Глава 6. Новый союзник

      Утро встретило Хогвартс мягкими лучами солнца, проникающими сквозь витражные окна замка. Нина Мартин проснулась с тяжёлым сердцем и неприятным привкусом во рту. Кошмар прошлой ночью не отпускал её, и образ чёрной птицы продолжал преследовать её сознание.       Она села на кровати, чувствуя себя разбитой и уставшей. Рядом с ней уже проснулась Гермиона Грейнджер, которая внимательно наблюдала за ней. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Гермиона с заботой в голосе. — Тебе всё ещё нехорошо?       Нина вздохнула и постаралась улыбнуться. — Всё в порядке, — ответила она. — Просто немного не выспалась. — Я вижу, — сказала Гермиона. — Ты выглядишь бледной.       Нина встала с кровати и начала одеваться. — Не волнуйся, — сказала она. — Всё пройдёт.       Они вместе с Гермионой направились в Большой Зал на завтрак. По дороге Нина старалась вести себя как обычно, но её мысли были далеко. Она продолжала думать о своём сне и о том, как избежать опасности, которую он предвещал.       Придя в Большой Зал, они сели за стол Гриффиндора и принялись за еду. Нина ела мало, её аппетит был напрочь испорчен ночным кошмаром.       Гермиона с тревогой наблюдала за Ниной. Она видела, что с ней что-то не так, и пыталась её поддержать. — Может быть, тебе стоит обратиться к мадам Помфри? — предложила Гермиона. — Она может дать тебе какое-нибудь зелье, чтобы ты лучше себя чувствовала. — Нет, спасибо, — ответила Нина. — Всё пройдёт само собой.       Они продолжали завтракать в тишине. Нина старалась не смотреть по сторонам, опасаясь увидеть что-то, что напомнит ей о чёрной птице из её сна.       Но её опасения оказались напрасными. В Большом Зале всё было как обычно. Студенты смеялись и разговаривали, профессора читали газеты, а совы доставляли почту.       Ничто не предвещало беды. Но Нина знала, что опасность где-то рядом. Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела. И она должна была быть готова к ней.       После завтрака, Нина, всё ещё подавленная ночным кошмаром, искала утешения в общении с Фабианом. Ей нужно было поделиться с кем-то своими опасениями и найти способ противостоять надвигающейся опасности.       Они встретились в одном из коридоров Хогвартса, где могли спокойно поговорить, не привлекая лишнего внимания. — Фабиан, — начала Нина, её голос дрожал. — Мне нужно тебе кое-что рассказать.       Фабиан внимательно посмотрел на Нину, заметив её взволнованное состояние. — Что случилось? — спросил он. — Ты выглядишь напуганной.       Нина вздохнула и рассказала Фабиану о своём сне. Она описала тёмный лес, зловещую чёрную птицу и предупреждение о надвигающейся опасности.       Фабиан внимательно слушал Нину, не перебивая её. Он видел, как её пугает этот сон, и старался понять, что он может означать.       Когда Нина закончила свой рассказ, Фабиан на мгновение задумался. Он что-то припоминал, что-то, связанное с чёрной птицей.       Вдруг его осенило. — Чёрная птица, — пробормотал он. — Да это же… — Что это? — спросила Нина с тревогой. — Это может быть связано с профессором Роденмаром, — ответил Фабиан. — Помнишь, я рассказывал тебе о чучеле ворона в его кабинете?       Нина кивнула. — Да, — ответила она. — Но что это может значить? — Я не знаю, — сказал Фабиан. — Но мне кажется, что это не просто совпадение. В магии нет случайностей.       Он вспомнил, как профессор Роденмар, на одном из первых уроков, рассказывал о вещих снах и о том, как важно обращать внимание на знаки и символы. Фабиан рассказал Нине о своих подозрениях в отношении профессора Роденмара и о чучеле ворона в его кабинете. Он рассказал о том, как профессор Роденмар странно себя вёл, и о том, как он чувствовал, что тот что-то скрывает.       Нина слушала Фабиана с замиранием сердца. Она начинала понимать, что её сон может быть не просто кошмаром, а предзнаменованием грядущих событий. — Ты думаешь, профессор Роденмар может быть причастен к исчезновению Джой? — спросила Нина. — Возможно, — ответил Фабиан. — Или, по крайней мере, он что-то знает.       