Глава 5

— Выглядишь паршиво, — Блейз констатировал факт, нежели спросив Малфоя, что с тем происходит. На его лице было написано недоверие. — Драко, в последний раз ты брал отгул, когда подхватил Грипп Баварского Нюхлера, и то только потому, что потерял сознание перед тем, как прийти в офис через камин. Не говоря уже о том, что ты уже одет в костюм, который, судя по всему, выбрала Миппи. Ты надеваешь свой тёмно-синий костюм от Армани только тогда, когда слишком психуешь, что просишь домового эльфа одеть тебя, как маленькая девочка наряжает своих кукол. Блейз был слизеринцем до кончиков пальцев, чтобы пропустить даже мелочь. И ещё вдобавок лучшим другом Малфоя для его же блага. Пальцы Драко нервно дёрнулись в сторону галстука — невольный жест, выдающий ложь о недомогании. Драко внутренне скривился. Обычно он врал куда изящнее. Очевидно, присутствие Грейнджер притупляло его разум. Оставался только один выход из этой ситуации. — О нет… Блейз, — пробормотал Драко, сымитировал отрыжку и прикрыл рот рукой. — Меня сейчас стошнит, — добавил он с поддельным придыханием, и тут же прервал их разговор. Провёл рукой по волосам, остановился на полпути, поняв, что портит идеально уложенный завиток. Драко быстро потянулся за компактным зеркальцем, спрятанном в укромном уголке, который он вырезал в стене у камина. Ему нужно было убедиться, что его волосы по-прежнему аккуратно уложены. Малфой специально, а может и нет, держал зеркальце не только для звонков через камин. — Было весьма занимательно за тобой наблюдать, — раздался голос Гермионы с порога его кабинета. В руках у неё был свежий чай. Драко попытался незаметно вернуть зеркальце на место, но оно грохнулось на пол. Фыркнув, он запихнул его обратно, поднялся и отряхнул сажу с брюк. — Можешь войти, но раз уж подглядывать — теперь твой стиль... — бросил он, поворачиваясь к письменному столу, на котором стоял немного устаревший компьютер. — Как думаешь, сколько времени потребуется, чтобы я хоть немного понравилась твоим домовым эльфам? — спросила Гермиона, усаживаясь на его кожаный диван и подгибая под себя босые ноги. Драко лишь презрительно фыркнул. Больше, чем ты тут задержишься. Грубиян. Любопытство взяло верх. — Что-то случилось, раз ты об этом спросила? — Нет, — отозвалась она и сделала глоток чая и тут же сморщилась. — А, я понял. Этот чай тебе Миппи или Бернард приготовил? — Миппи! Я думала, мы с ней поладили вчера вечером. — Что ж… — пробормотал Драко, постукивая по пробелу на клавиатуре. Компьютер уныло издавал странные звуки при каждом нажатии. — Прости, — быстро убрал он руку с ванильно-белой клавиатуры. — Миппи принадлежала Астории. Знаю… — Он поднял ладонь, останавливая тираду, которую Гермиона явно уже приготовила. — Так было принято, когда мы с Асторией поженились. Это было за пару лет до того, как ты провела Закон о правах домовых эльфов. К слову, я его полностью поддержал, если ты вдруг забыла. Гермиона молча закрыла рот, и заставила свой разум замолчать. — Я мало с кем встречался, — продолжил Драко, опустив взгляд на руки. — У меня никогда не оставалась на ночь женщина, если только не родственница или Пэнси. При всей нашей напускной важности, Малфои — тоже просто люди. И Миппи, возможно, слишком преданная. Она обожала Асторию. Гермиона кивнула и отпила глоток чая, и снова поморщилась от сладкого привкуса. Романтика прошлого вечера, или что бы там ни было, которая витала в воздухе накануне вечером, окончательно улетучилась. После ночи, проведённой в пределах ста футов от Грейнджер, тянущее чувство внутри притихло. Боль от этого странного притяжения осталась глухой, почти незаметной. Не то что вчера, когда он был в офисе. С этим можно было справиться. Жизнь Драко была чёткой, выверенной и до жути предсказуемой. А теперь Гермиона Грейнджер вбросила в неё гаечный ключ размером с гиппогрифа. Его пальцы нервно заскользили по клавишам, колеблясь между тем, чтобы отправить письмо, или просто отвлечься от ведьмы, которая находилась с ним в кабинете. На мгновение в камине вспыхнул огонь, и из него вылетела записка. Драко тут же поднялся и поймал её на лету, прежде чем она успела упасть на ковёр и испачкать его золой. Не задумываясь, Малфой развернул её. Сеньора Грейнджер, Рад Вас слышать. Конечно мы сможем поговорить. Устроит ли вас час дня по вашему времени? Хечисеро Супремо утренняя пташка. С нетерпением жду от вас вестей. Пабло. Драко подавил стон, и молча протянул записку Гермионе. — Прошу прощения, это любовное письмо от Пако. — О, не начинай, — фыркнула она, быстро пробегая глазами по строчкам. — И его зовут Пабло. — Драко? — Ммм? — отозвался Малфой, делая вид, что задумчиво смотрит в окно. Его пальцы легонько постукивали по ноге, выдавая притворное безразличие. — Я не учла разницу во времени, — слегка прикусив нижнюю губу Гермиона продолжила. — Думаю, нам стоит заглянуть в библиотеку Хогвартса, пока есть время до встречи. Возможно, мы могли бы воспользоваться камином в Хогсмиде? Он ведь совсем рядом с замком. И, не дожидаясь ответа, она без палочки притянула перо с его журнального столика, чтобы написать Пабло