12 лет после победы над Архидемоном

1 Солона никогда не могла запомнить расположение гостевых комнат в королевском дворце. Во время недолгих визитов в столицу слуги тактично провожали её в комнату, соседнюю с покоями короля, через которую можно было выйти в его кабинет. Покинув крыло дворца, где жил Алистер, Солона смогла найти выход в обеденную залу — закрытую на ночь — и никак не могла вспомнить, куда идти дальше. Меньше всего ей хотелось попасться на глаза фрейлинам Аноры. Негласное правило сосуществования королевской четы гласило, что дела Алистера оставались делами Алистера, но не должны были выноситься за пределы «его» части замка. Солона была уверена, что ночная прогулка по дворцу будет сочтена грубым нарушением договорённости. Отчаявшись вспомнить направление, Амелл села на скамью у входа в общий зал. Она решила дождаться стражника на обходе и больше не бродить по дворцу. Солона поёжилась, она была особой подругой короля уже больше десяти лет, однако чувствовала себя чужой в его доме. — Я знал, что ты потеряешься, — тихий голос Алистера заставил Амелл вздрогнуть. — Я забыла, где гостевое крыло, — вздохнула Солона, её сердце привычно ускорилось при виде короля. Она всегда была рада видеть его, несмотря ни на что. — Конечно, забыла, ты же никогда там не спала, — Тейрин улыбнулся. — Позволь, я провожу. Алистер предложил руку, и Солона на секунду поколебалась, прежде чем положить свою ладонь в его. Они шли медленно, словно боялись нарушить равновесие. Алистер не торопился начинать разговор, но тишина становилась всё тяжелее. — Я отдал амулет Хоуку, — тихо признался он. — В Киркволле тогда был сущий ад. Я увидел там Хоука, одного. Это было странно. Я ведь не знал его раньше. Знал только, что это Защитник, что он ферелденец... Не помню, рассказывали ли мне, что он — Амелл по матери. Голос короля чуть дрогнул. — Ты, должно быть, считаешь меня предателем. Я отдал ему твою память. А теперь Хоук в твоей жизни. Солона резко схватила Алистера за ладонь. — Ты отдал ему зачарованный кусочек металла. Алистер порывисто прижал её ладонь к своей груди. Она чувствовала, как бешено бьётся его сердце. — Это просто амулет, Алистер, зачарованный на поиски Амеллов, — твёрдо повторила Солона, глядя королю в лицо. — Хоук — Амелл, и он не в моей жизни. Они остановились, жадно глядя друг на друга. — Дело не в мужчине, дело в моей жизни, вернее, в том, что у меня её нет, — Солона не отнимала руки от груди Алистера. Ощущение его тепла будто придавало ей сил говорить. — Тебе ведь больше не снятся кошмары, так? — Нет, — Алистер покачал головой и опустил глаза, словно стесняясь своего ответа. — Ты так часто говорила, что я мыслю, как политик, а не солдат. Я не хотел говорить об этом... Ты ведь полюбила Серого Стража. Алистер замолчал на несколько секунд и добавил: — Я так боялся узнать, что с тобой делает Скверна, пока я здесь, живу своей жизнью, правлю, спокойно сплю. Волнение окутало Солону, отдаваясь иголками в кончиках пальцев. Она убрала руку с его груди и ласково провела по лицу. — Мой король, — огромная волна облегчения накрыла Амелл с головой. — Я ничего не хочу так сильно, как знать, что ты здесь, живёшь своей жизнью, правишь и спокойно спишь. — Но всё равно уходишь. Солона отвела взгляд, будто пыталась найти ответ в тенях, пляшущих на стенах коридора. — Я так хочу, — прошептала она, повернувшись обратно к Алистеру. — Пока я рядом с тобой, я всегда буду Серым Стражем. Никем иным. А если я хочу выжить, если хочу стать чем-то большим, чем этим призраком прошлого, мне нужно