Глава 3. Билет Испания–Лондон.

— Подожди, то есть ты хочешь сказать, что это неизбежно? — Этого можно было бы избежать, но ты отняла эту возможность, — совсем спокойно осведомил Волдеморт, — и теперь нам нужно будет искать другой способ! Мария сидела в ступоре. С одной стороны, она клятвой сохранила свою жизнь, но с другой, оказывается, она теперь не сможет отодрать от себя этот невыносимый порой кусок души. — Вообще никаких вариантов? — Из которых я знаю, нет. Магия ритуала убьёт тебя, а потом и меня за невыполнения клятвы, — то, что говорил Марволо, всё ещё казалось ей странным. Всё это до сих пор никак не укладывалось в голове. Сейчас его голос звучал спокойно и уверенно. Глубокий, бархатный, с чарующим тембром — он завораживал. Даже властность и гнев в его интонациях не вызывали страха или ответной агрессии, лишь легкую дрожь. Но оскорбления могли вывести её из себя. Казалось, всего два дня назад она корчилась на полу ванной комнаты от его пыточного заклинания, а теперь не испытывала ни капли страха. И дело было не только в клятве, хотя и в ней тоже, а в ее интуитивных чувствах. Она понимала, какой он человек и на что способен, но когда он говорил с ней спокойно, этот ужасающий образ исчезал. Марволо лишь тихо усмехался про себя. Порой его забавляли мысли этой девушки, они казались ему такими наивными. Очевидно, что девушка испытывала к нему определенный интерес. Это не являлось для него чем-то неожиданным, поскольку еще в школьные годы его харизма и непреклонный характер неизменно производили впечатление на представительниц противоположного пола. К тому же, в последнее время он уже не получал удовольствия от грубости и злости. Поэтому он отвечал спокойно и равнодушно, но порой девушке всё же удавалось вывести его из себя. В руках у Марии была книга, которую принёс Питер. Она сосредоточенно пыталась её прочесть. Конечно, Тёмный Лорд уже читал эту книгу до того, как создал крестражи, но с течением времени воспоминания стираются, и многие подробности забываются. Сейчас эти подробности необходимы, чтобы понять, как действовать дальше. «Феномен слияния душ представляет собой сложное и многогранное явление. В рамках данной задачи можно выделить два основных сценария: насильственное и добровольное вселение души в тело, принадлежащее другому человеку. Насильственное вселение – это вселение чужеродного сознания в тело без явного согласия его законного владельца, что влечет за собой процесс слияния душ. В результате такого вмешательства происходит радикальная трансформация личности. В отличие от насильственного вселения, добровольное принятие чужой души представляет собой более сложный и менее изученный феномен. В данном случае, тело, не подвергается насильственному захвату, а, напротив, активно участвует в процессе соединения с чужой душой. Однако, несмотря на кажущуюся добровольность, такое соединение не может быть квалифицировано как полноценное слияние душ. Вместо этого, тело функционирует в качестве питательной среды для «подселенца», обеспечивая его энергетическую и информационную поддержку. Важно отметить, что в данном случае «подселенец» обладает способностью к произвольному покиданию тела, что свидетельствует о его относительной независимости от человека. Таким образом, феномен слияния душ может быть рассмотрен через призму двух противоположных сценариев: насильственного и добровольного вселения. Только комплексный подход позволит глубже понять природу данного явления и его потенциальные последствия для человеческого сознания и общества в целом.». Девушка нахмурилась. Книга оказалась сложной для восприятия: над некоторыми моментами ей приходилось задумываться на несколько минут, тщательно обдумывая и анализируя их. В ответ она слышала недовольное бурчание «подселенца», который, конечно же, уже всё понял и прочитал. «Если в вашей ситуации имело место насильственное вселение, то процесс слияния душ будет происходить постепенно. Первоочередным этапом данного процесса является объединение воспоминания. Возможны побочные эффекты: усиливающаяся головная боль, головокружение, повышение давления и температуры. Рекомендуется принять следующие меры предосторожности: при первых признаках начала слияния необходимо немедленно принять горизонтальное положение