Глава 7. Сибуна?

      Солнце робко пробивалось сквозь витражные окна Хогвартса, окрашивая коридоры замка в мягкие золотистые тона. Наступило утро, принеся с собой новые заботы и хлопоты, а также надежду на то, что ответы на мучающие их вопросы станут чуть ближе.       Нина, после беспокойного сна, наполнила легкие свежим воздухом и направилась в Большой зал на завтрак, надеясь хоть немного подкрепиться перед началом насыщенного дня.       По пути ей повстречалась Эмбер Миллингтон. В глазах Эмбер горел задорный огонь, а на лице играла загадочная улыбка. — Нина! — воскликнула Эмбер, подбегая к ней. — Как хорошо, что я тебя встретила! — Эмбер, — ответила Нина, слегка удивлённая её появлением. — Что-то случилось? — Случилось, — ответила Эмбер, подмигивая. — У меня есть кое-что, что вам с Фабианом должно понравиться. — Что именно? — спросила Нина с любопытством. — Это сюрприз, — ответила Эмбер. — Просто подойдите к опушке леса днём, во время обеда. И не опаздывайте. — К опушке леса? — переспросила Нина. — Зачем? — Просто поверь мне, — ответила Эмбер. — Это очень важно. И это может помочь нам в наших поисках. — Хорошо, — ответила Нина, всё ещё не понимая, что происходит. — Мы будем там. — Отлично! — воскликнула Эмбер. — Тогда до встречи!       Она улыбнулась и убежала прочь, оставив Нину в полном недоумении.       Нина пожала плечами и продолжила свой путь в Большой зал. Она не понимала, что Эмбер задумала, но чувствовала, что это может быть что-то важное.       Добравшись до Большого зала, она первым делом увидела Фабиана, сидящего за столом Когтеврана. Она подошла к нему и рассказала о встрече с Эмбер. — К опушке леса? — переспросил Фабиан. — Что она там задумала? — Я не знаю, — ответила Нина. — Но она сказала, что это может помочь нам в наших поисках. — Что ж, — сказал Фабиан. — Тогда нам ничего не остаётся, кроме как пойти туда и узнать, что она приготовила.       Оба понимали, что им нужно быть осторожными. Эмбер, конечно, была им союзницей, но кто знает, какие тайны скрываются в лесах, окружающих Хогвартс.       Но их любопытство и надежда на то, что они смогут найти новые подсказки, пересилили страх. Они решили, что обязательно отправятся к опушке леса во время обеда и узнают, что Эмбер приготовила для них.       За столом Слизерина, обстановка была далека от утреннего спокойствия. Джером Кларк, как всегда, излучал самоуверенность, пытаясь подшучивать над своей сестрой Поппи. — Ну что, Поппи, — начал Джером, ухмыляясь. — Как спалось, Соня? Не проспала ли ты контрольную по зельеварению?       Поппи закатила глаза, демонстрируя своё раздражение. — Очень смешно, Джером, — ответила она, её голос был полон сарказма. — Ты такой остроумный, что скоро станешь придворным шутом у Снейпа. — Да ладно тебе, — ответил Джером, продолжая поддразнивать сестру. — Я просто забочусь о тебе. Не хочу, чтобы ты завалила экзамены и опозорила нашу семью. — Не переживай, — ответила Поппи. — Я не такая бестолковая, как некоторые. И, кстати, тебе бы тоже не помешало поучиться, а не тратить время на глупые шутки. — Что ты хочешь этим сказать? — спросил Джером, нахмурившись. — Ничего особенного, — ответила Поппи, лукаво улыбаясь. — Просто напоминаю, что у тебя скоро астрономия, а ты, кажется, ещё даже не начинал готовиться.       Джером покраснел, вспомнив о предстоящем задании. Он знал, что Поппи права, и что ему нужно заняться учёбой. — Ну, знаешь ли, — ответил он, стараясь скрыть своё смущение. — У меня есть другие дела, помимо учёбы. — Конечно, — ответила Поппи. — Например, выпрашивать конспекты у умных когтевранок.       Джером бросил на Поппи гневный взгляд. — Откуда ты знаешь? — спросил он. — Слизерин — не такой уж и большой факультет, — ответила Поппи. — Слухи распространяются быстро. — Ну и что? — спросил Джером. — Я просто попросил помощи. Что в этом такого? — Ничего, — ответила Поппи. — Просто не удивляйся, если она откажет тебе во второй раз. Джером нахмурился и отвернулся от сестры. Он понимал, что Поппи права, и что его шансы получить помощь от Мары Джеффи невелики. — Ну, хватит, — сказала Поппи, смягчив тон. — Я просто шучу. Но ты правда должен заняться учёбой. Иначе ты провалишь астрономию и станешь посмешищем всего Хогвартса. — Спасибо за заботу, — ответил Джером, саркастически улыбаясь. — Я обязательно учту твои советы. — Вот и отлично, — ответила Поппи. — А теперь давай поедим. Я умираю с голоду.       