письмо. Драко прекрасно владел беспалочковой магией. Тем не менее, он всегда с любопытством наблюдал, как используют её другие, и какие именно заклинания доводят до автоматизма, чтобы применять магию невербально. Это был отличный способ узнать о человеке больше, не задавая лишних вопросов. Беспалочковая магия, чтобы налить чая? Обжора. Легко меняет цвет блузки щелчком пальцев? Самовлюблённая. Акцио удивительно сложное невербальное заклинание, и всё же Грейнджер справлялась с ним так же непринуждённо, как и со многими обычными вещами. Практичная и опытная. Малфой недовольно скривился, осознавая, что опять восхищается Грейнджер. — Кстати… — Драко тяжело вздохнул. У него не было совершенно никакого желания вызывать в её присутствии сварливого домовика. Обычно он звал Бернарда лишь тогда, когда принимал старших родственников или чистокровных. — Бернард! Рядом с ним раздался свистящий хлопок и появился старый домовик. — Вызывали, хозяин Драко? Чем я могу служить самому благородному и древнему дому Малфоев? — торжественно проговорил он, картинно взмахнул рукой и отвесил глубокий поясной поклон. Гермиона поспешно прикрыла рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Явно эта театральность была устроена ради неё. — Эм… спасибо, — нахмурился Драко. — Будь добр, сходи в Глицинию и подготовь дом к нашему прибытию. В ближайшие месяцы мы с мисс Грейнджер, скорее всего, будем бывать там регулярно. — Как пожелаете, хозяин Драко. Понадобится несколько минут, чтобы собрать вещи, и мы там пробудем в течение часа, — с чуть меньшим поклоном ответил Бернард. Эльф приподнял голову, чтобы убедиться, что Грейнджер смотрит, надеясь увидеть в её глазах должное уважение к его господину. Гермиона чуть склонила голову, сдерживая рвущийся наружу смешок. Бернард, решив, что она проявила почтение, остался доволен и исчез с очередным громким щелчком. — Мерлин, — хихикнула Гермиона. — Он теперь каждый раз будет устраивать такие представления? — Он странный, но верный, — Драко покачал головой, борясь с тенью улыбки, скользнувшей по его лицу. — Миппи! — позвал Малфой снова. — Планы изменились. Пожалуйста, помоги Бернарду подготовить Глицинию. Мы пообедаем и выпьем чаю там. И… ээээ… не забудь про пирожки, — добавил он вполголоса. Гермиона в этот момент заканчивала письмо Пабло и фыркнула, услышав не особенно тихую просьбу. Это были его зубы, пусть и портит себе, так что она решила ничего не говорить о его пристрастии к сладкому. — Грейнджер, у тебя с собой всё, что тебе нужно? — спросил Драко, взглянув на наручные часы. Глаза Гермионы скользнули к запястью Малфоя, пока она доставала палочку из пучка волос и лёгким движением призывала сумку и туфли из его спальни. — Я готова, — весело ответила она, вставая. И только тогда Драко заметил, во что Миппи нарядила Гермиону. Это было ужасно. — Грейнджер, почему ты надела этот чёртов рождественский свитер в марте, лосины с леопардовым принтом и туфли на каблуке, в которых ты была вчера вечером? Я думал, Миппи принесла тебе одежду из твоих личных покоев. Ты всегда так одеваешься? — Драко вдруг задумался, нет ли у этой ведьмы, с которой его волей-неволей связала судьба, каких-то странных наклонностей. И если есть — насколько сильно его это тревожит? Это действительно его беспокоило? — Нет, обычно я так не одеваюсь, — фыркнула Гермиона. — Думаю, она просто не поняла, где именно я храню свои вещи... Она потянула свитер вниз, пытаясь прикрыть задницу, но, видимо, случайно нажала какую-то кнопку. Свитер заиграл невнятную рождественскую мелодию, при этом замигали крошечные лампочки. Гермиона в панике начала хлопать по себе, пытаясь выключить это безобразие, но в результате только усилила эффект. Глаза Драко расширились, и он наконец не выдержал и рассмеялся. — Смейся-смейся, Малфой! Я найду точно такой же и подарю тебе на Рождество! И заставлю надеть! Драко пришлось присесть, пока он с ликованием наблюдал, как Грейнджер отчаянно борется с поющим свитером. Когда ей наконец удалось отключить праздничное безумие, она подняла взгляд и увидела уже сдержанного Драко, но с широкой довольной улыбкой. — Именно такой комедийной развязки мне и не хватало. Спасибо, Грейнджер. — Всегда к услугам самой глупой и невротичной семье Малфоев... — пробормотала она себе под нос, в тот самый момент, когда мимо проходил Бернард с ведром и шваброй в руках. — Забери свои слова назад, девка! — сплюнул домовик, трясясь и сжимая швабру от гнева, пока стоял у двери. — Берни! — Драко снова расхохотался, с трудом выговаривая слова сквозь смех. — Да она просто расстроена... — он задыхался от смеха, — потому что Миппи одела её как... как... — Малфой не мог остановиться, — как домовика! Только в одежду! Малфой снова рассмеялся до слёз, попутно вытирая глаза. Бернард вздрогнул, переводя взгляд со своего почти потерявшего дар речи хозяина на странно одетую ведьму. — Так ей и надо за клевету в адрес моего хозяина, — буркнул эльф, удаляясь с ворчанием про «девку» и «развратницу». — Прекрасно, теперь все твои домовики будут считать, что я какая-то скандалистка? — Гермиона скрестила руки на