Глава 2. Воспоминания.

Открывая глаза, девушка не могла и подумать, что проснётся возле входной двери. — Неужели я так сильно устала на работе, что даже до кровати дойти не смогла? — удивилась Мария, протирая усталые и покрасневшие глаза. Всё, что случилось, казалось ей безумным сном. Магия, седой волшебник, который выглядел как сумасшедший, голос в голове и дух в её теле — всё это было настолько абсурдно, что казалось плодом воображения. И, похоже, оно всё ещё играло с ней злую шутку! Мария быстро поднялась и побежала в ванную. Оглядев себя с ног до головы, она с облегчением выдохнула: это действительно была она. Всё ещё она. В её голове вспыхнул чужой образ. Она словно видела себя не девушкой, а мужчиной. Темноволосым, с аристократичными чертами лица. Его глаза были намного темнее её собственных; нос прямой с легкой горбинкой; впалые щеки; с легкой припухлостью, почти малиновые губы; широкие брови и холодный, жесткий взгляд. Но вместе с тем она видела маленького, обиженного на весь мир ребенка. Пухлые щеки, аккуратно уложенные волосы, бледная кожа и худощавое телосложение. Это был один и тот же человек, только разных возрастов. Даже в пять лет он уже был жесток, слишком жесток для своего возраста. Перед зеркалом всё те же длинные тёмные волосы, те же глаза, носик. И мягкий, но уверенный взгляд. Может, даже если поставить Марию и этого человека из воспоминаний рядом, могло бы показаться, что они брат и сестра, но это было явно не так. В голове то и дело пролетают всё новые и новые воспоминания, в каких-то она улавливает знакомые нотки отголосков, в каких-то узнает всё, что узнала про магию, а какие-то воспоминания вообще хотелось бы стереть. Убийства, безжалостные и кровожадные убийства. Эти воспоминания были особенно неприятными. Девушка не понимала, откуда они взялись, и не могла отделаться от мысли, что всё ещё спит. Смотря в свои глаза в отражении, она хмурилась ещё больше. — Том? — тихо окликнула она, чувствуя, как страх сжимает сердце. Ответа не последовало. Она уже было обрадовалась, решив, что это всего лишь сон, но решила перепроверить. — Марволо? — Чего тебе нужно? Помнится, ты вчера сказала, что даже слушать меня не будешь! Так что же тебе понадобилось от меня сейчас? — голос был таким громким и угрожающим, что девушка закрыла уши руками, надеясь спрятаться от этого шума. Но это не помогло. Она испуганно посмотрела на свое отражение, а потом сильно зажмурилась. Она надеялась, что, когда откроет глаза, это окажется сном. Но реальность не отступила. — И долго ты собираешься истерить? — Тёмный Лорд говорил без малейшего намека на дружелюбие. Девушка всем своим существом ощущала пронизывающий её холод и гнев в его голосе. В голове всплыл один из последних образов: кровожадный алый взгляд змеиных глаз, такой же змеиный нос, бледная, почти серая кожа. Этот монстр был самой отвратительной версией себя. А само воспоминание принесло девушке неприятные ощущения. Она не наблюдала за происходящим со стороны, а будто сама направляла палочку на маленького ребёнка с зелёными глазами! Ужас сковал её тело, она медленно сползла по стене, дрожа от паники. Это было слишком. — Почему я? — вдруг всхлипнула Мария, немного приходя в себя. — А можно яснее? Почему ты что? — Почему ты выбрал меня? Почему я должна находиться с убийцей в одном теле? Ты ужасен, Том! Я вижу твои воспоминания и ужасаюсь только от одного вида бездыханных тел! Они же дети! — Прежде всего, не стоит называть меня Томом! А во-вторых, не стоит тешить себя иллюзиями. Ты, безусловно, привлекательна внешне, но ты всего лишь магла, и это лишь случайность. Будь у меня время, я