Они замолчали и принялись за еду, продолжая обмениваться колкими взглядами и язвительными замечаниями. Это был их привычный способ общения, полный сарказма и подтрунивания, но в то же время, наполненный братской любовью и заботой.       После завтрака студентов ожидало традиционное утреннее занятие, но для некоторых оно представлялось скорее как испытание, чем как возможность получить новые знания. Для Патрисии Уильямсон это был совмещённый урок зельеварения со Слизерином и Гриффиндором, что означало неизбежную встречу с Эдди Миллером.       Войдя в душный класс зельеварения, наполненный запахами трав, кореньев и странных жидкостей, Патрисия с нескрываемым отвращением окинула взглядом помещение. Среди множества учеников она сразу же заметила Эдди, который, как всегда, сидел с самодовольным выражением лица, словно предвкушая предстоящую встречу.       «Вот же черт, ” — пронеслось в голове у Патрисии. Ей предстояло провести целое занятие в компании этого самовлюблённого типа, и мысль об этом не вызывала у неё никаких положительных эмоций.       Стараясь игнорировать его присутствие, Патрисия заняла одно из свободных мест и принялась готовиться к уроку.       Она достала учебник, достала пергамент и перо, и стала внимательно изучать рецепт зелья, которое им предстояло сегодня приготовить.       Однако, присутствие Эдди не давало ей сосредоточиться. Она чувствовала его взгляд на себе и знала, что он только и ждёт подходящего момента, чтобы начать свои поддразнивания.       «Нужно просто пережить это занятие, ” — мысленно повторяла Патрисия, стараясь сохранять спокойствие. «Игнорировать его и не давать ему никаких поводов для насмешек.»       Но она знала, что это будет непросто. Эдди Миллер был мастером словесных атак, и он не упустит возможности поддеть её хоть одним словом.       Вскоре в класс вошёл профессор Снейп, и занятие началось. Профессор, как всегда, был мрачен и неразговорчив. Он быстро объяснил тему урока и раздал всем рецепты зелья.       Патрисия, стараясь не смотреть в сторону Эдди, принялась внимательно изучать рецепт. Она знала, что ей нужно быть предельно внимательной, чтобы не допустить ошибок. Зелья, приготовленные в спешке и с невнимательностью, могли обладать довольно неприятными свойствами.       Она принялась за работу, стараясь игнорировать присутствие Эдди и сосредоточиться на приготовлении зелья. Но она знала, что это лишь вопрос времени, когда он начнёт свои поддразнивания. Она просто не могла уйти от его зоркого взгляда.       Профессор Снейп, словно тень, скользил между рядами парт, наблюдая за работой учеников. Его холодный взгляд мог заморозить кровь в жилах даже самых отчаянных храбрецов. Патрисия, стараясь не привлекать его внимания, сосредоточенно добавляла в котел ингредиенты, строго следуя рецепту.       Игнорировать Эдди долго не получилось. Он, словно назойливый комар, то и дело жужжал у неё над ухом. — И что это ты там варишь, Трепло? — начал он, ехидно улыбаясь. — Неужели любовное зелье для кого-то?       Патрисия попыталась не реагировать на его слова, но Эдди не унимался. — Или ты пытаешься приготовить зелье, которое поможет тебе стать более интересной? — продолжал он. — А то ты такая скучная, что с тобой даже поговорить не о чем.       Патрисия стиснула зубы, стараясь не сорваться. Она понимала, что, если она ответит ему, он только больше раззадорится. — Знаешь, — продолжал Эдди, понизив голос. — У меня есть одна знакомая гоблинша, которая варит зелья гораздо лучше тебя. Может, тебе стоит взять у неё несколько уроков?       Патрисия закатила глаза, чувствуя, как её терпение подходит к концу. Она знала, что Эдди просто пытается её спровоцировать, но ей было всё труднее сдерживаться.       Внезапно Эдди начал рассказывать какую-то невероятно глупую историю. История была настолько абсурдной и нелепой, что Патрисия почувствовала, как уголки её губ начинают дрожать. Эдди, заметив её реакцию, ухмыльнулся и начал рассказывать ещё более смешные истории. Он пародировал профессора Снейпа, изображал комичные ситуации, происходившие на уроках, и рассказывал нелепые анекдоты.       Патрисия изо всех сил старалась не смеяться. Она прикусывала губу, смотрела в потолок и пыталась думать о чём-то другом, но ничего не помогало. Эдди был неудержим в своём стремлении её рассмешить, и его усилия, к сожалению, приносили свои плоды.       