       – Доброе утро! Вы готовы сделать заказ?       Приятная девушка нависла над его столиком с блокнотом. Раньше он ее здесь не видел, но и ее внешность и этот голос показались ему смутно знакомыми.       – Эм, да, доброе утро... Я буду карамельный айс-латте. – он ответил, рассматривая незнакомое-знакомое лицо.       – Конечно, что-нибудь еще?       – Вообще-то, я бы хотел еще кусочек бананового хлеба.       – Будет сделано! – она ярко улыбнулась. – Принесу в течение пяти минут.       Сынмин заторможено кивнул и посмотрел вслед убежавшей официантке-бариста, зашумевшей кофемашиной, затем вернулся к ноутбуку.       Спустя обещанные пять минут она вернулась с подносом, на котором расположился его заказ.       – Приятного аппетита. – она аккуратно поставила стеклянный стакан с айс-латте и тарелку с десертом около его ноутбука.       – Спасибо. – он чуть улыбнулся ей. Она уже развернулась, чтобы вернуться за стойку, когда он внезапно окликнул девушку.       – Постойте...       – Да, что-нибудь еще?       – Эм, я просто хотел спросить... Вы наверное недавно здесь работаете?       Девушка смущенно заправила прядь черных волос за ухо.       – Да, я недавно получила работу. Что-то не так с напитком?       – Нет, что вы, – Сынмин замахал руками. – Я просто часто здесь бываю, никогда вас не видел. Вроде...       – Да, я только недавно переехала в Сеул. Ладно, в общем, не буду вам мешать.       – Вы мне не... – Сынмин не успел договорить, но девушка уже вернулась к своему рабочему месту. Он вздохнул и принялся за работу.              На следующей неделе он снова пришел в кофейню, понимая, что обстановка в его квартире совсем не способствует продуктивности, несколько дней словно прошли в тумане и он не помнил, что вообще полезного успел сделать. Сынмин был раздражен на самого себя, он просрал уже три дедлайна, не понимая, как это могло произойти. Расположившись за любимым столиком, он раскрыл ноутбук.       – Здравствуйте!       Он обернулся на голос из-за спины. Снова та милая бариста-официантка.       – Добрый вечер...       – Что будете сегодня? Может снова карамельный айс-латте? – она была сама доброжелательность, Сынмин опять немного завис, разглядывая приятную внешность и красивую улыбку.       – Н-нет, сегодня горячий американо, без добавок. Нужно крепко поработать, а не расслабиться.       – Понимаю, – она внезапно подмигнула ему и у Сынмина резко вспотели ладони. – Что-нибудь из десертов?       – Ээ.. да, черничный пирог.              Он машинально убирал в фотошопе с лиц на фотографиях высыпания, ненужные волосы, морщинки и синяки под глазами, пока его мысли витали вокруг девушки, в данный момент принимавшей заказ у очередного клиента за его спиной. Время от времени он видел ее отражение в окне, так как на улице уже потемнело и все, что происходило внутри кофейни, отражалось на стеклах как в зеркале. Каждый раз, когда он замечал баристу краем глаза, она казалась ему дико знакомой.       «Это просто мое воображение. Бабушка всегда говорила мне, что я выдумщик. А еще возможно я слишком устал...» – он думал про себя, запивая пирог контрастно-горчащим кофе.              – Мы скоро закрываемся... Хотите сделаю вам кофе на вынос? Я успею до закрытия.       Сынмин ошарашенно осмотрелся, вынырнув из ноутбука. В кофейне остались только он и бариста.       – Простите, заработался.. Да, будьте добры, карамельный айс-латте.       – Конечно. – она покивала и ушла к кофемашине.       Сынмин захлопнул ноут и потер уставшие глаза. Сложив его в сумку, он подошел к стойке и усевшись на высокий стул начал наблюдать за работой девушки, украдкой всматриваясь в ее черты. Сынмин пытался вспомнить, где он мог ее видеть, пытался найти хоть какую-нибудь деталь, которая могла бы подстегнуть его вспомнить.       Рука девушки на мгновение коснулась его руки, когда она протягивала Сынмину стаканчик. По спине пробежали мурашки.       – Спасибо... Кстати, я кажется так и не спросил Ваше имя.       – Я Ши Хёна. – она подперла подбородок рукой и мило наклонила голову, глядя прямо ему в глаза.       – Я Ким Сынмин. Приятно познакомиться, Хёна. И давай на «ты».       Хёна кивнула. Он сделал глоток холодного и сладкого напитка, не отводя взгляда и наконец решается спросить.       – Эмм, Хёна, это наверное странный вопрос, но мы не виделись раньше? Ты просто выглядишь знакомо, и я не могу припомнить где я мог тебя видеть...       – Хм, – она чуть прищурилась и медленно покачала головой. – Нет, я не помню тебя.       – О.. Ну, ладно. Наверное это игра моего воображения. Извини за дурацкие вопросы.       – Все нормально. – она чуть посмеялась.       Он улыбнулся в ответ, но в груди все равно сидело странное ощущение, что-то его продолжало беспокоить, а что – неясно.              