бы, разумеется, предпочёл кандидатуру получше — чистокровного мага, способного меня возродить. К сожалению, ты пока не можешь этого сделать. — Я ни за что не стану тебя возражать, даже если у меня появится такая возможность! Ты безжалостный, кровожадный ублюдок, ужасный, невыносимый, — и вдруг девушку пронзила острая боль. Как будто каждую косточку в её теле ломают и выворачивают, как тряпичную куклу. Было до жути больно, до жути страшно. — Может, в чем-то ты и права, — прошептал голос, явно усмехаясь своим преимуществом. — Я безжалостный, кровожадный и, возможно, немного невыносимый. Но я не ужасен. Я очень симпатичный, если вдуматься. Ты сама видела это в моих воспоминаниях. Точнее, теперь уже в НАШИХ! — Я видела тебя, ты монстр! — кричала девушка вслух, как вдруг новый приступ сковал тело, и в этот раз её будто подбросили и с силой впечатали в бетонный пол. — Останови это, молю! — Как же здорово не чувствовать боль в чужом теле, — задумчиво произнес Тёмный Лорд. — Жаль, что колдовать я могу только в пределах твоей оболочки. Иначе я бы уже давно разобрался с тем стариком. — Может, стоит почаще применять Круцио? Возможно, тогда ты станешь более послушной, малышка, — Волдеморт всё же снял проклятие с девушки, и та, в свою очередь, расслабилась, растягиваясь по полу. — Надо было рассказать всё Альбусу, — прохрипела девушка, смотря на белый потолок своей ванной. Её слезы тихо и медленно стекали по вискам, а губы еле подрагивали. — Ну же, давай! Вперёд! Если хочешь быть убитой! — Волдеморт пытался запугать её. — Но если ты последуешь моему совету, глупая девчонка, тебе станет легче жить! А теперь слушай: теперь у тебя есть мои воспоминания, и это меня не радует. Пока нет возможности помочь мне магически, будем искать способ возродить меня! Реддл внезапно пришёл в ярость, и это сразу же отразилось в его эмоциях. — Какого чёрта ты там оказалась! Ты же полная моя противоположность! Слишком правильная, такая же, как этот мальчишка... — Ну он же тебя уже дважды убил, — болезненно усмехнулась девушка. — Как же это абсурдно звучит. Это, в конце концов, противоестественно — это твое бессмертие. Разве ты так боишься смерти? — Неужели вы, люди, не испытываете страха перед смертью? Жизнь так быстротечна, что невозможно осуществить все свои желания. — А чего ты хочешь? Власти? Это, в конце концов, глупо! Марволо не ответил на это заявление. Он понял, что сейчас бессмысленно спорить. Девушка с трудом поднялась с пола и вышла из ванной, избегая смотреть на свое отражение. Вдруг она услышала шорох в углу кухни и резко обернулась. Никого. Осторожно приблизившись, Мария заглянула за столешницу и увидела пару крыс. Отскочив, она пронзительно закричала. — Чего ты так испугалась? Это же просто милые маленькие крыски, — рассмеялся Марволо, заметив, как девушка вздрогнула от такого пустяка. — Интересно, чего ещё боится наша маленькая неудачница? Сейчас посмотрим. — Ага, а ты добрый и пушистый котик! Звучит одинаково нелепо! И не смей копаться у меня в голове! — не хватало только топнуть ногой и скрестить руки на груди. Внезапно внимание девушки привлекла записка, лежащая на столе. Она осторожно подняла её и прочитала. От неожиданности она замерла в оцепенении. Прикрыв рот рукой и широко раскрыв и без того большие глаза, она огляделась по сторонам. Кто мог оставить ей это послание? Мария ещё раз пробежалась по ней глазами: «Мой лорд! Приветствую вас, я так рад, что Вы снова вернулись! Я мог бы вам помочь чем-либо?» — Что это значит, Марволо? Кто это оставил? — прохрипела девушка, войдя в гостиную и опустившись на мягкий диван. Она вспомнила слова духа и поклялась