Глава 6

Не прошло и двадцати четырех часов, как Гермиона обнаружила, что снова поддерживает Драко в приступы. Сначала его приступ в кинотеатре. Потом светящиеся глаза. А теперь обморок. Хвала Годрику, что старый домовик оказался рядом и успел подхватить Драко, когда тот потерял сознание. Несмотря на свой маленький рост, Бернард оказался удивительно сильным. Они вместе дотащили Малфоя до дивана и попытались уложить его как можно аккуратнее. Бернард подложил под голову Драко подушку и призвал влажную холодную тряпочку, которой стал осторожно промакивать лоб хозяина. Гермиона, благодарная своей фотографической памяти, вспомнила, что читала о маггловской первой помощи перед школьной поездкой, и расстегнула правый рукав Драко, чтобы воспользоваться его часами, одновременно прижав два пальца к его горлу, отслеживая пульс. Она убрала пальцы, нахмурившись. — Бернард, ты можешь перенастроить охранные чары дома, чтобы целитель или мадам Помфри могли аппарировать внутрь? Драко нужен врач, но мне страшно перемещать его магическим способом в таком состоянии. — Нет, я не могу изменить защиту, но могу сам аппарировать кого-либо внутрь. — Прекрасно. Я пошлю патронуса мадам Помфри в Хогвартс. Скажу ей прибыть в конец аллеи. Ах да, и не мог бы ты найти для меня Миппи? Мне срочно нужно с ней поговорить. Домовик кивнул. — Не знаю, куда она исчезла, но, когда найду, приведу. — Спасибо, — Гермиона постаралась вложить в голос максимум искренности. Ей нужно было наладить отношения с эльфами Драко. Она вынула палочку из пучка волос и произнесла заклинание патронуса. Из палочки вылетела её маленькая светящаяся и танцующая выдра. — Скорпиус, не пугайся. Это Герми… профессор Грейнджер. Я с твоим отцом. У него был приступ, и он потерял сознание, но не волнуйся, всё будет в порядке. Мы в доме твоих родителей в Хогсмиде. Пожалуйста, приходи. — Лети, — сказала она патронусу. Маленькая выдра закружилась в воздухе и исчезла. Гермиона надеялась, что не напугает Скорпиуса, но сова летела бы слишком долго. Затем она снова произнесла заклинание, призвав мадам Помфри как можно скорее прийти. Гермиона села, подняла брошенную тряпочку и вновь промокнула лоб Драко. Он выглядел очень красивым, когда спал. Драко Малфой прекрасно сохранился с возрастом.

***

Им не пришлось долго ждать. Невысокая ведьма с вьющимися волосами появилась внутри дома, держа домового эльфа за руку. Гермиона встала, чтобы поприветствовать её, но была удивлена, увидев прямо за ней директрора Макгонагалл . Она была непривычно одета: в брюки цвета хаки, синюю рубашку с длинными рукавами, с шарфом на шее и садовой шляпой на голове. — Мадам Помфри, директор, спасибо, что пришли. Драко потерял сознание, и я не знала, к кому ещё обратиться. — Что случилось с мистером Малфоем? — воскликнула Минерва. Мадам Помфри тут же принялась за дело, проводя палочкой диагностику вдоль неподвижного тела Драко. В воздухе над его головой всплыла диаграмма с показателями, и целительница неодобрительно цокала языком, изучая их. — Я хочу переместить его в замок. Он сильно истощён, но в лазарете у меня есть всё необходимое. Она быстро создала носилки и взмахом палочки поместила Драко на них. — Не сомневаюсь в ваших навыках, мадам Помфри, но не думаете ли Вы, что его стоит отправить в Мунго? Целительница и директор переглянулись. Мадам Помфри вздохнула с неохотой. — К счастью, мистеру Малфою повезло. В лазарете сейчас находится целая команда целителей из Святого Мунго. Я уже некоторое время провожу у себя встречи целителей дважды в месяц: мы рассматриваем возможность расширения программы подготовки магических целителей в Хогвартсе. Мне нужна помощница, ведь возраст берёт своё, и было логично проверить, подойдёт ли школа для практики студентов. В любом случае, поскольку колдомедики уже здесь, у них будет доступ к его записям, и они решат, стоит ли его переводить. Но мне срочно нужно восполнить его магические запасы. Гермиона кивнула. — Я пойду с вами. Мне нужно оставить записку для Скорпиуса. — Я могу аппарировать Драко прямо к Астрономической башне, а Помона доставит его в лазарет, — мягко сказала Макгонагалл, похлопав Гермиону по руке. Гермиона оставила записку на столе для Скорпиуса и аппарировала к главным воротам, где её ждал Хагрид, чтобы впустить на территорию школы. Он попрощался у входа в замок. Лесничий всё ещё возился на территории с самого утра. Неужели с того момента, как они с Драко покинули его особняк в Лондоне, прошло всего несколько часов? А ведь они даже собирались просто заглянуть в Хогвартс по пути в Глицинию. Казалось, будто с тех пор Гермиона прожила уже три разные жизни. От входа до лазарета было рукой подать. Она распахнула двойные двери больничного крыла и оказалась в эпицентре бурной активности. Вокруг одной койки собрались целители и медсёстры, оживлённо переговариваясь. Как только её заметили, к ней сразу же подбежали с вопросами. Целители сновали вокруг, засыпая Гермиону вопросами, на которые она не знала ответов. Наконец, медсестра средних лет взяла инициативу на себя и отогнала остальных. Гермиона рассеянно отвечала, всё думая, не отправить ли Скорпиусу ещё одного патронуса, как вдруг двери больничного крыла распахнулись с грохотом, и вбежал сам Скорпиус, за ним Роза и Гарри Поттер. — Папа! — Скорпиус подбежал к другой стороне кровати, грубо оттолкнув в сторону шотландского целителя. Гермиона даже не заметила, что всё это время держала Драко за левую руку и теребила его перстень-печатку, пока отвечала на вопросы целителей. Она поспешно отпустила его руку, но не раньше, чем заметила удивлённый взгляд Гарри. Его глаза несколько раз метнулись от Малфоя к ней, прежде чем сосредоточились на медсестре. — Вы сын мистера Малфоя? — спросила медсестра, поднимая взгляд от записей. — Да, я Скорпиус Малфой. Что происходит? Он был так похож на Драко, когда тому было семнадцать. У Скорпиуса была неуловимая черта, заставляющая всех вокруг обращать на него внимание — лишь одной осанкой и тоном. Гермиона когда-то думала, что это результат чистокровного воспитания. За эти годы она познакомилась с множеством аристократов из волшебного мира, и теперь знала, что это не общее качество, а нечто исключительно малфоевское. — Мы только что завершили полное сканирование магического ядра и ждём специалиста по магическим травмам из Мунго. Она прибудет через камин с минуты на минуту. Просто подожди здесь, сынок, — сказала пожилая медсестра добродушным тоном. На вид она была ровесницей родителей Гермионы. Голос у неё был низкий, с сильным