Глава 3. Часть 8.

      ❝ Процветание приходит благодаря действиям,

а не благодаря молитвам. ❞ Далай-лама XIV

      «Доброе утро» в понимании Дейн — врыв в комнату с криками о том, что мы опаздываем. Если бы я проснулась там, где засыпала, то непременно взорвалась, но так как сейчас нежилась в объятиях человека, которого не могла нормально отнести к какой-либо категории, то смиренно приняла этот факт. Пришлось сделать внутреннюю заметку о этом до лучших времён.       Эта мышь наделена прекрасным слухом, отчего очень быстро нашла меня по недовольному ворчанию в полусне. Когда она открыла дверь с ноги уже в комнату Годжо, я встретила её недовольным взглядом. Блондин рядом, откровенно говоря, веселился от лишних свидетелей в его комнате.       — И тебе доброе утро, Дени-чан, — будничным голосом от поприветствовал свою старую однокурсницу.       — И тебе, Сатору-кун! Выпускай Ку из объятий, и мы пошли к директору. Время уже давно вышло из границ «для прихорашивания», теперь только «в путь».       — Вот оно как, — он перевернулся на спину, выпуская меня из своеобразного кокона.       Недовольно, но всё же пришлось встать под пристальным наблюдением зеленых и голубых глаз. Иногда, но в последнее время всё чаще, мне кажется, что они ведут тайную переписку о том, каким образом меня вывести из себя в следующий раз. Раздражение прошло моментально, как только я посмотрела на телефон.       Для справки: нам нужно было быть у директора в восемь ровно, а сейчас уже двадцать минут девятого!       Бежать, благо, было недалеко, отчего сборы прошли быстро, но чувство стыда медленно клубилось в сознании, ругая себя за то, что забыла включить будильник. А забыла ли?       Пока мы с Дейн бежали до блока, где был расположен кабинет директора, я быстро открыла вкладку «будильник» на телефоне. И какого же было моё «удивление», когда будильник стоял с пометкой «разбудить позже».       Годжо…       Раздражённо выдохнув, мы вырулили с Ли за угол, отчего влетели в что-то очень мягкое. Огромный проклятый труп, который выглядел как панда, смотрела на нас приоткрыв свою пасть. Думать было некогда, поэтому одарив «существо» удивленными взглядами и тихими извинениями, мы вновь побежали до знакомого корпуса. В спину прилетело «это кто?», но думать о неизвестном, что спокойно ходило во дворах учебного комплекса, было попросту некогда.       Наконец, мы прибыли к заветной двери, и Дейн, в излюбленной манере, открыла её ногой, отчего та с грохотом столкнулась со стеной.       Около дальней стены на полу сидел Масамити Яга, чем-то скрупулёзно занимаясь. Он недовольно поднял своё лицо на нас, после тихо, но отчего-то тревожно проговорил:       — Прошло менее суток с вашего возвращения, а общение с Сатору уже пошло вам не на пользу. Где растеряли военную хватку, девочки?       Камень, что был брошен в нас за опоздание, удачно попал в цель взывая к чувству стыда, что мглой осел где-то внутри. Дейн плюхнулась на пол напротив бывшего учителя, мгновенно вытягивая ноги, а я села рядом с ней аккуратно на колени.       — Доброе утро, учитель… директор, — поправила сразу себя, пожурив себя за оговорку.              Старые привычки.       — Доброе утро, директор.       — Доброе утро Мора, Ли, — он отложил свое «дело» вбок, концентрируя всё свое внимание на нас, — так как вы временно покидали Магический техникум, то вновь буду проводить для вас экзамен. Надеюсь, что за время странствий в вас ничего не поменялось и не надломилось.       Мы одновременно кивнули, смотря на бывшего учителя.       — Дейн Ли?       — Всё так же: стать опорой для нуждающихся, коей не было у меня. Открыть глаза в нужный момент тем, кто хочет этого.       — Замечательно. Как успехи? — мужчина наклонился чуть вперед корпусом, сокращая, и без того, близкое расстояние, между нами.       — В России был случай, я очень собой довольна. До сих пор на связи, я стала чьей-то старшей сестрой, — довольно она откинулась назад, мечтательно улыбаясь.       На моё лицо так же легла тень улыбки, вспоминая пацанов лет пятнадцати. Владимир и Владислав — способные парни, которые отправились на изучение магического искусства в Российскую магическую академию. Хоть наши пути и разошлись, но, тем не менее, временами мы получаем от них вести о заслугах перед отечеством.       Масамити Яга покивал своим мыслям головой, но после вновь стал серьёзным:       — Куропика Мора?       — Ну, моя цель пошла по одному месту, вы и так это знаете, — я пожала плечами, стараясь сделать непринуждённое лицо, скрывая истинные чувства.       — Тогда…       — Однако, всё же есть кое-что, что я ещё могу сделать, — моё лицо помрачнело, а внутри всё затряслось, — защитить клан и брата мне не удалось, однако других я всё ещё в состоянии.       — И каким же образом? — он вернулся в исходное положение, складывая пальцы в замок.       — Как минимум, не давать студентам проходить ад в одиночку, как это было с нами, — я почувствовала, как старые раны вновь начали кровоточить.       Директор молчал, явно обдумывая мой ответ. Затем кивнул, будто соглашаясь:       — Ты юлишь, Мора. Зачем ты здесь? — проклятые трупы, что до недавнего времени лежали хаосом рядом с Масамити, внезапно начали подниматься на маленькие ножки.       — Опять двадцать пять? — я закатила глаза, — Директор Масамити, это моя цель — не дать сдохнуть неокрепшим умам. Без ненужного геройства.       — Ку-чан… — послышался сбоку обеспокоенный голос Дейн, отчего я лишь отмахнулась рукой.       Проклятые трупы всё ещё стояли на ножках улыбаясь, хотя казалось, что они скалятся. Страшно не было, было неприятно.       — Что ты можешь сделать? Даже Сатору Годжо до конца не может пойти против системы, а ты что? Сможешь?       — А я — смогу. Я не обременена ничем. Клятва на мне — недействительна, мой клан — мёртв, а дедушка — преступник, которого нужно покарать. И я — не сильнейшая, — последний аргумент я нарочно выделила, отсылая директора к его же замечанию, — поэтому, я ничем не связана и могу спокойно выражать своё недовольство.       — Я не зачту твой ответ, пока ты не скажешь прямым текстом. Зачем ты здесь?       — Я достаточно ясно выразилась.       — Нет. Раз ты хочешь стать учителям, судя по твоим же словам, то тебе предстоит роль наблюдателя, ведь твоя роль — учить, а не выполнять за других их работу.       — Хорошо, раз так, то слушайте, — я прочистила горло, дабы меня было слышно чётко и громко, — я хочу стать одной из следующего поколения старейшин и переписать внутренние правила. Эпоха стариков и их правил скоро подойдёт к концу, раз ни одного из Мора со способностью «перемотка» не осталось.       Масамити громко хмыкнул, но проклятые куклы рухнули один за другим, подобно стуку моего сердца.       — Чёткий ответ, что я так долго ждал. Надеюсь, что ты не собьёшься в пути, что так тернист. Что ж, раз с формальностями завершено, то предлагаю перейти к следующему: тест на квалификацию, затем тест на учителя. Готовьтесь грызть гранит науки и вновь тренироваться как проклятые.       — А разве нам нужно учиться? — Дейн сморщила лицо от отвращения, словно увидела что-то неприятное.       — А как вы хотели? Ваш стаж обучения здесь аннулирован, но к вашему счастью, я не стану вас зачислять обратно на первый курс. Вместо этого вы за месяц сдаете письменно все тесты: хотите сразу, хотите после изучения всего материала — попытка всего раз в год. Затем, я подаю заявку на повышение вашей квалификации — вы всё ещё числитесь как маги второго ранга, уверен, что вы уже выросли из него. Ну а после вновь тесты и изгнание.       Из нас вырвались нечленораздельные звуки, выражающие полную капитуляцию. Вот оно — первое мое испытание для достижения своих целей. И именуемо оно — школа.       — Ну-ну, всё не так плохо. Думаю, что к концу года — управимся. Дорогу в тысячу Ри начинается с первого шага.       — Это всё? — с надеждой в глазах, посмотрела на директора Дейн, а мне лишь оставалось согласно кивать её фразе.       — Нет. Куропика, это тебе, — он передал мне сложенную пополам бумагу.       Я недоверчиво взяла её из его рук, а после развернула, пробегая по строчкам глазами. Почувствовав тяжесть всего мира на своих плечах, из груди вырвался усталый смешок. Эти придурки никак не успокоятся.       В письме говорилось о том, что мне незамедлительно нужно прибыть к старейшинам сегодня. Темы обсуждения и чего-то конкретного не было указано, но я догадывалась зачем я им сдалась. Конечно же не для того, чтобы чаи гонять, да рассказывать о прошлом. Надеюсь, что они не призовут Наоя Зенин… Последний раз я видела его на том же самом собрании в свои восемнадцать. Приятная внешность, но проклятый язык. Все, что произносит этот парень — сплошной яд.       Сложив письмо обратно пополам, я засунула его в боковой карман джинсов, сминая его посильнее. Масамити пожелал нам попутного ветра, а также подсказал к кому обратиться в местном хранилище знаний.