груди, пытаясь хоть как-то защититься. — Если тебя это утешит, то в глазах Берни ты уже не шлюшка, а просто девка. Прогресс, — Драко встал улыбаясь и указывая на дверь. — Ладно, пошли. Нам либо придётся идти вместе к воротам Хогвартса, либо можем через камину ”Трёх мётел". — Через камин, — ухмыльнулся он. — Я очень хочу, чтобы тебя увидели в этом великолепии. Парад позора должен быть публичным. Гермиона застыла на месте. — Я об этом не подумала, —пробормотала она, снова прикусив губу. — Если подумать и пересмотреть маршрут… — Оооо, нет, Грейнджер. Обратный ход в нашей игре против правил. Пошли... — Драко схватил мешочек с летучим порохом, бросил горсть в камин и чётко произнёс: «Три метлы»! И шагнул в пламя. Он вышел в почти пустой паб — было ещё слишком рано для обеденного наплыва. За стойкой стояла только Ханна Аббот — владелица «Трёх метёл» уже третий год. Гермиона появилась за ним секундой позже. Туфли на каблуках она сменила на ярко-фиолетовые кеды. — Обманщица, — нахмурился Малфой. — Ха-ха, — фыркнула она и махнула Ханне, которая шокировано смотрела на них и пыталась понять, чему удивляться больше: наряду Гермионы или её обществу с Драко Малфоем. — Эм… привет, Гермиона, — неуверенно кивнула Ханна, всё ещё держа в руке тряпку. — Привет, Ханна. Всё по делу, для Хогвартса, — сказала Гермиона бодро, и гордо прошествовала к выходу с высоко поднятой головой. Драко, кивнул Ханне в знак приветствия и последовал за Грейнджер на залитую утренним солнцем улицу. Гермиона уже была на полпути к замку. Не бежала, но энергично шагала. Улыбка невольно коснулась губ Драко. Он ускорил шаг, чтобы догнать её, не прилагая особых усилий. Его размашистые шаги легко нагоняли её короткие. Прошло много времени с тех пор, как Драко в последний раз ходил по этой старой дороге к замку. По обочинам начали распускаться цветы. Он сцепил руки за спиной, любуясь картиной. Я совсем забыл, как приятно в Хогвартсе весной. Гермиона чуть повернула голову и взглянула на него. Я тоже, — ответила она с лёгкой улыбкой. Они добрались до ворот быстрее, чем Драко ожидал. Он догадался, что Гермиона заранее послала патронус, потому что у ворот их уже ждал Хагрид. Полувеликан был одет в потёртый джинсовый комбинезон с закатанными рукавами и рубашку в клетку. Очевидно, он работал на территории, когда получил просьбу Гермионы открыть ворота. — Привет, Гермиона! — радостно сказал Хагрид, захлопывая за ними ворота своими огромными руками. — Малфой, давненько не виделись. Что привело тебя в замок? — Профессор Хагрид, рад вас видеть. Я тут кое-что изучаю, и Грейн… профессор Грейнджер согласилась мне помочь. — Эх, теперь я просто Хагрид, — махнул он рукой. — Преподавание оставил, как только правнук самого Ньюта Саламандера проявил интерес к работе здесь. А я всё по-прежнему за территорией ухаживаю. Он взглянул на свои перепачканные в земле руки и колени, и громко рассмеялся. — Хотя, похоже, земля за мной, а не наоборот! Хохот был настолько громким, что вспугнул стаю птиц, клеваших что-то неподалёку. Оба невольно вздрогнули от неожиданной вибрации. Гермиона с натянутой улыбкой кивнула и жестом предложила продолжать путь. — В любом случае, как прошла твоя поездка, Гермиона? — поинтересовался Хагрид в своей обычной добродушной манере. — Прекрасно, Хагрид! А ты бывал в Америке? Гермиона продолжала болтать о том, какие места они посетили, пока шли к главному входу. Замок почти не изменился с тех времён, как они сами были учениками. Лишь кое-где можно было заметить новые кирпичи в кладке, а территория осталась прежней, за исключением нового Мемориального сада у Астрономической башни. Драко ускорил шаг, чтобы идти рядом с Гермионой. Он не хотел лишний раз задерживать взгляд на башне. Почти двадцать лет прошло, а он всё ещё избегал эту часть замка. Гермиона и Хагрид задержались во внутреннем дворе, оживлённо болтая. Драко же воспользовался возможностью ненадолго отойти и взглянуть на поле для квиддича. Оно было слишком далеко, чтобы подойти поближе, но сердце всё равно защемило от ностальгии. Сердце Драко болело по ушедшим дням, когда он играл за команду Слизерина. Скорпиус, конечно, летает неплохо, но он не так увлечён игрой, как я в его возрасте. При всех внешних сходствах, интересами сын больше походил на мать. Скорпиус был отличным писателем и тяготел к музыке. Зато их с Драко объединяла любовь к книгам и учёбе — того, чего Астория не разделяла. Жаль, что у нас не было больше детей. Хотелось бы иметь повод чаще приезжать… хотя бы ради матчей по квиддичу. Он и не заметил, как мысленно передал это Гермионе. Драко почувствовал не звук, а мягкое, невидимое прикосновение утешения. Необычно тёплое и глубоко личное. Это было что-то новое. Драко замер, не зная, как реагировать на ощущение, будто его телепатически обняли. Это длилось всего мгновение, но чувство полного понимания без слов накрыло его с такой силой, что он невольно остановился. Он отметил, что обязательно выяснит позже, насколько глубока может быть эта связь с Грейнджер, когда они поговорят с Хечисеро Супремо. — Драко! — позвала Гермиона. — Иду! — крикнул он