В какой-то момент она почувствовала, что вот-вот сорвётся. Её плечи начали дрожать, а в глазах появились слёзы. Она понимала, что, если она засмеётся, профессор Снейп обязательно её накажет. Но сдержаться было просто невозможно.       И тут, в самый неподходящий момент, Эдди выдал такую смешную реплику, что Патрисия не выдержала и разразилась громким, неудержимым смехом. Смех эхом прокатился по классу, привлекая внимание всех присутствующих. Профессор Снейп, услышав его, мгновенно обернулся и посмотрел на Патрисию своим леденящим душу взглядом. — Мисс Уильямсон! — прорычал он. — Что здесь происходит?       Голос профессора Снейпа прозвучал в классе словно раскат грома, заставив всех учеников вздрогнуть. Патрисия, покраснев от стыда, замолчала, пытаясь сдержать остатки смеха. Она знала, что сейчас ей придётся расплачиваться за свою несдержанность. — Мисс Уильямсон! — повторил Снейп, приближаясь к ней. — Я требую объяснений! Что здесь происходит? Почему вы позволяете себе смеяться на моём уроке? — Простите, профессор, — пролепетала Патрисия, опуская голову. — Я не хотела… Просто… — Просто? — перебил её Снейп, усмехаясь. — Просто вам захотелось посмеяться? Может быть, вам стоит посещать цирк, а не мои уроки?       Патрисия молчала, не зная, что ответить. Она понимала, что любые оправдания только усугубят её положение. — А что касается вас, Мистер Миллер, — продолжил Снейп, поворачиваясь к Эдди. — Я надеюсь, вы понимаете, что тоже виноваты в этом безобразии.       Эдди, который до этого с ухмылкой наблюдал за происходящим, мгновенно посерьёзнел. Он знал, что Снейп не терпит нарушений дисциплины и не станет церемониться ни с кем, в особенности с гриффиндорцем. — Профессор, — попытался оправдаться Эдди. — Я просто… — Молчать! — рявкнул Снейп. — Я не хочу слушать ваши оправдания. Мисс Уильямсон и Мистер Миллер, вы оба остаётесь после уроков на отработку. И, если я ещё раз услышу от вас хоть один звук, наказание будет ещё более суровым.       Патрисия и Эдди переглянулись. Отработка с профессором Снейпом была одним из самых страшных наказаний в Хогвартсе. Никто не хотел оставаться с ним наедине, тем более после такого инцидента. — Теперь, — сказал Снейп, возвращаясь к своему столу. — Продолжайте приготовление зелья. И постарайтесь, чтобы в этот раз обошлось без смеха.       Патрисия и Эдди, стараясь не смотреть друг на друга, вновь принялись за работу. Однако, атмосфера в классе была напряжённой, и они чувствовали на себе пристальный взгляд профессора Снейпа.       «Вот идиот, ” — пронеслось в голове у Патрисии, глядя на Эдди, — «мало того, что заставил меня смеяться, так ещё и на отработку засадил». Ей предстояло провести несколько часов в компании этого болвана, выполняя какие-нибудь грязные и неприятные поручения. И всё из-за того, что Эдди Миллер решил развлечься на уроке зельеварения.       После изнурительного урока зельеварения и перспективы неприятной отработки, время тянулось для Патрисии мучительно медленно. Однако, часы неумолимо двигались вперед, и вскоре наступил долгожданный обеденный перерыв. Тем временем, Нина и Фабиан, помня о загадочном приглашении Эмбер, направились к опушке леса.       Оставив за спиной шум и суету Большого зала, они углубились в тенистые аллеи, ведущие к запретному лесу. С каждым шагом атмосфера менялась, становясь всё более таинственной и тревожной. Наконец, они достигли опушки леса, где их уже ждала Эмбер.       Она сидела на поваленном бревне, возле небольшого костра, над которым потрескивали ветки, разгоняя полуденную прохладу. В воздухе витал лёгкий запах дыма и трав, создавая атмосферу уюта и загадочности.       Увидев Нину и Фабиана, Эмбер радостно вскочила и помахала им рукой. — Привет, ребята! — воскликнула она, её голос был полон энтузиазма. — Я так рада, что вы пришли!       Нина и Фабиан, облегчённо вздохнув, подошли к костру. — Привет, Эмбер, — ответила Нина. — Что ты хотела нам показать? — Да, — добавил Фабиан. — Что это за секретное место?       Эмбер загадочно улыбнулась и жестом пригласила их присесть. — Скоро сами всё увидите, — ответила она. — Просто доверьтесь мне.       Нина и Фабиан переглянулись, испытывая смешанные чувства любопытства и беспокойства. Они понимали, что Эмбер что-то задумала, и им оставалось только ждать и надеяться, что это поможет им в их поисках.       Разреженный воздух опушки леса, пропитанный запахом дыма и хвои, казался наэлектризованным ожиданием. Нина и Фабиан, глядя на загадочную улыбку Эмбер, чувствовали, как любопытство неумолимо берет верх над осторожностью.       