Они вместе задумались над услышанным. Чёрная птица, профессор Роденмар, исчезновение Джой — всё это было связано между собой какой-то невидимой нитью.       Им нужно было выяснить правду, чего бы им это ни стоило. Разговор Нины и Фабиана, становился всё более напряжённым и тревожным. Они чувствовали, как клубок загадок вокруг исчезновения Джой Мерсер и сна Нины затягивается всё сильнее, и понимали, что им нужно действовать осторожно и быстро.       Внезапно, словно призрак, из-за угла появилась Эмбер Миллингтон, её глаза сияли любопытством. — Привет, ребята! — воскликнула она, приближаясь к ним. — О чём это вы тут шепчетесь? Неужели готовите какой-то сюрприз?       Нина и Фабиан переглянулись, чувствуя раздражение и досаду. Им снова помешали поделиться своими мыслями и планами. — А, это… — начала Нина, стараясь говорить как можно более непринуждённо. — Мы просто обсуждали… домашнее задание по трансфигурации. — Да, — подхватил Фабиан. — Очень сложное задание. Профессор МакГонагалл задала нам превратить чайник в ежа.       Эмбер нахмурилась, глядя на них с подозрением. — Чайник в ежа? — переспросила она.       Нина и Фабиан снова переглянулись, чувствуя, как краска заливает их лица. –Да, именно — попыталась оправдаться Нина. — А, понятно, — ответила Эмбер, но в её голосе звучало сомнение. — Ну ладно, не буду вам мешать. Удачи с вашим сложным превращением!       Эмбер улыбнулась и пошла дальше по коридору, оставив Нину и Фабиана в замешательстве. — Она нам совсем не верит, — прошептал Фабиан. — Да, — ответила Нина. — Она становится слишком любопытной.       Они понимали, что им нужно быть осторожнее и избегать встреч с Эмбер, пока они не выяснят правду. Они не хотели, чтобы кто-то знал об их планах, особенно Эмбер, которая могла случайно выдать их секрет.       Нина и Фабиан быстро попрощались и разошлись в разные стороны, стараясь не привлекать к себе внимания.       После неудачной попытки выведать у Нины и Фабиана секреты, Эмбер Миллингтон, озадаченная их скрытностью, брела по коридору, погружённая в собственные размышления.       Внезапно её путь пересекла Патрисия Уильямсон, спешившая по своим делам. — Патрисия! — окликнула её Эмбер. — Как хорошо, что я тебя встретила!       Патрисия остановилась и слегка нахмурилась. Она не испытывала особого желания разговаривать с Эмбер, но, помня об их недавнем разговоре в лесу, решила выслушать её. — Что-то случилось, Эмбер? — спросила Патрисия, стараясь скрыть раздражение в голосе. — Просто хотела спросить, — начала Эмбер, понизив голос, — ты случайно не знаешь, чем занимаются Нина и Фабиан? Они какие-то странные в последнее время.       В этот момент мимо них проходил Эдди. Заметив Патрисию и Эмбер, он остановился и вежливо поздоровался. — Добрый день, леди, — произнёс Эдди, слегка склонив голову.       Патрисия и Эмбер удивлённо посмотрели на него. Неужели Эдди Миллер способен на проявление вежливости? — Добрый день, Эдди, — ответила Эмбер, улыбаясь.       Эдди повернулся к Патрисии и ухмыльнулся. — Кажется, мы стали слишком часто пересекаться, Трепло, — сказал он. — Неужели ты преследуешь меня?       Патрисия закатила глаза. — Не льсти себе, Миллер, — ответила она. — У меня есть дела поважнее, чем преследовать таких, как ты.       Эдди усмехнулся. — Как всегда, остроумно, — сказал он. — Но боюсь, что ваша язвительность не скроет того факта, что вы проявляете ко мне повышенное внимание.       Он подмигнул и пошёл дальше по коридору, оставив Патрисию в замешательстве. Эмбер, наблюдавшая за этой сценой, рассмеялась. — Что это было? — спросила она. — Кажется, у вас с Эдди какая-то особая связь.       Патрисия закатила глаза. — Не говори глупости, — ответила она. — Я просто не могу терпеть этого самовлюблённого идиота. — Неужели? — спросила Эмбер, лукаво улыбаясь. — Мне кажется, что ты слишком радикальна по отношению к нему. Может быть, он тебе просто нравится?       Патрисия покраснела от возмущения. — Нравится? — переспросила она. — Да я скорее стану дружить с троллем, чем испытывать симпатию к Миллеру!       