через плечо, бросив последний взгляд на поле. Они помахали Хагриду на прощание и вошли внутрь, через тяжёлые дубовые двери. Драко раньше никогда не видел личные покои преподавателей. Даже Снейп пускал его только в кабинет, и то по особым случаям. Кабинет Древних Рун всё ещё находился на пятом этаже, недалеко от ванной старост. Пройдя мимо, Гермиона остановилась у портрета прекрасной фрейлины. — Добрый вечер, Корделия. Надеюсь, вы хорошо провели праздники, — вежливо поприветствовала она портрет. Девушка в бело-розовом платье и большой маггловской шляпе лишь застенчиво моргнула в ответ. Гермиона раздражённо фыркнула, увидев, что портрет не реагирует, и произнесла пароль. — Фрейя. Портрет тут же отъехал в сторону, открывая проход. Драко не знал, стоит ли ему подождать снаружи или последовать за ней внутрь. Через мгновение, когда портрет не закрылся, он прошёл за Грейнджер. Комната оказалась просторной: с камином, уютным диваном и небольшой кухонькой. Из окна открывался прекрасный вид на озеро. —Знаешь, я думаю, что прямо под нами находятся подземелья Слизерина, —рассеянно произнёс Драко, выглядывая из её окон. — Правда? — донеслось из спальни. В комнате было ещё три двери помимо той, что вела в спальню. Любопытство взяло верх, и Драко приоткрыл первую. За ней оказался гардероб с плащами и резиновыми сапогами. Он тихо закрыл дверь и подошёл ко второй. Она вела в кабинет. Просторная комната с классическими сводчатыми потолками, как и полагается в Хогвартсе. На противоположной стене Драко заметил ещё одну дверь, через которую, предположительно, входили студенты, чтобы пообщаться с Гермионой. Кабинет выглядел, как и у большинства преподавателей, если не считать катастрофического беспорядка и невероятного количества книг, заставивших Малфоя непроизвольно вздохнуть. Святой Салазар, она что, решила переселить библиотеку Хогвартса и Выручай-комнату к себе в кабинет? Подсматривать невежливо, Малфой. Вздрогнув, Драко быстро закрыл дверь кабинета и сел на диван. Схватил последний номер «Ведьминого досуга», но быстро отложил журнал, когда увидел собственное лицо в разделе светской хроники. Жизнь Грейнджер сильно отличалась от его собственной. Малфой получил общее представление о её пути после Хогвартса из вчерашнего разговора, но сейчас, находясь в её личном пространстве, она переставала быть просто «та самая Грейнджер, с которой мне теперь век мучиться», и становилась «просто Грейнджер». Драко быстро осознал, что все предположения, которые она сделала о нём, могут обернуться против него самого. Грейнджер вернулась спустя несколько минут, одетая в магловские джинсы, рубашку с цветочным узором и длинный песочный кардиган. Кроссовки она решила не менять и оставить те самые, сиреневые. Драко поймал себя на мысли, что этот непринуждённый наряд показался ему неожиданно милым. — Я, вообще-то, хотела устроить тебе экскурсию, но раз уж ты уже успел всё разнюхать… — Гермиона с лёгким упреком приподняла бровь, глядя на него. — Но ведь я так и не открыл дверь номер три, — указал он на оставшуюся дверь рядом с кухней. — Там кладовка. Храню зелья и перекусы. — Надеюсь, ты их не путаешь, когда приходишь ночью за печеньем. Грейнджер нахмурилась, готовясь резко отреагировать, но увидела едва заметную ухмылку на его губах и всё поняла. — Да-да… Один раз перепутаешь высушенных жаб с печеньем, и потом больше никогда не вернёшься. Драко расхохотался, совершенно не ожидая такой колкости. Гермиона улыбнулась, довольная его реакцией на её шутку. Никто никогда не понимает моего юмора. Вероятно, они слишком недалёкие, чтобы его понять. Гермиона прочистила горло после того, как они ещё какое-то время просто смотрели друг на друга, как удивлённые, влюблённые первокурсники. — Кажется, у меня в кабинете есть несколько томов, на которые стоит взглянуть, прежде чем мы отправимся в библиотеку, — сказала она и указала на уже исследованную вторую дверь. Драко последовал за ней в захламлённый кабинет. Взмахом палочки Гермиона зажгла свет. Комната пахла цветами и пергаментом. Воздух был пропитан магией, что всегда витала в стенах замка. Она протянула ему стопку книг и указала на стул по другую сторону от её стола. — Эти я не успела толком просмотреть вчера перед ужином. Я возьму ту стопку, что прислала мадам Пинс прошлой ночью, — Грейнджер показала на не менее внушительную кипу книг у себя на столе, после чего села и подтянула книги к себе. Драко сдержал вздох, вытаскивая палочку, чтобы сдвинуть со стула стопку бумаг, а со стола свитки, чтобы было место делать пометки. — Ой, прости, — сказала Гермиона, оглядываясь и внезапно осознавая бардак вокруг. — Пожалуй, мне действительно не помешал бы домовой эльф, — она попыталась хихикнуть. — Видимо, Г.А.В.Н.