Глава 28. Платье для взрослых

Эдмунд разворачивается лицом к королеве Бесстрашной, в глазах его сверкают молнии. Голос звучит угрожающе глухо:   — Ты устроила свадьбу моей дочери без моего разрешения?   Питер мгновенно выступает вперед, закрывая Дженни спиной:   — Эд, следи за тоном. Да, неожиданно, но дети ведь обручены уже несколько лет, поэтому...   — А они сами знали? — выступает вперед Сьюзен.   — Нет, — отвечает Дженни. — Для них это тоже был сюрприз! И они оба были в восторге!   Эдмунд жестом велит открывшей было рот Сьюзен замолчать. Его взгляд, кажется, способен обращать в лед:   — Где моя дочь?   — А тебе зачем? — слегка дрожащим голосом отвечает королева.   — Не заставляй меня повторять, — Эдмунд сужает глаза.   Дженни молчит, но глаза ее выдают. Королева невольно косится за спину Эдмунду. Король Справедливый оборачивается, находя за поляной выглядывающие сквозь буйную листву очертания шатра. Не проронив и слова, Эдмунд резко разворачивается и быстрым шагом идет в ту сторону.   — Не надо! — вскидывает в его сторону руку Дженни.   Каспиан перехватывает ее взгляд:   — Я пойду. В конце-концов, я единственный, кто немного понимает его чувства. — пятый король едва ли не бегом бросается вслед за Эдмундом.   Дженни рвано вздыхает, накрывая ладонями свой живот. Питер притягивает ее к себе, чтобы поцеловать в висок. А после кивает Тристану, приглашая за ним последовать.   — Куда вы? — делает шаг вперед Дженни.   — В шатер жениха. — быстро отвечает Питер. — Если Эд разойдется, Ниэльсу понадобится помощь.   ***   Эдмунд влетает в красивый просторный шатер светло-голубого цвета, словно ураган. Первое, что он видит, это его собственная дочь. Коротая совсем не похожа на себя. По крайней мере, так кажется королю. Его дочь еще девочка. А эта леди в длинном белом платье со шлейфом — это взрослая девушка. Сзади на ее распущенных волосах закреплена фата. На голове также венок из крупных цветов магнолии. "Незнакомка" смотрит на себя в большое напольное зеркало в тот момент, когда Эдмунд появляется в шатре.   По ощущениям Эдмунда бьют острым кинжалом в бок, хотя в шатре кроме них двоих никого нет. Невеста разворачивается к нему лицом и на губах расцветает такая радостная улыбка.   — Папа!   Она идет у нему шагом настолько быстрым, насколько позволяет ей платье. Перед глазами у Эдмунда встает маленькая девочка, которая бросается к нему на руки в полном яблочного цвета саду. Сильви тогда было не больше пяти и длинное платье также мешало ей бегать.   Сильви бросается к нему в объятья, крепко к себе прижимая. Эдмунд по-прежнему не помнит, как дышать.   — Я так рада, что ты пришел.   От Сильви пахнет магнолией. Когда она через несколько секунд его отпускает, Эдмунд с изумлением вглядывается в черты ее лица. Она просто светится. И почему-то кажется такой взрослой. Это все гоблиново платье для взрослых.   Принцесса смотрит на побледневшего отца с обеспокоенностью:   — Пап, тебе нехорошо?   Эдмунд неопределенно дергает плечами.   — Пожалуйста, дыши.   Да, действительно. Эдмунд вспоминает о том, что ему действительно не помешало бы. Делает глубокий вдох. Выдох. Еще один вдох. Становится немного легче и Сильви несмело ему улыбается:   — Этот сюрприз тети Дженни... Я совсем не ожидала что я буду чувствовать себя в этом платье настолько счастливой!   — Счастливой? — заторможено переспрашивает Эдмунд.   Сильви мягко берет его за руки и ведет к мягкому пуфу на двоих. Они оба опускаются на него. Эдмунд не сводит глаз с Сильви. Принцесса делает глубокий вдох:   — Я знаю, что это очень тяжело для тебя. И я хочу, чтобы ты знал, я очень ценю то, что ты сейчас со мной рядом.   Эдмунд сглатывает. У него, пока что, нет слов.   Сильви выжидает пару секунд, а после — продолжает:   — Ты боишься перемен и это нормально. Но перемены не всегда к худшему. Я знаю, что ты не хочешь меня потерять, потому что любишь. Но я была и всегда буду твоей дочерью. Брак этого не изменит.   Эдмунд открывает было рот, чтобы что-то возразить, но не находит слов. Сильви ласково принимается поглаживать его ладони:   — Я никуда не денусь. Ты по-прежнему будешь видеть меня каждый день или же почти каждый. Роберт всегда будет в Кэр-Паравале, Ниэльс будет при нем, как и я. — Сильви вздыхает. — Я очень сильно его люблю, папа. Как ты — маму. И мне очень хочется свою семью. Я готова. Но Ниэльс никогда не заменит мне тебя. Просто знай это.   Сильви поднимает голову на вход в шатер и видит мужской силуэт. Судя по росту и длинным волосам — дядя Каспиан. Он, кажется, подслушивает, не решаясь войти. Сильви улыбается, сразу догадавшись, что дядя последовал за папой, чтобы успокоить его, когда тот раскричится. Принцесса улыбается краешком рта: дядя Каспиан всегда заступался за нее, что она не натворила бы.   — Пап?   — М-м-м — наконец сподвигается на ответ Эдмунд.   — Ты окажешь нам честь и соединишь нас узами брака, как король Справедливый?   Эдмунд озадаченно смотрит на дочь:   — Разве ты не хочешь, чтобы это сделал дядя Питер?   Сильви мотает головой:   — Мне бы больше хотелось, чтобы в этот особенный день рядом стоял именно ты.   Эдмунд неопределенно пожимает плечами. Сильви улыбается:   — Только ты должен пообещать, что не станешь пинать жениха или же делать ему подножки, чтобы расстроить церемонию.   Эдмунд кривится:   — Прямо пообещать?