шотландским акцентом. Гермиона осознала, что даже не спросила её имени. — Гарри и я можем выйти, чтобы ты мог спокойно поговорить с медсестрой, Скорпиус. Это медсестра… — Гермиона прищурилась, пытаясь разобрать имя на бейджике. — …Макгонагалл, — отрывисто сказала та, не отрывая взгляда от своих записей. Гермиона удивлённо подняла брови. Уж очень фамилия совпадала с именем их директора. — У медсестры Макгонагалл было несколько вопросов, на которые я не смогла ответить. Мы будем рядом, если понадобимся, — сказала она с мягкой улыбкой, вставая. — Только, пожалуйста, не уходите надолго, — быстро попросил Скорпиус. В его глазах ясно читался страх. Он уже потерял маму. Гермиона и представить не могла, что чувствует мальчик, видя своего непоколебимого отца в таком состоянии. Это умение не скрывать уязвимость, без сомнения, от матери. — Конечно, — ласково ответила Гермиона, выходя за Гарри в коридор. Роза покачала головой, давая понять, что останется с ним. Гермиона тихо закрыла дверь, глубоко вздохнула и повернулась к Гарри. Он скрестил руки на груди и нахмурил брови. Находится с Гарри у лазарета Хогвартса было странным ощущением. Он выглядел почти так же, как в школьные годы, разве что стал мускулистее благодаря службе в аврорате и с лёгкой проседью в волосах. Джинни давно нашла способ, как заставить его причёску выглядеть прилично. Теперь он коротко стригся по бокам и взъерошивал волосы наверх. Прошло то время, когда он был неуклюжим одиннадцатилетним мальчиком, ставшим её лучшим другом. После многих лет борьбы, жизнь Гарри, в целом, сложилась благополучно. Он по-прежнему оставался ей близким другом, почти родным человеком. Но их пути всё же разошлись. Гермиона редко завидовала своим друзьям, но сегодня почему-то зависть закралась в её сердце. Оно кольнуло особенно сильно, когда он вошёл в палату вместе с Розой. У Гермионы просто не было душевных сил сейчас разбираться, почему именно, особенно, под тяжестью его пронзительного взгляда зелёных глаз. — Я понимаю, как всё это может выглядеть… Там, с Драко … — начала она. — Гермиона, — вздохнул Гарри, — я не злюсь из-за тебя и Малфоя. — Оу, — выдохнула она. Они практически не говорили о слизеринце за последние годы, разве что иногда упоминали в разговорах о событиях в волшебном мире или успехах его компании. Обычно их беседы касались семей или исследований, которыми занималась Гермиона. — Что произошло, Гермиона? Скорпиус обедал с нами, и вдруг появился твой патронус. Бедняга побледнел как полотно, когда услышал сообщение. Хорошо хоть, что он был с нами. Гермиона кивнула. — Я тоже рада. Мерлин, да они же такие дети. Как вообще кто-то доверил нам спасение волшебного мира в семнадцать лет? Мы ведь были просто младенцами. Гарри рассмеялся. — От безысходности, — а потом добавил после короткой паузы. — Когда ты начала встречаться с Малфоем? Я думал, ты общалась с тем исследователем из Испании, как его… — О, мы с Фелипе уже давно не встречаемся. А с Драко… мы не… я имею в виду… То, что ты видел там… Гермиона терялась на каждом слове. Гарри слегка усмехнулся, услышав, как легко она назвала Малфоя по имени, но жестом предложил ей продолжать. О, Мерлин. Мы так и не обсудили, что будем говорить им, Драко… Ответа не последовало. — Это всё случилось во время поездки. Всё ещё совсем свежее. Вообще-то, Гарри… Думаю, нам понадобится твоя помощь. Но мне кажется, мы должны обсудить это вместе со Скорпиусом. — Ладно? — протянул Гарри в своей знакомой манере. Гермиона обернулась, постучала в дверь и вошла обратно. Скорпиус всё ещё сидел рядом с отцом. Роза стояла рядом, положив руку ему на плечо. Мадам Помфри отгоняла толпу целителей, а директор тихо беседовала с медсестрой Макгонагалл. — Профессор Грейнджер. Я как раз разговаривала с медсестрой Макгонагалл. Она попросила, чтобы к мистеру Малфою направили специалиста из Мунго. Я изменила защитные чары камина, чтобы она могла беспрепятственно приходить и уходить. Также я открыла доступ к камину для вас и юного мистера Малфоя. — Простите, директор? — вмешался Гарри, прерывая Гермиону, которая уже собиралась сообщить, что нет причины, по которой она должна иметь доступ к камину Малфоев. — Вы случайно, не родственницы? — спросил он, указывая на поразительное сходство двух ведьм. Директор закатила глаза и шумно вдохнула воздух. Это действие было настолько знакомо Гермионе и Гарри, что они не смогли сдержать улыбку. — Да, мистер Поттер, раз уж вам так нужно знать, медсестра Макгонагалл — моя кузина. Никто не нашёлся что на это ответить. — Ну вот, разобрались, — фыркнула медсестра Макгонагалл, поразительно похожая на свою старшую родственницу. Она закончила задавать вопросы и теперь водила палочкой над телом Драко, в то время как прытко пишущее перо лихорадочно выводило показатели на пергаменте, парящем в воздухе позади неё. — Специалист по магическим травмам обсудит с вами результаты сканирования, но согласно моим предварительным тестам, у него сильное истощение магического ядра и он страдает от магического переутомления. У вас была дуэль? Это объяснило бы столь резкое истощение, — она вопросительно посмотрела на Гермиону. — Нет, у нас не было дуэли, — холодно ответила Гермиона, почувствовав, как в ней закипает раздражение. Медсестра до сих пор держит обиду на Малфоев? Она выпрямилась и чуть резковато объяснила. — У нас были международные переговоры по каминной связи. Драко почувствовал себя плохо сразу после того, как разговор завершился. Его домовик и я подхватили его, когда он потерял сознание. Я проверила пульс, и буквально через несколько минут мы уже были здесь. — Интересно, — сухо прокомментировала медсестра. — Профессор Грейнджер, вы знаете, почему мой отец потерял сознание? — голос Скорпиуса дрожал. Он был на грани слёз. — Я не уверена, Скорпиус, но мы разберёмся. И зови меня просто Гермиона. — Хорошо, — ответил он тоном, до странности напоминающим Гарри и Розу. Сколько времени твой сын проводит с Поттерами? А Драко всё ещё молчал. Гермиона покачала головой, внезапно понимая, почему Снейп так часто закатывал глаза, прежде чем выдать очередной язвительный комментарий. Бесконечные объяснения изматывают. Но, увы, сейчас без них никак. — Странности с Драко начались, когда мы вернулись из поездки. — Интересно. А как давно вы состоите в отношениях с мистером Малфоем? — резко перебила её медсестра. — Я так и знала! — выпалила Роза раньше, чем Гермиона успела возразить. — Не может быть, чтобы двое таких красивых и гениальных людей не были по уши влюблены друг в друга. Все