для минимизации риска падения и предотвращения возможных черепно-мозговых травм. Последствия травматического повреждения головы могут быть крайне серьёзными, включая ослабление собственной ментальной сущности, в следствии чего может произойти захват вашего разума более сильной душой.» — То есть ты можешь овладеть мной в любой момент? — Мария была в таком шоке, что даже не заметила, какой двусмысленной фразой бросила в Волдеморта, но, быстро опомнившись, решила исправить положение. — Я хотела сказать, что ты можешь захватить мой разум и тело? Марволо усмехнулся и принялся объяснять: — Фактически могу, но только, как и было написано, при травме головы, но я бы дополнил, что здесь уместна любая другая серьезная травма, при которой ты можешь потерять сознание или даже быть при смерти. Душа истончается, ослабевает, и именно в такие моменты подселенец может завладеть и разумом, и телом, — на последнем слове Марволо сделал особый акцент. Сразу же Мария представила два тела, движущиеся в ритме страсти. Её лицо вспыхнуло, а в груди возникло смущение. Но следующие слова мгновенно остудили её пыл. — Прекрати немедленно! Ты мне противна, мерзавка! Ннемного расстроенная оскарблением, девушка вновь погрузилась в чтение, пытаясь больше не позволять этим мыслям занимать её сознание. Что с ней происходит? Она думает о его голосе, и из-за одного неосторожного слова её воображение рисует странные картины. В этом виноват её глупый язык. Это нелепое недоразумение, которое её крайне смущает. «Так же не забудьте наложить охлаждающие чары». Даже книга против неё самой. Ей бы точно не помешало охладиться. «В случае потери сознания, часто наблюдается повышение температуры тела, которое может достигать критических значений, представляя угрозу гипертермического шока и потенциально приводя к перегреву организма». — Марволо, почему я не могу читать твои мысли? — вдруг спросила она, отложив книгу на край стола, потому что больше не могла сосредоточиться на чтении. — А с чего это ты должна их слышать? — удивленно спросил мужчина. — Я думала, это должно работать в обе стороны, разве нет? — Не ты находишь в моём теле и моей голове, а я нахожусь в твоей! Вот и думай «почему?». Мария лишь тяжело вздохнула. — Находясь в твоем теле, я гость — отдельная сущность, тут ничего сложного и всё предельно понятно. И почему ты перестала читать? Мне, между прочим, надо тоже освежить память об этой книге! Продолжай! — потребовал внутренний голос. — Я устала, и у меня есть несколько вопросов к тебе. — Какие ещё вопросы? У тебя мои воспоминания, ищи ответы на них там! Я не имею ни малейшего желания отвечать. — Почему именно Лорд Волдеморт? Что за прозвище такое? - проигнорировала просьбу мужчины. — Это анаграмма моего имени, — коротко и шипяще ответил Лорд, так будто говорил сквозь сомкнутые зубы. Девушка попыталась провести параллель между именем и прозвищем и удивленно воззрилась перед собой. Это показалось таким логичным и простым, но и одновременно таким сложным, что без чужой помощи она никогда бы не догадалась. — Поразительно! — вдруг воскликнула она, чем заставила духа внутри победно усмехаться, поднимая ему его самомнение. — Я так называл себя еще в Хогвартсе, естественно, лишь среди самых близких мне «друзей». Я не собирался вечно носить имя этого ничтожества, моего магловского папочки. Я, в чьих жилах с материнской стороны течет кровь великого Салазара Слизерина! Называться именем вульгарного магла, который отказался от меня еще до моего рождения, обнаружив, что его жена, видите ли, колдунья? Ну уж нет! И я, Мария, создал себе новое имя. Я знал: наступит день, и это имя будут бояться произносить все волшебники, потому что я стану самым великим магом мира! — Боже, неужели можно так бояться имени? — Они боятся не самого имени, а того, кому оно принадлежит, — с расстановкой и даже некой гордостью сказал мужчина. — Пока ты не начала спрашивать что-то ещё, должен тебе сказать, что нам нужно в Великобританию. Эта книга, конечно, замечательная, и мы обязательно её дочитаем, но не думаю, что мы найдем что-то стоящее в ней... — Но Марволо, я уже говорила, что не хочу покидать свой дом! — забывшись, девушка громко воскликнула и подскочила с дивана, но, опомнившись, села обратно. Какой смысл так