Глава 3. Часть 4.

❝ При разгерметизации салона наденьте кислородную маску,

чтобы другие пассажиры не видели ужаса на вашем лице… ❞ Мадагаскар 2 (Madagascar: Escape 2 Africa)

      Для людей иногда лучше не знать всей правды. Лучше жить в сладких грёзах, упиваясь теми самыми граммами правды. К сожалению, мир не спрашивает, чего именно хочешь ты, поэтому приходиться выкручиваться.       Коридор штаба тянулся нескончаемой чернотой — бездна, поглощающая свет, давящая на мозг своей тишиной и холодом. Здесь каждый звук отдается эхом и когда-то для меня это было лучшей мелодией перед началом нового задания. Сейчас же это эхо оглушает. Так и приходит осознание.       Двери на пути к начальнику были плотно закрыты, и не факт, что по ту сторону кто-то да был. Обычно здесь собираются ближе к вечеру, сдавая отчёты. Или тренируясь. Или охватывая от Косого. Днём же здесь, как в кошмаре –тихо, словно перед бурей.       Ещё поворот и я положу заявление на увольнение. Ещё совсем немного и я столкнусь со своим прошлым. По словам Дейн, как только узналось, что Гето и Годжо в России, совет старейшин активировался и стал дожидаться нас в аэропортах Японии. Не сказать, что я удивлена, но то, что они меня всё ещё ждут — правда.       У меня мороз по коже лишь от одной мысли, что эти старички захотят меня выдать замуж за чертового Наоя. Выскочка с ангельским лицом. Вспоминая тот последний вечер перед бегством, у меня перед глазами стоит сцена: я, дедушка, старики из клана Зенин и ухмылка Наоя. Благо меня тогда спас Годжо со своим вечным «вы не звали, а я всё равно пришел».       Но сейчас не о этом. Пока я придавалась старым воспоминаниям, где я была слабой студенткой с сильными друзьями, дверь начальника возникла перед глазами сама собой. Постучав по нужной двери костяшками, услышала долгожданное «войдите». Открыть дверь не составило труда, поэтому я увидела Косого в куче бумаг. Выглядел он весьма уставшим, в опущенных глазах виднелась тоска, а щеки на лице впали. Глаза непроизвольно зацепились за перчатки и из меня вырвался сдавленный выдох.       — Косой, Финист по вашему распоряжению прибыла для доклада о прошедшей миссии! — вновь встав напротив стола начальника, я ожидала разрешения присесть.       Но мужчина лишь на мгновение поднял свой взгляд и вновь опустил его в документацию.       По внутреннему регламенту, я не имела права что-либо делать, пока не получу на это разрешение, поэтому терпеливо ожидала хоть чего-нибудь. Но стрелки на часах шли, а тишина прерывалась лишь шелестом страниц. И тут в дверь постучали.       — Войдите.       Медленной походной, словно ступая по подиуму, вошла Дейн, кивая мне в честь приветствия, после встала по левую руку от меня и замерла.       — Косой, Нарушка по вашему распоряжению прибыла.       — Финист, Нарушка, присаживайтесь, — он отложил какой-то лист с чем-то очень важным вбок и поднял свой уставший взгляд на нас. Его глаза на мгновение задержались на наших плечах с вышивкой знака подразделения.       — Пока вы не приступили к докладу, я хочу сказать пару слов. До меня долетели птицы, сообщая грустную весть. Девочки, почему вы хотите уволиться?       На моём лице не скрылась лёгкая грустная улыбка, а вот у Дейн было куда интереснее выражение лица. На её бледном лице выступил румянец, а рот приоткрылся в форме «О».       — Нача-а-альник, какие же у вас интересные птички, раз я даже о них не знаю, — она задумалась лишь на мгновение, после щелкнула пальцами, — о, знаю, Сойка хороша в скрытом шпионаже.       — Мимо, Нарушка, но попытка неплохая. На самом деле птиц нет, — он начал стягивать с правой руки перчатку, открывая вид на проклятый предмет в форме кольца, — знаете, когда вы впервые ступили сюда, передо мной стоял выбор: послать или принять. Итог вы знаете.       Дейн зачарованно смотрела на безымянный палец Косого, а ещё мне показалось, что в её глазах мелькнул азарт. О, нет! Я дёрнула подругу за рукав, показывая всем видом, что бы она не проворачивала свой фокус снова.       — А когда я давал ваше крайнее задание, то и не думал, что вы все знакомы. Удивительно, что за странная штука — жизнь…       — Косой, вы же в курсе, кто мы? — я посмотрела прямо в его глаза, прерывая его рассуждение. Я боялась услышать ответ, но тянуть больше не могла.       — Конечно. Беглянка из-под алтаря, а также её верная спутница-защитница. Я знал это ещё когда вы в армии носились жопой кверху, — он усмехнулся, стягивая кольцо с пальца.       