«Та девушка, виденная им во снах десятки раз, снова рядом с ним. В один момент они смеются, обнимаясь, в другой он видит ее искаженное ужасом лицо сквозь лобовое стекло. Она тонет, тонет в глубокой воде, запертая в машине, а он совершенно ничего не может сделать, только кричать ее имя, стоя на коленях, и смотреть на любимое лицо, на раскрытый в беззвучном крике рот, на плещущуюся в салоне автомобиля мутную воду...»

             Сынмин подскочил, чувствуя боль в сердце. Снова весь в поту после этих дурацких снов, которые он даже не помнит, но зато всегда чувствует их последствия и оставшиеся эмоции. Сегодня видимо снилось что-то действительно страшное, раз он чувствует физическую боль. Он посмотрел на часы – три часа ночи. Вряд ли он снова уснет.       В кофейню он пришел к открытию. Еще пара таких продуктивных дней и он закроет все свои долги, и, может, ему даже хватит сил взяться за новых клиентов.              Через неделю Сынмин, собравшись с силами, пригласил Хёну на свидание и, к своему удивлению, понял, что она действительно ждала этого и согласилась без раздумий. Дальше все завертелось так, что Сынмин сам не понял, как так быстро может быть. Вот их первое свидание, вот их первый поцелуй, первый секс... Они будто были созданы друг для друга – их вкусы в фильмах и музыке совпадали, как и отношение к жизни, они часто заканчивали друг за другом фразы, Хёна обожала юмор Сынмина, а Сынмин обожал ее смешить. Так много событий произошло всего за пару месяцев, но он никогда не ощущал себя настолько счастливым и спокойным. Его депрессивное состояние последних двух лет испарилось без следа. Ему больше не снились кошмары.              Недельная поездка на Чеджу была их первым совместным путешествием. В октябре не сезон, зато народ практически отсутствовал в гостиницах, кафе и на дорогах. Частый дождь и штормовое море не портили впечатление, у этой погоды было свое очарование. Сидеть в маленьких, почти домашних кафе, замерзнув после долгой прогулки, есть горячий суп с водорослями или кимчичиге, наблюдая за разбушевавшейся погодой и расслабленным лицом своей девушки, сидящей напротив – эту поездку Сынмин запомнит, как лучшую в своей жизни.       У Хёны были водительские права, поэтому часто они просто брали машину на прокат и ездили по острову. Сынмин взял свой фотоаппарат и часто просил ее остановиться в особо живописных местах. В последний день перед отъездом, они решили поступить также. Маршрут выбрала Хёна – горная дорога вдоль моря в сторону пляжа Хамдок. Дождь разбушевался до ливня с сильным ветром, но Хёна уговорила Сынмина поехать несмотря ни на что, она была уверена в своих силах.       – Это последний день! Мы должны провести его на всю катушку, будет обидно если мы просидим в гостинице или бездумно потратим день в местных магазинах. Я так хочу на тот пляж, там должен быть отличный вид, порадуешь свой фотоаппарат!       Сынмин, скрепя сердце, согласился.       По серпантину они ехали очень медленно и аккуратно, Хёна и правда являлась хорошим водителем, Сынмин даже немного ослабил беспокойство, рассматривая поредевший осенний лес вокруг. После серпантина подъемы и спуски на дорогах были постоянными и затяжными, машин по трассе им ни навстречу, ни попутно почти не встречалось. После одного особо долгого подъема, с кучей желтых табличек по краям, предупреждающих об опасном участке дороги, Хёна остановила машину на обочине. За довольно широкой обочиной было небольшое ограждение – деревянные столбики и слабо натянутая веревка, за которым начинался крутой обрыв. Даже сквозь ливень и ветер пробивался шум от встревоженного моря.       – Я хочу немного отдохнуть, минут пять, глаза устали от мельтешения дворников...       – Хорошо, милая, я тогда выйду сфотографирую, здесь красиво.       