Семейная жизнь с Лейхотом: Начало

— Подожди! — кричит вслед темноволосый, взметнув руки в мольбе, вслед бегущей Маргарет. — Послушай же, прошу! Маргарет замерла, словно загнанная птица, вслушиваясь в его слова, но не смея повернуться лицом. — Пол… он мудак, да, я понимаю, — начал Кэмерон, с трудом находя воздух. — Но ему необходимо с ней поговорить, Марго. Это важно. — Поговорить?! Это ты так называешь? Она же его взглядом раздевала, Джаред! Ты понимаешь?! До костей, до самой души! Маргарет развернулась, и в глазах ее полыхала ярость, обжигающая, как раскаленное железо. — Марго, но Лейхот же с ней ничего не имеет… — Кэмерон подошел ближе и осторожно коснулся ее плеча. От этого прикосновения девушка вздрогнула, словно от удара. — Зачем тебе это? Зачем тебе помогать мне? Разве не ты советовал мне, где найти самый лучший утес? Самое верное место? Джаред вздохнул так тяжело, что Маргарет почувствовала, как по коже пробегают мурашки от боли, отразившейся в этом звуке. — Зачем, да почему… Заебало! Слабой я тебя считал, думал – вот, опять подросток с вечными проблемами, которые лишь пыль. Но… — он судорожно сглотнул. — Ты… ты очень сильная. Твоя история… она страшная. Она как пропасть, в которую можно упасть и не найти дна. Маргарет молчала, слова застряли в горле, как ком. Джаред и не ждал от нее ответа. — Знаешь… ты мне нравишься, Марго. Вы когда-нибудь чувствовали этот леденящий ужас неловкости, когда хочется провалиться сквозь землю, лишь бы избежать этого мучительного положения? Когда мир уходит из-под ног и остается лишь бездна, в которую можно прыгнуть, не оглядываясь? Но посреди этой бездны вдруг появляется островок надежды, островок спасения, имя которому – Джаред. Маргарет стояла, как сломанный маятник, застывший между яростью и отчаянием. Ее дыхание, прерывистое и горячее, словно раскаленный уголь, обжигало губы. Джаред, этот чертов Джаред, смотрел на нее так, будто видел сквозь все ее бронированные слои, сквозь ту стену, которую она возвела из осколков своей души. Его рука на ее плече была как якорь, который тянул ее вниз, в пучину, где она боялась утонуть. — Что? — Ты мне нравишься, — его голос был как низкий гул грома, который разрывает тишину перед бурей. — Не как ребенок, не как жертва. Не как девушка. Как человек. Маргарет сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя полумесяцы боли. Ее сердце билось так, будто пыталось вырваться из клетки грудной клетки. Она хотела кричать, хотела ударить его, хотела убежать, но его слова, как паутина, опутывали ее, не давая двинуться с места. — Ты не понимаешь, — прошептала она, голос дрожал, как лист на ветру. — Ты не знаешь, что я сделала. Что я могу сделать. Джаред шагнул ближе, его дыхание смешалось с ее, горячее и тяжелое. Его глаза, темные, как бездонные колодцы, смотрели на нее с такой интенсивностью, что она почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Марго, я знаю ты очень хороший человек. — Ты только о себе подумал, Кэмерон? С чего все началось? Сейчас вы и узнаете.