Она чуть не добавила «грязнокровке», но вовремя вспомнила об уважении Эмбер к маглорождённым и сдержалась. — Ты совсем ничего не понимаешь, — сказала она, стараясь говорить как можно спокойнее. — Между мной и Миллером не может быть ничего общего. Он глуп, самовлюблён и… и… просто невыносим!       Эмбер продолжала улыбаться, наблюдая за реакцией Патрисии. — Ладно, ладно, — сказала она. — Я просто пошутила. Но, знаешь, иногда ненависть и любовь — это две стороны одной медали. — Это не про меня и Миллера, — отрезала Патрисия. — Я ненавижу его всей душой.       Она отвернулась от Эмбер и пошла дальше по коридору, стараясь скрыть своё смущение. Эмбер снова её задела, напомнив о той части, которую Патрисия глубоко прятала.       Эмбер посмотрела ей вслед и вздохнула. Она понимала, что Патрисия переживает сложный период, и ей нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах.       В запутанных коридорах Хогвартса, где интриги и личные мотивы переплетались, словно корни древних деревьев, Джером Кларк выискивал Мару Джеффи.       До совместного задания по астрономии, которое грозило обоим факультетам — Слизерину и Когтеврану, — оставалось совсем немного времени, а Джером, в свойственной ему манере, рассчитывал на помощь умной когтевранки.       Наконец, увидев Мару, он поспешил к ней, излучая обаяние, на которое так часто клевали наивные студентки. — Джеффи, — произнёс он, его голос звучал мягко и обходительно. — Как хорошо, что я тебя нашёл. Я как раз думал о нашем совместном задании по астрономии.       Мара приподняла бровь, демонстрируя лёгкое удивление. — Кларк? — спросила она. — Неужели ты решил заняться учёбой? Это что-то новенькое. — Ну, знаешь ли, даже у меня бывают моменты, когда я понимаю, что без помощи умных людей мне не обойтись, — ответил Джером, ухмыляясь. — Я слышал, ты уже вовсю работаешь над картами звёздного неба. Может быть, ты поделишься со мной своими наработками?       Мара рассмеялась. — Ты хочешь сказать, что ты хочешь списать мою работу? — спросила она. — Неужели ты думаешь, что я на это соглашусь? — Ну, я же не прошу тебя отдать мне всю работу, — ответил Джером, стараясь говорить убедительно. — Просто поделиться некоторыми деталями. В конце концов, мы же друзья.       Не успела Мара ответить, как к ним подошёл Теодор Нотт. — Мара, — произнёс он, слегка склонив голову. — Как приятно тебя видеть. Мы так давно не пересекались.       Мара улыбнулась Нотту. — Теодор, — ответила она. — Я тоже рада тебя видеть.       Джером нахмурился, чувствуя раздражение. Появление Нотта нарушило его планы, и он понимал, что сейчас ему вряд ли удастся получить желаемое от Мары. — Ну, ладно, — сказал Джером, стараясь скрыть своё разочарование. — Я, пожалуй, пойду. У меня ещё много дел.       Он бросил на Мару недовольный взгляд и направился прочь, оставив её наедине с Ноттом.       Уходя, Джером ощущал досаду и злость. Он не понимал, что его больше раздражало — то, что он не смог заполучить конспект Мары, или то, что она предпочла его обществу, Нотта.       В таком состоянии его и застал Алфи. — Эй, Джером! — воскликнул Алфи, увидев его. — Что-то ты сегодня не в духе. Неужели снова что-то натворил?       Джером посмотрел на Алфи и слегка улыбнулся. Дружба с этим гриффиндорцем всегда поднимала ему настроение. — Просто выдался неудачный день, — ответил Джером. — Ничего особенного. — Неужели? — спросил Алфи, лукаво улыбаясь. — А мне кажется, что ты просто влюбился.       Джером закатил глаза. — Не говори глупости, — ответил он. — У меня нет времени на любовь. — Ну, как знаешь, — сказал Алфи, пожимая плечами. — Но если тебе нужна помощь в любовных делах, ты всегда можешь обратиться ко мне. Я в этом деле эксперт.       Джером рассмеялся. — Спасибо, но я справлюсь сам, — ответил он. — Лучше скажи, чем ты сегодня занимаешься? — Да вот, слоняюсь без дела, — ответил Алфи. — Думаю, чем бы заняться. — У меня есть одна идея, — сказал Джером, его глаза загорелись. — Как насчёт того, чтобы ограбить запасы кухни?       Алфи удивлённо приподнял бровь. — Ограбить кухню? — переспросил он. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — ответил Джером. — Я слышал, что там появились новые пирожные с тыквой. И я просто не могу устоять.       