реагировать, если её никто не видит. — Заткнись! Она отчётливо чувствовала, в каком сейчас бешенстве её временный спутник, и слегка задрожала, но тот продолжил: — Я сказал, нам нужно в Великобританию, значит нужно! Хвост перенесёт тебя трансгрессией! — Но он же может просто приносить нужные книги, и мы можем искать информацию здесь, — тихо сказала девушка. — До некоторых книг он добраться не сможет, так что тебе придется туда отправиться! Это не обсуждается! — Ладно, но только я полечу самолётом, я не хочу доверять этому растяпе... Марволо замолчал, и Мария не понимала, что этому послужило виной. *** В больничном крыле, где лежал Гарри, было светло и уютно благодаря большим окнам, через которые проникали солнечные лучи. Гарри уже оправился после событий, связанных с философским камнем, но чувствовал себя опустошённым. Он понимал, что сейчас конец года и все ученики собираются по домам к своим семьям, а он отчаянно не хотел возвращаться к родственникам. За весь год ему так и не удалось поговорить с директором о том, чтобы он на лето остался в замке. Дурсли не били его, если не считать Дадли и его друзей, и не морили голодом, но их отношение к нему, крики и наказания, когда он мог сидеть в чулане целый день без света, были невыносимыми. Он мог бы смириться с издевательствами дяди Вернона или Дадли, но родная тётя Петунья… Что он ей сделал? Его друзья, Гермиона и Рон, уже выписались из больничного крыла и собирали свои чемоданы, конечно, после того как справились о его самочувствии. На удивление почти весь факультет по очереди пришел узнать, как он себя чувствует и не нужно ли ему помочь с чем-то. Он отнекивался постоянно и хотел поскорее остаться в одиночестве. У него никак не получалось избавиться от чувства страха и беспокойства. Он помнил, что Волдеморт не был окончательно побеждён, он просто исчез, и это вызывало сомнения в том, что его жизнь может быть спокойной. Рано или поздно Волдеморт снова найдёт Гарри, и тогда у него может получиться то, что не удалось в прошлый раз. Мальчик старался не думать об этом, и в этот момент появилась седая голова директора. — Здравствуй, Гарри! Лежи, лежи, не стоит дёргаться, мой мальчик, — успокоил его Дамблдор, увидевший, как он уже было подорвался к нему. — Как ты? Ничего не болит? — Всё хорошо, директор Дамблдор, — совершенно искренне улыбнулся Гарри. — Можно кое о чём вас попросить? — Конечно! Спрашивай, мой мальчик! — А можно мне на лето остаться в школе? Гарри увидел, как лицо директора сразу омрачилось и его улыбка скрылась из виду. — Дорогой Гарри, понимаешь, ты не можешь оставаться в Хогвартсе на лето, и дело не в том, что это противоречит правилам, — успел успокоить директор. — Я имею в виду, конечно, то, что твоя мать пожертвовала собой ради твоего спасения. Тогда она отдала свою жизнь, тем самым проведя обряд жертвы. Она дала тебе такую надёжную защиту, какой Волдеморт и представить себе не мог, и она по сей день тебя оберегает. Таким образом, я решил положиться на материнскую кровь, которая льётся не только в тебе, но и в её сестре, — тут же догадка озарила его лицо, и он решил сразу уточнить. — Тебе Петунья и её семья причиняют вред? — Она меня не любит, — тут же вставил Гарри. — Ей наплевать... — Но она приняла тебя, — прервал его Дамблдор. — Да, неохотно; да, скрепя сердце, с горечью и даже гневом, но приняла — и таким образом закрепила наложенные мною чары. Благодаря жертве твоей матери кровные узы сделались самой могучей защитой, какую я мог тебе дать, — неожиданно он присел на кровать где сидел мальчик и потрепал того по непослушным волосам. — Попробуй не только видеть плохое в людях, но и попробуй разглядеть что-то хорошее. Я думаю, что её неприязнь совсем не относится к тебе. Попробуй разобраться с этим. Гарри опустил голову и посмотрел на свои руки. В нем боролись противоречивые чувства. С одной стороны, директор Дамблдор был прав, а с другой, как бы это место было безопаснее всего, возвращаться туда не хотелось от слова совсем. А с Петуньей он обязательно попробует поговорить. — Если тебе будет легче, могу пообещать, что в августе ты сможешь побыть со своими друзьями у них в гостях. Мальчик поднял взгляд своих удивительных зелёных глаз на пожилого человека и с энтузиазмом закивал. Он был