эти споры, это же просто прикрытие для пр... Она осеклась под взглядами Гарри и Скорпиуса. — Роза… Я не хочу ничего слышать о сексуальной жизни моего отца, — простонал Скорпиус, уткнувшись лицом в ладони. — Нет, мы не…у нас нет... Мерлин, мне нужно попить, —запинаясь, закончила Гермиона. Она потянулась к маленькому туалетному столику рядом с кроватью, взяла нетронутую чашку с водой Драко и осушила её до дна. Гермиона поставила чашку обратно и бросила на Гарри извиняющийся взгляд, мол, «я же обещала держаться подальше от проблем, но… увы», прежде чем снова повернулась к медсестре. — Мы случайно оказались внутри древнего магического храма и потенциально подверглись воздействию проклятия во время нашей поездки в Мексику. — Что? — воскликнули Роза и Скорпиус в унисон. Директор ахнула, а рот Гарри сжался в тонкую линию. — Вы не успели выйти вовремя? — спросила Роза, округлив глаза от ужаса. — Значит, вы подверглись Благословению Змеи? — перебил её Скорпиус. — Что ещё за Благословение Змеи? — спокойно спросил Гарри. — Это странное проклятие, о котором наш экскурсовод предупреждал нас не один раз, — ответила Роза, сверля глазами крёстную. — Он настаивал, чтобы вся группа покинула храм в Чичен-Ице до начала «благословения». Почему вы не успели выйти вовремя? Благодаря Скорпиусу, Гермионе не пришлось признаваться, что они вернулись за её забытой палочкой и поэтому подверглись этому «благословению». — В их защиту могу сказать, я подумал, что Пабло просто драматизировал, чтобы успеть к новой серии своего телесериала. — Конечно, ты так подумал, Скорпиус, — посмотрев на своего парня, Роза закатила глаза. — Что ты хочешь этим сказать? — он повернулся и уставился на неё. — Я имела в виду, что ты мало какие вещи воспринимаешь всерьёз. Мне пришлось буквально на тебя навалиться, чтобы ты хоть что-то делал во время поездки. — Я просто не хотел всё испортить, Роза. Ты для меня слишком важна! — выдохнул Скорпиус, отводя взгляд и уставившись в стену за изголовьем кровати отца. Гермиона и Гарри замерли на месте, не зная, вмешиваться или дать детям договорить. — Роза, хочешь, мы выйдем? — мягко спросил Гарри. — Не уходите! — Скорпиус резко обернулся, в глазах стояли слёзы. — Скорп… — выдохнула Роза. — Прости. Это всё, наверное, действительно очень страшно. Я даже не представляю, что бы делала, если бы это случилось с папой или мамой. Скорпиус кивнул, вытащив носовой платок с вышитой буквой «С» в углу. У Гермионы появилась мягкая улыбка. Носовой платочек был совсем как тот, что она заметила утром на умывальнике у Драко. — Так вы с моим папой теперь встречаетесь? — спросил Скорпиус, не глядя ни на кого, но позволив Розе обнять его за плечи. — Я не знаю. Всё слишком сложно. Мы необъяснимо связаны до следующего осеннего Благословения. — Что значит «связаны»? — спросил Гарри, и его голос звучал скорее как у аврора, чем у её лучшего друга. — Сегодня днём у нас был международный созвон с нашим гидом-экскурсоводом Пабло из Чичен-Ицы, и магическим лидером Эль-Кастильо Хечисеро Супремо. Верховный Волшебник сказал, что мы должны быть связаны только общими эмоциями и чувствовать друг друга на расстоянии… — Чую, будет «но», — сухо заметил Гарри. — Но… всё оказалось сложнее. — Гермиона закусила нижнюю губу. — Конечно, — вздохнул Гарри и снял очки, чтобы потереть переносицу. — Насколько сложнее? — сузил глаза Скорпиус. — Мы делимся мыслями. Иногда можем сознательно передавать их друг другу, а иногда это происходит непроизвольно. Я также заметила, что могу чувствовать эмоции твоего отца, если они особенно сильные. Не уверена, чувствует ли он мои. Гермиона снова прикусила губу и добавила с неуверенностью. — Ещё есть странный зуд. — Зуд? — Роза уставилась на неё с округлившимися глазами. — Типа… — и многозначительно указала вниз. — Нет-нет-нет. Внутренний. — Салазар… — прохрипел Скорпиус. — Не такой внутренний! — Гермиона вспыхнула и не смогла взглянуть Скорпиусу в глаза, но разговор нужно было довести до конца. — Я хочу сказать, что, если мы с Драко находимся далеко друг от друга, мне буквально хочется выскочить из кожи, настолько сильная потребность быть рядом. Например, в первую ночь после происшествия я не смогла спать нигде, кроме его комнаты. Иначе просто невыносимо. Драко описывал похожие ощущения. Хотя, похоже, он справляется с этим лучше, чем я. — Не справляется, — послышался голос у двери. Там, облокотившись о косяк, стоял Блейз Забини. — Блейз! — в голосе Скорпиуса впервые с тех пор, как он появился в лазарете, прозвучало облегчение. — Привет, малыш Малфой, — мягко улыбнулся Блейз. — Как ты сюда попал? — спросил Гарри, пожимая руку слизеринцу. — Я один из его помощников в экстренных ситуациях, — он перевёл взгляд на Скорпиуса. — Бернард нашёл меня и сказал, куда ты направился. — А почему нет мамы Малфоя? Разве она не в списке? — Гарри приподнял бровь. — Только когда находится в стране. Сейчас она, насколько мне известно, на яхте где-то у побережья Майорки. Блейз сделал несколько шагов в лазарет, нахмурившись при виде своего лучшего друга, лежащего без сознания. — Забини, есть ли у тебя какие-нибудь дополнительные соображения о том, что происходит? — спросил Гарри, доставая блокнот аврора, чтобы начать записывать. — Не особо. Вчера он был крайне раздражён и слишком… — он замахал руками в воздухе, пытаясь описать странности Драко. — Почему ты машешь руками? Выглядишь так, будто пытаешься отогнать нарглов — рассмеялся Гарри. — Блейз пытается сказать, что мой папа теперь настолько сдержан, что когда всё выходит из-под контроля, он резко срывается, — сказал Скорпиус с лёгкой улыбкой, наблюдая, как Блейз безуспешно подбирает слова, чтобы описать его отца. — То есть, Драко нервный? — Да, — подтвердил Скорпиус. — Он пытается скрыть это с помощью своего распорядка, но иногда становится немного странным. — Один раз папа отвёз нас всех в фамильное поместье в горах, это было ещё до смерти мамы. Мы давно там не были, и в подвале поселилась семья книзлов. Он провёл весь отпуск, сжимая в руках противоаллергическое зелье, уверенный, что "вожак стаи" его преследует. Скорпиус усмехнулся при этом воспоминании, а потом посмотрел вниз на почти безжизненное тело отца. — Почему это с ним происходит? Мы ведь уже достаточно натерпелись, — прошептал юный Малфой. — Более чем достаточно, — ответил Блейз, подходя к другой стороне кровати и похлопывая старого друга по плечу. — С ним всё будет в порядке, Скорпиус. Тебе помогают Самая Умная Ведьма Нашего Времени и Избранный. Они разберутся. Глаза