Глава 2

Бар отеля был до отказа забит двойниками Пако. Пако? Пончо? Пабло. Драко усмехнулся, глядя в свой фруктовый и очень крепкий коктейль, помешивая его маленьким зонтиком, который для него, подмигнув, украсил бармен. Он не был уверен, когда именно решил, что ему нравится «Секс на пляже» и радостно хихикнул, но уже допивал второй бокал и чувствовал себя чересчур довольным, не беря во внимание, что вся поездка оказалась колоссальной ошибкой. Не заботясь больше ни о чём, он проигнорировал кучку шестикурсников и семикурсников, уже достигших возраста для выпивки, которые ютились в углу бара. Кто он такой, чтобы отказывать им в утешении после общения с Грейнджер? Драко был почти уверен, что сходит с ума. Он постоянно слышал голос Грейнджер, даже когда её не было в помещении, или же, если она была поблизости, делала вид, что не говорит, но Драко знал — говорила. Просто обязана была говорить... Иначе у него начал проявляться фамильный Блэковский приступ безумия. Малфой уронил голову в ладони и несколько раз ударился лбом о барную стойку. — Тяжёлый день, сеньор? — к нему подсела эффектная девушка в откровенном красном платье на тонких бретельках и на каблуках, подчёркивающих все те части женского тела, к которым Драко питал особую страсть. Хм, кажется, вечер перестаёт быть томным и есть надежда, что он скрасит этот испоганившийся день… Но тут Малфой резко вспомнил, что находится в другой стране и на школьной экскурсии с классом собственного сына. — Боюсь, сегодня вечером Вы мне ничем не сможете помочь, — отпив последний глоток своего коктейля, он бросил на блондинку искренний извиняющийся взгляд. Это было достаточно отрезвляющее осознание: может, и не стоило напиваться во время школьной поездки. — Ах, прошу прощения. Я не знала. Зачастую англичан трудно понять: нравятся им женщины или нет, — она пожала плечами и уже собиралась уйти. Потребовалась доля секунды, чтобы опьянённый мозг Драко осознал, что она сказала. — О, нет! Вы меня неправильно поняли! Я вовсе не предпочитаю члены! — крикнул Малфой ей вслед слишком громко. Девушка приподняла бровь, и на её лице заиграла лёгкая улыбка. Драко почувствовал, как кто-то похлопал его по плечу, и услышал за спиной пронзительный голос. — Драко, нам нужно поговорить. Повернувшись полубоком, он прошептал: — Не сейчас, Грейнджер. Я кое-чем занят. Она выглянула из-за его спины и скрестила руки на груди. Если под «кое-чем» ты имеешь в виду дешевку, заражённую венерическими заболеваниями… Он резко развернулся на каблуках и уставился на Гермиону. — Возьми свои слова обратно! — Нет! — Гермиона топнула ногой, обутой в отельный тапочек. Драко замер, оглядывая её с головы до ног. На ней был бордовый худи с эмблемой Хогвартса, спортивные штаны в тон, и тапочки в виде кошачьих лап. Глаза Малфоя расширились, когда он увидел состояние её волос. Святая Цирцея, неужели Книзл живёт у неё на голове? — Живоглот умер пять лет назад, Малфой! Это влажность, я никак не могу привести свои кудри в порядок, они не хотят меня слушаться! — вспыхнула она. — Ты живёшь на острове, где постоянно сыро круглый год. Что здесь-то не так? — Драко махнул рукой на пляж позади них. — Пожалуйста, просто пройдись со мной и поговори хотя бы пять минут. Уверена, Барби или Кен будут тут, когда ты вернёшься. — Ла-а-адно, — протянул он, но повернулся к бармену, прежде чем последовать за ней. — Два «Секс на пляже», пожалуйста. Гермиона щёлкнула