Алфи рассмеялся. — Ты сумасшедший, Кларк, — сказал он. — Но мне нравится твоя идея. — Тогда решено, — сказал Джером. — Встречаемся сегодня ночью у кухни. — Договорились, — ответил Алфи. — Будет весело.       Джером улыбнулся. План ограбления кухни поднял ему настроение. Он знал, что с Алфи у него всё получится, и что это будет весёлая ночь.       На душе стало чуточку теплее. Дружеский укол от Алфи и вправду помог. Но всё же, мысли о Маре и её звёздных картах продолжали крутиться в его голове. Впрочем, ночное приключение с лучшим другом, это то, что сейчас действительно нужно.       С решимостью в глазах, Патрисия Уильямсон направилась к кабинету директора Дамблдора. Её терзала неизвестность, и она чувствовала, что ей необходимо снова поговорить с директором лично, чтобы узнать правду о Джой Мерсер.       Придя в кабинет, она увидела Дамблдора, сидящего за своим огромным столом, и профессора МакГонагалл, стоящую рядом с ним. — Мисс Уильямсон, — произнёс Дамблдор, его голос был спокойным и приветливым. — Чем я могу вам помочь? — Директор, — ответила Патрисия. — Я снова пришла к вам с просьбой. — Я слушаю вас, — сказал Дамблдор. — Я хочу узнать адрес Джой Мерсер, — сказала Патрисия. — Я хочу связаться с её семьёй и узнать, всё ли с ней в порядке.       Дамблдор вздохнул и покачал головой. — Мисс Уильямсон, — ответил он. — Я уже говорил вам, что не могу предоставить вам эту информацию. Это конфиденциально. — Но директор, — возразила Патрисия. — Я беспокоюсь о Джой. Я чувствую, что с ней что-то случилось. — Я понимаю ваше беспокойство, — сказал Дамблдор. — Но уверяю вас, с мисс Мерсер всё в порядке. — Но почему вы не можете просто дать мне её адрес? — спросила Патрисия. — Что вы скрываете?       Дамблдор посмотрел на Патрисию долгим и проницательным взглядом. — Мисс Уильямсон, — произнёс он. — Я прошу вас доверять мне. Я делаю всё, что в моих силах, чтобы защитить всех учеников Хогвартса.       Патрисия поняла, что ей не удастся убедить директора. Он был непреклонен в своём решении. — Хорошо, — сказала Патрисия. — Но я не перестану искать правду.       Она развернулась и вышла из кабинета, чувствуя разочарование и гнев.       Выйдя из кабинета директора, Патрисия столкнулась с профессором Роденмаром. Он посмотрел на неё с любопытством. — Мисс Уильямсон, — произнёс он. — Что вы делали в кабинете директора? — Это не ваше дело, — ответила Патрисия и пошла дальше по коридору.       Профессор Роденмар проводил её взглядом, а затем направился к кабинету директора. Он постучал в дверь и вошёл внутрь.       В кабинете всё также находились Дамблдор и профессор МакГонагалл. Они выглядели обеспокоенными. — Виктор, — сказал Дамблдор. — Что-то случилось? — Нет, директор, — ответил Роденмар. — Я просто хотел узнать, всё ли в порядке. — Всё хорошо, — ответил Дамблдор. — Можете идти. Роденмар поклонился и вышел из кабинета.       Однако он не ушёл далеко. Он прислонился к двери и прислушался к разговору Дамблдора и профессора МакГонагалл. — Альбус, — произнесла профессор МакГонагалл. — Ты уверен, что избранная защищена достаточно надёжно?       Роденмар замер, услышав эти слова. «Избранная»? Кто она? Джой? И от чего её нужно защищать?       Он понимал, что происходит что-то очень важное, и что он должен узнать правду. Но как?       После заката, когда Хогвартс погрузился в тишину, Нина Мартин и Фабиан Раттер, объединенные общей целью и тревогой, тайком встретились в одном из пустых коридоров замка. Решив не терять времени, они вновь направились в библиотеку, надеясь отыскать новые подсказки в таинственной комнате.       Сегодня ночью, как никогда прежде, Нина ощущала на себе тяжесть зловещего предчувствия. Слова вещего сна эхом отдавались в её голове, напоминая о чёрной птице и надвигающейся опасности.       Фабиан, заметив её беспокойство, шёпотом произнёс: — Всё будет хорошо, Нина. Мы будем осторожны.       Она благодарно кивнула, стараясь собраться с духом. Они шли по тёмным коридорам, стараясь ступать как можно тише.       Лунный свет, проникавший сквозь окна, отбрасывал на стены причудливые тени, заставляя их вздрагивать от каждого шороха.       