Блейза вспыхнули, когда он посмотрел на двух героев войны, стоящих у изножья кровати. — Когда он потерял сознание? — спросил Блейз. — После нашего звонка с Хечисеро Супремо. Что-то было явно не так во время всего разговора. Ну, за исключением Пако, — добавила Гермиона. — Пабло? — поправил Скорпиус. — Ах да, Пабло. Твой отец зовёт его Пако, — с мягкой улыбкой сказала она, глядя на спящего слизеринца. Она не заметила коллективного заката глаз, вызванного её мечтательным видом, когда она говорила о Драко. — О, — оживилась Гермиона, — я вспомнила кое-что ещё, что хотела рассказать. Перед тем как звонок закончился, Миппи повела себя странно. Она зашипела на старого волшебника, потом сказала, что ей плохо, и попросилась уйти. — Миппи — это домовой эльф? — Гарри снова что-то записал в блокнот. — Да, — ответили Скорпиус и Гермиона хором. Она покраснела, осознав, что они ответили в унисон. Гарри ничего не заметил, а Блейз лишь выгнул бровь. — Хорошо, Гермиона, — сказал Гарри, закрывая блокнот и наконец оглядевшись, — нам нужно провести тесты, чтобы проверить, не истощаешь ли ты магическое ядро Драко. — Что? — взвизгнула она. Блейз шикнул на неё, и Грейнджер бросила на него укоризненный взгляд. Повышая голос, она повернулась к Гарри. — Я не истощаю магическое ядро Драко! С этим идиотом… милым волшебником что-то происходит! И это точно связано с этим идиотским благословением! — с возмущением выдохнула она, уставившись на Драко так, будто он мог бы осмелиться ей возразить даже во сне. — Гермиона, — Гарри попытался положить обе руки ей на плечи, но передумал, когда её волосы заискрились и ударили его током. — Нам нужно исключить все возможные причины. Это не обвинение. Я просто иду по списку, отбрасывая маловероятные варианты. Гермиона хотела что-то сказать, но Гарри поднял руку. — Послушай. Ты только что рассказала, что, возможно, подверглась воздействию проклятия, после чего между тобой и Малфоем возникла странная связь. К тому же он сейчас страдает от сильного истощения магического ядра по неизвестной причине. Каждое из этих событий само по себе уже было бы поводом для тревоги. А вместе? Ты ведь понимаешь, что нам нужно как можно больше информации? Гермиона кивнула. Гарри подошёл и на этот раз рискнул обнять подругу за плечи. — Всё указывает на то, что что-то не так. Я ведь всего лишь глава аврората, а не целитель, но думаю, мадам Помфри согласилась бы, что один из первых шагов — исключить такую возможность. Мы знаем, что ты не пытаешься навредить Малфою. Сделав три глубоких вдоха, чтобы успокоиться, она стиснула зубы и ответила. — Ладно. Скорпиус и Роза наблюдали за сценой между взрослыми. Роза наклонилась и прошептала. — Боже, моя крёстная и твой отец пугающе похожи. Интересно, может, в этом и есть их связь… Тётя Гермиона обычно куда уравновешеннее. — Да, возможно, дело как раз в этом эмоциональном переизбытке или как там… — тихо пробормотал в ответ Скорпиус. Прежде чем кто-либо успел возразить, в комнату вошёл новый целитель. — Ну надо же! Целая вечеринка собралась. Мистер Малфой будет счастлив узнать, что все, кого он любит, пришли к нему в трудную минуту. — О, мы не… — начал Гарри, но Блейз подошёл ближе, обнял главного аврора за плечи, превратив его в «сэндвич из Гарри». — Спасибо, целитель… — Гермиона наклонилась, чтобы прочитать бейджик на халате. — Финч, — просияла та, бросив лучезарную улыбку троице, прежде чем повернулась к мадам Помфри. — Привет, Помона. Прости, что не могла посещать твои собрания. Я слышала о них только положительные отзывы. — Спасибо, Бернис. Надеюсь, приезд сюда не доставил тебе слишком много неудобств. Мне было не по себе перемещать мистера Малфоя, пока целитель из Отдела магических травм не осмотрит его, — сказала мадам Помфри. — О, я только рада выбраться из больницы. Спасибо, Минерва, что настроила камин, — ответила целительница. — Всегда рада для тебя постараться, Берни. Ты придёшь на вечер покера? — добавила директор вполголоса. — Да, думаю, ты мне должна десять галлеонов, — подмигнула она, а затем повернулась к Скорпиусу. — Ну что, дорогой, ты — Скорпиус Малфой? Миниатюрная копия Драко с небесно-голубыми глазами кивнула, встав, но продолжая держать Розу за руку. — Прекрасно! Поскольку ты совершеннолетний, можешь сам решить, кто останется в комнате, пока я буду оглашать результаты осмотра. — Все! — быстро сказал Скорпиус. — Я не возражаю против тех, кто уже здесь, — поправился он. — Очень хорошо, — мягко улыбнулась пожилая целительница. — Помона, Минерва, если юный мистер Малфой не против, я бы хотела, чтобы вы тоже остались. Скорпиус кивнул, и Целитель Финч вновь улыбнулась. Она взмахнула палочкой, и в воздухе появилась дощечка с прикреплёнными листами. — У меня здесь заметки медсестры Макгонагалл, но у меня есть одна мысль, и я хочу провести дополнительную диагностику, чтобы подтвердить свои подозрения. Если ты не возражаешь, это займёт всего минуту. Брови Скорпиуса нахмурились, но он кивнул, разрешая продолжать. — Отлично. Медсестра Макгонагалл будет следить за жизненными показателями мистера Малфоя, пока я проведу последнюю проверку. Медсестра встала рядом с головой Драко. Она наложила заклятие мониторинга над его левым плечом, и над ним повис прямоугольник с информацией. Глаза медсестры быстро скользили по сложным арифмантическим символам и формулам. — Всё стабильно. Я готова, целитель Финч. — Спасибо, Мерида. А сейчас, Скорпиус, — сказала целительница, — твой отец ничего не почувствует. Это более продвинутый вид диагностики, который определит наличие различных видов магии в теле твоего отца. Каждый из нас, как магические существа, несёт в себе различные магические признаки. Обычно эта магия взаимодействует с магией других существ гармонично. Но иногда чужая магия может вести себя как маггловский рак — наша собственная магия начинает её отторгать. Проще говоря, я проверяю, не присутствует ли в нём не-волшебная магия. — Хорошо. Я вам доверяю. Целительница закатала длинные рукава и начала произносить серию заклинаний, двигая плавно палочкой над телом Драко, вытягивая над ним шары света. Затем она прошептала несколько фраз, которые Гермиона не успела расслышать. Несколько шаров засветились ярким серебристо-белым светом, тогда как остальные остались прежнего цвета. Взмахом палочки Целительница Финч заставила шары исчезнуть. Выражение её лица не сулило ничего хорошего. Она обменялась взглядом с медсестрой, которая кивнула и отошла в сторону. Целительница призвала табурет и жестом предложила всем сесть. Гермиона