пальцами в сторону группы студентов в углу, кивая в сторону лестницы, чтобы те отправлялись спать, и умчалась в сторону пляжа. Драко лишь сочувственно пожал плечами, наблюдая, как старшекурсники уныло потянулись наверх, по номерам. Гермиона не стала возражать, когда он протянул ей яркий коктейль. Они шли по пляжу, держа в одной руке коктейли, а в другой — обувь (у Гермионы это были всё те же тапочки), отправляясь на явно не-романтическую прогулку по пляжу… с «Сексом на пляже» в руках. Святой Мерлин… — Малфой, пожалуйста, скажи, что я не схожу с ума, и что с тобой тоже происходят странные вещи с тех пор, как мы побывали в храме. Слова вырвались из неё с такой скоростью, словно она больше не могла держать их в себе. — Я проанализировала каждый момент. Могу лишь предположить, исходя из наших… событий… что между нами возникла неопознанная магическая связь. Я провела серию тестов на себе, и, похоже, к моему магическому ядру ничего не привязано, но я бы хотела провести такую же диагностику на тебе, чтобы убедиться. — Грейнджер… — И, кстати, возможно, нам нужно будет провести диагностику на Скорпиусе, раз уж он твой кровный родственник. Разумеется, он твой сын! Он ведь твой сын, да? Может быть, между вами тоже есть какая-то связь, которую мы ещё не учли. У тебя есть в роду вейлы? Это могло бы всё усложнить. — Грейнджер… — Более того, нам нужно найти способ покончить с... Грейнджер! Она остановилась, волны нежно касались их пальцев. Как ты это сделал? Глаза Малфоя расширились от телепатического ответа Грейнджер. Он сделал укрепляющий, почти маниакальный глоток своего коктейля, оттягивая ответ. Не знаю. Я хотел достучаться до тебя…  и смог. Мерлиновы подтяжки! Именно! Долгое время никто из них ничего не говорил, ни мысленно, ни вслух. Они развернулись к океану и слушали шум прибоя, напрочь позабыв про коктейли, студентов и обувь… У Драко дёрнулся правый глаз. Напряжение последних двенадцати часов, в конце концов, настигло его. Он чувствовал себя абсолютно бесконтрольным, потерянным и на грани срыва. Он что, действительно прокричал незнакомке, что не любит члены? Малфой дёрнул ворот рубашки, внезапно почувствовав сильное возбуждение и жар. Маленький краб пробежал по его босой правой ноге, и он с визгом подпрыгнул. — Просто замечательно, чёртовы гиппогрифы! У Драко окончательно сдали нервы. — Если это правда, — сказал он, в панике жестикулируя, — не значит ли это, что я застрял вместе с тобой в своей голове на целых шесть месяцев? И всё это из-за того, что Фабио настоял на том, чтобы мы зашли в проклятый храм! И хоть один из компетентных волшебников и ведьм его остановил? Нееет! Его голос становился всё выше и громче. — Все были слишком им увлечены, воркуя: «Пабло то», «Пако сё». Это отвратительно. А тут я, рискую собой ради тебя, прыгая в ледяной бассейн, и потом… — Драко… — И что теперь делать? Грейнджер! — его голос уже достиг уровня «пронзительного писка летучей мыши», как однажды выразился Тео Нотт. — Я разговариваю с тобой, как ты и просила. Что, чёртов соплохвост, ты собираешься с этим делать? Драко наконец оторвался от своей истерики и увидел Гермиону с широкой улыбкой на лице. Потом она начала хихикать. — Ты думаешь, это смешно? — он понизил голос, пытаясь заглушить визг. — Драко, — Гермиона больше не могла сдерживать смех. — Я никогда не видела тебя в таком состоянии. Ты, конечно, умеешь устраивать истерики. Грейнджер разразилась хохотом. — Тебе