Прощание со старым.

Хотелось вдохнуть, но грудь сдавило невыносимо. Звёздное небо размытое полотно, дрожало перед глазами. Боль пронзала насквозь, а в голове билась одна лишь мучительная, навязчивая мысль: лишь бы Лэйхот этого не видел. Перед глазами стояло, как Маргарет, захлёбываясь, выплевывала воду из лёгких, как Квил отчаянно делал массаж сердца. И она могла поклясться, что больше всего боялась за дитя. За крохотную жизнь, что ещё недавно трепетала под сердцем. Сейчас же Маргарет судорожно вцепилась в рубашку Атеары и, прерывисто дыша, остановила его мечущиеся, полные ужаса руки, заглядывая в глаза. Он же, словно оглушённый, лишь округлил свои и без того огромные очи. — Живот, Атеара… Вайлет, мне нужна Вайл… – Маргарет с трудом выдыхала каждое слово, и кучерявый, ничего не понимая, лишь растерянно бегал глазами, закусывая губы. Эмбри убьет его, если он потревожит покой бедной Беркли, но выбора не было. Ждать было невозможно, иначе глаза белокурой уже начали бы затухать. Квилу было страшно увидеть смерть, зная, что на его руках оборвалась жизнь. Подхватив на руки безвольное тело, он бежал сквозь гущу леса, лишь бы исполнить её мольбу. Бежал, слыша вой сородичей, но не откликаясь, не желая этого. Сэм ему не позволит. Атеара ненавидел себя ещё больше. Неожиданные чувства к Вайлет, Маргарет, которую он не сумел защитить в тот самый роковой вечер. Почему он просто не сгорел рядом с ней? Ведь Девальер только это и было нужно. Лечить ей дурью бошку. Лэйхот, как он мог поступить так со своей нареченной? Почему он всегда отвергал Меган? Разве его упрямство по поводу запечатления могло привести к такому исходу? Да. Глухой стук в деревянную дверь, и на пороге возникла сонная девушка, протирая глаза. Парень опустил взгляд на белокурую, а Беркли мгновенно распахнула веки и, прикрыв рот ладошкой, ахнула. — Не выдержала, — виновато объяснился Атеара, ещё не подозревая, что Маргарет беременна. — Живот, Беркли, — Девальер сейчас была груба как никогда, лишь бы не её осматривали и лечили ссадины. Ребенок, вот что сейчас важно. Сама же Вайлет нахмурилась, но приложила ладонь к животу. Долгое молчание, даже Атеара перестал дышать, не понимая, что происходит. — Живая, — тихо пробормотала миниатюрная девушка и продолжила обрабатывать раны. Маргарет расплылась в слабой улыбке и, покачав головой, усмехнулась, прижимая еле шевелящуюся ладонь к животу, нежно поглаживая. — Девочка, Пэгги, у тебя будет девочка. Квил громко сглотнул и, закрыв глаза, поднял голову к небу. Он хотел посоветовать девушке бежать от Пола куда подальше, а сейчас… сейчас лишь сбежал куда-то в лес, не сказав ни слова. Он не хотел наблюдать за этой ужасной картиной. Даже сейчас Маргарет улыбалась, после того как Лэйхот убил в ней всё, что можно. Атеара ненавидел его, уже за одно его существование. Такое отношение он не мог позволить никому. — Он не принял? — Беркли аккуратно вытерла с щеки кровь и с заботой смотрела в глаза лежащей на диванчике белокурой. Спросила так, чтобы не ранить. Маргарет кивнула, слегка и тут же сморщилась от боли в шее. — Знаешь, может, тебе попробовать жить без него? Вайлет видела всё, что происходило. Признаться, до появления Маргарет Пол был ещё хуже. А сейчас, когда момент дошел до пика, выбор остался только один. Она сама в своей жизни натерпелась и не могла смотреть на Маргарет, ведь она похожа на Вайлет ещё сильнее, чем кажется. Только если у Беркли был стальной стержень, у Маргарет он был зарыт глубоко в землю с появлением Пола. — Хочу, но смогу ли? И ответить было нечего, разве что пустить всё на самотёк. Вайлет вздохнула, понимая, как это – быть привязанной к кому-то сердцем, даже если разум кричит об обратном. Она присела рядом, взяла ее руку в свою, мягко поглаживая костяшки. — Все получится, Пэгги. Главное – захотеть. И теперь у тебя есть ради кого жить. Маленькая девочка. Подумай о ней. О том, какой она вырастет, о ее первых шагах, первых