пересела к подножию кровати Драко, в то время как Блейз скрестил руки на груди и остался стоять. Скорпиус и Роза продолжали держаться за руки, не покидая места рядом с Драко. Гарри оглядел комнату, тяжело вздохнул и повторил позу Блейза, остановившись у изножья. Слизеринец подмигнул ему. — Мистер Малфой, — начала целительница. — Скорпиус. Пожалуйста, зовите меня Скорпиус. Мистер Малфой — это мой отец. — Конечно, дорогой, — она мягко улыбнулась, и Гермионе это сразу напомнило миссис Уизли. — Скорпиус, мы достоверно знаем, что на твоего отца оказали мощное воздействие, истощившее его магическое ядро. Нам пока не удалось установить источник этой атаки, но мы заметили несколько странных связей с его магическим ядром, которые я хотела бы обсудить с вами, — она взмахнула палочкой, и над телом Драко появилась диаграмма, напоминающая Гермионе двойную спираль, в которую были вплетены дополнительные нити. — Это изображение магического ядра твоего отца в здоровом состоянии. У нас была копия в архиве Святого Мунго. Несколько лет назад он проходил обследование, чтобы проверить, совместимо ли его ядро с ядром твоей матери. Скорпиус сглотнул и кивнул. Целительница снова взмахнула палочкой, и над Драко появилась новая спираль, куда более тонкая, с ослабленными горизонтальными линиями, тремя ярко выраженными продольными и одной едва заметной вертикальной линией. — А вот текущее состояние его магического ядра. Обратите внимание, как слабы горизонтальные линии. В процессе отдыха они должны постепенно восстановиться. Их ослабление — это и есть магическое истощение. А вот эта едва заметная вертикальная линия — это брачный союз, заключённый с твоей матерью. Тип их связи был особым: он продлевал ей жизнь, так как был закреплён непосредственно в его магическом ядре. — Он говорил, что это была лучшая татуировка, которую он когда-либо выбрал. — Очень точное и трогательное описание, дорогой. Я бы тоже назвала это татуировкой души. — А эти другие линии? — спросила Гермиона, указывая на ярко-золотую, серебристо-голубую и ядовито-жёлтую. — Ярко-золотая, как я полагаю, — это непреднамеренная связь. Она довольно сильна и, как ни странно, сейчас поддерживает его магическое ядро, а не истощает. А вот о серебристо-голубой поговорим чуть позже. Сначала обратите внимание на жёлтую линию. Именно эта связь, по моим подозрениям, и истощает мистера Малфоя. Думаю, она была создана для медленного вытягивания магии, но сегодня что-то вызвало резкий скачок, и она забрала очень много сразу. — Он умрёт? — спросил Скорпиус, побеледнев. — Не сегодня, дорогой. Не сегодня. Хорошо, что вы были рядом, мисс Грейнджер, — целительница кивнула Гермионе с понимающей улыбкой. — Мисс Грейнджер, я вижу в записях медсестры Макгонагалл, что аврор Поттер предложил просканировать ваше магическое ядро. Я склонна согласиться с его рекомендацией. Вы не будете против быстрой проверки? Глаза Гарри расширились, он явно не ожидал, что его упомянут. — Я вовсе не хотел, чтобы на меня свалили вину... — Всё в порядке, Гарри. Ты был прав. Нет, я не возражаю, — спокойно ответила Гермиона. — Нужно что-нибудь с моей стороны? — Только ваше согласие, дорогая. Гермиона кивнула. — Это сканирование будет не таким глубоким, как у мистера Малфоя. Я просто хочу подтвердить одну вещь, прежде чем продолжить обсуждение его состояния. Пожалуйста, встаньте. Как только закончим, сможете снова сесть. Осмотр действительно оказался таким быстрым, как обещала целительница. Миссис Финч сначала провела чёрной палочкой вертикально вдоль тела Гермионы, затем начертила в воздухе знак бесконечности и наконец коснулась концом палочки пергамента. Целительница изучала результаты несколько секунд, и лёгкая усмешка тронула её губы, прежде чем она взглянула на Гермиону. — Как давно вы встречаетесь с мистером Малфоем, мисс Грейнджер? — Почему все думают, что мы встречаемся? — простонала Гермиона. — Они застряли в древнем храме Майя пару дней назад и, похоже, оказались прокляты или благословлены, смотря как на это смотреть. Теперь между ними существует некая связь, — вмешался Гарри, учитывая, что целительница не слышала объяснений, данных ранее. Та удивлённо подняла брови. — И вы не подумали, что эта информация может быть важной, мисс Грейнджер? — Мы с Драко ещё не говорили об этом со Скорпиусом, — начала было Гермиона. — И в последний раз, когда мы обсуждали это с ним, решили сначала разобраться с этим вдвоём, без привлечения целой армады... — Она умолкла под строгим взглядом целительницы. Да уж. Само воплощение миссис Уизли, только в мантии и с лицензией целителя. — Судя по результатам вашего сканирования и данным по мистеру Малфою, между вами существует модифицированная связь магических ядер. Именно ваша магия удержала его в живых сегодня, — с нажимом сказала целительница, листая дополнительные записи, сделанные медсестрой Макгонагалл до её прихода. Палата погрузилась в тишину. Гермиона теребила край своего кардигана, пока целительница снова не повернулась к своему отчёту. Она заговорила спустя минуту. — Мисс Грейнджер, у вас довольно мощное магическое ядро. Впечатляюще. Меня даже удивляет, что этот магический паразит не прицепился к вам, а выбрал мистера Малфоя. — Прекрасно, конечно, всё это звучит, — процедил Блейз сквозь зубы, — но не могли бы Вы, в конце концов, объяснить, что, чёртовы гиппогрифы, происходит с Драко? Гарри коснулся его руки, пытаясь успокоить, но Блейз резко отдёрнул её с раздражённым вздохом. Целительница Финч одарила его выразительным взглядом, но снова повернулась к Скорпиусу, возвращая внимание к парящей над Драко двойной спирали. — Видите эту серебристо-голубую линию? Это спящий ген вейлы. По крайней мере, он был спящим до этой недели. — Что??? — одновременно воскликнули Скорпиус, Гермиона и Блейз. — Мой папа превратится в какую-то чёртову птицу? — Скорпиус выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок. — Я думала, вейлы мужчины — это огромная редкость, и проявляются они только в зрелом возрасте? — уточнила Гермиона, её тело и разум пребывали в лёгком шоке от услышанного. — О, боги. Только не говори «зрелость», тётя Гермиона, — простонала Роза. — Да, обычно так и происходит. Ген вейлы, как правило, спит, но, похоже, нечто активировало его у мистера Малфоя. Скажем так, он пробудился в его магическом ядре. Он вёл себя немного по-другому после проклятия? Например, был особенно раздражительным, зацикливался на одном человеке или проявлял нестабильность в эмоциях? — Да, — ответили все хором. Теперь настала очередь