закончить свою службу. Алистер нахмурился, его взгляд был полон боли, но и понимания. — Ты думаешь, это так просто? — тихо спросил он. Солона улыбнулась, но это была улыбка через слёзы. — Нет, не думаю. Ничто из того, что касается нас, никогда не было простым. — Она сделала шаг назад, всё ещё удерживая его взгляд. — Но я знаю одно: мы не можем знать, что будет дальше. Не можем загадывать, что произойдёт. Может, наши пути снова пересекутся. А может, нет. Она остановилась, ощущая, как ком подкатывает к горлу. — Сейчас нам нужно отпустить друг друга, Алистер. Он сделал медленный вдох и кивнул. — Я понимаю, — сказал Алистер тихо, и в его голосе прозвучало больше силы, чем она ожидала. Они стояли несколько мгновений в тишине, словно прощаясь не только друг с другом, но и с теми, кем были вместе. — Я провожу тебя, — наконец сказал Алистер, мягко указывая рукой вперёд. — Не надо, — слабо улыбнулась Солона. — Я всё же найду дорогу сама. 2 Раннее утро выдалось прохладным, и промозглый ветер с озера дул в открытые окна замка. Солона Амелл тихо поднималась по узкой каменной лестнице, стараясь не привлекать внимания. Гаррета Хоука поселили в одной из гостевых комнат в южной башне, теперь предстояло сообщить ему о скором отъезде. Солона постучала в дверь, и через мгновение из-за неё послышался приглушённый голос: — Открыто. Солона толкнула дверь и вошла. Гаррет сидел у окна, подтянув одну ногу на подоконник. Лучи утреннего солнца, пробивавшиеся сквозь серые облака, освещали его лицо. В руках он держал короткий кинжал, лениво перекатывая его в пальцах. — Пришла проводить меня в дальний путь? Или это означает, что дела наконец завершены? — спросил Хоук, не отрывая взгляда от лезвия. — Завершены, — ответила Солона, опустившись на стоящий у стены стул. — Натаниэль берёт на себя управление Амарантайном. Лелиана и Зевран уже уехали. — А ты? — Гаррет наконец посмотрел на неё, приподняв одну бровь. — Куда отправляешься? — В Киркволл, — сказала она, просто, но в её голосе слышалась нотка решимости. Гаррет замер, перестав играть с кинжалом. — В Киркволл? Ты точно понимаешь, что делаешь? Солона подняла взгляд, встречая его глаза. — Да, — ответила она. — Я хочу увидеть дом Амеллов. Узнать, что от него осталось. Гаррет вздохнул, убирая кинжал за пояс. — Ты знаешь, что от него остались только руины и призраки. Возможно, это не лучшая идея. — Я знаю, — коротко отозвалась она. Её тон был сухим, словно любые дальнейшие обсуждения на эту тему были бессмысленны. — И что потом? — спросил он, склонив голову набок. — Потом... — Солона на мгновение замолчала, обдумывая слова. — Я больше не буду сражаться, Гаррет. Слишком многое в моей жизни было посвящено чужим целям. Теперь я хочу попробовать жить для себя. В его глазах промелькнуло что-то неуловимое: смесь удивления, уважения и легкой грусти. — Значит, ты меня предупреждаешь, что ничего большего обещать не можешь? Солона медленно кивнула, наблюдая за его реакцией. — Не могу. — Что ж, — он усмехнулся, чуть наклонив голову. — Это уже неплохое начало. На мгновение между ними повисло молчание, напряжение которого нарушил громкий крик чаек за окном. Солона поднялась, мягко поправив складки плаща. — Собирайся. Мы выезжаем через час. Гаррет проводил её взглядом, когда она вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Её шаги, теперь более уверенные, затихли в коридоре. Оставшись один, Хоук взглянул на кинжал в своей руке, провёл пальцем по затупленному лезвию. — Киркволл, значит, — пробормотал он. — Ну что ж, посмотрим, чем это обернётся.