Глава 3

Да уж, знатно она задумалась, что не заметила, как пролетела половина месяца. Из того состояния лёгкой меланхолии и задумчивости её вырвала стайка глупых девчонок в столовой. Они, думали, что Хоуп такая же наивная, как и остальные новенькие дети, что периодически попадают сюда, и, что её легко можно развести на разговор, узнать её слабости и прижать, когда потеряет бдительность. Но нет! С ней такие трюки не работают! И о других она сможет составить своё мнение. Зачем ей слушать сплетни? В них редко встречается правда. Да уж, знатно она задумалась, что не заметила, как пролетело три дня её жизни в новом мире. Из того состояния лёгкой меланхолии и задумчивости её вырвала стайка глупых девчонок в столовой. Они, думали, что Хоуп такая же наивная, как и остальные новенькие дети, что периодически попадают сюда, и, что её легко можно развести на разговор, узнать её слабости и прижать, когда потеряет бдительность. Но нет! С ней такие трюки не работают! И о других она сможет составить своё мнение. Зачем ей слушать сплетни? В них редко встречается правда. Да, мальчишка, что живёт с ней в одной комнате странный, немного задиристый, но он не плохой! Уж она то знает, о чем думает! Её вырастили те, кого другие считали монстрами, но для неё они самые любимые и добрые близкие люди, её семья! И этот мальчик чем-то похож на них. Такой же одинокий в своей борьбе с миром, как и они. Но, в её семье все дяди и тёти всегда были друг у друга, Фрейя и Финн периодически пропадали из поля зрения, но в конце концов возвращались домой. А у Тома никого нет. Он ещё не знает, что с ним происходит и что чувствует, такой же ребёнок, как и она, но как только поймёт, вырастит сильным мужчиной, как её отец, в этом парне ощущается стальной стержень и сильный характер, который ничем не сломить. Мальчишке лишь нужно найти свой якорь, тех людей, с которыми он будет чувствовать себя в безопасности. Отец хотел создать гибридов для этого, что стало его ошибкой, Том очень похож на него характером, она его ещё не настолько близко знает, но чувствует, что это именно так. Если он, хоть чуточку, такой же умный, как она, то проблемы в будущем будут у всех, кого он посчитает своими врагами. — Том, а как давно ты здесь? — после оглашения отбоя сон не шёл, и Хоуп решила пойти на контакт со своим сложным соседом, чтобы выяснить какой он и составить о нём своё собственное мнение. — Я здесь родился, — в темноте было плохо видно, но его грустный взгляд уставился в потолок. Ей не хочется воевать с ним во всём, он ей вообще не соперник. Она сама выбрала свой путь, и идёт по нему, а Том себе путь, как и остальные обитающие здесь дети, не выбирал. Да, и родители её живы здоровы, ещё и когда-нибудь они встретятся вновь, нужно лишь найти способ сделать это. — Том, а почему тебя здесь так не любят? — наивно спросила она, доверившись сложившейся таинственной атмосфере ночи, которая всегда подобные душевные разговоры оставляет храниться в своём загадочном и никому неизвестном тайнике. Мальчик не хотел отвечать, но ему нужно узнать кто она такая, поэтому едва слышно прошептал. — За магию, меня боятся, — в его шепоте улавливались нотки непонимания, грусти, отрицания и отчаянного желания найти таких же, как и он, людей, обладающих даром. И тут до Хоуп дошло. Она просила новый дом, она хотела быть нужной, и теперь она поняла, почему оказалась именно здесь — в этом приюте и в этой комнате, даже если у девочек есть свободные места. Мир отправил её к нему. Она нужна этому мальчику, и должна ему чем-то помочь. — Ты не один такой страшный, — таинственно прошептала в ответ блондинка, взмахнула рукой, что-то прошептав и на потолке зажглись звёзды. На миг повисла оглушающая тишина, глаза парня заблестели, он был прав! Она такая же, как и он! — Красиво, — искренне улыбнулся черноволосый паренёк, который впервые в жизни ощутил некое тепло в груди. Комфортная тишина под мягкое свечение иллюзии звёздного неба обволакивала маленькую комнатку на двоих, оберегая её обитателей, когда ребята расслабились и стали погружаться в сон, по комнате разнеслось мерное сопение, свет погас, а иллюзия без подпитки магией развеялась, забирая с собой всё сказанное при столь таинственной атмосфере в ночи. Том был рад, что поговорил с Хоуп перед сном, он убедился, что она может колдовать, но не так, как он. Её магия немного другая. Не понятно как, но он просто так чувствует, а ощущения его ни разу ещё не подводили. Подъём был, как всегда, в четыре утра. Мальчик не понимал, зачем так рано вставать? Неужели работникам приюта ни капельки не хочется поспать подольше? Все дети здесь с таким расписанием дня вечно сонные, с мешками под глазами, тощие и голодные. Спонсоры в этом году сократили своё участие в благотворительной деятельности их приюта. Почему-то им это перестало быть выгодным, да и, по слухам, они эти деньги направили на что-то другое, будто готовятся к чему-то особенному. Но к чему? Тому не понять. Хоть он и чувствует, что грядёт нечто опасное, что заставляет непроизвольно съёживаться, ощущать беспокойство, но люди за пределами приюта живут всё также, как и обычно, ничего