Хёна потерев глаза кивнула и Сынмин, накинув свою кожаную куртку, забрал с заднего сидения свой фотоаппарат и вышел из машины. Ему понравился вид одной из скал, которую терзали волны у подножья. Чтобы поймать ее в кадр, ему пришлось отойти от машины метров на пятьдесят. Он поежился, закутываясь в куртку поплотнее. Парень настроил фокус и сделал несколько кадров с немного разных позиций, как вдруг он услышал взревевший двигатель и визг шин. Он обернулся назад и успел увидеть как их машина срывается в обрыв, забирая с собой несколько деревянных столбиков и оторвав с них веревку.       – ХЁНА! – он закричал не своим голосом, отбросив фотоаппарат в сторону, и побежал.       Он подбежал к краю и с распахнутыми в ужасе глазами смотрел, как машина медленно погружается в воду. Огромные волны захлестывали лобовое стекло и крышу, все сильнее утягивая автомобиль вниз. Самое страшное – он смутно видел лицо Хёны через лобовое стекло. Ее лицо искажено страхом, а рот раскрылся в беззвучном крике.       Внезапно он вспомнил свой последний кошмар. Там происходило то же самое. Там была Хёна. К горлу подкатила тошнота, а сердце колотилось так яростно, словно хотело от него убежать.       – Нет, этого не может быть...       Колени Сынмина подкосились, его тело с тихим стуком рухнуло на мокрую траву. Глаза закатились и сознание покинуло его.              Яркий свет настырно пробивался сквозь веки. Сынмин попытался открыть глаза, но веки словно прилипли к глазным яблокам.       – Что... Х... – он прохрипел и попытался сесть, разлепив один глаз.       – Бро, ты как?       Сынмин медленно повернул гудящую голову в сторону и наткнулся на встревоженное лицо своего единственного друга.       – Хёнджин? Что... я... я не знаю... Что случилось?       – Ты скажи мне, что случилось! Тебя нашли без сознания на дороге посреди Чеджу, ты не очухивался три долбанных дня! Что ты вообще делаешь на Чеджу? Почему ты ничего не сказал, и вообще не писал и не звонил мне, даже на сообщения не отвечал? Знаешь, это не круто, когда после долгого молчания мне звонят с твоего телефона и говорят, что я твой экстренный контакт и поэтому должен прибыть на Чеджу чтобы сообщить о тебе! – друг выдал эту тираду на одном дыхании.       – Я здесь с...       Внезапно его сознание взорвалось болезненным, но нечетким воспоминанием. Визг шин, грохот удара автомобиля об воду.       – Нет, нет, только не снова... – он потряс головой.       – Что? Ты что-нибудь помнишь? – Хёнджин подсел к нему поближе, между его бровями залегла глубокая морщина. Обычно друг вел себя легкомысленно и частенько любил подтрунивать над Сынмином. Но другом он стал не просто так, и Сынмин был благодарен ему сейчас, так как он приехал сюда на Чеджу из-за случившегося с ним.       – Я помню... я помню машина... машина упала в обрыв... – говорить это было тяжело и слова из него выходили отрывисто.       – Авария? Но там никого не было, ни машин, ни людей. Только ты и твоя камера. Она видимо разбилась, когда ты упал в обморок.       – Я был с ней.. Я был с девушкой...       – У тебя появилась девушка?! Боже, Сынмин, а мы вообще друзья? Почему ты мне вечно ничего не рассказываешь! – на его лице отразилась обида. – И где она?       – Я не знаю... Я не помню... Все как в тумане... Но я знаю, что я был с ней! Поверь мне!       – Бро, не дергайся... – Хёнджин успокаивающе положил свою руку ему на плечо. – Тебе нужно восстанавливаться. Я, кстати, вытащил флешку с твоей камеры и скачал все фото. Перекинуть тебе на телефон? Может это поможет тебе вспомнить что-нибудь еще...       – Да, да, скинь мне их... – он слабо кивнул, в сердце зажглась надежда.       Хёнджин скинул ему фото ближе к вечеру. Он быстро пролистал их все и понял, что это только сделанные им пейзажи. Ни одного фото девушки. Ни одного доказательства ее существования. Он не верил сам себе. Мог ли он придумать ее?       