Э. явно приносит свои плоды, — Драко приподнял бровь, заметив кучу сломанных перьев, наполовину спрятанных на полу. Он расстегнул пиджак и сел на теперь уже освобождённое кресло, взяв первую книгу из стопки. «Магические недуги коренных народов Северной Америки». Малфой удивлённо поднял брови, глядя на название. — У профессора Флитвика была копия этой книги в кабинете? — спросил он. — Да, он говорил, что получил её в подарок от американского профессора или лекаря. Я не помню точно. В любом случае, он с радостью одолжил мне книгу. Сказал, что сам её никогда не читал! Ужас. Тсс. Читай, Малфой. Два с половиной часа они были с головой погружены в исследования. Драко давно снял пиджак и закатал рукава, чтобы не испачкать манжеты чернилами. Он не заметил взгляда Гермионы, когда снял изумрудные запонки и положил их на край её стола, поправляя рукава. А если бы и заметил, то увидел бы мимолётный всплеск желания, промелькнувший в её глазах при этом, казалось бы, простом действии. Когда же он надел очки для чтения, Гермиона поспешно вышла, чтобы налить себе воды. — И мне тоже прихвати, — попросил он, не отрываясь от заметок. — Угу, — только и смогла пробормотать Гермиона в ответ. Глаза устали, а руку слегка сводило от количества записей. Драко откинулся на спинку стула. Он закрыл четвёртую книгу и добавил её в стопку отброшенных. «Самые впечатляющие мистические отпуска» оказалась совершенно бесполезной. — Мерлин, давненько я занимался настоящими исследованиями, а не просто вёл светские беседы в Министерстве, — Драко потянул руки над головой и начал расхаживать по её кабинету. — Я так понимаю, ты сейчас не проводишь много исследований для Малфой Холдинг? — спросила Гермиона, стараясь не пялиться, когда он наклонился, потянувшись к нижней полке, чтобы посмотреть книги. — Сейчас уже нет, но когда всё только начиналось, я занимался только этим. Всё началось с того, что я искал информацию о болезни крови Астории. Но, как ты знаешь, есть вещи, которые даже магия не может исправить, — Драко замолчал, доставая с полки её старый экземпляр «Сказок Барда Бидля». — Салазар, я таких сто лет не открывал, ещё и написанных на рунах, — он тихо присвистнул. Повернувшись к столу, Малфой продолжил. — Гермиона, ты вообще знаешь, насколько эта книга ценна? По-моему, это первое издание. — Её Дамблдор оставил мне в завещании. Мы использовали эти сказки, когда были в бегах. — Вот как? — Драко удивлённо приподнял брови, проводя пальцем по небольшому символу, который покойный директор выгравировал над заголовком сказки о Трёх Братьях. Интересно, знает ли Драко о Дарах Смерти? Что за "Дары Смерти"? Гермиона застыла. Она не собиралась передавать эту мысль через их ментальную связь. Драко пристально посмотрел на неё, но она не подняла глаз. Что это за Дары Смерти? Почему Дамблдор оставил ей эту книгу, пока они скрывались от Тёмного Лорда? Почему она скрывает свои знания об этом? Драко с юности знал, что у него есть чутьё на сомнительные вещи. Именно поэтому он ненавидел Поттера и всю его глупую гриффиндорскую компанию. Они вечно нарушали правила и им это сходило с рук. Притворное неведение Грейнджер его раздражало. Сузив глаза, Малфой свернул пергамент с заметками и достал новый. Осмотревшись, он нашёл словарь по Древним Рунам и снова устроился за столом. Книга Дамблдора лежала у него на коленях, на случай, если Гермиона вдруг решит её забрать. Он видел этот треугольник с линиями уже не раз. Даже на надгробии одного из его предков он был выгравирован. Тогда Драко подумал, что это просто символ какого-то древнего культа берсерков, а не нечто практическое. Но если Дамблдор посчитал знак настолько важным, чтобы отправить эту сказку с Поттером, Уизли и Грейнджер, пока они искали крестражи… Драко чувствовал себя так, словно ему снова исполнилось шестнадцать, но только в лучшем смысле этого слова. Возродилось то забытое раздражение, и почти навязчивая идея разоблачить одного из Золотого Трио. Он с азартом принялся за работу, переводя руны из главы, над которой был нарисован этот самый треугольный символ. И только когда он прошёл три четверти текста, Гермиона наконец оторвалась от своих бумаг и посмотрела, чем он занимается. — Малфой! Что ты делаешь? — Гермиона потянулась, чтобы вырвать пергамент из его рук, но Драко ловко отдёрнул его. — Ай-ай, Грейнджер. Занимайся своими делами, — сказал Драко, слегка проводя палочкой по пергаменту, чтобы чернила мгновенно высохли, а затем уменьшил его до карманного размера. Гермиона встала и обошла стол, чтобы забрать у него книгу, которую только что заметила у него на коленях, но Драко снова оказался быстрее и выше. Он высоко поднял старую, потрёпанную книжицу. — Если хочешь вернуть свою драгоценную книжечку, Грейнджер, тебе придётся вырвать её у меня из рук. Я всё равно разберусь, что за дела обстоят с этими Дарами Смерти, с тобой или без. — Малфой, ты лет на двадцать опоздал, — ответила она, теперь уже подпрыгивая, чтобы дотянуться до книги. Драко встал уверенно, расставив ноги, и с усмешкой смотрел сверху вниз, пока она тянулась к нему, вставая на носочки. Её пальцы едва касались его запястья, но не дальше. Он вовсе не собирался смотреть ей в декольте, но не смог не заметить кружевное бельё, чуть выглядывающее из-за выреза. Страстное желание, которое Малфой испытывал в La Sauna del Deseos, вдруг накрыло его снова. Он сглотнул, вдыхая запах гардений, вперемешку с ароматом старых книг. Теперь Драко точно знал, откуда он, ведь цветы