весело? — Малфой был в полном недоумении. Его буквально серебристые волосы в свете луны встали дыбом от того, как он бесконечно запускал в них руки. Лунный свет отражался за его спиной. Она покачала головой, восхищаясь открывшимся видом. Святые основатели… Малфой чертовски привлекательный. — Спасибо, и я бы предпочёл, чтобы ты впредь не комментировала мою внешность. — Малфой, я не могу контролировать то, что проносится у меня в голове! Это нечестно. — Нечестно? — он сделал шаг ближе, сверкнув глазами. — Нечестно то, что тебе приспичило вернуться за своей тупой палочкой, из-за чего мы опоздали! Ещё шаг. — Нечестно, что ты упала в этот ледяной бассейн, и мне пришлось нырять и тебя спасать. Ещё шаг. Теперь они стояли лицом к лицу. — Нечестно, что ты вообще устроила эту дракклову поездку, и мы теперь в полном дерьме! Его кристально-серые глаза были ледяными, а её медово-карие — полными огня. — Тогда помоги мне всё исправить, — процедила она сквозь зубы. Ноздри Драко раздулись. Он лишь поднял стакан и сделал глоток через трубочку. — Малфой, что бы это ни было, на нас обоих это повлияло, и хотя к этому привели довольно неудачные обстоятельства, обвинения сейчас ничем не помогут. Давай хотя бы на время отложим сеанс взаимной перепалки, хорошо? Обещаю, в следующий раз, когда ты захочешь устроить истерику, я с радостью займу место в первом ряду. — Ладно. — Чудесно. Думаю, лучшим решением будет выспаться, а утром первым делом вернуться в храм. Возможно, Хечисеро Супремо поможет разобраться, что с нами произошло. — Я не могу. — Что? — недоверчиво спросила Гермиона. — Мне нужно быть завтра в Лондоне к совету директоров. А наш очень дорогой портключ, который, между прочим, оплатила моя компания, сработает ровно в девять. Я не могу пропустить заседание. И напомню — ты тоже. Гермиона застонала. Да, она не могла пропустить портключ, так как обещала помочь Виктуар выбрать свадебное платье до конца весенних каникул. — Как ты об этом узнал? — Потому что Флёр — моя дальняя родственница, и она прислала мне весьма агрессивную сову, настаивая на том, чтобы я проследил, чтобы ты была с нами, когда мы вернёмся. — Ха! Я так и знала! Не может быть, чтобы у тебя были такие... Красивые... — ...платиновые волосы, и при этом ни капли крови Вейлы в роду. Великий Годрик, у меня столько вопросов! — Прекрасно. Но тебе придётся отложить их на потом. Уже поздно. Я согласился посотрудничать с тобой над этой маленькой проблемой, и, как по мне, пять минут я отработал сполна. Спокойной ночи, Грейнджер. Увидимся утром. Малфой резко развернулся, желая поскорее сбежать и утопить свои беды не в каком-то «Сексе на пляже», а в большом бокале Огнеденского. — Малфой? Он почти сбежал. — Да? — может, если он не обернётся, она просто уйдёт. — Откуда ты узнал, что «Секс на пляже» это мой любимый коктейль? — Бляяяя… — Малфой швырнул свой недопитый коктейль в песок и резко развернулся, с силой растаптывая пластиковый стакан. Песок взметнулся в воздух, пока он выплёскивал всё своё раздражение на несчастный коктейль. Тяжело дыша, Драко, наконец, немного пришёл в себя. Откинул с лица волосы, поправил манжеты рубашки и пошёл подбирать туфли, которые отлетели в сторону во время его ярости. — Полегчало? — спросила Гермиона, облокотившись на дерево, скрестив руки и наблюдая за истерикой Малфоя. — Да. Удручённый, он предложил Гермионе руку, чтобы проводить её обратно в отель, и она приняла её.