словах. Разве ты хочешь, чтобы она видела твою боль, твою зависимость от него? Квил молча стоял в стороне, наблюдая за ними из гущи леса. Слова Вайлет задели его за живое. Он сам нуждался в этих словах, в этом толчке, чтобы двигаться дальше. Он чувствовал вину перед Маргарет, да он несомненно спас ее. Но все равно не успел. Она посмотрела на нее усталыми глазами, в которых вдруг затеплилась надежда. Может быть, все действительно не потеряно. Может быть, у нее есть шанс начать все сначала, построить новую жизнь, где не будет места Полу, его жестокости и равнодушию. И ради маленькой девочки, которая сейчас тихонько толкалась у нее в животе, она попробует. Обязательно попробует. В голове — какофония голосов. То ли память, то ли галлюцинации. "Ты же знала, что так будет", — шептал один. "Беги, пока не поздно", — выл другой. Но куда бежать, если весь мир — это одна сплошная рана? Зажмурилась, прижав ладони к вискам. Боль не утихала. Она никогда не утихала. Просто иногда становилась тише, превращалась в фоновый шум, как гул холодильника ночью. Но стоило расслабиться — и она возвращалась, острая, как осколок стекла в груди.

***

Следующий день наступил словно в забытьи. Туман боли окутал с ног до головы, но Маргарет, наспех собрав рюкзак, уже ждала у кромки придорожного кафе. Нервно оглядываясь по привычке, она не отрывала глаз от телефона, высматривая назначенное время. Искусанные губы, обычно приносившие облегчение в стрессовых ситуациях, сейчас лишь добавляли напряжения. Переминаясь с ноги на ногу, она опаздывала на полчаса. И вот, знакомая машина. Свон вышла, невольно оглядываясь. Элегантная походка выдавала в ней совершенно новую личность, уж точно не ту прежнюю, неуклюжую Беллу. С той же приветливой улыбкой, поджав губы, она подошла ближе, встала под козырек кафе и окинула взглядом подругу. — Привет, Гарет. Как ты? — Почему… ты отдалилась? — голос ее, на удивление, не дрогнул. Внутри зияла густая пустота, которую отчаянно хотелось чем-то заполнить. Раньше эту пустоту занимала любовь к Полу. — Почему, Беллз, ты ни разу не позвонила? Свон, теперь уже Каллен, не находила ответа. Вампирский облик изменил ее до неузнаваемости. Маргарет не узнавала подругу ни капли. Белла явно чувствовала себя не в своей тарелке, переводя взгляд на город, рассматривая узоры дождя на окне, делая вид, что глубоко задумалась. — Я, блять, с тобой разговариваю или с кем?! — Маргарет схватила вампиршу за плечи, разворачивая к себе лицом, чтобы та смотрела ей в глаза. Сейчас она выглядела статной и даже высокомерной. Белла вскинула брови. Будь она человеком, точно подавилась бы воздухом. — Гарет, я не понимаю, о чем ты. — Не строй из себя дуру, Белла. У тебя своя жизнь, семья! Но ты ведь знала, в каком я сейчас положении! Знала, блять! Белокурая отвернулась, чтобы не дать волю слезам. В горле встал горький ком. Что с ней такое? — Все не так, как ты думаешь! Я просто… — Белла вновь закусила губу и заправила выбившуюся прядь за ухо, — Просто забыла про тебя. В ушах загудело. Маргарет отпустила холодную руку подруги. Да, она места себе не находила, когда узнала, что произошло с Беллой. А та просто забыла. Прикольно. — Гарет, прости, правда, было много дел. Я ведь говорила, что все не будет как раньше. Теперь у меня есть семья, и ты… ты пойми меня. Свон хотела добавить что-то еще, но слова так и остались невысказанными. Да, Маргарет все понимала – семья это важно. Но неужели нельзя было позвонить хоть раз? — Держи, — Свон сунула в руки белокурой пару купюр, — Это вместо извинений. Девальер сжала деньги в кулаке, с трудом сдерживая желание швырнуть их в лицо подруге. Маргарет не нужны деньги, Маргарет просто хотела быть кому-то нужной. — Пока, Гарет. Надеюсь, еще увидимся, — без объятий, без прощальных жестов, она развернулась и с вампирской скоростью скрылась в направлении леса. Маргарет вдруг осознала, насколько она жалка для всех. Жалкая и нелюбимая.