В одно мгновение в кабинете словно материализовалась сама смерть. Стало невыносимо тревожно, воздух стал тяжёлым и сырым, отчего стало трудно дышать. Что-то рядом с панической атакой, только сердце не билось в темпе вальса, а наоборот стало замедляться.       — Моя техника, не как у вас, она мутировала из моих личных предпочтений. А у меня лишь два интереса — убийство и контроль. Как думаете, девочки, кого я сейчас хочу убить больше всего на свете? За кем я хочу проследить?       Вопросы был больше риторическим, чем требовали ответа. Вот вам парадокс: чем больше мы молчали, тем больше атмосфера становилась удушающей. Его проклятая энергия намного плотнее, чем даже у Сугуру с его манипуляцией проклятыми духами.       — Косой, я лично не понимаю, что вы хотите добиться, показывая это шоу с проклятой энергией… — хрипло начала я, потянувшись к своему кольцу, но меня остановила Ли.       — Куропика, он показывает своё превосходство, вот и всё, — она продолжала держать мои пальцы рукой, но я чувствовала, что её ладони вспотели. Дейн было тревожно, судя по тому, как на её лице начали проявляться символы, которые символизировали, что их хозяйка готовится к чему-то.       — Мимо, и… мимо. Скажите, что я больше всего ненавижу? — опустил он взгляд на свою ладонь в которой было кольцо, осматривая его словно в первый раз.       — Вы ненавидите ложь, несправедливость, — начала Дейн, загибая на свободной руке пальцы по очереди, — ещё ненавидите террористов и угрозу стране.       — Верно, — он кивнул, подтверждая слова Ли, — а ты что можешь дополнить Финист, — он вновь посмотрел на меня с тяжелым взглядом, но на дне едва виднелись огоньки надежды.       Мне не нужно было долго думать, ведь всё это множество раз он сам рассказывал временами, когда все двадцать с лишним человек собирались в огромном холе для совместного времяпровождения.       — Вы ненавидите, когда что-то угрожает вашим подчиненным, — я скривила губы в понимании к чему он ведёт. Дело начало пахнуть бензином.       — О, как там говорится? Бинго? Точно! — он с грохотом стукнул кулаком по столу, да так, что на нём появилась трещина, — так какого чёрта вы несётесь сюда с заявлениями на увольнение, когда я вас, дур, могу защитить!       Мы опешили. У меня внутри всё упало, а у Дейн даже техника развеялась с тихим «тс-с-с». Россия никак не могла участвовать в заварушках магов Японии, да чего уж там, Япония с Россией практически не контактировали и не обменивались опытом в плане магии. Когда-то да, но ближайшие восемь лет никто даже не старался наладить контакт в этом направлении. Так уж сложилось, что на моей родине считали, что чем больше открываешься миру, тем больше секретов враг сможет выведать, тем меньше козырей останется в будущем.       — Но, Косой, раз ты в курсе всего, то должен же понимать, куда мы направляемся? — едва отошедшим от шока голосом проговорила я и вновь замолчала. Сейчас я видела не начальника, а что-то между старшим братом и отцом. Тот самый взгляд на ребенка, когда тот ошибается, но продолжает наблюдать до тех пор, пока ситуация не выйдет из-под контроля.       — Девочки, я открою вам страшный секрет, который вам не открыли те два сорванца: почти весь штаб — маги, а раз вы трудоустроены, и вы часть нашего коллектива, то технически мы можем хоть в Японию заявиться, хоть в Италию, хоть в ОАЭ.       Мы с Дейн переглянулись.       — Просто поймите, что в нашей стране магов больше принижают, нежели уважают. В Японии магам платят огромные деньги, дабы скрыть страшный секрет о проклятьях перед людьми, у нас же тут все знают о них, просто не афишируют.       — Хотите сказать, что за всё это время я не слышала о проклятых духах, а лишь видела барьеры, просто потому что тут о этом не принято говорить? — я не понимающе откинулась на стул, не веря в услышанное.       — О, девочка моя, ты слишком трудолюбива и сосредоточена, что просто не смотришь по сторонам, но в принципе, да. Так оно и есть.       Слова Косого не укладывались в голове. Казалось всё каким-то неправдоподобным оправданием действительности. Я захотела погрузиться в детальный анализ сказанного, но Дейн меня опередила, щелкнув пальцами:       — Я поняла! Начальник, вы пытаетесь сказать нам, что раз мы под защитой штаба, то если родственники Ку начнут действовать и устроят геноцид немагов, то вы тоже будете учувствовать в сражении?       Он согласно покивал, наконец расслабив лицо:       — Мы — семья. А семья должна защищать друг друга, девочки.