целительницы Финч приподнять брови. — Какой из признаков? — уточнила она. — Все, — откликнулась Гермиона. — Понятно, — цилительница нахмурилась. — Я должна быть с вами откровенна. Я специализируюсь на порче и проклятиях. Придётся пригласить целителя, работающего с вейлами. Также я бы порекомендовала, чтобы и вы, и мистер Малфой прошли осмотр у разрушителя проклятий. Дополнительно к моей работе, — она кивнула в сторону Гермионы и Драко. — О, Мерлин… — Гермиона побледнела. — У меня же через несколько дней начинаются занятия. Мне что, ложиться в больницу? — Нет, в этом пока нет необходимости. Но я бы рекомендовала вам остаться поблизости этой ночью. Сейчас ваша магия поддерживает ядро мистера Малфоя. Гермиона только кивнула. Драко Сраный Малфой, если ты хоть как-то используешь на мне какую-нибудь магию вуду, или воздействуешь на меня своей магией вейлы, то я… — она мысленно практически кричала. Ты что? Что ты сделаешь, дорогая? Гермиона застыла. Целительница продолжала говорить, но она уже слышала только его голос. Драко? Ммм? Слава Мерлину, ты здесь. А где же мне быть? Ты спал уже несколько часов. Правда? Кажется, в последний раз я спал днём в детстве. Ты мог бы открыть глаза? Скорпиус волнуется. Скорпиус здесь? Гермиона ощутила его тревогу. Она бросила взгляд на диагностическое заклинание, всё ещё парившее над его левым плечом. Цифры возле символа сердца увеличились. Да. Он здесь. Всё в порядке, но он очень переживает. Драко некоторое время молчал, прежде чем ответить. Гермиона, со мной всё будет хорошо? Мы всё выясним. У целителя есть несколько идей. Ты мог бы проснуться для меня? Я проснусь, но мне нужно ещё несколько минут. Хорошо? Хорошо. Она направила по их связи всё возможное утешение и тепло. — Гермиона! — Гарри стоял прямо перед ней, его руки лежали у неё на щеках. — Что? Прости, — она подняла взгляд и встретилась с его знакомыми зелёными глазами. — Мы уже несколько раз пытались задать тебе вопрос, но ты как будто отключилась, — он выглядел обеспокоенным. — Прости! Просто… этот день был чересчур насыщенным, — она не хотела никого тревожить, а тем более говорить, что разговаривала с Драко мысленно. Гермиона украдкой посмотрела на Скорпиуса и одарила его мягкой, извиняющейся улыбкой через плечо. — Прости, что напугала тебя. — Всё в порядке, милая. Может, всё же позовём одного из санитаров, и ты немного отдохнёшь на соседней койке? — мягко предложила целительница. — О, нет. В этом нет необходимости, — Гермиона попыталась отказаться. — Думаю, мне нужно будет побеседовать с профессор Грейнджер наедине. Я прослежу, чтобы она вернулась в свои покои и отдохнула, — вмешалась профессор Макгонагалл. Вид у неё был, мягко говоря, недовольный. — Я сейчас передам указания для приглашения узкопрофильных целителей. Есть ли какой-то разрушитель проклятий, которого вы бы хотели порекомендовать? — спросила целительница. — На самом деле, — вперёд вышел Блейз, — у нас есть такой специалист в компании Малфой Холдинг. Я попрошу его заехать сегодня вечером, если вы не возражаете? — Какой вы милый, конечно, — с улыбкой ответила она. Блейз в ответ тоже очаровательно улыбнулся, не в силах удержаться от обаяния даже в такой нервной обстановке. Гарри лишь закатил глаза от этого спектакля и повернулся к дочери, положив руку ей на плечо. — Роза, милая. Мы вернёмся завтра. А пока давай оставим Малфоев наедине, — сказал Гарри. Гермиона напряглась. Она не была уверена, что чувствует себя в компании Скорпиуса и Блейза. Ты слышишь, что они говорят? Ммм? Забудь. Гарри обнял Скорпиуса, тихо шепнув ему, чтобы присылал сову, если что-то понадобится. Он поцеловал Гермиону в щёку, кивнул Блейзу и вышел, положив руку на плечо дочери. Перед уходом он переговорил вполголоса с директором. Мадам Помфри стояла в стороне с целительницей Финч, координируя прибытие других специалистов, а Гермиона, Блейз и Скорпиус смотрели на лежащего Драко. — Надолго вы здесь, медсестра Макгонагалл? — спросил Блейз, с обворожительной улыбкой. — Блейз, ну зачем? — простонала Гермиона. — Простите. Я не особо жалую итальянцев, — холодно отрезала медсестра, явно проигнорировав флирт, и взмахнула палочкой, приглушая освещение. — Что поделать? — пожал плечами Блейз. — С такой матерью, как у меня, по-другому не вырос бы. — Он бросил Скорпиусу лукавую улыбку, и тот тихо засмеялся. — Попрошу мадам Помфри принести вам ужин. А мне пора возвращаться в Мунго. Рада была познакомиться, мистер и миссис Малфой, юный мистер Малфой и мистер Забини, — сказала она с лёгкой усмешкой, выходя так же бесшумно, как и появилась. Гермионе понадобилась пара секунд, чтобы осознать сказанное медсестрой. — Я не миссис Малфой! — крикнула она в сторону уже закрывшейся двери кабинета мадам Помфри. — Она правда думала всё это время, что я жена Драко ? — Нет, миссис Малфой. Думаю, это была её версия шутки, — с улыбкой ответил Блейз. — Ну, хватит, — фыркнула Гермиона, вставая и потягиваясь. — Останешься на ужин, Блейз? — Увы, нет. Мне нужно срочно привести сюда Билла, но я всё же надеюсь, что та симпатичная медсестра вернётся. Скорпиус снова рассмеялся. — Великолепный пример для подражания, Забини. — Не суди его строго, профессо... то есть, Гермиона, — сказал он с хитрой ухмылкой. — Блейз всегда такой. Я вообще удивлён, что он ещё не начал заигрывать с Вами. — Даже когда Драко в отключке, я не рискну флиртовать с Грейнджер. Вейлы в таком состоянии… — Блейз провёл рукой по волосам, не договорив. Гермиона нахмурилась. Она изо всех сил старалась не думать о природных странностях, сопровождающих пробуждение мужской стороны вейл. И если то, что она читала, верно, то уже завтра у ворот Хогвартса будет толпиться рой из девиц вейл, привлечённых феромонами Малфоя. Мужчины-вейлы якобы источают аромат, который могут уловить незамужние вейлы за сотни километров. — Блейз, ты ведь не думаешь, что он теперь превратится в полноценного вейлу? — спросил Скорпиус, снова нахмурившись. — Честно? Не знаю. Драко вспоминал о своих предках-вейлах, только когда был слишком пьян. — Ну вот зачем это говорить... — простонала Гермиона. — Гермиона, в Хогвартсе все пьют. От Вас это легче всего скрыть, — сказал Скорпиус с гордостью. — Грейнджер, у тебя же на факультете были близнецы Уизли. Я точно знаю, что на вечеринках в Гриффиндоре не только сливочное пиво пили. Возразить было нечем, и Гермиона с деланным пренебрежением фыркнула, обернувшись в сторону директора, чтобы проверить, закончила ли она разговор с целительницей. Несмотря на весь свой блестящий ум, она до сих