***

Резким движением распахнув окно, девушка жадно вдохнула свежий, пьянящий воздух после дождя. Обычно она не обращала на это внимания, но сегодня все казалось… другим. Новым. Сигарета застыла между пальцами, словно на весах судьбы. Поддаться искушению, вдохнуть расслабляющий дым, забыться в никотиновом тумане? Или выбросить эту палочку смерти, пощадив себя и своего маленького пассажира? Рука нежно коснулась округлившегося живота, и на лице промелькнула робкая улыбка. Она еще никому не рассказала о беременности, кроме Кэтрин. Сестра обиделась, что узнала об этом так поздно, и бросила трубку. Но через секунду телефон снова зазвонил. — Я обижусь, если не буду крестной! Легкая улыбка озарила лицо Маргарет. Как же приятно было услышать голос этой вечно ворчащей сестрицы! — Родителям пока ни слова. — Не поздно будет потом? Ты же почти рожаешь! — Только второй месяц, успокойся, паникерша. В трубке послышалось фырканье, а затем какой-то грохот. — Это Пол, отец ребенка? — прозвучал тихий, ненавязчивый голосок, будто младшая сестра чувствовала, что все не так уж и радужно. Воспоминание о нем кольнуло Маргарет, словно осколок льда. Она старалась не думать о Лэйхоте, избегала всех, кто был связан со стаей, обходила стороной резервацию. Но его образ, хоть и размытый, упорно преследовал ее. С той последней встречи прошло больше трех недель, а Лэйхот так и не появлялся. Ну и ладно.. — Кэтрин, меньше знаешь — крепче спишь. Кстати, уже полвторого, малышне пора баиньки. — старшая чмокнула в трубку. Кэтрин что-то проворчала в ответ. Как же ей не хватало сестры рядом. Может, тогда сигарета не вспыхнула бы во тьме, и Маргарет не вдохнула бы этот едкий дым, который, обжигая, растекся по легким, вызвав приступ кашля. Зато глаза блаженно прикрылись, нервы успокоились, а мысли перестали метаться в голове. И никакой Лэйхот теперь не помеха.

***

— Как думаешь, почему я ее чувствую? — тишина лесной тропинки нарушалась лишь шелестом шагов и где-то заливающимся соколом. Солнце сошедшее с ума, палило нещадно, заливая все вокруг ослепительным светом. — Может, это запечатление? — Маргарет пожала плечами, собирая солнечные одуванчики. Кэмерон фыркнул, словно откусил лимон. — Не-а, тогда бы я чувствовал то же, что и Атеара. Девальер вскинула брови, не понимая, о чем он толкует. — Квил, скорее всего, западет на малышку Беркли. Потому и не догоняет, чего его к ней тянет, — задумавшись, он запнулся о корень, и Маргарет наградила его белокурой усмешкой. — Но к тебе, Марго, такого нет, и уж тем более к вашей язве. — Язве? — Ну а что? Не притворяйся, тебя до сих пор мутит, лучше не становится. Язва, говорю! — А что конкретно ты чувствуешь? Джаред резко развернулся и положил руку Маргарет на живот, та густо покраснела и что-то пробурчала. Парень на несколько секунд прикрыл глаза, а потом, словно очнувшись, оторвал руку и расплылся в веселой улыбке. — Чувствую кровь – бурлящую, живую. И… Лэйхота, как ни странно, его кровь и запах. Что за хрень, а? Меган пожала плечами, будто ей предложили решить уравнение с миллионом неизвестных. — Может, ты шаман? — Ты что, с дуба рухнула? Какой, нахуй, шаман! Забудь вообще! У меня для тебя новость.. — Ты наконец решил взяться за ум? Кэмерон картинно захохотал и запустил в идущую впереди Маргарет небольшим сучком. Девчонка развернулась, словно ее ужалили, и, скрестив руки на груди, громко цокнула языком. — Ты знаешь Ким? Девальер наморщила лоб, пытаясь выудить из глубин памяти хоть что-то, связанное с этим именем. И тут ее осенило! Вспомнились