По мере приближения к библиотеке, ощущение, что за ними кто-то наблюдает, становилось всё сильнее. Нина то и дело оглядывалась, но не видела ничего, кроме длинных коридоров и неподвижных гобеленов. — Тебе не кажется, что за нами кто-то следит? — прошептала она. Фабиан нахмурился и тоже осмотрелся. — Мне тоже так кажется, — ответил он. — Нужно быть начеку.       Они ускорили шаг, стараясь как можно скорее добраться до библиотеки. Внутри огромного зала было темно и тихо. Лишь редкие лучи лунного света проникали сквозь высокие окна, освещая ряды книжных полок.       Добравшись до нужного места, они замерли, прислушиваясь. Никаких подозрительных звуков не было. — Кажется, всё чисто, — прошептал Фабиан. — Надеюсь, — ответила Нина, доставая из кармана амулет. — Но я всё равно чувствую себя неспокойно.       Она поднесла амулет к неприметной стене, и в тот же миг камни начали сдвигаться, открывая узкий проход в секретную комнату.       Лишь только тайный проход в библиотеке начал раскрываться, нарушая тишину ночи тихим скрежетом камней, за спинами Нины и Фабиана раздался громкий звук. Что-то упало, громыхнув, словно разбудив спящую библиотеку.       Оба, словно по команде, резко обернулись, моментально выхватив свои волшебные палочки. В полумраке им удалось разглядеть силуэт, который, казалось, замер в испуге.       К их удивлению, перед ними стояла Эмбер Миллингтон. Её глаза были расширены от неожиданности, а лицо выражало смесь удивления и испуга.       Эмбер попятилась назад, поднимая руки в примирительном жесте. — Эй, эй, — пролепетала она, её голос дрожал. — Тут свои! А они сразу палочками махаться…       Нина и Фабиан опустили палочки, но не убрали их совсем. Они смотрели на Эмбер с подозрением и недоверием. — Эмбер? — воскликнула Нина. — Что ты здесь делаешь? — Я… я просто гуляла, — ответила Эмбер, стараясь говорить как можно более непринуждённо. — И услышала какой-то шум. Мне стало интересно, что тут происходит. — Гуляла посреди ночи в библиотеке? — спросил Фабиан, приподнимая бровь. — Что-то не верится.       Эмбер покраснела и опустила глаза. — Ну ладно, — призналась она. — Я видела, как вы вошли в библиотеку, и мне стало любопытно, чем вы тут занимаетесь.       Нина и Фабиан переглянулись. Они понимали, что Эмбер знает слишком много. — Зачем ты следила за нами? — спросила Нина. — Я не следила, — ответила Эмбер. — Просто хотела узнать, что вы скрываете. — Мы ничего не скрываем, — ответил Фабиан. — Мы просто изучаем древние книги. — Ага, конечно, — сказала Эмбер. — А тайные проходы в библиотеке — это у вас такой способ изучения древних книг?       Нина и Фабиан молчали, не зная, что ответить. Они понимали, что их поймали с поличным, и что Эмбер знает об их секрете. — Послушай, Эмбер, — начала Нина. — Это очень важно. Мы не можем тебе ничего рассказать. — Почему? — спросила Эмбер. — Вы мне не доверяете?       Нина вздохнула. — Дело не в доверии, — ответила она. — Просто это очень опасно. И мы не хотим, чтобы ты пострадала. — Опасно? — переспросила Эмбер, её глаза загорелись от любопытства. — Что тут происходит?       Фабиан покачал головой. — Мы не можем тебе сказать, — ответил он. — Прости.       Эмбер нахмурилась и скрестила руки на груди. — Знаете что? — сказала она. — Я не уйду отсюда, пока вы мне всё не расскажете.       Нина и Фабиан переглянулись в отчаянии. Они понимали, что Эмбер настроена серьёзно и не отстанет от них. — Ты не понимаешь, — сказала Нина. — Это может быть очень опасно для тебя. — Мне всё равно, — ответила Эмбер. — Я хочу знать правду.       Фабиан вздохнул. — Хорошо, — сказал он. — Мы тебе расскажем. Но ты должна поклясться, что никому не скажешь ни слова. — Клянусь, — ответила Эмбер, её глаза сияли от предвкушения.       Нина и Фабиан переглянулись и кивнули друг другу. Они понимали, что у них нет другого выбора, кроме как рассказать Эмбер правду. Возможно, это было ошибкой, но они надеялись, что Эмбер сможет им помочь. — Ладно, — сказала Нина. — Пойдём.       С неохотой, но осознавая неизбежность, Нина и Фабиан впустили Эмбер в тайную комнату библиотеки. Под тусклым светом мерцающих свечей, они вновь оказались окружены древними книгами и загадочными артефактами, словно погружаясь вглубь забытых знаний и опасных тайн.       