***

Маргарет щёлкнула языком, глядя, как Джессика с маниакальным блеском в глазах размахивает новой кофточкой перед зеркалом. — Ну, Мег, ну скажи честно — это цвет моей ауры или мне просто идёт? — Стэнли закрутилась, как юла на энергетиках, заставляя продавщиц поодаль перешёптываться. — Думаю, это цвет твоего отчаяния, — мысленно процедила Маргарет, но вслух лишь вежливо крякнула: — Ну… ярко. — О, спасибо! — Джессика расцвела, словно её только что похвалили за умение разговаривать без передышки. — Кстати, о ярком! Майк вчера сказал, что я «ослепительна»! Это же намёк, да? Маргарет представила, как её мозг медленно сворачивается в трубочку от этой беседы. — Может, он просто ослеп от твоих новых блёсток? — не удержалась она, но Джессика уже неслась дальше: — Ах, если бы ты знала, как он случайно коснулся моей руки в кафе! Я даже счёт не оплатила — убежала, чтобы не краснеть! — И оставила его с чеком? Романтика… — Ты всё смеёшься, — надула губы Стэнли, — но я чувствую — между нами искра! — Искра? — Маргарет подняла бровь. — Или просто статическое электричество от твоего свитера? Джессика замерла, будто её осенило. — Божечки… А что если… — она схватила Маргарет за руку, — мы купим что-то особенное? Для… ну, знаешь… настроения? Маргарет почувствовала, как её день стремительно катится в тартарары. — Джес, мы в магазине носков. — О, Мег, — Стэнли хихикнула, подмигивая, — ты такая наивная… И когда там Белла приедет с медового месяца? Маргарет окинула взглядом прилавок с носками. Радуга цветов, забавные рисунки, обещания комфорта и тепла… и ни намека на романтику. Но Джессика уже выуживала из недр полки пару носков с принтом авокадо, один из которых кокетливо подмигивал наклейкой «Ты – половинка моего сердца». — Ну разве это не мило?! – Джессика просияла, демонстрируя носки Маргарет. – Мы наденем их вместе! Это будет наш секретный знак! Маргарет вздохнула. Про «секретные знаки» от Джессики она знала не понаслышке. Однажды их «секретным знаком» была одинаковая резинка для волос с блестящими единорогами. Тогда Маргарет три дня пыталась отмыть блестки со своей рабочей блузки. Но спорить было бесполезно. Джессика, воодушевленная идеей носочной романтики, уже неслась к кассе, оставляя за собой шлейф из безудержного энтузиазма и легкого запаха лавандового кондиционера для белья. Маргарет обреченно последовала за ней, гадая, какой сюрприз преподнесет ей этот неожиданный шопинг дальше. Возможно, ей стоит начать запасаться успокоительным. Или, на худой конец, берушами. Уже на выходе из магазина, Джессика вдруг остановилась, как вкопанная, и указала пальцем на манекен в витрине соседнего бутика. На манекене красовалось платье цвета фуксии, усыпанное пайетками, с огромным бантом на спине. — Мег, – прошептала Джессика, – кажется, я знаю, в чем пойду на свидание! Маргарет закрыла глаза. Платье цвета фуксии… пайетки… бант размером с небольшую собаку… Да, этот день точно переплюнул все ее самые смелые кошмары. Она уже видела заголовки завтрашних газет: «Женщина в платье-катастрофе парализовала движение в центре города!». — Джес, милая, может, посмотрим что-нибудь… более… дышащее? — робко предложила Маргарет, надеясь на чудо. Но Джессика уже была потеряна для этого мира. Она вглядывалась в платье с таким обожанием, словно это было само воплощение любви, счастья и всех существующих блесток на планете. — Дышащее? Мег, ты что! Это же шедевр! Оно кричит: «Я здесь! Я готова к любви! И у меня есть бант!». — Джессика затащила Маргарет в бутик, оставляя за собой след из нерешительности и тихих стонов. Через минуту она уже вынырнула из примерочной, сияя, как новогодняя елка. Платье, конечно, сидело на ней так, как будто его сшили из воздушного шарика, наполненного гелием, но Джессика этого, кажется, не замечала. — Ну, что скажешь? — Джессика крутнулась перед зеркалом, посылая во все стороны залпы пайеточного огня. Маргарет вздохнула. Что тут можно сказать? Что Джессика выглядит как беглый цирк? Что Майк, увидев ее в этом, сбежит в Монголию и сменит имя? Она лишь выдавила из себя: — Ты… ослепительна. Джессика завизжала от восторга и кинулась обнимать Маргарет, чуть не оставив на ней пару сотен блесток. А Маргарет подумала, что ей точно нужна двойная доза успокоительного. И, возможно, огнемет. На всякий случай. Всю