находились в её кабинете. Этот запах был опьяняющим. Гермиона всё ещё безуспешно тянулась к «Сказкам Барда Бидля», а Драко вёл уже совсем другую борьбу. Всё его предательское тело только и мечтало, чтобы обнять её за талию и притянуть к себе. Разум медленно уступал желаниям, которые нарастали с каждой секундой. Это было нечто первобытное, магия на уровне инстинкта. Драко никогда не испытывал ничего подобного с Асторией. Это правда, его покойная жена была ему и лучшим другом, и любовницей, но то было совсем другое. Не такое острое чувство, как сейчас с Гермионой. Малфой вздрогнул. Гермиона застыла и подняла на него глаза. Он увидел в них то же притяжение, что чувствовал сам. На этот раз первой шаг сделала она. Её рука, которая ещё секунду назад тянулась к книге, скользнула ему за шею и мягко потянула его к себе. Как только губы Гермионы коснулись мягких губ Драко, по телу разлилось ощущение немедленного облегчения. Он даже не осознавал, насколько томительным было это желание, пока оно не исчезло после её прикосновения. Слизеринский принц притянул Золотую девочку к себе в объятия и углубил поцелуй, повернув голову. Это не была вчерашняя неистовая страсть. Скорее медленное соединение двух половинок в единое целое. Язык Гермионы встретился с его, и они исследовали, какие прикосновения, поцелуи и лёгкие укусы вызывают тихий стон удовольствия у другого. Руки Драко пробежались по волосам, тонкой талии, округлым бёдрам. Её пальцы ласкали основание шеи, и он приглушённо зарычал от удовольствия. Гермиона улыбнулась сквозь поцелуй и снова запустила пальцы в его волосы, на этот раз слегка царапая кожу ногтями. Из его груди вырвался одобрительный гул. Малфой настолько увлёкся, что поднял Гермиону и посадил на единственное свободное место на её письменном столе. Драко склонился над ней, поставив руки по обе стороны от её тела. Несколько секунд они просто дышали друг другом, их лбы соприкасались. Её ладони нежно обрамляли его лицо, большой палец ласкал острую скулу. Драко знал, что не так уж плох собой, но в этот момент он чувствовал себя богом. — Драко, — прошептала Гермиона в губы. Это было самое прекрасное, что он когда-либо слышал. — Гермиона, — выдохнул он, снова наклоняясь к ней, чтобы поцеловать. — Нет, Драко, — повторила она и положила руку ему на грудь. — Твои глаза. — Да, я знаю, у них странный неопределённый цвет, — отозвался он и одной рукой провёл по её волосам. Она слегка прижалась к его ладони, и он улыбнулся этому простому жесту. — Нет, я имею в виду… они светятся. Он оторвался от её губ и подбородка, встречаясь с её взглядом. — Прости, что? — переспросил он, сглатывая, и не до конца понимая сказанное. — Драко, какого цвета обычно твои глаза? — Серые. — Сейчас они серебряные. И светятся. Гермиона застыла, больше не лаская его шею. — И такое ведь с тобой обычно не происходит? Малфой проигнорировал вопрос и всё ещё надеялся вернуться к поцелуям. — Драко! — настойчиво крикнула Гермиона. Она подняла его руку, запутавшуюся в её волосах, и потянула вниз. — Ты должен это увидеть. Гермиона спрыгнула со стола и повела его в личные покои. Пройдя через спальню, она вошла в ванную. Драко, возможно, и прокомментировал бы лёгкий беспорядок, если бы не его светящиеся глаза, которые он увидел в зеркале. — Мерлинская хрень, — выплюнул он, отпрыгнув назад и чуть не врезался спиной в Гермиону. — Видишь? — воскликнула она, встав рядом с ним перед зеркалом. — Почему у тебя глаза не светятся? Они оба уставились на свои отражения. — Не знаю, — прошептала Гермиона, прикусывая нижнюю губу. Было видно, что её разум обрабатывает в разы больше информации, чем мозг Драко, который окончательно вырубился, как только она начала его целовать, и так и не смог перезапуститься в привычное русло. Вдруг рядом с ними появилась Миппи. — Хозяин Драко, до часу дня осталось тридцать минут. Ваш чай заварен, и камин подготовлен для разговора. — О, — запнулся Драко. Он полностью забыл, зачем они вообще пришли в Хогвартс. — Спасибо, Миппи. Мы скоро подойдём, — ответила за него Гермиона. Маленькая домовая эльфийка нахмурилась, глядя на Гермиону, но ничего не сказала. Она окинула взглядом ванную комнату, и её глаза расширились. — Почему вы живёте в такой нищете, подруга хозяина Драко? Разве в Хогвартсе нет домовиков, чтобы помогать вам? Это, похоже, подействовало на Драко, потому что он фыркнул от смеха. — Миппи, всё, спасибо. Она поклонилась и с хлопком исчезла. Гермиона нахмурилась, осмотрев своё пространство. Драко провёл рукой по лицу, а его глаза начали возвращать свой обычный серый цвет. — Пожалуй, нам стоит идти. Тебе нужно что-нибудь для встречи? — спросил он, избегая прямого контакта глаз. Драккл, что с нами происходит? Понятия не имею.