Эмбер, словно предчувствуя их нетерпение, взмахнула рукой, словно отгоняя невидимые помехи. — Раз уж мы теперь команда, — начала она, ее голос обрел серьезность, — я хочу, чтобы все было официально. Никаких недомолвок и секретов друг от друга.       Она сделала паузу, словно собираясь с духом, а затем, закрыв ладонью один глаз, произнесла: — Сибуна.       Нина и Фабиан переглянулись, не понимая, что происходит. Слова Эмбер звучали странно и непонятно. — Сибуна? — переспросила Нина, нахмурив брови. — Что это значит?       Фабиан тоже выглядел озадаченным. — Кажется, я где-то слышал это слово, — пробормотал он, — но не могу вспомнить, где именно. Эмбер усмехнулась, увидев их замешательство. — Вы что, правда не поняли? — спросила она, в ее голосе звучала легкая насмешка. — Подумайте хорошенько.       Нина и Фабиан напряженно размышляли, пытаясь найти связь между странным словом и происходящим.       Внезапно Нину осенило. — Анубис! — воскликнула она. — Сибуна — это Анубис, наоборот!       Эмбер довольно улыбнулась, подтверждая ее догадку. — Именно, — сказала она. — Анубис — древнеегипетский бог загробного мира, проводник душ умерших. Сказав его имя наоборот, мы призываем защиту и силу, чтобы пройти через любые испытания, которые нас ждут.       Она убрала руку от глаза и посмотрела на Нину и Фабиана с твердой решимостью. — Это символ нашей команды, — пояснила она. — Клятва верности и готовности поддерживать друг друга, несмотря ни на что. Если мы вместе, то никто не сможет нас остановить.       Нина и Фабиан переглянулись. Ритуал Эмбер, хоть и казался немного странным, тронул их до глубины души. Они понимали, что она хочет создать настоящую команду, основанную на доверии и взаимопомощи.       Тишина окутала поляну, нарушаемая лишь потрескиванием костра и шелестом листьев. Слова Эмбер о клятве и ритуале прозвучали весомо и торжественно. Нина и Фабиан осознавали, что она предлагает им не просто игру, а настоящий союз, скреплённый общей тайной и взаимными обязательствами.       Эмбер, заметив их задумчивость, продолжила: — Это еще не все. Чтобы наша команда стала по-настоящему нерушимой, каждый из нас должен бросить в костёр что-то важное для себя. Это символ того, что мы готовы пожертвовать всем ради общей цели и ради друг друга.       Нина и Фабиан удивлённо посмотрели на неё. Этот поворот событий стал для них полной неожиданностью. — Что-то важное? — переспросил Фабиан. — Что ты имеешь в виду? — Что угодно, — ответила Эмбер. — Что-то, что дорого вам и что вам будет жалко потерять. Это может быть какая-то вещь, воспоминание, мечта… Всё, что угодно.       Нина и Фабиан задумались, перебирая в уме свои самые ценные вещи. Выбрать что-то, что они были бы готовы отдать, оказалось не так-то просто. Эмбер, заметив их колебания, добавила: — И последнее. После того, как мы бросим свои вещи в огонь, мы должны произнести клятву хранить секреты «Сибуны». Мы должны поклясться, что никогда и никому не расскажем о том, что происходит между нами. Мы должны стать хранителями наших общих тайн.       Она сделала паузу и посмотрела на Нину и Фабиана с серьёзным выражением лица. — Вы готовы к этому? — спросила она. — Вы готовы пойти на всё ради нашей команды?       Нина и Фабиан снова переглянулись. Они понимали, что принятие этого ритуала повлечет за собой серьёзные последствия. Они должны будут хранить секреты друг друга, даже если это будет очень сложно.       Но, несмотря на все сомнения, они чувствовали, что готовы сделать этот шаг. Они верили в Эмбер и в свою команду, и были готовы пойти на всё, чтобы достичь своей цели.       Нина первая приняла решение. Она достала из кармана мантии небольшую серебрянную брошь, которая досталась ей от бабушки. Это была её самая дорогая вещь, напоминание о её семье и о доме.       С тяжелым сердцем она бросила её в огонь. Пламя мгновенно охватило украшение, и серебро начало плавиться.       Затем настал черёд Фабиана. Он долго колебался, перебирая в уме свои ценные вещи. Наконец, он вытащил из кармана свою любимую книгу, сборник стихов одного известного мага. Он любил эту книгу и часто перечитывал ее, находя в стихах утешение и вдохновение. С грустью посмотрев на книгу, Фабиан бросил ее в огонь. Пламя мгновенно охватило страницы, и буквы начали исчезать в языках пламени.       Наконец, Эмбер достала из кармана небольшой браслет, сплетенный из цветов. Это был подарок мамы.       