дорогу до дома Маргарет лихорадочно пыталась придумать план спасения. Может, подсыпать Джессике снотворное? Убедить, что вечер отменился из-за внезапного нашествия инопланетян? Но Джессика была непреклонна. Она порхала по квартире, как колибри-переросток, распевая песни и оставляя за собой шлейф из блесток и энтузиазма. Маргарет сдалась. Она поняла, что сегодня вечером ей придется быть не просто подругой, а телохранителем Джессики. Защищать ее от завистливых взглядов, от случайных возгораний (кто знает, как пайетки отреагируют на фейерверки?), и, главное, от самой себя. И, может быть, в конце концов, этот безумный наряд принесет Джессике удачу. Ведь, как говорится, кто не рискует, тот не носит платья цвета фуксии с бантом размером с небольшую собаку. Когда Джессика довезла Маргарет до дома, она внезапно выпорхнула из машины следом за ней. Маргарет вопросительно вскинула брови – словно вопросительный знак, повисший в воздухе. — А как же чай? – растерянно пролепетала Джессика, как будто чай был ключом к разгадке вселенной. Маргарет лишь закатила глаза, вздохнув так глубоко, из нее выходил весь воздух разочарования, накопившийся за день. Едва они приблизились к порогу, как на нем выросла массивная фигура, заслонив собой свет. "Только не он," – прошептала Маргарет, будто заклинание, призванное отвратить неминуемое. — Мег, это твой ухажер? – писклявый голос, как комариный звон, пронзил тишину. Пол Лэйхот обернулся к ним, как хищник, почуявший добычу. — Привет, – буркнула Маргарет, бросив на Джессику испепеляющий взгляд. Джессика, казалось, таяла под пристальным, оценивающим взглядом Пола, словно снежинка на горячей ладони. Лэйхот лишь хмыкнул в ответ, затем подошел к Маргарет и протянул ей небольшую коробочку, предлагая сокровище. Джессика фыркнула, едва заметно, но достаточно, чтобы выдать ее раздражение. — Меня зовут Джессика, можно просто Джесс, – проворковала она, протягивая Полу свою ладонь, словно предлагая ему кусочек себя. Маргарет резко отбила ее руку, издав короткий болезненный стон. — Я случайно, – с натянутой улыбкой пробормотала Маргарет, затем распахнула дверь в дом, приглашая Пола внутрь. Он занял место на диване. — А… — Извини, Джесс, увидимся как-нибудь потом! – выпалила Маргарет и захлопнула дверь прямо перед носом Джессики, словно отрезая ее от своего мира. Пол усмехнулся, оглядываясь по сторонам, как хозяин, осматривающий свои владения. — Ты такая гостеприимная, — Пол промурлыкал это, словно сытый кот, и, потянувшись на диване, сладко зевнул. — Где же ты пропадала, Мэй? Я извелся тут, ожидая тебя… Маргарет почувствовала, как нежность волной разливается в груди от этих слов. Ждал… Он действительно ждал. — Мне стало тоскливо, захотелось развеяться, а Белла все еще в своем медовом раю. Поэтому первой под руку подвернулась… Джессика. Лэйхот усмехнулся, и Маргарет невольно залюбовалась его мужественными чертами лица. Боже, до чего же он потрясающий… И до боли желанный. — И, кажется, она на тебя запала, — фыркнула Маргарет, вспоминая липкое поведение Джессики рядом с ним. Пол лишь пожал плечами, всем своим видом показывая безразличие. — Она мне совершенно не интересна, — его взгляд вдруг стал пронзительным, словно пытался заглянуть в самую душу. — Мэй, ты ревновала? Признайся. Маргарет возмущенно вскинула брови и скрестила руки на груди, пытаясь скрыть волнение. — Ещё чего! С чего бы вдруг? — Ревновала, — уверенно констатировал Пол, словно это был неоспоримый факт. Маргарет лишь фыркнула в ответ и отошла к кухонному столу, чтобы налить себе кофе. — Ночью вредно пить кофе, Мэй. — А я тебя и не спрашиваю, — язвительно причмокнула она, делая глоток обжигающего кофеина. Лэйхот закатил глаза и, словно покидая насиженное гнездо, поднялся с дивана, приблизившись к ней. Маргарет невольно запрокинула голову, чтобы рассмотреть его лицо. Ну и жираф! Неожиданно Пол выхватил у нее из рук кружку и одним махом осушил ее до дна. — Лэйхот! — взвизгнула Маргарет, вскакивая на стул, чтобы попытаться вернуть свою кружку. — Отдай немедленно! — Отбери, Мэй, если сможешь, — Пол расхохотался, наблюдая, как она подпрыгивает и нелепо пытается дотянуться до его руки с кружкой. В конце концов, Маргарет сдалась, устало вздохнув и бросив обиженный взгляд на квилета. Тот же ликовал, словно ему