пор предпочитала верить, что после вручения кубка факультета, победу обмывают чаем с печеньем… За её спиной Блейз и Скорпиус синхронно ухмыльнулись. — Скорп, у тебя есть доступ к семейному архиву? Я бы хотел посмотреть, когда в последний раз вейла проявилась у кого-то из Малфоев, — сказал Блейз. — А ты откуда о них знаешь? — Это моя работа — всё знать, — пожал плечами он. — Ладно... Я тогда ещё захвачу вещи папы. Он разозлится, если проснётся с растрёпанными волосами. — Прекрасно. Вернёшься через час-два? — Да. — Скорпиус уже держался за дверную ручку, но обернулся. — Профе... Гермиона, если с папой что-то случится, Вы сможете прислать своего патронуса хорька? Гермиона засмеялась. — Конечно. Но это выдра, если что. Скорпиус покраснел, как всегда, когда ошибался в классе. Его искренность была по-настоящему трогательной. Гермиона вполне понимала, почему Роза так к нему привязалась. Иронично, но Скорпиус всё больше напоминал ей Гарри. Малфой-младший махнул рукой на прощание и вышел. Палата погрузилась в тишину. Оставшихся целителей выпроводили после их консилиума. Теперь в больничном крыле остались лишь сотрудники Хогвартса, Малфои, Гермиона, целитель Финч и Блейз. Ну что, может проснёшься прямо сейчас? Тшшш. Гермиона вздохнула и опустилась на пустую койку рядом с Драко. — Ты ведь понимаешь, что я отправил Скорпиуса, чтобы мы могли поговорить, — произнёс Блейз, расстёгивая свой безупречно сидящий на нём пиджак. Он аккуратно положил его в ногах кровати и сел напротив Гермионы. — Я так и подумала, — солгала она. На самом деле, все её мысли по-прежнему крутились вокруг волшебника, лежащего перед ней. Она раньше никогда не оставалась наедине с Блейзом Забини. Разве что вежливо здоровалась с ним на каких-то мероприятиях Хогвартса или Министерства, но серьёзных разговоров между ними не было. — Я хочу, чтобы ты мне рассказала всё. Неважно, пикантно это или нет, но ты что-то от нас утаила. Полагаю, дело в романтике? — спросил он с намёком на улыбку. — Возможно, — тихо произнесла Гермиона, ковыряя ногтём пятнышко на своих джинсах. — Тогда выкладывай. У нас не так много времени, и мне действительно нужно срочно привезти Билла. — Что ж… будь что будет, — сказала она, поднимая взгляд на Блейза. Целительница и директор подошли ближе, создав себе кресла заклинаниями. Гермиона начала рассказывать. Возможно, с излишними подробностями, но Блейз просил всё. Хочешь, чтобы я что-то рассказала Блейзу? Мы одни, он жаждет подробностей. Сожри меня Василиск, если я знаю. Малфой, подбирай выражения… Она почувствовала, как веселье просачивается сквозь их связь, и улыбнулась. — Ты сейчас с ним общаешься? — Блейз наклонился вперёд, вглядываясь в её глаза. Она прикусила губу. — Да. — Мерлиновы яйца, Грейнджер! А я тут сижу и думаю, что мы больше никогда его не услышим, или что он очнётся с каким-нибудь потусторонним голосом вейлы, а вы там, небось, чаёк гоняете у себя в этих ваших… извращённых мысленных мирах! Блейз почти закричал. Затем провёл рукой по коротко стриженным волосам и шумно выдохнул. — Следите за речью, мистер Забини, — строго заметила Макгонагалл. Блейз отреагировал так, как отреагировал бы каждый бывший ученик Хогвартса при замечани преподавателя: опустил голову и пробормотал извинение. Гермиона была так поглощена собой и Драко, что не сразу заметила — на лице Блейза отразилось беспокойство. Конечно, он переживал за своего лучшего друга. — Прости меня, Блейз, — сказала она и обхватила его руку обеими руками, дождавшись, пока он встретится с ней взглядом. — Правда. Он попросил немного времени, когда я впервые услышала его голос. Надеюсь, скоро проснётся. Его магическое ядро постепенно восстанавливается, а наша связь позволяет нам общаться. Чёрные, словно обсидиан, глаза Блейза пристально вглядывались в её золотисто-медовые, пытаясь найти хотя бы след лжи. Спустя пару мгновений он кивнул и медленно высвободил свою руку. — Вы, слизеринцы, такие эмоциональные. А нас, гриффиндорцев, вечно обвиняете в драматичности. На губах Драко появилась кривая усмешка, и он хрипло прошептал. — Я просто ждал, пока Блейз зарыдает над моим телом, прежде чем просыпаться. Гермиона не смогла удержаться. Она буквально бросилась к нему, сжав его руку в своей. — Драккл, чувствую себя отвратительно, — прошептал он, когда их взгляды встретились. — Выражения, — мягко улыбаясь, ответила она, не переставая гладить его руку. — Кхм, — громко откашлялась Макгонагалл, и Гермиона с удивлением отдёрнула руку. — Что ж, это было впечаталяюще. Рада видеть, что ты всё-таки решил вернуться в мир живых, Драко. Блейз обошёл кровать и встал с другой стороны, глядя на друга с усмешкой. — Знаешь, Грейнджер была просто в ужасе. Я её всё это время утешал, как мог. — Заткнись, — с тем же выражением ответил Драко. — Как Вы себя чувствуете, мистер Малфой? — мадам Помфри с деловитым видом подошла к нему, оттеснив Блейза бедром. — Будто меня переехал Ночной Рыцарь. Что случилось? — Целитель считает, что нечто, связанное с благословением, истощает твоё магическое ядро. Или, по крайней мере, подпитывается им. — Салазар… Есть хоть какие-нибудь предположения, как это остановить? — глаза Драко расширились, он огляделся. — Сколько я был без сознания? Почему я в Хогвартсе? Здравствуйте, профессор, но какого Мерлина я здесь делаю, и что ты тут забыл, Блейз? — Не волнуйтесь, дорогой, — произнесла мадам Помфри, протягивая ему пузырёк с синей жидкостью. — Выпейте успокоительное зелье, а потом мы всё расскажем. Драко открыл пузырёк, залпом выпил зелье и глубоко вдохнул, пытаясь унять бешеное биение сердца. — Мистер Малфой, позвольте представить вам мою подругу и коллегу из Святого Мунго, целительницу Финч. Она сегодня изучала ваш случай, и сможет объяснить всё гораздо подробнее. А мистер Забини как раз собирался навестить Билла Уизли, — добавила мадам Помфри, выразительно посмотрев на Блейза. — Что случилось, Блейз? Зачем тебе Билл? — Драко резко выпрямился. — Неужели гремлины снова пытаются увеличить свою долю от прибыли? Эти скользкие ублюдки! Блейз поднял руку, чтобы его не перебивали. — Совсем нет. Целительница Финч предложила пригласить разрушителя проклятий, чтобы осмотреть тебя и Грейнджер. Я рекомендовал Билла. Он работает у нас и, главное, ему можно доверять. Драко прикусил губу, обдумывая услышанное. — Помню, в его резюме было написано, что до войны он работал в Америке. Возможно, он сталкивался с таким проклятием. Почему я сам об этом не подумал? — Потому что вы, два идиота, бегали по Лондону с проклятием, пожирающим