***

      Ещё пару часов назад я не знала правды нашего штаба, сейчас же всё кажется таким нереалистичным, словно я всё ещё сплю. Я будто вернулась во времена колледжа, когда Дейн о чем-то спорила с Сатору, а Сугуру старался их раскидать по разным углам. Они даже мешают собраться так же, как когда-то в прошлом.       Сейчас, когда рюкзак стоит посреди комнаты, которая когда-то напоминала о себе хоть какое-то жилище, руки невольно задерживаются на плечах в попытках согреться. Отопление уже перекрыто, как и вода с газом.       Рядом с рюкзаком стоит потёртый временем чемодан, тот самый с которым я поступала на первый курс. Взгляд зацепился за царапину, которую мне когда-то оставил на ручке брат по неосторожности, и улыбка появилась сама по себе.       Братик… Я так скучаю…       Ходя уже третий круг по комнате, я чувствовала временами на себе чужие взгляды, но старалась не обращать внимание. Однако, когда этот белобрысый придурок стал ходить вместе со мной по кругу, как в какой-то тюрьме на прогулке, я обратила на него своё внимание:       — Чего тебе? — я смотрела на эти раздражающие бинты на его лице, которые превращали из парня с растрепанной шевелюрой в парня-кактуса.       — Ничего-ничего, просто стало интересно, какого это кружиться в комнатке, — он улыбнулся во все зубы, потягиваясь.       — И как? Удовлетворил своё любопытство? — я закатила глаза, раздражаясь его поведению.       — Ну, почти, — он возвысился надо мной в своей фирменной форме магического колледжа, а мне лишь оставалось задрать голову кверху.       — Я кое-что понял, — склонился ко мне, — ты из типичной кудере превратилась в милейшую цундере, как мило! — он склонился ко мне ещё ближе, тихо шепча на ухо, — когда же уже ты станешь дере-дере?       — Г-Г-Годжо! — начала багроветь я, трясясь толи от смущения, то ли от холода, толи от праведного гнева, и пока я пыталась понять, что именно со мной происходит, меня щёлкнули пальцами по носу.       — Придурок! — закричала я, отпрыгивая от него, — если мы тут архетипами кидаемся, то ты… ты! — я стала тыкать в его бесконечность пальцами, сталкиваясь с сопротивлением, — то ты!..       Здесь должно быть описание моего вселенского негодования, ведь меня прервали в самый ответственный момент. Сатору кто-то позвонил.       — О, кто-то звонит! — весело проворковал он, быстро уйдя в другой угол комнаты, — Алло-алло!       Я даже не заметила, когда Дейн и Сугуру ушли с небольшой комнаты, да и Сатору отошел поговорить по телефону, поэтому, когда я осталась одна, то решила вновь перепроверить, не оставила ли я в абсолютно пустой комнате хоть какую-нибудь вещь?       Это же называется «паранойей», да?       Если аэропорт в Москве нас встретил весьма радушно, то в Токио началось «веселье» буквально после посадки. Но до этого хочу возмутиться.       Почему-то эти двое черноволосых решили перекинуть самого гиперактивного из всей нашей небольшой компании на меня на время перелета. По началу ничего не предвещало беды: он с серьёзным выражением что-то печатал в ноутбуке, попутно поправляя тёмные солнцезащитные очки, вновь что-то печатал и так продолжалось около двух часов.       Потом он решил, что отчёты могут подождать, и начал мучать меня вопросами о том, что первое приходило ему в голову. Начиная от «Чем ты питалась всё это время?» заканчивая вопросами, которые вслух не хотелось бы произносить. Он не понимал, что этим дико смущает меня и через некоторое время я всё же наорала на него.       