не изменилось. — Эй, Реддл! Пришло время… — чего там за время, брюнет слушать не стал. Сразу стало понятно, что шпана наконец-то отошла от того инцидента и решила отомстить. Долго они шли, но интересно, чего могли придумать тупые идиоты? — Говорят, у тебя соседка появилась, — шмыгнул носом толстяк Генри, второй по старшенству в этой банде, самый смелый из них, ведь попал сюда всего пару месяцев назад и не застал магического всплеска Тома. — При чём тут Хоуп? — не понимал Реддл. Ну, появилась у него соседка. И что с того? — Теперь и за неё платить будешь, — растянул губы в мерзкой улыбке беззубый Карл, лидер банды, получивший кличку, потеряв зуб в одной из драк. — Не буду я платить, тогда не стал и сейчас ничего не изменилось, — уверенно заявил семилетка. Чего бояться этот сброд? Что они могут сделать магу? — Ну, смотри, Реддл, ты сам отказался, — прошипел ему в лицо главарь. — Эй, мутный, — обратился жирдяй к тощему пареньку. Так отъесться в условиях приютской жизни надо ещё суметь. Дрожащий то ли от холода, то ли от страха, сероволосый, грязнолиций, в потрёпанной одежде Джо подошел к главному из них. — Ударь меня, — сказал тот, — а вы, — указал пальцем на всех остальных, — падайте на землю и посильнее, чтобы ссадины получить, — и мальчишки посомневавшись выполнили приказ. Бац! Скула толстяка покраснела, а на глазах стали собираться напускные слёзы. — Мисс Коул! Реддл опять творит что-то странное! — побежал жаловаться он. — Ну всё, пацан, теперь так просто не отделаешься! — плюнул в его сторону ещё один из старших мальчишек напоследок, и убежал за всеми остальными. — Вот, гады! — из-за угла выглянула Хоуп, в её глазах плескалась злость, которая не находила магического выхода, ибо на её руке был надет браслет-негатор, что сдерживал проявления её разрушительной магии, подарок от любимых родственников. Она топнула ногой, немного избавляясь от негативных эмоций, и схватив мальчишку за руку потащила к директору. — Мисс Коул, — запыхавшись проблеяла она, — они сами себя покалечили, Том не виноват! — уже уверенно выдала заявление она. Но, старуха поверила большинству, тем более, ранения для неё были куда более весомым аргументами, чем слова новенькой девчонки. — Реддл, ты будешь наказан за свою чертовщину, и в этот раз от прута тебе не спастись, а Вы, мисс Маршал получите пятнадцать ударов за ложь! Показательно перед всеми, на собрании, что пройдёт вечером в фойе. На глаза Хоуп стали наворачиваться слёзы обиды, но ни одна из них не покинула глаз, малышка крепко сжала кулаки, до белеющих костяшек, после чего развернулась, не отпуская руку соседа и ушла из кабинета хлопнув дверью со всей доступной ей силы. — Хотите по-плохому, будет вам по-плохому, — семейное злорадство захватило её разум, и единственное о чём она сейчас могла думать — это месть! Брюнет шёл за ней как в трансе и уже совсем ничего не понимал. Что сейчас вообще произошло? Наказания и подставы были и раньше, но его никогда никто не пытался защитить, или отомстить его обидчикам. А сейчас, он просто идёт за этой странной девчонкой и недоумевает, как она вообще подобралась к нему так близко? Да ещё и наказание вместе с ним схлопотала. Пятнадцать ударов прутом по икрам — это очень больно. Сможет ли она выдержать? Вечером, по приказу директрисы воспитатели собрали всех маленьких жителей приюта в одном месте, позвали даже сторожа. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы наказать Томаса Марволо Реддла и Хоуп Маршал за их непослушание! Каждый получит по пятнадцать ударов прутом! — грозно объявила Коул. — Закатать штанины! — скомандовала она, и Том закатал, а Хоуп приподняла полы юбки, что входила в приютскую форму, когда-то подаренную спонсорами. Шлёп! Первый удар, второй, третий… пятнадцатый. Оба ребёнка стойко выносили издевательства и злобно смотрели в сторону зачинщиков. Их ноги опухли, местами из царапин стекали капли крови, но дети не издали ни звука. Их головы были опущены, и только Том увидел, как светятся насыщенной синевой глаза его соседки, что будто вот-вот взорвётся от переполняемой магии внутри. — Наказание исполнено! Подумайте над своим поведением и больше не нарушайте правил! — безжалостно отчеканила Коул. А Том уже не слушал. Он видел состояние девочки и незаметно подобрался к ней, схватил её маленькую ручку, и аккуратно потащил в сторону комнаты на второй этаж. Она, словно в отключке пошла за ним. Прямо, как он с утра. Но как только они оказались наедине, злость малышки вырвалась наружу, она прекратила хромать, протерев свои ноги платочком с вышитой в уголочке буквой «М», на которых не осталось и следа наказания. Она от куда-то достала нож и резанула себя по пальцу, протянула к его губам и властно сказала, — Пей! Он подчинился и лизнул палец странной девчонки, а затем почувствовал, как и его ноги стремительно стали заживать. — Теперь они будут моими врагами, врагами Хоуп Андрэа Майклсон, а враги Майклсонов долго не живут! — из неё исходил потусторонний гнев, будто сама Богиня Смерти ступила на грешную Землю. Тома захватило это зрелище, и впервые он обрадовался тому, что эту новенькую подселили именно к нему.