С дрожащими руками она бросила браслет в огонь. Пламя мгновенно поглотило его, и цветы превратились в пепел.       Когда все трое бросили свои вещи в огонь, Эмбер встала и подняла руку вверх. — Клянемся хранить секреты «Сибуны»! — воскликнула она. — Мы будем хранить их в наших сердцах, до самой смерти!       Нина и Фабиан повторили за ней слова клятвы, чувствуя, как их голоса дрожат от волнения. Теперь они были связаны общей тайной и общей целью. Они стали настоящей командой, готовой ко всему.       В это время в коридорах Хогвартса разворачивались другие, не менее напряжённые события. Поппи Кларк, направляясь в библиотеку, неожиданно столкнулась с Джинни Уизли.       Поппи не испытывала к семье Уизли ничего, кроме презрения. Она помнила, как после показаний Артура Уизли, её родители, верные последователи Тёмного Лорда, оказались в Азкабане. Несмотря на то, что это произошло много лет назад, гнев и обида продолжали тлеть в её сердце.       Увидев Джинни, Поппи на мгновение замерла, словно раздумывая, стоит ли вообще вступать с ней в разговор. Джинни, в свою очередь, выглядела удивлённой, но сохраняла вежливое выражение лица. — Привет, Поппи, — сказала Джинни, стараясь быть дружелюбной. — Как дела?       Поппи презрительно скривилась. — Не твоё дело, Уизли, — ответила она холодно.       Джинни нахмурилась, но не стала отвечать на грубость. — Просто хотела узнать, всё ли у тебя в порядке, — сказала она. — Давно тебя не видела. — А мне и не нужно, чтобы ты меня видела, — ответила Поппи. — Держись от меня подальше, и всё будет хорошо. — Но почему ты так со мной разговариваешь? — спросила Джинни. — Я же ничего тебе не сделала.       Поппи усмехнулась. — Ты ничего мне не сделала? — переспросила она. — Твой отец отправил моих родителей в Азкабан! Как ты думаешь, после этого я должна с тобой разговаривать?       Джинни покраснела, но не стала отрицать вину своего отца. — Я понимаю, что ты злишься на моего отца, — сказала она. — Но я же не виновата в том, что произошло. — Ты — Уизли, — ответила Поппи. — А для меня это уже достаточно, чтобы тебя ненавидеть.       Джинни вздохнула, понимая, что дальнейший разговор бессмысленен. Она знала, что Поппи никогда не простит её семью за то, что произошло. — Ладно, — сказала Джинни. — Как хочешь. Я просто хотела быть вежливой.       Поппи презрительно фыркнула. — Не трать своё время на меня, Уизли, — сказала она. — Тебе лучше заняться чем-нибудь полезным.       В тот самый момент, когда Поппи собиралась покинуть Джинни, сжимая кулаки от вспыхнувшей ненависти, в коридоре появились две знакомые фигуры, облачённые в мантии Гриффиндора. Это были Фред и Джордж Уизли, близнецы-проказники, чья репутация шла впереди них самих. — О, Джинни! — воскликнул Фред, лукаво улыбаясь. — Не ожидали встретить тебя здесь. Мы просто искали Алфи. — Да, — подхватил Джордж. — Кажется, он снова стащил наши шипучки.       Заметив Поппи, близнецы обменялись многозначительными взглядами. — А это кто? — спросил Фред, обращаясь к Джинни, но не сводя глаз с Поппи. — Неужели младшая Кларк? — Точно! — воскликнул Джордж. — Наша любимая слизеринка.       Поппи презрительно посмотрела на близнецов. Она прекрасно знала, что они просто издеваются над ней, но не собиралась им отвечать.       В этот момент в коридоре появился Джером Кларк, брат Поппи. Увидев, что к его сестре пристают близнецы Уизли, он мгновенно помрачнел. — Эй, вы двое! — крикнул Джером, подбегая к ним. — Что вы пристали к моей сестре? — О, Джером! — воскликнул Фред, делая вид, что очень рад его видеть. — Мы просто болтаем. — Да, — подхватил Джордж. — Неужели нельзя поговорить с такой очаровательной девушкой?       Джером нахмурился. — Оставьте её в покое, — сказал он. — Иначе вам не поздоровится. — Неужели? — спросил Фред, приподнимая бровь. — А что ты нам сделаешь? — Ну, вообще-то, это скорее твоя сестрёнка пристала к нашей сестре, — вставил Джордж, подмигивая Джинни.       Поппи и Джинни, воспользовавшись моментом, молча покинули место столкновения, оставив своих братьев выяснять отношения.       Когда девушки скрылись из виду, Джером повернулся к близнецам и злобно посмотрел на них. — Вы же знаете, что я вас терпеть не могу, — сказал он. — Да ладно, Джером, — ответил Фред, хлопая его по плечу. — Мы же просто шутим. — Ага, — подхватил Джордж. — Мы видим, что у тебя такой же бунтарский дух, как и у нас.       