недавние разговоры с новой знакомой. — Это которая подруга Вайл? — Джаред кивнул, озаряя мир своей белозубой улыбкой. — Мы с ней вместе! — выпалил он, словно признаваясь в страшном преступлении. Все никак не мог найти подходящий момент, а рассказать хотелось. Ведь она ему… близка? — Кэмерон, наконец-то! Я уж думала, ты до старости один будешь сохнуть! — Маргарет хлопнула его по накаченному плечу и тут же отдернула руку, поняв, что переборщила с силой. Джаред усмехнулся, отгоняя дурные мысли. Да, Маргарет – существо странное и непредсказуемое. То грустит, то скучает… — Она, кстати, давно хотела с тобой познакомиться, перетереть кое-что, — небрежно бросил он. — Ей же надо знать, с кем ее парень якшается. — Было бы классно! — Маргарет и правда хотела увидеть малышку Ким, хотя была выше ее всего на пару сантиметров. Так они и добрались до самой резервации. Джаред заверил, что в ближайшие пару дней встреча с Лэйхотом Меган не грозит. Девальер, хоть и с ворчанием и слабыми попытками сопротивления, которым не суждено было увенчаться успехом, поверила на слово. Неподалёку от гаража стоял Сет и в одиночестве гонял футбольный мяч, что-то ворча себе под нос. Меган улыбнулась, глядя на мальчишку, его не видела целую вечность. Парень заметно подрос и возмужал, но улыбка осталась всё той же, мальчишеской. — Не знала, что футболисты ругаются! — подкралась сзади и накинула руку на плечо младшему, которого считала названным братом. Сет подскочил от неожиданности, а затем увернулся, не позволив растрепать причёску. — Мара, это нечестно! Я не ругаюсь, а негодую, — развёл руками парень, вскинув брови. Настроение у него явно хромало, хоть на лице и играла слабая улыбка. — Что случилось, братишка? Кто-то обидел? — Маргарет подошла ближе, взяла в руки футбольный мяч и протянула его Сету. Клируотер вздохнул, принимая мяч и опуская голову. Белокурая расстроилась – Сет по пустякам обычно не грустил. — Ну, чего ты? Девушка не умела поддерживать, она предпочитала помогать делом. Поддержка явно не была её коньком. Девушка сама никогда её не чувствовала, разве что в последнее время от Вайлет или кого-то из стаи. От Атеары, которому действительно тяжело давалась вся эта заваруха. Он не мог разобраться со своими чувствами к Вайлет, да ещё и моральное состояние Маргарет угнетало его. Девальер вообще любила обесценивать свои проблемы на фоне чужих, но сейчас разве есть какие-то проблемы? Маргарет так не считала. Маргарет хочет жить ради своего ребёнка, поэтому проблемы можно просто отпустить? Ведь так! Можно просто закопать в яму то, чего на самом деле нет? Зависимость закапывается в ямы годами, и в этот раз она её закопает. С Сетом всё было иначе. Парень всегда был полон веселья. Лишь однажды Меган видела его грустным – на кладбище, когда не стало его отца. Тогда Сет действительно был сам не свой, но через неделю отпустило. А сейчас он выглядел ужасно, и сердце рвалось помочь. — У меня нет друзей. В школе все считают меня… — мальчишка замялся на секунду, отбрасывая мяч в сторону и опуская руки. — Дурным, что ли. Мара, мне даже не с кем поиграть в футбол! Джейкоб вечно занят, Кэмерону не до этого, а Пол… в общем, сама понимаешь. Маргарет стало так жалко парня, что слеза просилась наружу. Белокурая подошла ближе, подняла валявшийся возле старого дуба мяч и кинула в Сета. Тот слегка нахмурился, потирая плечо, в которое угодил мяч. — Это тебе за прошлый раз! — За что? – не понял Сет. — А ты нашу первую встречу не помнишь? Клируотер сразу улыбнулся и пожал плечами в неловком