За дни, проведенные в госпитале на Чеджу, а затем дома в Сеуле, он все-таки смог вспомнить. Ее звали Ши Хёна. Она работала в его любимой кофейне. Они встречались уже два месяца. Они поехали на Чеджу и все было отлично, пока машина не съехала в обрыв. Вопросы роились в его голове. Сделала это девушка специально или случайно? Если специально, то почему, им же было так хорошо вместе? Если случайно, то как это вообще могло произойти? Поставила ногу на газ, а коробка-автомат не стоял в режиме «парковка»? Он довел себя, потеряв понимание, где он находится – во сне, в яви, или в выдуманном его больной головой мире? Хёнджин был с ним, пока он лежал в больнице, затем они вместе вернулись в Сеул и друг пропал, что не помогало Сынмину чувствовать себя адекватно.       В один из этих странных и тяжелых дней, он решил пойти в ту кофейню. Он все еще имел обязанности по работе и мог посидеть там спокойно с ноутбуком, к тому же, там раньше работала Хёна. Они должны знать ее, должны помнить.       На улице дул ледяной ветер, пробрасывая одинокие колючие снежинки. Он зашел в нагретое помещение и сразу направился к столику у окна.       – Здравствуйте, чего желаете?       Незнакомая ему девушка подошла к столику с приклеенной на лицо формальной улыбкой.       – Горячий американо. И... подскажите, здесь работает девушка по имени Хёна?       – У меня сегодня первый день работы, извините...       – А может кто-то другой знает? Девушка, прошу вас, вы можете узнать у своих коллег, или у владельца кофейни...       Сынмин сам не заметил, как повысил голос. Девушка убрала с лица дурацкую улыбку и попятилась назад.       – Извините, я сделаю вам американо... – она проблеяла, отступая.       К их столику подошел плотный мужчина лет пятидесяти.       – Молодой человек, какие-то проблемы?       Сынмин уставился на него. Кажется он видел его раньше здесь мельком, возможно это и есть хозяин заведения.       – Господин, никаких проблем! Просто скажите мне, у вас здесь работала девушка по имени Хёна?       – Хёна? – мужчина удивленно поднял бровь. – Вон, на доске почета ее фото, она до сих пор тут работает, просто сегодня не ее смена...       Сынмин не дослушав бросился к стенду и уставился на фото девушки с подписью: «Хёна Ли – работник месяца». Это был совершенно другой человек.       – Нет... – он прошептал и обхватил голову руками. – Нет, я не сумасшедший, нет, нет, нет...       Мужчина подошел к нему сзади и обхватив за плечо, повел его к выходу.       – Вам лучше уйти, вы пугаете других клиентов.       Хозяин вывел парня, явно находящегося не в себе, из кофейни и закрыл за ним дверь. Сынмин уселся прямо на холодные ступеньки и заплакал в бессилии. Горячие слезы текли по его щекам, по пути к подбородку остывая под ледяным ветром, в его волосах путались острые снежинки.       Спустя какое-то время слезы кончились и Сынмин, поправив сумку с ноутбуком на плече, пошел куда глаза глядят, обдуваемый ветром, но не чувствующий холода. Ноги привели его к безлюдной набережной реки Хан. Он оперся о бетонное ограждение и посмотрел вниз. Это был район причала и вода здесь сразу от берега была глубокой. Река, несмотря на холод, льдом еще не покрылась и блестела под светом луны. Он чувствовал себя побежденным. Он больше не знал, что реально, а что нет. Девушка, его любимая Хёна, вероятно была плодом его воображения. Вероятно, вся его жизнь была невыносимой ложью.       – Я иду к тебе, Хёна. – он прошептал и закинул ногу на широкое бетонное ограждение.       Он балансировал стоя на ограждении, делая последний вдох перед шагом вперед, как вдруг раздался крик, до боли знакомый голос.       – СЫНМИН!       В этот момент он открыл глаза и очнулся в своей постели весь в ледяном поту. В темноте он не сразу сориентировался, но знакомые очертания собственной комнаты привели его в чувство. Сынмин устало откинулся на спинку кровати и потер глаза. – Это был просто чертов кошмар...