Убедившись, что Эмбер поклялась хранить молчание, они решили не терять времени и сразу приступить к изучению найденных ранее записей. На этот раз, присутствие Эмбер, хоть и вызывало беспокойство, привносило в их поиски долю надежды на новые идеи.       Снова и снова они прослушивали записи, стараясь уловить ускользающие детали и связать воедино разрозненные обрывки информации. В одной из записей, голос, звучавший словно из далёкого прошлого, отчётливо произнёс слова, от которых у Нины похолодело внутри:       »…ибо лишь Избранная сможет собрать Чашу из её частей, даровав миру либо процветание, либо вечную тьму…»       После этих слов воцарилось молчание. Запись обрывалась, словно кто-то намеренно прервал рассказ о самом главном.       Нина, Фабиан и Эмбер переглянулись, поражённые услышанным. Теперь перед ними возникло ещё больше вопросов, чем раньше. — Избранная? — прошептала Эмбер, её глаза расширились от изумления. — Чаша из частей? Что это всё значит? — Я не знаю, — ответила Нина, её голос дрожал. — Но кажется, что это как-то связано с исчезновением Джой. — Получается, Джой — Избранная? — спросил Фабиан. — Этого мы не знаем, — ответила Нина. — Но нам нужно узнать, что это за Чаша Вечной Жизни, кто эта Избранная и где искать эти части. — Но с чего нам начать? — спросила Эмбер. — У нас совсем нет информации. — Нужно изучить все записи, — ответил Фабиан. — Возможно, в них есть ещё какие-нибудь подсказки.       Они снова принялись изучать записи, листая страницы древних книг и слушая обрывки голосов из прошлого. Они искали хоть какую-то информацию о Чаше Вечной Жизни и Избранной, надеясь найти ключ к разгадке тайны.       Вдруг, словно по наитию, Фабиан обратил внимание на один из цилиндров фонографа. Что-то в его внешнем виде привлекло его взгляд. Цилиндр казался слегка смещённым, словно кто-то недавно пытался его открыть. — Подождите, — сказал Фабиан, указывая на цилиндр. — Мне кажется, он должен открываться.       Нина и Эмбер приблизились к нему, разглядывая цилиндр. И действительно, на его поверхности виднелась едва заметная щель.       Осторожно, Фабиан попытался открыть крышку цилиндра. С тихим щелчком она поддалась, открывая небольшой отсек.       Внутри отсека они обнаружили свернутый в трубочку лист пергамента. Развернув его, они увидели рисунок. Это был не просто рисунок, а сложный шифр, состоящий из символов, фигур и геометрических узоров.       Нина, Фабиан и Эмбер принялись изучать рисунок, стараясь понять его смысл. Они долго ломали голову, но разгадка никак не приходила.       Вдруг, Эмбер осенило. — Подождите, — сказала она, указывая на один из символов. — Мне кажется, я знаю, что это значит.       Она объяснила, что символ напоминает ей расположение одного из элементов декора в гостиной Пуффендуя. Это была статуэтка барсука, держащего в лапах цветок гелиотропа. — Это же подсказка! — воскликнула Нина. — Она направляет нас в гостиную Пуффендуя. — Но зачем нам идти в гостиную Пуффендуя? — спросил Фабиан. — Может быть, там спрятана одна из частей Чаши Вечной Жизни, — ответила Нина. — Или там есть информация об Избранной, — добавила Эмбер.       Все трое понимали, что им необходимо проверить эту подсказку. Но проникнуть в гостиную Пуффендуя было не так просто. Она охранялась строгими правилами, и чужакам туда вход был запрещён.       Вдруг, Нина посмотрела на Эмбер. — Ты же из Пуффендуя, — сказала она. — Ты без проблем можешь провести нас туда.       Эмбер на мгновение задумалась. Она понимала, что это очень рискованно, но она была готова пойти на всё, чтобы помочь Нине и Фабиану разгадать тайну. — Хорошо, — сказала она. — Я помогу вам. Но мы должны быть очень осторожны.       С решением, принятым в тайной комнате, Нина, Фабиан и Эмбер, ведомые загадочным рисунком-шифром, направились в сторону, где, словно в уютном гнезде, располагалась гостиная факультета Пуффендуй.       Они продвигались по тёмным, сонным коридорам Хогвартса, стараясь не привлекать к себе внимания. Каждый звук, каждый шорох казался им подозрительным, словно за ними следили невидимые глаза.       