Блаженная тишина длилась немного и уже через пять минут ему она надоела, и он начал рассказывать мне о себе сам, даже не дожидаясь вопросов. Признаться честно, тембр его голоса меня успокаивал, поэтому сонливость стала лишь вопросом времени. Как я уснула на его плече — вопрос другой, но, когда я проснулась, обнимаясь с его рукой, столкнулась с довольной ухмылкой.       — Хорошо спала, Ку-чан? А нам вот выходить пора. Только выслушай меня внимательно, хорошо? — так же добродушно сказал он, ожидая моего согласия.       — Ну, ладно? — я освободила его руку из своих объятий, попутно поправляя одежду, — что-то случилось?       — Ну, не считая того, что Дейн и Сугуру болтали весь полёт в отличии от нас, то да, случилось. На выходе из аэропорта — старики. Точнее, их верные шестерки. Похоже, они уже прознали.       — Это не удивительно. Сильнейшие маги Японии улетают в Россию на пару дней, бросив и дела, и своих учеников, — я пожала плечами, смотря на то, как он вновь заматывает эти чертовы бинты вокруг своих глаз, — ты с этими штуками ещё больше похож на придурка, чем обычно.       — О, я так рад, что ты наконец признала, что я — сильнейший, но я не о этом хотел тебя предупредить. Там ещё представители Зенинов.       — У-уу, а они-то что тут забыли? — я нахмурилась, потянув к его воротнику руки, поправляя его.       — Даже не могу представить, но хочу предложить авантюру, — он ухмыльнулся, смотря в иллюминатор, — но она, возможно, тебе не сильно понравится, но выиграет немного времени.       — Удиви меня, Сатору, ведь ты же в этом мастер, — я открыла бутылку воды, дабы попить.       — Выйдешь за меня? — он откуда-то достал бархатную красную коробочку, и вся вода из-за рта полетела прямиком в его бесконечность.       — Как у тебя связались «старейшины», «Зенины» и «предложение» в одну цепочку?! — я залпом выпила оставшуюся жидкость, боясь, что от новых его предложений у меня не останется даже глотка.       — Ты как маленькая! — обидчиво он надул губы, — Если наследница клана Мора всё ещё свободна, значит договоренность между кланами Зенин и Мора сохранена, и ты выйдешь за Наоя, — он покрутил коробочкой перед моим носом, — и хоть я это и не допущу, но если ты будешь невестой клана Годжо, то никто и пальцем тебя не тронет.       — Отлично, ты действительно умеешь удивлять. Хорошо, звучит логично, — я оттопырила безымянный палец левой руки, — я принимаю твоё предложение, Годжо, - отвела я взгляд, стараясь не смотреть на то, как становлюсь чьей-то невестой.       — Хорошо? Вот так просто? Без всяких там условий и тому подобное?! — на его губах застыла улыбка неверия, но коробочку он всё-таки открыл, доставая оттуда аккуратное золотое кольцо.       — Семь раз упади, восемь раз поднимись, — легкая улыбка всё же посетила моё лицо, когда Сатору начал надевать на палец помолвочное кольцо.       — О, слышу отголосок Хирото, он тоже любил пословицами кидаться после миссий, — он улыбнулся мне в ответ.       Даже одев кольцо мне на палец, он продолжал держать фаланги пальцев ,сжимая их в своей ладони. Именно в этот момент к нам подошли Дейн с Сугуру, последний даже присвистнул:       — Сатору, только ты можешь обзавестись невестой за пять минут до выхода из самолёта. Поздравляю.       — Ага, я выиграл спор. Невеста до тридцати, — он поднял мою кисть до уровня своих губ и прикоснулся к её тыльной части, — самый завидный жених Японии весь у твоих ног, госпожа Годжо. Пользуйся на здоровье.