Джером удивлённо посмотрел на близнецов. Он никогда не думал, что сможет найти с ними общий язык. — Что вы имеете в виду? — спросил он. — Да просто, — ответил Фред. — Ты такой же сумасшедший, как и мы. — Ага, — добавил Джордж. — Только ты это скрываешь.       Джером нахмурился. Он никогда не считал себя сумасшедшим, но признавал, что ему всегда нравилось нарушать правила и идти против системы. — Может быть, вы и правы, — сказал Джером, усмехнувшись. — Конечно, мы правы, — ответил Фред. — Мы всегда правы. — Значит, — сказал Джордж, — может быть, мы сможем стать друзьями?       Джером задумался на мгновение, но затем кивнул. — Почему бы и нет? — сказал он. — В конце концов, врагов у меня и так хватает.       Близнецы радостно переглянулись. Кажется, им удалось найти общий язык с одним из самых непредсказуемых учеников Слизерина. На удивление Джерома, в этот раз они не вызвали у него отвращения, скорее, в их безумии он почувствовал отголосок собственного характера, запертого в рамках приличий.       В то время, как Джером, до сих пор, стоял удивлённый неожиданной симпатией со стороны близнецов Уизли, соглашался на перемирие, к ним, словно материализовавшись из воздуха, подошёл Алфи Льюис. — О, вот и ты, Алфи! — воскликнул Фред, увидев его. — Где ты пропадал? Мы тебя обыскались. — Да, — подхватил Джордж. — Нам нужны наши шипучки.       Алфи смущённо улыбнулся. — Простите, ребята, — сказал он. — Я просто немного задержался.       Заметив Джерома, стоящего рядом с близнецами, Алфи удивлённо поднял брови. — Джером? — спросил он. — Что ты здесь делаешь?       Джером пожал плечами. — Просто разговариваю с этими двумя клоунами, — ответил он.       Алфи недоверчиво посмотрел на близнецов, а затем на Джерома. Он никак не мог поверить, что его лучший друг нашёл общий язык с этими гриффиндорскими проказниками. — Что происходит? — спросил Алфи, обращаясь к близнецам. — Вы что, теперь дружите с Джеромом? — Ну, — ответил Фред, — можно и так сказать. — Да, — подхватил Джордж. — Мы только что обнаружили, что у нас много общего.       Алфи рассмеялся. — Не могу поверить, — сказал он. — Джером и вы, вместе? Это что-то невероятное. — А что тут такого? — спросил Джером, нахмурившись. — Что, мне нельзя дружить с кем хочу? — Да нет, можно, конечно, — ответил Алфи. — Просто я думал, что ты их терпеть не можешь. — Ну, — сказал Джером, — оказывается, я ошибался. — Я тоже, — добавил Алфи. — Всегда думал, что близнецы и ты, это как масло и вода. — Жизнь полна сюрпризов, Алфи, — заметил Фред, подмигивая. — Да уж, — согласился Джордж. — Никогда не знаешь, кто станет твоим другом.       Алфи покачал головой, всё ещё не веря в происходящее. Ему всегда казалось, что Джером и близнецы живут в разных мирах, но, видимо, он ошибался.       Он улыбнулся и присоединился к разговору, чувствуя, как старые границы стираются, и возникают новые связи между людьми, казалось бы, несовместимыми.       В этот момент, коридор Хогвартса, свидетельствовавший о неожиданном союзе между слизеринцем и гриффиндорцами, казался немного менее серым и немного более полным возможностей.       После окончания уроков, когда коридоры Хогвартса наполнились галдящей толпой учеников, спешащих по своим делам, Патрисия и Эдди остались в классе зельеварения наедине с профессором Снейпом.              Перспектива провести несколько часов в компании этого сурового преподавателя, да еще и с Эдди, не вызывала у Патрисии никакого энтузиазма.       Снейп, не теряя времени, поручил им перебрать огромную кучу сушеных мандрагор, отсортировав их по размеру и качеству. Работа была нудной, грязной и требовала предельной внимательности, чтобы не повредить ценные ингредиенты. Патрисия, стараясь игнорировать присутствие Эдди, принялась за дело, сосредоточенно перебирая коренья. Она знала, что чем быстрее она справится с работой, тем скорее сможет покинуть это неприятное место.       Эдди, напротив, не спешил. Он медленно перебирал мандрагоры, то и дело бросая на Патрисию заинтересованные взгляды. — Ну что, Трепло, — начал он, как бы невзначай. — Тяжелая работа?       Патрисия молча продолжала заниматься своим делом, не обращая на него внимания. Эдди усмехнулся и продолжил: — Знаешь, я всегда думал, что слизеринцы не приспособлены к ручному труду. Вы же привыкли, чтобы за вас всё делали другие.       