***

Драко не мог уснуть. Его бросало то в жар, то в холод, то всё тело начинало зудеть... Тихий стук в дверь. Впустишь? Голос Грейнджер донёсся до его сознания через дверь. Он махнул рукой, и дверь отворилась, открывая вид на такую же растрёпанную Гермиону. Как ни странно, её волосы стали ещё более взъерошенными, чем раньше. — Я не могу уснуть. — Очевидно, — Драко сел на край кровати, обхватив голову руками. С тех пор как он начал готовиться ко сну, потребность в присутствии Грейнджер только усиливалась. — Можно… я просто посижу здесь и почитаю? — Пока я сплю? — Эм, да. Кажется, мне просто нужно быть рядом… или что-то вроде того, — она опустила взгляд, лёгкий румянец тронул её щёки. — Для кого-то, кто ещё несколько часов назад болтал без умолку, ты сейчас поразительно... немногословна, — Драко нахмурился, сам удивившись своей формулировке. Вздохнув, он кивнул на единственный жёсткий стул в углу, приглашая её присесть. Малфой взбил подушку, расправил простыни и лёг на спину, сложив руки на груди. — Ты и правда так спишь? — её голос донёсся из угла. — Иногда… Гермиона фыркнула. — Что-то не так с тем, как я сплю? — Нет, просто выглядит не слишком удобно. — Благодарю за столь пристальное внимание к моей позе для сна. Обязательно учту, когда в следующий раз буду пытаться заснуть. — Хорошо, забудь. — Обязательно, — Малфой прыснул и снова закрыл глаза, но боль постепенно утихала от одного лишь её присутствия. В этот момент Драко показалось, что внутри него раздался голос: «Жан Вальжан! Жан Вальжан!» Волосы встали дыбом: он стал похож на человека, который слушает что-то ужасное. — Грейнджер… — М-м? — Пожалуйста, не читай вслух. — Я не читаю. «Да, именно так! Заканчивай!» — сказал голос. — «Заканчивай то, что начал! Разбей эти подсвечники!» — Грейнджер. — Что? — сказала она уже с заметным раздражением. — Ты можешь читать про себя? — В смысле? — Я слышу, что ты читаешь. Она вздохнула и закрыла книгу. Несколько минут они сидели в полной тишине, прежде чем Драко снова заговорил. — Мне, кстати, нравятся «Отверженные». Можешь читать дальше, вслух или про себя. Гермиона ничего не ответила. Уничтожь это, Шанматье! Действуй! Аплодируй себе! Всё решено, определено, утверждено, согласовано... Она снова перестала читать. — Малфой? — Да? — Этот стул ужасен. — Какая жалость. Вот старик, который не знает, чего от него хотят, который, возможно, ничего не сделал, и невинный человек, все беды которого связаны с тобой. — Грейнджер. Иди сюда, — Драко отодвинулся на дальний край своей огромной кровати. Перевернувшись на другой бок, он натянул одеяло до подбородка и закрыл глаза. Малфой почувствовал, как прогнулась кровать, когда Грейнджер неуверенно села. ...на которого твоё имя давит как преступление, которого вот-вот примут за тебя, осудят, и он закончит свои дни в нищете и ужасе. Грейнджер. Что теперь? Можно перескочить на что-нибудь порадостнее? Она вздохнула, и он услышал, как перевернулись страницы. Она не показала ни удивления, ни радости; она и была самой радостью. Её простой вопрос: "А Козетта?" — был задан с такой глубокой верой, с такой уверенностью, с таким полным отсутствием тревоги... Драко откинул одеяло и сел. — Это же момент, когда Фантина умирает! Тело Гермионы затряслось от истерического смеха. — Если ты уже решила почитать сегодня вечером, то, по крайней мере, выбери что-нибудь, что нам обоим может принести удовольствие. Драко наклонился к ней и, перегнувшись через её ноги, поднял книгу с пола. — Гордость и предубеждение? — Гермиона просияла, увидев сокровище, которое он буквально положил ей на колени. — Посмотри на дату публикации. Она быстро перевернула страницу и ахнула. Первое издание. Да. Как? Я Малфой. — Это не ответ, и ты это знаешь. Драко улыбнулся. — Какой-то мой прапрапрадед дружил с Джейн Остин. Последние несколько лет я разбираю нашу семейную библиотеку, пытаясь её немного сократить. — Ты не читал эту книгу раньше? — Очевидно, нет. Вот поэтому я взял книгу с собой в поездку. Хотя, учитывая, что поездку организовала ты, времени на чтение у меня не было, — он открыл один глаз, чтобы бросить на неё пристальный взгляд. — С этим можно кое-что сделать, — Гермиона откинула одеяло и поправила подушки, устраиваясь поудобнее. Невербально сотворила синий светящийся шар, который парил в воздухе рядом с ней, и приглушила общий свет палочкой. — Где, Мерлиновы подтяжки, ты прячешь палочку? — Малфой указал на неё. — Чары расширения. — Мм, ну конечно, — Драко снова закрыл глаза. Глава первая. Общеизвестная истина гласит: холостяк, обладающий солидным состоянием, непременно должен искать себе жену. Драко улыбнулся. Именно так. Мерзавец. Продолжай, пожалуйста. Грейнджер прочистила горло. Гермиона читала всю ночь напролёт, но в конце концов они оба уснули. Их сны временами переплетались, но в целом были спокойными, учитывая напряжённый день, который они провели вместе.