в восторге от этой новости, ведь всего через полтора месяца он снова сможет встретиться с друзьями. — Спасибо... *** — Мы не полетим на самолёте! — Мы уже туда идём, так что это не обсуждается, — сказала девушка, таща за собой небольшой чемодан. — Что ты имеешь против самолёта? Ты никогда не мечтал полетать на нём? — Я не тот, кто будет мечтать о подобном! — раздражённо бросил Волдеморт. — До невозможности упрямая, ты даже не понимаешь, что трансгрессия — это намного быстрее! — Ну да, а может, тебе напомнить, насколько твой Петтигрю неаккуратен? Я боюсь за свою шкуру, даже без копания в твоих-наших воспоминаниях я понимаю, насколько это опасное колдовство! Будь более благоразумным! — Это ты мне про благоразумие говоришь? — зашипел Лорд. — На этом чёртовом самолёте, стоит заметить, что он летит без магии, намного больше шансов погибнуть! — Да ты никак боишься летать! — вдруг на весь аэропорт вскликнула девушка, улыбаясь своей догадке, но после сконфуженно зажимаясь под взглядами оборачивающихся людей. — Так это так? — уже про себя обеспокоенно спросила Мария. — Не говори ерунды! Однако она почти не сомневалась в этом и всё же решила взглянуть на воспоминание. Ей до сих пор было непривычно, что чужие воспоминания казались своими, границы между ними стёрлись, и теперь иногда она путала даже самые давние из них. А иногда они всплывали в её голове сами собой, даже когда она лежала и ни о чём не думала. В данный момент она пыталась найти подтверждение своей догадки, и ей это удалось. Она словно наблюдала за тем, как сама садится на метлу и взмывает в воздух. Всё было бы ничего, но чувства были невероятно сильными. Её охватил всепоглощающий ужас. А затем она увидела, как падает с метлы, и всё погрузилось во тьму. Теперь ей всё более чем ясно, чем было обусловлено такое его поведение. — Довольна? Всё выяснила! — Марволо, тебе нечего бояться, — спокойно ответила девушка. — Самолёт — это самый безопасный транспорт среди всех существующих... магловских. — Сомневаюсь! — Но это так. Знаешь, ты можешь бояться сколько угодно, но ты никогда не должен давать перед страхом слабость! Разве так должен себя вести Тёмный Лорд? — злость поедала девушку. Злость не на духа, не на себя. За его судьбу и его жизнь, что заставила бояться всего. — Ты ведь из-за страха пошёл убивать малыша? И мужчина окончательно взбесился: — А вот это точно не твоё дело! Не тебе меня учить, поганая грязная тварь! Такие, как ты, вообще не должны существовать! — Взаимно, чудовище! А теперь я буду премного благодарна, если вы не будете меня отвлекать. — Добрый день, — Мария посмотрела на бейдж и продолжила, — сеньора София Фредерика Гольштейн, будьте добры билет до Лондона на ближайший рейс. С виду милая и добрая дама преклонного возраста быстро выписала ей билет и с вежливой улыбкой отдала ей: — Доброго полёта, сеньорита Мария! Полет прошел без эксцессов. Дух внутри напряженно молчал. Но девушка не обращала на это внимания, она была поглощена своим первым полётом. Это было невероятно увлекательно. Она выбрала место у иллюминатора и смотрела в окно на протяжении всего полёта, не смыкая глаз. Теперь она может с уверенностью сказать, что полёт — это не страшно, а, напротив, восхитительно. Лондон встретил её хмурым небом и мелким дождём. Девушка не удивилась. Она знала, что такое туманный Альбион. Это вам не солнечная Испания. — Марволо, хватит дуться, — удовлетворенная полетом Мария слегка улыбнулась. — Безумная и своевольная девчонка! Как ты посмела не подчиниться моему приказу! Если бы не данное мною слово, я бы давно уже тебя проучил! — Волдеморт говорил так громко, что девушка невольно зажмурилась от крика. — Вот видишь, я не такая уж и глупая, как ты когда-то считал. Где твой дом? — Мария попыталась разрядить обстановку. — Его нет. Есть разрушенный дом отца в Литтл-Хэнглтон, но там я никогда не жил и не собираюсь даже. — А где ты жил до того, как... ну... — До того как Авада не отлетела от мальчишки? Если говорить о начале пути, то это был приют Вула, затем Хогвартс. После этого я работал и жил в лавке «Горбин и Бэркес». Когда я начал заниматься политикой, то решил занять один из меноров своих сторонников. — И где ты мне прикажешь сейчас жить? — растерянная в чужой стране, девушку сейчас накрывала