жесте. Маргарет пнула мяч к небольшим воротам, сделанным своими руками, и забила гол. — Один-ноль! Сет, я думала, ты играешь лучше! — Эй, мы даже не начинали! — Мы уже начали, — она не бегала, а осторожно переминалась с ноги на ногу – в её положении чрезмерные нагрузки были противопоказаны. И даже так Сет начал поддаваться, поднимая руки в знак поражения и усмехаясь, когда Девальер победно кричала. Клируотеру больше ничего и не нужно было. Друзья подождут и появятся, а такую сестру, как Маргарет, он вряд ли найдёт. Не в обиду Ли! Лэйхота в её жизни практически не было. Он исчезал из памяти, его заменяли сигареты, вишнёвые, с приятным горьким вкусом. Она никому не говорила о своей зависимости, точнее, о двух. Об одной знали все, о другой – никто. О сигаретах не знал никто, о Лэйхоте знали все. Прошло уже три месяца. Сейчас июнь, на улице вязкое солнце и непривычное лето. Обычно Маргарет любила весну, когда ни тепло, ни холодно, а обычно. И так часто девушка называла его не Пол, а Лэйхот. Грубое и чёткое описание сложилось о нём внутри. О прощении не было и мысли. И что же её так изменило? Советы или ребёнок? Девальер не знала и знать не хотела. Сейчас она обустраивала дом, очищала свободную комнату, в которой раньше жила Кэтрин, для будущей детской. Убирала ненужные вещи, относя их на чердак, что было довольно тяжело. Маргарет не любила курить, но любила сам процесс расслабления после сигареты. Именно так она губила организм и именно так ей помогало излечить душу. За последний месяц девушка ходила к двум психологам, но ни один не смог её понять. Вообще никак. Один считал Маргарет зависимой от внимания, хотя девушка ненавидела внимание. Другой же порекомендовал пропить таблетки и избавиться от ребёнка – по его словам, он мешал избавиться от тревожных мыслей и возвращения к прошлому. Тогда девушка вылила стакан воды на голову мужчине и набросила пару ласковых вслед. Маргарет сама от себя такого не ожидала. Моментами становилось страшно из-за своей агрессии. Неужели так на неё влияют гормоны беременности? Раздался звонок в дверь, и белокурая, стряхнув пыль с рук, медленно спускалась по лестнице, поддерживая рукой живот. Открывая дверь, она ожидала встретить либо Вайлет, с которой они много в последнее время обсуждали детали жизни, либо кого-то из стаи, чтобы помочь с коробками. Обычно приходил либо Квил, либо Сет, а может, и они оба, а с ними Джаред, лишь халявно жевал бутерброд, лёжа на диване и наблюдая за собратьями, то и дело вкидывая шутки, смешные только ему. Но на пороге оказалось пусто. Розыгрыш какой-то? Девальер вышла из-за двери, смотря по сторонам и даже вдаль, пытаясь разглядеть хоть какой-то силуэт. Но никого не было. И лишь когда вышла за порог, нога наступила на что-то шершавое. Шелест денег девушка узнает всегда. Под камнем лежала довольно крупная сумма. Да, ей хватит даже арендовать новый дом. Белокурая сначала не взяла их. А вдруг бомба? Как много раз пугали в школе. Но, ткнув веткой в камень, ничего не произошло. Подняла валюту и начала осматривать. Настоящие. Но кому это надо? Может, маньяк какой? Не ясно. И лишь потрёпанная записка чуть было не улетела с ветром. С жалкой надписью: «Прости». Маргарет сразу поняла, кто этот тайный благодетель. Она поняла, что деньги предназначены для её шаткого будущего, в котором он больше не участвует. Деньги – это отмазка? Или что? Стало ещё больнее. Зачем он вообще объявился? Белокурая ненавидела его, и себя, и всё, что связано с ним. Кроме… ребёнка. Которому пора бы уже придумать имя.