***

Дом Глициния был назван более, чем уместно. Классическое георгианское здание, расположенное в стороне от переулка, окружали деревья глицинии, жасмин и множество весенних цветов, обвивавших стены и вымощенную дорожку к дому. — Это невероятно красиво, Малфой! — воскликнула Гермиона, ведя пальцами по стене, доходившей ей до талии, пока они шли ко входу. Драко хранил молчание, после ситуации в ванной. Гермиона попыталась поддержать лёгкую беседу, но в ответ получала лишь сдержанные, односложные реплики, если их вообще можно было такими назвать. Драко нахмурился, услышав её восхищение имением. Входная дверь открылась сама собой в уютную прихожую с небесно-голубыми стенами и столиком с букетом свежих цветов. Учитывая, что дом стоял практически заброшенным в течение нескольких лет, домовики превзошли себя. — Мы можем воспользоваться камином в гостиной. Пожалуйста, следуй за мной, — сухо произнёс он, проходя по длинному коридору, который выводил в большой зал с каменным камином и низкими потолками. В доме были современные элементы, но деревенское очарование, как просила Астория, сохранилось. Она заполнила этот небольшой особняк винтажной маггловской мебелью, пышными тканями и тёплыми оттенками. Астория хотела, чтобы внутреннее убранство дома отражало его чудесный внешний вид. Раньше, до её смерти, они вместе приезжали сюда и украшали комнаты гирляндами и сушёными апельсинами на праздники. Драко глубоко вдохнул, захваченный врасплох волной эмоций, которую вызвал этот дом. Его грудь вновь сжалась от боли по Астории и по тем счастливым временам, когда Скорпиус был маленьким. Мерлин, как же я скучаю по ней. Гермиона подошла к Драко, стоявшему у панорамных окон, с видом на задний сад и Шотландское нагорье. Она скользнула своей рукой в его и нежно сжала её. Драко на мгновение удивился, но сжал её руку в ответ, принимая утешение. Тишину нарушил тонкий голосок Миппи. — Ваш чай готов, хозяин Драко. У мисс Грейнджер чай без сахара, как она просила. — Спасибо, Миппи. Пока что ты свободна, — сказал он, бросив взгляд через плечо. Гермиона позволила ему постоять у окна ещё немного, а затем сжала его руку в последний раз и отпустила. Она повернулась, собираясь налить им чай, но увидела, что чашки уже были наполнены, а на маленьких тарелках аккуратно разложены печенье и лепёшки. Она села в кресло напротив дивана и осторожно отпила чай с молоком. Благословение. Напиток действительно оказался без сахара, как и обещала Миппи. — Тебе нравится чай? — спросил Драко, устроившись напротив. — Очень, — мягко улыбнулась Гермиона, внезапно почувствовав неуверенность после той трогательной сцены. — Похоже, Миппи сжалилась над тобой, — отпивая свой чай, уголки губ Драко дрогнули в лёгкой улыбке. — Если считать отсутствие ложки сахара на каждую чашку как проявление милосердия… — глаза Гермионы сверкнули, когда она сделала ещё один глоток. Прежнее напряжение между ними снова натянулось, словно струна. Драко смотрел, как она глотает чай, не замечая, что облизывает губы, когда она это делает. Но их вновь прервали. Камин засветился голубым, оповещая о международном звонке. — Полагаю, это нас, — сказала Гермиона слегка охрипшим голосом. — Да, — кивнул Малфой, и, взмахнув рукой, попытался принять вызов. Огонь оставался голубым. Драко нахмурился, снова взмахнул рукой — ничего. Он торопливо выхватил палочку и решительным движением активировал каминную связь. Пламя показало двух мексиканцев по грудь. — Сеньор Малфой и сеньорита Грейнджер! Как прекрасно видеть вас снова! — восторженно воскликнул Пабло. Драко едва удержался, чтобы не закатить глаза. Он направил палочку в угол комнаты и призвал две большие подушки для продолжительных каминных разговоров. Те мягко приземлились перед камином. Малфой жестом пригласил Гермиону  и она устроилась рядом с ним. — Итак, друзья мои, — с воодушевлением начал Пабло, — расскажите мне, пожалуйста, что же с вами происходит. Гермиона с тревогой взглянула на Драко, потом глубоко вдохнула. — После посещения Эль-Кастильо мы начали замечать странности. Драко закатил глаза. — Грейнджер облажалась, и теперь мы каким-то образом связаны. — Ха! — Пабло захлопал в ладоши и с удовольствием потёр их. — И что именно? Передача эмоций? Тоска по друг другу? Необычное ощущение местоположения другого? Драко и Гермиона переглянулись. — Все три? — завопил Пабло от восторга. Боги, если мы ему всё расскажем, он тут же обмочится. Вынуждена с тобой согласиться, Малфой. Он и так едва сдерживается от восторга. Бедный золотистый ретривер Пако. Пабло. Драко фыркнул. Пабло и Верховный Волшебник замерли, наблюдая за безмолвным обменом репликами. Затем Хечисеро Супремо взмахнул рукой и заговорил. — Мои дорогие дети дождя, между вами что-то изменилось. Когда такое случилось в прошлый раз, подобная связь ограничивалась лишь глубокой эмоциональной связью, — он склонил седую голову набок, с подозрением вглядываясь в пару. — А вы выглядите… иначе. Он применил заклинание перевода, которое работает в обе стороны. Это чрезвычайно могущественная магия, — подумала Гермиона, обращаясь к Драко. Малфой сглотнул, выпрямился и заговорил. — Сэр, мы начали ощущать странные вещи. Например, обмен мыслями, — уточнил он. — Это не нормально? Голос Драко стал намного громче, когда он задавал этот вопрос. Верховный Волшебник нахмурился и повернулся к Пабло, чтобы тот взял инициативу в свои руки. — Нет, друзья, это не нормально. Что вы имеете в виду под "обменом мыслями"? — Всё началось, когда