***

Аромат гардений наполнил лёгкие Драко. Его будильник, установленный с помощью палочки, зажужжал, но он махнул рукой, и вздремнул ещё минут десять. Малфой начал потягиваться, но остановился, когда его рука коснулась нежной кожи — не его собственной. Сны прошлой ночи были особенно приятными, и Драко не хотел просыпаться. Подтянув к себе источник аромата, оказавшегося под его правой рукой, он позволил свободной блуждать по телу. Его рука скользнула по гладким плечам, спустилась вдоль спины и остановилась на мягкой, округлой попке. Он слегка сжал её, и девушка, пахнущая гардениями, прижалась к нему ещё сильнее, уткнувшись головой в его плечо. Малфой обнял её крепче. Слишком рано. — Ммм, — удовлетворённо согласился он. Драко подвинулся, чтобы прижаться к Гермионе, и она отозвалась, обняв рукой его талию. Всё ещё не до конца понимая, спит он или уже нет, Малфой откинул с её лица мягкие волосы. Драко жаждал поцеловать её. Он открыл глаза, но в комнате было темно, только голубой шарик света парил над другой стороной кровати. Странно. Ммм? Ничего, моя дорогая. Хорошо. Драко улыбнулся. Вот оно — спокойствие. Вот оно — умиротворение. Он прижался губами к её лбу, провёл по щеке, носу, задержался над губами. Годрик, можно быстрое заклинание освежения дыхания? Малфой застыл. Его разум пока не успел осознать, что именно в этой ситуации не так. Он осторожно убрал руку, которая благоговейно ласкала чужую задницу, и потянулся за палочкой к прикроватному столику. Ведьма недовольно пробормотала что-то, перекатившись на другую сторону кровати, и освободила его прижатую руку. Драко схватил палочку и сел, одним взмахом включая прикроватную лампу. Ведьмой оказалась Грейнджер. Малфой прислонился к изголовью кровати с закрытыми глазами, пока на него не нахлынули воспоминания о прошедшем вечере. Его сердце бешено заколотилось. Нужно было срочно успокоиться, иначе Грейнджер проснётся и поймёт, что он возбудился и начал исследовать её задницу. Драко медленно выбрался из кровати. Приманив с помощью Акцио туалетные принадлежности, он отправился в душ. Очень холодный душ. Через время, которое превышало его обычные водные процедуры, Малфой вышел из душа только в одном полотенце, крепко завязанном на бёдрах. В спешке, он забыл взять чистую одежду с собой в душ. Осторожно приоткрыв дверь, Драко увидел, что Грейнджер больше в комнате нет. Облегчённо выдохнув, он подошёл к своему чемодану и оделся. Малфой был готов вернуться домой и отказывался думать о том, насколько тяжело будет спать не в одном доме с Грейнджер. Они даже в одном отеле не выдержали раздельного проживания. Драко с треском провалился в попытке не думать обо всём этом.