никогда больше не произносить его настоящее имя. — Вероятно, это был один из моих слуг, — произнёс голос обыденным тоном. — Слуг?! Некоторые, похоже, были тебе друзьями! Как ты можешь их так называть, это же рабство! — не унималась девушка. — Я никому не доверяю, и тебе не советую, — голос звучал так, будто мог резать сталь, но затем неожиданно смягчился. Это выглядело почти иронично. — Ты, кажется, единственная, кто знает о моей жизни столько, сколько никто другой. Поэтому я надеюсь, что ты пересмотришь свои взгляды на магический мир и присоединишься ко мне. — И у меня среди слуг никогда не было и не будет друзей! — поставил он точку в этом вопросе. *** Полы чёрной мантии развевались по коридорам Хогвартса. Северус Снейп, преподаватель зельеварения, стремительно шёл по школьному коридору. Его нахмуренные брови и решительные шаги говорили о серьёзной проблеме. Проблема заключалась в том, что мальчишка, известный своей избалованностью и невыносимым характером, сейчас лежал в больничном крыле. Как ему удалось во второй раз справиться с Тёмным Лордом? Учебный год подходил к концу, студенты уже начинали готовиться к летним каникулам и собирали чемоданы. И только Поттер соизволил преподнести свою влипательную задницу не только директору в руки, но всем его преподавателям! Впрочем, Снейпу было по барабану на его нынешнее самочувствие, жив и ладно. Куда больше его беспокоил директор, который внезапно исчез на несколько дней из школы прямо перед окончанием учебного года. А теперь вызывал его, Снейпа, на аудиенцию. Он ожидал чего угодно, от нового вида лимонных долек до возрождения Того–О–Ком–Непринято–Говорить–В–Их–Обществе. И очень надеялся, что ни того, ни другого не случится. — Снейп, у нас проблема! — с такой фразой его встретили в кабинете директора. — Что произошло на сей раз, Альбус? — Дамблдор даже не обратил внимания на фамильярность собеседника. — Неужели Поттер и из больничного крыла нашёл себе приключения? Этот неугомонный мальчишка уже всех достал! Он всего год учится, а что будет дальше? Снейп явно не собирался останавливаться, пока не заметил у Дамблдора задумчивый и отстранённый взгляд, в котором промелькнул страх. Тогда он серьёзно, нахмурившись, переспросил: — Альбус, что случилось? — Волдеморт, — многообещающе выдохнул директор. — Он возродился? — Нет, — он осекся. — Не совсем. Он нашел новое тело. — Так в чем проблема? Насколько я уже понял, из чужого тела выбраться он не в состоянии, так что просто можем посадить его в Азкабан! — Не все так просто, мальчик мой, — Дамблдор встал из-за стола и подошел к омуту памяти. — Я несколько раз пересматривал эту ночь в Испании, и у меня постоянно что-то не сходилось. Но потом я понял. Она соврала. — Кто она? Объясните уже нормально! — Подойди, — приглашающе махнул рукой Альбус. Держа в руке палочку, он вытянул из своего виска серебристые нити воспоминаний и окунул их в омут памяти. — Смотри, а потом скажи, что ты думаешь по этому поводу! Когда Северус вынырнул из омута, его лицо стало ещё мрачнее. — Он в её теле! Но она же обычный человек, по логике, он безопасен, так как колдовать телом без магического ядра невозможно, — профессор нахмурился, признавая свою ошибку. — И в Азкабан ни в коем случае не посадишь магла. Противозаконно. — Я тоже об этом думал, но я не уверен, что все так просто закончится. Ох, как я чувствую, что будет что-то снова неприятное. Чуйка не подводит меня, Северус! — директор ходил от одного края кабинета к другому, выверяя каждый свой шаг, руки сомкнуты в узел за спиной, а взгляд был очень напряжённый. — Как там Гарри? — Прекрасно! — с сарказмом ответил