Грейнджер решила читать идиотскую сказку на ночь. Она не могла ни замолчать, ни остановить поток мыслей. — «Отверженные» — это не какая-то глупая сказка! Это классика! Просто потому, что ты предпочитаешь детские сказочки серьёзной литературе. Драко фыркнул, скрестил руки на груди и слегка отвернулся от неё. — Детские сказочки? По крайней мере, я умею одеваться как взрослый человек. Ты бы и не узнала, что такое стиль, даже если бы он переехал тебя по пути на модный показ. — Я профессор, Малфой! У меня нет времени следить за последними трендами! — Ах да, давай вспомним. Тот ужасный Гала-вечер три месяца назад, где ты явилась в безвкусном розовом балахоне? Ты определённо… — Друзья! — воскликнул Пабло, громко хлопнув в ладоши, чтобы прервать ссору. — Давайте вернёмся к сути. Значит, вы делитесь мыслями, но ничем другим? Они оба резко притихли. Ни один из них не хотел поднимать тему взаимного влечения в присутствии Пабло и невероятно могущественного хранителя Эль-Кастильо. — Вы ведь не спали вместе до этой поездки, правда? — поинтересовался Пабло. — Нет! — воскликнули они в унисон. — А сейчас вы тоже не спите вместе? — уточнил Верховный Волшебник. — Нет, — ответил Драко. — Технически нет, — добавила Гермиона. — Понятно… — протянул Пабло, почесав затылок. — Вы упомянули в записке, что ищете информацию о Благословении. Могу ли я переслать вам пару текстов, что есть под рукой? Хечисеро Супремо говорил, что у него тоже есть один, но ему нужно найти его… О! Нашёл! — Пабло рассмеялся, сияя яркой улыбкой, и аккуратно забрал старую, потёртую книгу из неохотно протянутых рук наставника. — Вот! Добавлю её к остальным. Гермиону беспокоило молчание Верховного Волшебника. Он почти не произнёс ни слова с тех пор, как впервые заговорил, что показалось ей странным. Она ожидала, что хранитель Эль-Кастильо хотя бы отчитает их за нарушение правил, но он этого не сделал. И более того, не дал никаких указаний, как отменить Благословение. — Верховный Волшебник, — обратилась к нему Гермиона, — не могли бы вы рассказать, как снять с нас Благословение? В тот момент на лице обычно невозмутимого мужчины отразилась глубокая грусть. — Я… — начал он, но почти сразу это выражение сменилось на нечто более проницательное. — Я хочу сказать, что вам нужно будет вернуться в Эль-Кастильо к следующему равноденствию. Вы должны будете находиться в центре храма, рядом с Рекой Истин, в момент Благословения Змеи. После завершения ритуала связь будет разорвана. Гермиона кивнула, теребя пальцы. Она понятия не имела, как всё это запомнить, ведь в спешке они забыли перо и пергамент. Если бы Драко меня не торопил, я бы составила список вопросов заранее… Если бы ведьма рядом со мной не была такой чертовски привлекательной… оуууу! Гермиона едва сдержала смех, а Драко густо покраснел. — Что сейчас произошло? — спросил Пабло, явно сбитый с толку. — Ничего, — сказала Гермиона. — Не твоё чёртово дело, — отрезал Драко. — Телепатия — это нормально, Хечисеро Супремо? — быстро вмешалась Гермиона, прежде чем Драко и Пабло развязали очередную межконтинентальную словесную войну. — Это крайне редкое явление, — кивнул маг. — Насколько мне известно, такое происходило лишь с одной парой до вас. — С кем? — Первый Верховный Волшебник и Викинг, — ответил он мрачно. Его лицо вновь исказила боль и скорбь. Затем его взгляд сменился маской теплоты и безразличия. Что-то здесь не так, — подытожил Драко мысленно, даже не взглянув на Гермиону. Полностью с тобой согласна. — Пабло, ты не мог бы переслать книги сейчас? Я бы хотела просмотреть их, прежде чем мы отправимся в путь, чтобы убедиться, что я правильно понимаю ключевые слова. Отличная мысль. Гермиона чуть заметно заулыбалась от мысленной похвалы Драко. Пабло не заставил себя ждать. Через мгновение тяжёлые тома вылетели из камина, оставив груду сажи на персидском ковре. — Серьёзно? — воскликнул Драко, раздражённый видом испачканного ковра. Но прежде чем он успел взмахнуть палочкой, в комнату вбежала Миппи, чтобы убрать беспорядок. Она резко замерла, встретившись взглядом с Верховным Волшебником. А затем сделала нечто совершенно нетипичное: зашипела и начала медленно пятиться прочь от камина. — Миппи, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Драко. — Мне очень плохо, хозяин Драко. Могу ли я удалиться? — Конечно. Делай, всё, что тебе нужно. — Драко положил ладонь на её крохотное плечо. Миппи посмотрела на него и едва заметно покачала головой, прежде чем исчезнуть. Что-то точно не так. Так. Ты можешь закончить с ними разговор? — О, Пабло! Очень много времени прошло! У нас встреча. Мы пришлём сову, если найдём что-нибудь полезное! — сказала Гермиона чуть слишком жизнерадостно. — Но, сеньорита Грейнджер! У меня ещё так много вопросов. — Прости, Пако. Долг зовёт! Чао! — вмешался Драко с быстрым взмахом палочки, завершив звонок. Он почувствовал, как силы резко покинули его. Гораздо сильнее, чем прошлым вечером в кино. — Бернард? — позвал он. Домовой эльф немедленно появился рядом. — Да, хозяин Драко? — Кажется, мне нужна помощь… Но Драко не успел договорить и потерял сознание.