***

— Студенты, сюда, пожалуйста. Не забудьте держать ваши палочки крепко в руках. Наш портключ где-то вот здесь, — Гермиона, проходя по пустому полю, направляла группу. По иронии судьбы, сегодняшние портключи были миниатюрными копиями Эль-Кастильо. Взгляды Драко и Гермионы невольно встретились, и они смущенно переглянулись. Извини за утро. Честно говоря, это я ночью немного вторглась в твои границы. Я просто бедная, измученная душа. Гермиона фыркнула, пытаясь сдержать смех. — Пап, — недоверчиво прищурившись, Скорпиус посмотрел на него. — Что происходит? Ты с утра подозрительно довольный. — Просто рад возвращению домой, — пожал плечами Драко, торопливо поправляя рукава пиджака и избегая взгляда сына. — Ага, конечно, — пробормотал Скорпиус и повернулся к Розе и другим студентам, которые болтались поблизости, ожидая сигнала к отправлению. К ним по полю, быстрым шагом, направлялся Пабло. А следом за ним, облачённый в мантии и сандали, шагал Верховный Волшебник Хечисеро Супремо. — Сеньора Грейнджер! Подождите, мне нужно срочно с вами поговорить! — громко окликнул Пабло, и все на него оглянулись. Идиот. Драко взглянул на часы. У них оставалось не больше пяти минут до активации портключей. — Сеньор Малфой, можно вас на пару слов, — подойдя ближе, спросил Пабло. Драко не торопясь отряхнул брюки, потом лениво подошёл к Пабло. Он скептически приподнял бровь, давая понять, что не желает начинать разговор первым. — Хечисеро Супремо сообщил мне сегодня утром, что вчера в Эль-Кастильо произошёл некий инцидент, — сказал Пабло с выражением ожидания на лице. — И?.. — холодно откликнулся Драко. — Вы выходили из пирамиды последними. Может, хотите что-нибудь рассказать? — Пабло буквально захлёбывался предвкушением. — Нет. Гермиона не сказала ни слова — ни вслух, ни мысленно. Она только смотрела под ноги и нервно теребила пальцы. Грейнджер, я не хочу это обсуждать с Пабло. Грейнджер. … — Мы… мы опоздали! — пискнула Гермиона и тут же прикрыла рот ладонью. — Прости, Малфой, но нам нужен Пабло как переводчик. Насколько я знаю, ни ты, ни я не говорим свободно по-испански, а он может быть полезен. К тому же он знаком с таким видом магии. Пабло просиял. Его глаза загорелись от нетерпения, когда он пытался решить, на ком сосредоточиться в первую очередь. — О, это же потрясающе! Вы должны остаться, и мы сможем обсудить все изменения, происходящие с вашими телами и разумом! — Нет, — отрезал Драко, скрестив руки на груди. — Мы обязаны вернуться домой. Если у вашего вождя возникнут вопросы, пусть свяжется с нами через камин. — Нет! Вы не можете! Мы должны глубже изучить ваш необычный опыт в La Sauna del Deseos! Драко застыл. — Как назывался этот гигантский источник? Повтори ещё раз. Испанский был очень близок к французскому, на котором Малфой мог общаться бегло… Пабло посмотрел ему прямо в глаза, и Драко впервые почувствовал, что этот человек совсем не тот, за кого себя выдаёт. — La Sauna del Deseos, — произнёс Пабло. — Сауна Желаний? Вы всерьёз заставили нас привести десять подростков с бурлящими гормонами в гигантскую, раскалённую… жижу?! Драко почувствовал, как в нём закипает ярость, которая копилась ещё со вчерашнего подъёма на пирамиду. Вдруг стало нестерпимо зудеть по всей коже. Он слышал рядом дыхание Гермионы, и чувствовал её пульс, будто это был его собственный. — Драко, ты в порядке? — Гермиона обеспокоенно посмотрела на него. — Вполне. Просто… здесь