Патрисия стиснула зубы, но промолчала. Она знала, что, если ответит ему, он только больше раззадорится. — А ты знаешь, — сказал Эдди, понизив голос, — Эмбер как-то говорила мне, что за твоей холодной маской скрывается очень ранимая душа. Неужели это правда?       Эти слова задели Патрисию за живое. Она вспомнила разговор с Эмбер, когда та убеждала её, что ей нужно быть более открытой и искренней. Но Патрисия считала, что это невозможно. Она не могла позволить себе быть слабой и уязвимой. — Не слушай бредни Миллингтон, — ответила Патрисия, не поднимая головы. — Она просто наивная дурочка. — Не думаю, — сказал Эдди. — Эмбер очень проницательная. И, к тому же, она твоя подруга. — Она многого не знает, — ответила Патрисия. — Может быть, — сказал Эдди. — А может быть, ты просто боишься показать свою настоящую сущность.       Патрисия резко подняла голову и посмотрела на Эдди. — Что ты хочешь сказать? — спросила она. — Ничего, — ответил Эдди, улыбаясь. — Просто хочу, чтобы ты знала, что я вижу тебя насквозь.       Патрисия отвернулась от него, чувствуя, как её щеки заливаются краской. Она ненавидела, когда кто-то видел её насквозь. — Ты ничего обо мне не знаешь, — сказала она. — Может быть, — ответил Эдди. — Но я хочу узнать.       Он подошёл к ней ближе и протянул руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую ей на лицо. Патрисия отшатнулась от него. — Не трогай меня, — сказала она. — Почему? — спросил Эдди. — Ты боишься? — Я ничего не боюсь, — ответила Патрисия. — Тогда почему ты такая холодная? — спросил Эдди. — Почему ты не позволяешь людям подойти к тебе ближе?       Патрисия замолчала, не зная, что ответить. Она понимала, что Эдди прав, но не могла ничего с собой поделать. Она привыкла держать людей на расстоянии, и ей было страшно открыться кому-то.       В этот момент, в класс вошёл профессор Снейп. — Мистер Миллер! — рявкнул он. — Вы что, флиртуете во время отработки?       Эдди отскочил от Патрисии, словно его обожгло. — Простите, профессор, — пролепетал он. — Я просто… — Молчать! — перебил его Снейп. — Если я ещё раз увижу, что вы отвлекаете мисс Уильямсон, я добавлю вам ещё два часа отработки.       Эдди испуганно замолчал и принялся с удвоенной энергией перебирать мандрагоры. Патрисия, оставшись наедине со своими мыслями, почувствовала, как её сердце начинает таять. Она понимала, что Эдди хочет ей помочь, но она не знала, как ему ответить. Она боялась доверять ему, боялась быть уязвимой.       Пока Патрисия сражалась со своими внутренними демонами во время отработки, Фабиан, в поисках новых зацепок, углубился в лабиринт полок библиотеки Хогвартса. Он решил изучить тему, которая до этого казалась ему малозначимой, но теперь приобретала всё большую важность — древнеегипетскую мифологию.       Его взгляд случайно упал на стеллаж с маггловской литературой. Ранее он бы и не подумал здесь искать ответы, но сейчас, когда они столкнулись с нечто выходящим за рамки привычной магии, он решил расширить свой кругозор.       И, как оказалось, не зря. На одной из полок Фабиан обнаружил толстую книгу с названием «Мифы Древнего Египта». Недолго думая, он взял её и углубился в чтение. Страница за страницей он погружался в мир фараонов, богов и магических артефактов. И вот, наконец, его внимание привлекло упоминание о Чаше Вечной Жизни.       К его удивлению, в книге она называлась иначе — Чаша Анкха. В описании говорилось, что эта чаша обладает невероятной силой и способна даровать бессмертие тому, кто из нее выпьет. Также упоминалось, что Чаша Анкха была разделена на несколько частей, которые были спрятаны в разных местах, чтобы никто не мог заполучить ее целиком.       Фабиан почувствовал, как его сердце начинает биться чаще. Он понял, что они нашли именно часть этой легендарной чаши, ножку Чаши Анкха!       Продолжая читать, он обнаружил, что между страниц книги что-то лежит. Это был небольшой кусочек пергамента, исписанный непонятными символами.       Присмотревшись, Фабиан понял, что это шифр. Он быстро вспомнил основы нумерологии, которые изучал на уроках древних рун, и принялся расшифровывать послание.       Вскоре символы начали складываться в слова. «Там, где спят каменные стражи, вторая часть ждёт.»       Фабиан перечитал послание несколько раз, пытаясь понять, что оно означает. «Где спят каменные стражи…» Что это может быть?       Внезапно его осенило. Каменные стражи! Это же горгульи, которые украшают замок Хогвартс!       