магию, как вейла без головы, — сухо заметил Блейз. Драко кивнул. Он немного пошевелил рукой, и его пальцы коснулись пальцев Гермионы. Она едва заметно покраснела. — Билл блестящий специалист. Уверена, он придумает что-то стоящее, — сказала Гермиона, поправляя одеяло. — Есть ещё кое-что, что выяснила целительница, пока ты был без сознания. Драко приподнял бровь. — Она заметила, что твой спящий ген вейлы активировался в магическом ядре. Драко сглотнул. — Спящий ген вейлы? — прохрипел он. — Да, — вмешалась целительница Финч, подойдя ближе, чтобы смягчить подачу новости. — Но вам не стоит волноваться. Я уже отправила запрос специалисту по вейлам, чтобы он объяснил всё подробнее. Это не моя область, и я не могу быть уверена, но, учитывая ваш возраст, полное превращение маловероятно. — Прекрасно. Значит, вместо линьки я просто буду выть на полнолуние? — раздражение в голосе Драко нарастало. Гермионе хотелось, чтобы он поспал хотя бы до возвращения Скорпиуса. — Не думаю, что это так работает, — начала она. — Да никто не знает, как это работает! Сначала война, потом смерть жены. Что дальше, чтобы окончательно сделать из меня посмешище всего волшебного Лондона? Я уже вижу заголовки! Он поднял руки, будто проецируя их в воздух. — «Больше не самый завидный холостяк Лондона — теперь самый раздражительный!» или «Состояние Малфоев превратилось в перья!» или… Директору надоела его болтовня. — Думаю, этого достаточно, мистер Малфой, — отрезала она, и Драко сразу замолчал. — Помона, как думаете, можно ли дать ему зелье сна до тех пор, пока он не сможет самостоятельно вставать? — Да, думаю, это разумно, — кивнула мадам Помфри. — Прекрасно. Мисс Грейнджер, прошу сопроводить меня в мой кабинет. Мистер Забини, разве у вас нет дел? — Ах, да, професс… то есть, госпожа директор. Я отправляюсь за Биллом Уизли. Каминная сеть будет работать и для нас? — Да, я всё настрою. Ступайте, — сказала профессор Макгонагалл с лёгкой усталостью в голосе. — Спасибо, госпожа директор. И я хочу сказать, что этот оттенок синего вам необыкновенно к лицу. — Идите, — строго сказала она, но губы её чуть дрогнули в попытке скрыть улыбку. — Уже бегу! Кстати, когда проснётся спящая красавица? — Я дам ему лишь половину дозы. Возвращайтесь около восьми, если сможете, — ответила мадам Помфри. — Слушаюсь, мадам Помфри, — Блейз, насвистывая незнакомую Гермионе мелодию, покинул больничное крыло. Драко откинулся на подушки и глубоко вздохнул. — Где Скорпиус? — Уехал домой за семейными дневниками. Блейз решил, что нам стоит узнать, кто был последней вейлой в роду Малфоев. — Это была моя прапрапрапрапрабабушка — леди Фрейдис Нотт Малфой. Она была наполовину вейла. Но крыльев у неё не было. А вот первая вейла, полностью мужского пола — это самый первый Малфой или, по крайней мере, первый документально зафиксированный. — Как его звали? — спросила Гермиона. — Магнус о Люциус Поларис Малфой Первый. — Святой Мерлин, у вашей семьи было больше одного ребёнка с таким именем? Он улыбнулся. — Да. Магнус Первый погиб в экспедиции. Его сын, Магнус о Люциус Поларис Малфой Второй, и был тем самым предком, который перевёз нашу семью из Скандинавии сначала во Францию, а потом в Англию. — Значит, твой первый предок был полноценной вейлой мужского пола? — присвистнула Гермиона. — Это, мягко говоря, противоречит ненависти твоей семьи ко всему, что не чистокровно. — Да, мои предки предпочли об этом не вспоминать. Хотя, по правде говоря, думаю, именно этот факт и уберёг наш род от безумия, в которое скатывались другие чистокровные семьи. Гермиона склонила голову набок. — В этом есть логика. Безумие из-за кровосмешения — действительно распространённая тема среди волшебных семейств до двадцатого века. Она что-то задумчиво напевала, рассеянно рисуя пальцем узоры на руке Драко. Драко закрыл глаза, наслаждаясь её лёгким прикосновением. Они оба не заметили, что Минерва Макгонагалл наблюдает за ними с неподдельным, сдержанным интересом. Прочистив горло, директор почти с сожалением нарушила этот тихий момент. — Профессор Грейнджер, можно вас на пару слов в мой кабинет? — Ах, да, госпожа директор. Сейчас подойду. Гермиона обернулась к Драко. — Я буду в замке, так что всё должно оставаться в пределах нормы. Он кивнул. Если станет совсем невыносимо, ты придёшь? — Всегда, — тихо улыбнулась Гермиона, похлопав его по руке, прежде чем встать. Серые глаза Драко проводили её до дверей. Он опустил взгляд, наконец оценив своё потрёпанное состояние. Как, во имя Салазара, ты позволила мне показаться в таком виде перед всеми целителями Святого Мунго? Это были не все, Драко. Всего несколько. И одна медсестра, которая, между прочим, приходится родственницей самой Макгонагалл. Вот уж история, которую я хочу услышать. Потом. Я уже у статуи горгульи. Удачи. Ответа он не дождался. Драко уставился в потолок. Последний раз он был в этом помещении, когда Поттер оставил на его теле те самые шрамы, которые до сих пор остались на коже. — Мне обязательно это пить? — спросил он, когда мадам Помфри подошла к его койке. — Только, если хотите. Вы больше не ученик, — ответила она с мягкой улыбкой. Драко хмыкнул. — Прошло немало лет, не так ли? — Как насчёт подноса с чаем и пирожными? Нужно немного поднять уровень сахара в крови. — Звучит заманчиво. А можно я сбегаю в кабинет Грейнджер? У неё осталась одна из моих книг. Мадам Помфри прищурилась с подозрением. — Лоренс! — окликнула она. Раздался громкий хлопок, и рядом с ней появился довольно важного вида домовик с аккуратно зачёсанными набок волосами. На нём была аккуратно выглаженная туника с гербом Хогвартса. — Да, мадам Помфри? — скрипуче произнёс он. — Мистеру Малфою нужна книга из кабинета профессора Грейнджер. Будьте добры, принесите её. Домовик усмехнулся довольно ехидно. — Если я принесу все книги профессора, эта комната ими заполнится. Драко тихо расхохотался. Домовик вопросительно поднял бровь. — Мне нужна только одна. Довольно старая, написанная рунами. «Сказки Барда Бидля». Я оставил её у её стола или на диване, — он слегка покраснел, представляя, как это может выглядеть со стороны для школьной медсестры. — Как пожелаете, хозяин Малфой, — произнёс Лоренс, поклонился до земли и исчез с громким хлопком. — Знаете, он обычно никого не любит. Но Вас, похоже, полюбил, — с понимающей улыбкой заметила мадам Помфри. — Я пришлю поднос. А вы отдыхайте. Если не будете, я снова зачислю вас в Хогвартс и силком заставлю выпить успокоительное. — Как скажете, мадам, — Драко откинулся на подушки и улыбнулся.