***

Имя… это тебе не просто так, это клеймо на всю жизнь! Оно может вознести до небес, а может и вкатать в асфальт позора. Именно поэтому в комнате царил такой нервяк. Белокурая, примостившись на диване, барабанила каблучком по полу, а вокруг неё, как стая взбудораженных пчел, жужжали Беркли, Ким и вся их братия. Вайлет давно уже застолбила себе Аврору, ведь эта принцесса была её личным сортом героина. А вот у Маргарет фавориткой была Мулан, но имя, как назло, ну никак не ложилось на душу. Варианты мелькали один за другим, как кадры в кино, но ни один не цеплял, не проникал под кожу, не вызывал мурашек! — Ну, назови Дженнифер, что ли? Просто и со вкусом, — пожал плечами Джаред, приобнимая Ким, которая в ответ лишь фыркнула, словно недовольный котенок. — Это что, в твою честь, что ли? — хмыкнул Атеара, развалившись в кресле напротив дивана. — Тогда уж лучше Беатрис! Звучит, как музыка! Эмбри только хмыкнул, мол, решайте сами, главное, чтобы его драгоценная невеста ноги не застудила в этом ледяном склепе семейства Девальер, и заботливо укрыл их пледом. — Да вы вообще помогаете, как прошлогодний снег, — простонала Маргарет, взъерошила волосы и рухнула на спинку кресла. Два часа мозгового штурма, а толку – ноль целых, ноль десятых! — Да я тебе кучу вариантов накидал, тебе, блин, всё не так! — возмутился Кэмерон, картинно разводя руками. — А можно, чтобы имена не начинались на "Д"? А то мне кажется, что я ребенка в твою честь называю! Джорджина! Не хватало ещё! Джаред скорчил обиженную мину и отвернулся, закинув ноги на журнальный столик. Ким тут же принялась утешительно гладить его по волосам. — Вайл, а у тебя какие идеи? — спросила Маргарет у молчаливой девушки, которая до этого просто наблюдала за этим цирком. Коротко стриженная Вайлет вздохнула и слегка улыбнулась. — Не знаю, Пэгги, тебе решать. Это же твоя малышка. И Девальер снова вздохнула. Какое имя, ну какое имя способно вместить в себя всю её любовь и надежды? — Может, Джульетта? — невинно предложил Кэмерон. И тут же в него полетела увесистая книга с тем самым злополучным романом. Лишь бы заткнулся, горе-Ромео! Книга шмякнулась об Кэмерона с глухим стуком, а комната взорвалась хохотом. Даже угрюмый Эмбри не смог сдержать улыбки. Маргарет, однако, оставалась непробиваема. Джульетта? Серьезно? Как будто у нее мало проблем с трагическим уклоном в жизни, еще и ребенка обрекать на вечную любовь-морковь с печальным концом. Она откинулась на спинку кресла, закрыв глаза. Голова гудела от обилия предложенных имен, каждое из которых казалось каким-то чужим, искусственным. Джульетта… смешно даже. Сразу представляется тощая блондинка, закатывающая глаза при виде Ромео. Нет, её девочка будет другой. В тишине комнаты внезапно раздался тихий, почти неслышный голос Эмбри: – А как насчет Амелии? Все замерли, уставившись на него. Эмбри покраснел, словно пойманный с поличным. – Просто… вспомнил, как бабушку звали, – пробормотал он, глядя в пол. – Она хорошая была. Маргарет медленно открыла глаза. Амелия. В этом имени было что-то теплое, домашнее, что-то напоминающее о бабушкиных пирогах и уютных вечерах у камина. Она произнесла его вслух, медленно растягивая гласные: – Амелия… Амелия. По телу пробежала легкая дрожь. Может быть, это оно? То самое имя, которое она так долго искала? — Нет! Слишком… простое. С отчаянием в глазах, обвела взглядом друзей, но в арсенале их фантазии, казалось, произошла чудовищная утечка креатива. Имена иссякли, как вода в пустыне. Придется думать самой, вгрызаться в проблему зубами! — А что насчет Марты? — робко предложил Квил, и даже повисла секундная тишина раздумий. Имя и правда было неплохое. Девальер оно даже пришлось по вкусу, но… Чего-то не хватало! Чего-то искрометного, дерзкого! Чтобы имя цеплялось за язык, словно репейник, и ядовито впивалось в сознание каждого встречного! Маргарет мечтала об имени, полном силы и предопределенности. Имени, которое маленькая девочка будет носить с гордостью, как корону! — Эврика! Квил, ты гений! — белокурая фурия подскочила с кресла, взъерошила кудрявую шевелюру Квила в порыве благодарности, захлопала в ладоши и принялась яростно копаться в завалах коробок. Все, затаив дыхание, ждали, что же она сейчас выкинет. — Вот оно! — в руках девушки появилась старая, потрепанная, покрытая пылью книжица. На обложке красовалось название «Бойцовский клуб» – священная мантра для белокурой бестии. — Назовешь дочь Тайлером? Гениально! — Кэмерон саркастически захлопал в ладоши, за что тут же получил ощутимый тычок локтем от Ким. — Марла. — Что? — Марла Вайолет Лэйхот. В комнате повисла тишина, достойная зловещей паузы перед взрывом. Все потеряли дар речи.