Вскоре они добрались до нужного места. Вход в гостиную Пуффендуя, как известно, находился рядом с кухней, за портретом с натюрмортом. Чтобы попасть внутрь, нужно было знать правильный ритм, который необходимо было выстучать по определенным бочкам.       Эмбер, как истинная пуффендуйка, знала этот ритм наизусть. Она подошла к бочкам, расставленным вдоль стены, и, глубоко вздохнув, начала выстукивать нужную мелодию.       Тихо и чётко, её пальцы касались поверхности бочек, создавая причудливый ритм, который, казалось, вибрировал в самом воздухе. Нина и Фабиан затаили дыхание, наблюдая за Эмбер, и надеясь, что всё пройдёт гладко.       Закончив выстукивать ритм, Эмбер отступила назад и стала ждать. Прошло несколько мгновений, наполненных напряжённым молчанием.       Вдруг, портрет с натюрмортом медленно начал отъезжать в сторону, открывая проход в гостиную Пуффендуя.       Нина, Фабиан и Эмбер переглянулись. Подсказка сработала. Они смогли проникнуть внутрь.       Теперь им предстояло осмотреть гостиную Пуффендуя и найти то, что они искали. Но они понимали, что им нужно действовать быстро и осторожно, чтобы не быть обнаруженными.       Переступив порог, Нина, Фабиан и Эмбер оказались в уютной и светлой гостиной Пуффендуя, словно попав в другой мир, где царили спокойствие и доброжелательность. Однако сейчас их сердца были полны тревоги и решимости, и они не могли позволить себе расслабиться.       Гостиная была обставлена в тёплых, солнечных тонах, создавая атмосферу домашнего уюта. Повсюду стояли мягкие кресла и диваны, укрытые пёстрыми пледами. На стенах висели картины с изображением счастливых животных, а в углу тихо потрескивал камин, согревая помещение своим теплом.       Но сейчас их не интересовала красота и уют этой гостиной. Они понимали, что каждая минута на счету, и им нужно как можно скорее найти то, что они искали.       Они разделились и начали тщательно осматривать гостиную, заглядывая под диваны, отодвигая кресла и перебирая книги на полках. Они искали хоть что-то, что могло бы указывать на местонахождение части Чаши Вечной Жизни.       Время шло, но их поиски оставались безуспешными. Отчаяние начало подкрадываться к ним, но они не сдавались.       Вдруг, Эмбер, осматривавшая один из книжных шкафов, издала тихий возглас. — Ребята, смотрите! — воскликнула она. — Мне кажется, я что-то нашла.       Нина и Фабиан подбежали к ней и увидели, что она держит в руках странный предмет. Это был изящно выполненный кусок, казалось бы, из драгоценного металла, украшенный тонкой резьбой и инкрустированный мелкими драгоценными камнями. Предмет явно был частью чего-то большего. — Что это? — спросила Нина. — Я не знаю, — ответила Эмбер. — Но мне кажется, что это может быть то, что мы ищем.       Они внимательно осмотрели предмет. Его форма, узоры и драгоценные камни наводили на мысль, что это часть какой-то чаши. А именно, судя по форме, это могла быть её ножка. — Мне кажется, это ножка Чаши Вечной Жизни, — прошептал Фабиан.       Все трое переглянулись, понимая, что они сделали важный шаг на пути к разгадке тайны. Но они также понимали, что впереди их ждёт ещё много опасностей и испытаний. Ведь им нужно было найти и остальные части чаши.       С ножкой Чаши Вечной Жизни, надёжно спрятанной в кармане мантии Нины, они решили, что пора покинуть гостеприимную, но в данную минуту опасную, гостиную Пуффендуя. Эмбер, как радушная хозяйка, вызвалась проводить друзей до выхода, опасаясь, что те могут заблудиться в запутанных коридорах.       Вновь простучав нужный ритм по бочкам, Эмбер открыла проход, и Нина с Фабианом, стараясь не привлекать внимания, покинули гостиную.       Эмбер проводила их до ближайшего поворота и, попрощавшись, пообещала держать их в курсе любых новостей.       Нина и Фабиан, облегчённо вздохнув, направились в сторону своих спален. Но им не суждено было добраться до своих комнат незамеченными.       Из-за угла вывалились две фигуры, набитые чем-то до отказа. Присмотревшись, Нина и Фабиан узнали Джерома Кларка и Алфи Льюиса, которые, судя по всему, только что совершили свой ночной набег на кухню.       