лёгкая паника. — Так нужно снять квартиру на первое время. Как знала, взяла все свои запасы. Ты мне хоть деньги потом вернёшь? — Не сомневайся, не люблю быть должным. Мария зашла в первый попавшийся отель и решила, пока занимается поисками квартиры, снять на пару дней номер. Комната, обозначенная как номер, была небольшой и функциональной. В ней не было лишних украшений. Центром интерьера была кровать с простым белым постельным бельем, которое не отвлекало от отдыха. Рядом стояла прикроватная тумбочка с лампой, создававшей мягкое освещение. На тумбочке был стационарный телефон, что говорило о наличии средств связи. В другом конце комнаты находилась большая тумба с зеркалом. Зеркало отражало окружающую обстановку, визуально увеличивая пространство. Рядом с тумбой была вешалка для одежды и аксессуаров, делая пребывание в номере более удобным. Разместив свой чемодан рядом с кроватью, девушка присела и, достав из сумки книгу, решила почитать перед сном ещё немного о слиянии душ. И найдя закладку среди всей книги, она продолжила читать. «Последующая стадия представляет собой процесс интеграции магической энергии. В большинстве случаев данное явление наблюдается у магов в период от одного до двух месяцев. В случае лиц с ограниченными магическими способностями, известными как сквибы, указанный процесс может занять больше времени, примерно от трех до четырех месяцев.» — Но я не волшебница и не сквиб... А кто такие сквибы? — Сквиб — это человек, который родился в семье волшебников, но по какой-то причине не обладает магическими способностями. У него есть магическое ядро, но оно не функционирует, — начал рассказывать Марволо. — Обычно причиной такого состояния может быть проклятие. Также это может произойти, если мать, вынашивавшая ребёнка, тяжело болела во время беременности. В таком случае развитие магического ядра может замедлиться или остановиться. — Откуда ты столько знаешь? — девушка с интересом слушала рассказ. — Не стоит меня перебивать, это невежливо, — Волдеморт не смог сдержать раздражения, но взял себя в руки и продолжил: — В нашем случае я не могу предсказать, как будут развиваться события. Возможно, слияние не произойдёт, поскольку у тебя нет магического ядра, но я не уверен в этом. Скорее всего, в тебе начнёт формироваться магическое ядро. Обычно это происходит у маглорожденных детей в возрасте около двух-трёх лет, и в этом же возрасте у них случаются магические выбросы. Поэтому я считаю, что у нас есть время, чтобы разобраться в ситуации и предотвратить нежелательные последствия. — Я бы, наверное, хотела бы стать волшебницей, — грустно прошептала девушка и уставилась на потолок, тяжко вздохнув. — Подожди, а когда у чистокровных развивается ядро? — Я же уже говорил! Ты чем слушала? В период беременности матери! — Спасибо за ответ, Марволо... Тёмный Лорд редко встречал искреннюю благодарность. Сейчас она кажется ему чем-то необычным и чужим. Это вызывает у него внутренний конфликт. Этот человек разрушает его привычные установки и поведение и с этим нужно что-то делать. В это время девушка продолжала чтение. Из книги она узнала, что её опасения были необоснованны: «В конечном итоге сознание человека принявшего, интегрируются с разумом души входящей, что приводит к формированию единого сознания. Это явление можно охарактеризовать как слияние разума. Таким образом, потенциальные негативные последствия исключаются при условии строгого соблюдения всех рекомендаций.» В подтверждение слов Волдеморта в тексте было изложено описание метода, позволяющего избавиться от подселенца. Однако данный метод оказался неприменимым. В тексте указывалось, что необходимо найти жертву, способного принять чужую душу. Для реализации этого требовалось совершить убийство, не нанося физического вреда телу, а затем провести соответствующий ритуал. С одной стороны, можно было бы пойти на это, не обращая внимания на свои принципы, но в тексте была пометка. «При осуществлении процедуры переноса души в жертву необходимо учитывать высокую вероятность возникновения значительных телесных повреждений. Более того, существует реальная угроза летального исхода.». Мария поняла, почему этот вариант невозможен. Клятва мгновенно убила бы и Марволо. В этом и заключалась вся загвоздка.