слишком жарко, — пробормотал он и начал дёргать нелепый зелёный галстук, который зачем-то надел с утра. В воздухе, над каждым портключом, появился минутный отсчёт до активации. — Нам пора. Было приятно познакомиться. Увидимся через шесть месяцев и, надеюсь, не раньше, — процедил Драко. Он крепко схватил Гермиону за руку и не оборачиваясь, потащил её к портключу. — Каминная сеть, если что! — выкрикнул им вслед Пабло. Он больше не улыбался. Его лицо стало таким, словно у ребёнка отобрали самую вкусную и желанную конфету. Драко всё ещё держал Гермиону за руку. Его гнев уже утих, уступив место странному, но приятному ощущению от её близости. Это одно из последствий нашей…  ситуации? Ты тоже это чувствуешь? — отозвался голос Гермионы в голове Драко. Да. Малфой отпустил её руку, внезапно осознав, что их окружают другие люди. Ещё сутки назад они едва терпели друг друга. Как, во имя Мерлина, им теперь продержаться ближайшие месяцы? — Убедитесь, что ваш багаж в карманах! Для активации портключа достаточно лишь прикоснуться к нему. Десять секунд… — командовала Гермиона, пока обратный отсчёт приближал их к дому. В поле, неподвижно, стоял Верховный Волшебник. Рядом с ним явно нервничая, ёрзал Пабло. С этим магом им придётся поговорить и как можно скорее. Драко встретился взглядом с пожилым волшебником и кивнул… А в следующую секунду почувствовал знакомое, почти болезненное дёрганье в районе пупка. И мир вокруг исчез…

***

Они приземлились прямо у ворот Хогвартса точно там же, откуда пять дней назад отправлялись в Мексику. — У вас осталось три дня до конца каникул, — громко объявила Гермиона. — Директор Макгонагалл распорядилась, если кто-то из вас хочет успеть побывать дома до окончания весенних каникул, пройдите до «Трёх мётел». Мадам Розмерта любезно согласилась помочь и подготовила для вас камин, чтобы вы быстро отправились домой. Остальные — отправляйтесь по своим гостиным и отдохните. Обед будет подан в Большом зале по расписанию. Ученики разошлись по разным сторонам, а Драко застыл на месте. Он не был уверен, что делать дальше. Малфой понимал, что пора отправляться в Мэнор и готовиться к сегодняшнему совету директоров… но что-то удерживало его на месте. Он смотрел на Грейнджер и не мог отвести взгляда. — Пап? — рядом возник Скорпиус, снова бросая на него странный, изучающий взгляд. Он проследил за отцом прищурившись, и застонал. — Опять? Серьёзно, пап? Поездка закончилась. Может мы спокойно пойдём? — Нет. То есть, да. Грейнджер, я… сову пришлю, — нахмурился Драко, так и не сумев толком сформулировать, что хотел сказать. — Что ж. Спасибо за помощь с поездкой, Малфой. Удачи... — Гермиона тоже запнулась, не находя слов. Скорпиус уставился на них, переводя взгляд с одного на другого, пытаясь понять, что за странная перемена случилась между его преподавательницей и отцом. Я свяжусь с нашим семейным юристом и кое-кем из Отдела Тайн. Наверняка можно что-то сделать в ближайшее время, — подумал Драко, посылая мысль Гермионе. Хорошая идея. Я посмотрю, есть ли в библиотеке какая-нибудь информация на эту тему. Он не смог сдержать улыбку. Гермиона, опустив взгляд, тоже робко улыбнулась в ответ. — Вы оба окончательно тронулись, — сказал Скорпиус, качая головой и направляясь к Розе. — Пока, Грейнджер. — Увидимся, Малфой. Они развернулись и пошли в разные стороны. Никто из них не обернулся, но надеялся, что оглянется другой.