Джером и Алфи, увидев Нину и Фабиана, замерли, словно пойманные с поличным воришки. В их глазах читалось явное замешательство и неловкость. — Эм… привет, ребята, — произнёс Алфи, стараясь говорить как можно более непринуждённо. — Что вы тут делаете в такой поздний час? — Мы… — начала Нина, но запнулась, не зная, что ответить. — Гуляли, — подхватил Фабиан, стараясь выкрутиться из неловкой ситуации. — Решили немного прогуляться перед сном.       Джером и Алфи переглянулись, скептически оценивая их объяснения. — Гуляли? — переспросил Джером, приподнимая бровь. — В три часа ночи? Что-то не верится. — Ну, знаете ли, — ответил Фабиан, — кому-то и ночью не спится.       В этот момент из кармана мантии Алфи вывалилось несколько пирожных с тыквой. Джером, увидев это, покраснел и поспешил подобрать выпавшие вкусняшки. — А вы что тут делаете? — спросила Нина, стараясь перевести тему. — Мы… — начал Алфи, но запнулся, не зная, что ответить. — Просто… — подхватил Джером, — решили немного перекусить. Он посмотрел на Алфи, словно умоляя его поддержать. — Да, — подтвердил Алфи. — Просто захотелось чего-нибудь сладенького перед сном.       Нина и Фабиан с трудом сдерживали смех, наблюдая за их неловкостью. — Ну, ладно, — сказала Нина. — Мы вам не будем мешать. Приятного аппетита.       Она подмигнула им и вместе с Фабианом направилась в сторону своих гостинных.       Джером и Алфи, проводив их взглядом, облегчённо вздохнули. — Чуть не попались, надеюсь они не настучат Фильчу– прошептал Алфи. — Да, — ответил Джером. — В следующий раз нужно быть осторожнее.       Они переглянулись и, не сдержавшись, рассмеялась. Неловкая встреча закончилась, но оставила после себя шлейф комичности и недосказанности. Нина и Фабиан знали, что Джером и Алфи что-то скрывают, но они не стали настаивать на правде. Ведь у них самих было достаточно секретов, которые нужно было хранить.       После комичной встречи с ночными грабителями кухни, Нина и Фабиан, ощущая лёгкое облегчение от того, что им удалось избежать разоблачения, разошлись в разные стороны.       Фабиан направился в сторону гостиной Когтеврана. Ему не терпелось обдумать всё произошедшее за ночь, проанализировать найденную подсказку и подумать над тем, куда им стоит направить свои поиски дальше.       Нина же, наоборот, чувствовала сильную усталость и желание поскорее добраться до своей кровати. Ей нужно было переварить всю информацию, полученную за последние несколько дней, и хоть немного отдохнуть.       Тихо проскользнув в гостиную Гриффиндора, она, стараясь не разбудить спящих сокурсниц, поднялась в свою спальню. В комнате царил полумрак, лишь редкие лучи лунного света проникали сквозь щели в шторах.       На цыпочках добравшись до своей кровати, Нина осторожно опустилась на неё, стараясь не скрипеть половицами. Она сняла мантию и, достав из кармана ножку Чаши Вечной Жизни, задумалась, куда её спрятать. После недолгих размышлений она решила, что самым надёжным местом будет её кровать. Подняв матрас, Нина спрятала ножку Чаши под него, надеясь, что там её никто не найдёт.       Убедившись, что всё в порядке, она легла на кровать и накрылась одеялом. Тело моментально расслабилось, а глаза стали слипаться.       Но даже в полудрёме Нина не могла избавиться от тревожных мыслей. Она вспоминала таинственные записи, прослушанные в тайной комнате, образ Избранной и надвигающуюся опасность.       Сознание медленно ускользало в сон, но даже там её преследовали кошмары. Ей снились тёмные леса, зловещие чёрные птицы и таинственные фигуры в плащах.       Несмотря на усталость, Нина никак не могла заснуть глубоким сном. Её разум был переполнен тревогой и беспокойством.       В конце концов, она всё же провалилась в сон, но он был неспокойным и тревожным. Ей снилось, что она бежит от кого-то, преследуемая тёмными силами.       Но даже в этих кошмарах она не забывала о своей миссии. Она знала, что должна найти остальные части Чаши Вечной Жизни и защитить мир от надвигающейся тьмы. И она была готова к любым трудностям, лишь бы достичь своей цели.