несказанно повезло. Но тут взгляд Маргарет упал на небольшую коробочку, обтянутую темно-синим бархатом. — Что там внутри? — тихо спросила она, с тревогой глядя в глаза Полу. Он же ответил ей улыбкой, не той хищной ухмылкой, к которой она привыкла, а теплой, почти семейной. — Открой и узнаешь, — Пол засунул руки в карманы джинсов и сделал вид, что задумался о чем-то. — Ты прям человек-загадка, — прошептала Маргарет, начиная аккуратно открывать коробочку. И тут же дыхание перехватило, когда она увидела… Кольцо. С небольшим камнем нежного зеленоватого оттенка, а само кольцо было из серебра, оплетенное причудливыми лианами из того же металла. Маргарет прикрыла рот ладошкой, пытаясь сдержать подступающие слезы. — Хотел золотое, но знаю, что ты не любишь золото, — Пол снова пожал плечами, словно извиняясь, и не заметил, как Маргарет со всех ног бросилась к нему, раскрывая объятия. Пол даже слегка растерялся от такой бурной реакции, но, прокашлявшись, все же обнял ее в ответ. — Это то самое предложение, Пол Лэйхот? — пробормотала Маргарет куда-то ему в грудь, и Пол хрипло рассмеялся. Маргарет наслаждалась этой истомой, таким сладким звуком для ее ушей. — Как хочешь, — и снова чертовски пожал своими мускулистыми плечами. Да что за привычка! — Маргарет Лэйхот? — Фу, это ужасно звучит. Я не собираюсь менять свою фамилию! — тут же фыркнула Маргарет, Пол снова засмеялся, и как же странно видеть его таким… Счастливым? — Давай лучше ты возьмешь мою. Пол Девальер. — Звучит уебански, — пробормотал он, но в глазах его плескалась нежность. Маргарет отстранилась, заглядывая в его глаза. В них плескалось что-то большее, чем просто нежность. Там была целая вселенная – его мир, его душа, открытые только для нее. И она видела, как он борется со своими демонами, как хочет быть лучше, достойнее ее любви. – Тогда оставим все как есть, – прошептала она, чувствуя, как слезы щиплют глаза. – Главное, чтобы мы были вместе. Пол нежно коснулся ее щеки, вытирая слезинку большим пальцем. Его прикосновение было таким трепетным, будто она хрустальная. – Вместе, – повторил он, словно клятву. – Навсегда. Он достал кольцо из коробочки и бережно надел ей на палец. Оно сидело идеально, словно создано для нее. Маргарет посмотрела на свою руку, и сердце ее переполнилось такой любовью, что казалось, оно сейчас вырвется из груди. Она прижалась к Полу, чувствуя тепло его тела, биение его сердца. И в этот момент она поняла, что это не просто предложение руки и сердца. Это обещание быть рядом, в горе и в радости, в болезни и здравии, любить и оберегать до конца их дней. И она, Маргарет Девальер, готова принять это обещание, отдать ему всю себя без остатка. На следующее утро Маргарет не узнавала себя. Не верила, что в ней может таиться такая ярость, такая безумная страсть. Ей казалось, она сходит с ума. Все произошло внезапно. Она просто зашла на территорию резервации и увидела Лейхота. Он стоял рядом с Рэйчел, что-то говорил ей, а та льнула к нему, пытаясь прижаться ближе. Маргарет застыла, словно громом пораженная. Кончики пальцев пронзила дрожь, в голове запульсировала злость, пожирающая изнутри. В одно мгновение все померкло, и она бросилась на Блэк, как разъяренная тигрица. Маргарет оттолкнула ее и вцепилась в волосы. Рэйчел опешила, завизжала, требуя, чтобы ее отпустили. Пол стоял, словно окаменевший, его брови взлетели вверх от изумления. — Отпусти, дрянь! — кричала Блэк, когда Маргарет повалила ее на траву и начала рвать на ней волосы. — Шлюха! — прорычала она, но тут чьи-то сильные руки оттащили ее от Рэйчел. Маргарет пыталась вырваться, но все было тщетно. — Успокойся, Мэй! Что с тобой? Что на тебя нашло? — На меня?! Это что на тебя нашло, Лейхот?! Почему она с тобой так общается?! — Как? — Да она тебя чуть всего не облизала! — Мэй, — он приложил руку ко лбу и закрыл глаза. — Я ее не люблю, ясно? Она бежала, словно преследуемая тенью собственного смятения, не в силах постичь причину происходящего. В душе бушевал хаос, разум отказывался складывать обрывки чувств в единую картину. И именно там, в эпицентре ее душевной бури, ее настиг Дажред. (Если же память подвела, позвольте себе вернуться к началу этой истории.) А пока, пусть Маргарет обретет столь необходимый ей отдых. До скорой встречи… и да пребудет с ней утешение.