профессор. — Правда, совсем недавно его чуть не убил Тёмный лорд, а после чуть не сгорел заживо! — Не горячись, Северус, — уже с улыбкой пролепетал Дамблдор. — Гарри прекрасный мальчик, и ты сам это видишь. Ты ведь на самом деле печёшься о нём. Он дорог тебе, не отрицай этого. — Это не меняет того, что он высокомерный, самовлюбленный и безмозглый идиот, полностью копирующий манеру своего отца! — Северус скрестил руки на груди, пытаясь отгородиться от собеседника. Но Альбус не собирался уступать и продолжал настаивать на своем. — Спасибо, что спас его из огня! Я не расскажу ему об этом, не переживай. А теперь иди, мне нужно решить ещё пару вопросов. И, Северус, пожалуйста, найди информацию по этому случаю. Она может многое прояснить и, возможно, помочь нам. *** — Какая же ты глупая! Просто не выносимо! — Да прекрати уже оскорблять меня! Я уже сказала, что я не буду этого делать! — Я не оскорбляю, а всего лишь говорю, что вижу. И ты будешь делать что скажу я! — Марволо был в ярости. — Мерлин, какая же ты невыносимая и упрямая! Может профилактический круцио? Девушка вздохнула и продолжила: — Как я по-твоему должна тебе помочь? У меня даже магии нет! — Есть тот, кто оставил тебе эту записку, и у тебя есть мои знания. — И кто же это по-твоему? — Догадайся сама, и, может, я подумаю над тем, чтобы не называть тебя глупой! Девушка попыталась полностью погрузиться в воспоминания. Они мелькали в голове короткими фрагментами. Внезапно она заметила одного неприятного персонажа. Это был Питер Петтигрю – анимаг, превращающийся в крысу. — Да неужели этот противный пухляш? Как отвратительно! Среди твоих «слуг» были и посимпатичнее и явно посильнее, — фыркнула девушка. — А ты выбираешь себе мужа или всё же мальчика на побегушках? — посмеялся Реддл. Смех был обычным, без капли негатива. Мария даже на мгновение замерла. Он показался ей приятным... — Ни то, ни другое! Если честно, мне это не нужно, но я понимаю — если это единственный способ избавиться от тебя, я это сделаю. Только с условием: полная неприкосновенность с твоей стороны после. Никакого насилия, пока я помогаю тебе и после. — И ты смеешь ставить мне условия? — Я поняла, что без меня у тебя ничего не выйдет. Условия просты, я тебе не сильно нужна, но я хочу быть уверена, что меня не тронут до и после твоего возвращения. — Договорились. Я не буду пытать или убивать тебя ни до, ни после своего полного возрождения! — Поклянись, — Мария не собиралась отступать. — Мне нужно свидетельство самой магии! — Да ты! Да как ты смеешь! — совсем озверел Волдеморт. — Грязное животное! — Пожалуйста, успокойся, — девушка пыталась усмирить бурю внутри себя. Она испугалась, даже не осознав, как её оскорбили. — Мне нужны гарантии, пойми мои сомнения. Минут пять в голове звенело давящее безмолвие, что казалось уже неестественным. Но она отчётливо чувствовала чужие эмоции и понимала, что её соседу нужно время для размышлений. — Хорошо. Я, Томас Марволо Реддл, Лорд Волдеморт, клянусь, что никогда не причиню никакого вреда своими руками и магией Марии Абриль Кастра Де Виль! Тело Марии в этот момент вспыхнуло серебряным сиянием, слабым, но отчётливым. И она, наконец, расслабилась. — Вот ты говоришь, что никому нельзя называть тебя Томом, но при этом при клятве сам же его и признаёшь, как это понимать? — Клятва — это тебе не шутки, перед магией я всё ещё являюсь Томом. И, поверь мне, я собираюсь при возрождении это исправить! — Оу, я в этом не сомневаюсь, Томми! — Мария рассмеялась. Её смех звучал легко и непринуждённо. Она ясно ощущала ненависть и злость, направленные в её сторону. Но теперь можно не бояться. Клятва была в силе.