Фабиан понял, что вторая часть Чаши Анкха может находиться где-то в окрестностях замка, возможно, в тайнике, скрытом под одной из горгулий. Он закрыл книгу и прижал ее к груди, чувствуя волнение и предвкушение. Кажется, они сделали еще один важный шаг на пути к разгадке тайны Чаши Вечной Жизни.       Когда солнце начало клониться к закату, озаряя Хогвартс мягкими лучами, Патрисия покинула класс зельеварения. Отработка, хоть и прошла без серьёзных происшествий, оставила в ней горький осадок. Ей нужно было побыть наедине с собой, обдумать случившееся и попытаться разобраться в своих чувствах.       Решив прогуляться, она направилась к опушке леса, надеясь, что свежий воздух и тишина помогут ей успокоиться.       Идя по знакомой тропинке, Патрисия почувствовала странное покалывание в воздухе, едва уловимое ощущение чужого присутствия. Это было похоже на то, что она ощущала в хижине Хагрида, когда говорила с Эмбер. Мурашки пробежали по её коже. Она знала это чувство. Это было ощущение присутствия магии, ощущения чего-то загадочного и непознанного.       В этот раз, как и тогда, она не могла просто игнорировать это ощущение. Нечто влекло её вглубь леса, словно зазывая к себе.       Патрисия замедлила шаг, прислушиваясь к своим ощущениям. Звуки леса, казалось, стихли, уступая место таинственному шепоту. Она ощущала, как её охватывает любопытство, смешанное с легким страхом.       Несмотря на опасения, она решительно свернула с тропы и углубилась в чащу. Её шаги стали осторожными, глаза внимательно осматривали окружающее пространство.       Осторожно ступая по мягкому мху, Патрисия вышла на небольшую поляну. Сердце забилось сильнее, когда она увидела человека, стоявшего посреди неё.       Перед ней стоял мужчина. Ему было около тридцати лет, с короткими светлыми волосами, аккуратно зачесанными назад, и пронзительными голубыми глазами, которые казались одновременно проницательными и печальными. Одет он был в чёрную водолазку и кожаную куртку, что придавало ему вид немного загадочный и мрачный. — Вы ведь Патрисия Уильямсон, верно? — спросил мужчина, его голос был мягким и обволакивающим.       Патрисия нахмурилась, настороженно глядя на незнакомца. — Кто вы? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие.       Мужчина улыбнулся ещё шире. — Меня зовут Руфус Зино, — представился он. — Я частный сыщик из министерства.       Патрисия удивлённо подняла брови. Она никогда не слышала о частных сыщиках в Министерстве магии. — Частный сыщик? — переспросила она. — Что это значит? — Это значит, — ответил Руфус, — что я занимаюсь расследованиями, которые не входят в компетенцию обычных авроров.       Он сделал паузу и посмотрел на Патрисию с сочувствием. — Я знаю, что вы ищете свою подругу, Джой, — сказал он. — И я могу вам помочь.       Патрисия замерла, поражённая его словами. Она лично никому не рассказывала о пропаже Джой, кроме Эмбер. Как этот незнакомец мог узнать об этом? — Откуда вы знаете о Джой? — спросила она, её голос дрожал от волнения.       Руфус усмехнулся. — У меня есть свои источники, мисс Уильямсон, — ответил он. — Но это не важно. Главное, что я могу помочь вам её найти.       Он подошёл к ней ближе и заглянул ей в глаза. — Я знаю, что Джой попала в беду, — сказал он. — И времени у нас не так много.       Патрисия чувствовала, как её охватывает надежда. Она так долго искала Джой и уже почти отчаялась. И вот, появился этот таинственный сыщик, предлагающий ей свою помощь. — Что вы хотите взамен? — спросила она. — Я знаю, что ничто не даётся просто так.       Руфус улыбнулся. — Мне ничего не нужно, мисс Уильямсон, — ответил он. — Я просто хочу помочь вам.       Он снова сделал паузу и посмотрел на нее с пониманием. — Я знаю, что значит потерять близкого человека, — сказал он. — И я не хочу, чтобы вы прошли через это в одиночку.       Патрисия посмотрела на Руфуса, пытаясь понять, можно ли ему доверять. Что-то в его взгляде говорило ей, что он искренен. — Что вы предлагаете? — спросила она. — Я предлагаю вам свою помощь в расследовании, — ответил Руфус. — У меня есть связи и ресурсы, которые помогут нам найти Джой. Но мне нужна ваша помощь. — В чем именно? — спросила Патрисия. — Мне нужно, чтобы вы рассказали мне всё, что знаете о Джой, — ответил Руфус. — Всё, что может помочь нам найти её.       Патрисия задумалась. Она понимала, что, если она хочет найти Джой, ей придётся довериться этому незнакомцу. — Хорошо, — сказала она, решительно кивнув головой. — Я расскажу вам всё, что знаю.