***

      Местный храм, что использовался для собраний старейшин, как всегда, навивал тоску и неприятные воспоминания. По правде сказать, идти сюда не хотелось, ведь даже природа здесь была оформлена как-то уныло. Никакого хаоса, что несёт за собой всепоглощающая жизнь не было. Травинка к травинке, деревья аккуратные, тропинки и то выглядят, словно их каждый день вручную чистят. Возможно, что здесь задействована чья-то техника, о в таком случае это попросту растрата внутренних сил.       Отчего-то хотелось спать. Толи погода, толи звон маленьких колокольчиков будто бы старались меня ввести в транс. И было в этом что-то до ужасного странным, противоестественным.       На входе меня встретил маг, осматривая от головы до пят внимательным взглядом. Затем он резко отошел от входа в обитель совета магов, пропуская меня вперед. Никаких будничных фраз по типу: «Доброе утро!», «Добро пожаловать!», «Кто вы?» — не было. Сухой осмотр, да приглашающий вперед жест.       Войдя внутрь, меня встретила тьма. И лишь свет сзади освещал мне палаты совета. Пахло сыростью и даже чем-то гниющим. Старики уже сидели за ширмами, скрывая свои лица, хотя знали, что при желании я могу каждого назвать по имени и указать клан.       Дверь за спиной закрылась, отчего наступила кромешный мрак. Очень сильно захотелось пошутить про стареющую нацию вслух, разрядить, так сказать, обстановку, но тогда они будут мешать своими палками в колесах, а этого не хотелось. Дружить со стариками я не собиралась, но и конфликтовать на открытом месте тоже. Масамити Яга прав. Я — не Годжо Сатору, отчего мои действия чуть более скованны, как бы я себя не уверяла в обратном.       Словно из прожектора, на меня стал литься желтый свет сверху. Я стояла ровно в центре, отчего наблюдала свою тень ровно под собой. По всем правилам приличия магического мира, я склонила голову в ожидании первых брошенных фраз.       Словно по сигналу, по кругу зажглись таким же светом ширмы, и лишь легкая тень людей за ними скрашивало мое «одиночество». Моя тень рассеялась так, словно я выпускала из себя шипы. Что ж… символично.       — Благодарим, Мора, что почтила нас своим визитом впервые за столько лет, — голос незнакомого мне мужчины прервал гнетущую тишину, буквально припевая на каждом слоге. Слова благодарности были кинуты снисходительно, словно кости голодающей собаке. И этим животным, по их мнению, была я.       — Опустим формальности, всё же я не за этим здесь. Ближе к делу, — обрубила сразу я их будущие сладкие речи. Голова всё ещё склонена. Рано показывать зубки.       — Как всегда — резка, слегка нахальна, но всё ещё чтишь правила. Кацуро прекрасно позаботился о твоём воспитании в детстве, как жаль, что всё хорошее — быстро забывается.       — Действительно, как жаль, что так быстро забылись жертвы, что были во имя вас, — мимолетом пропела я, слегка качнувшись на пятках.       — Не забывайся, Мора. Кацуро Мора собственноручно забил этот гвоздь в гроб вашего клана.       — Я же попросила, ближе к делу.       — Что ж, раз того просит последняя Мора.       Свет, что освещал меня, словно стал ярче, ослепляя полуоткрытые глаза. Хоть он и был тёплым, но для меня он был настолько отталкивающим, что захотелось развернуться и быстро уйти подальше от этого храма, но внутреннее чутье подсказывало — близится что-то во истину веселое.       — Мы хотим поручить тебе миссию по очищению имени клана Мора. Первое, самое главное — незамедлительная казнь Кацуро Мора.       Я слегка кивнула, принимая как должное. Это то, с чем я лично хотела разобраться, как только услышала от Сугуру с Сатору.       — Второе — слияние клана Мора с кланом Зенин, — саркастическая ухмылка посетила моё лицо, выдавая меня с потрохами, но продолжала молчать.       — Третье — воссоздание потомства со способностью «перемотка». Пора бы уже исполнить свою клятву.       — Воу-воу, полегче, дорогие старейшины, — голова мягко поднялась, а взгляд устремился в ширму, где предположительно сидел вещатель, — если первое я с удовольствием исполню, то со вторым и третьим проблемки выходят.       — Что ты имеешь в виду, Куропика Мора?       — А вам разве не передал Гакугандзи, что ваш так называемый «пакт» полетел к чертям? Всё, — я сложила руки в замок на груди, — он не действителен, не доглядел ваш когда-то любимый Кацуро Мора за внучкой.       — Кхм… Однако, это не меняет сути. Даже если клятва не действительна, клан Мора и Зенин должны объединиться для всеобщего блага.       — А с каких это пор старейшины имеют права на мой клан? — я развела руки в сторону, будто издеваясь, — Не припоминаю таких глобальных изменений. Или же мой любимый дедушка передал лично вам права на клан? Вы кто теперь, глава?       Ровный и спокойный голос разлетелся в разные уголки помещения, смешиваясь с чужими вздохами и ворчаниями.       — Ты — единственная Мора, что способна произвести на свет дитя. Соглашение между советом и Кацуро Мора должны быть исполнены незамедлительно. Отсюда и права.       — Вы кое-что забыли, — я улыбнулась настолько беззаботно, на сколько позволяли натянутые нервы, — я — не Кацуро Мора, а Куропика Мора. А Кацуро Мора, мой дедушка, — преступник, которого приговорили к казни. Так что соглашения — тю-тю, — бровки непроизвольно сложились в «домик», выражая «глубочайшую тоску».       — Куропика Мора, все три пункта должны быть исполнены незамедлительно, — с нажимом проговорил самый старый из всех старейшин за моей спиной.       — А то что? — игриво произнесла я, поворачиваясь в полуоборот.       — Дрянная девчонка. Пропадала где-то столько лет, после связалась с не менее дрянным магом. Сама из себя ничего не представляет, а права качает?       — О. Ёсинобу Гакугандзи. А я-то думала, когда же вы уже вставите свои пять копеек, а то небо поцеловало бы землю. Ками-сама, спасибо, что очередной раз предотвратили бедствия, — я похлопала в ладони, ещё сильнее улыбаясь бездушной ширме с человеком за ней.       — Куропика Мора, не забывайся. Тебя легко записать в преступники, вместе с твоей любимой подружкой. Всё же, кто знает, какие вы секреты растрепали на чужбине, — первый незнакомый голос ввязался в небольшую словесную потасовку.       — Вот оно как… — я приложила палец к губе, слегка им похлопывая, — сила Мора нужна лишь для ребенка с «перемоткой», при чём любой ценой? Так прихватило, что на тот свет неохота? — я начала злиться, понимая, насколько же их нутро изгнило внутри.       — Да как ты смеешь?!       — Что ты себе позволяешь?!       — Дрянная девчонка!       В унисон закричали старики, которые гордо называют себя хранителями мира магии. Всё это вызывало настолько отвращения, что мне даже стало жалко Сатору, ведь контактировать с ними ему приходилось намного чаще.       — И что вы сделаете с такой плохой мной? — равнодушно сказала я, внутри сгорая от злости, но держа лицо всё так же отстраненно и холодно, — Отдадите приказ о ликвидации? Ну, давайте, валяйте. Напомню один момент: я и Дейн всё ещё числимся в российских службах внешней разведки, — я сделала шаг вперед, расставляя руки, словно собиралась обнять их всех, — один ваш шаг не на ту дорожку и вся Россия будет против вас. Они, в отличии от вас, в песок головы не прячут.       Гул остановился, превращаясь в звенящую тишину. Слова попали точно в цель, достигая нужных точек давления на старшее поколение.       — И один ма-алюсенький нюанс. Всеми нами известный маг сделал мне предложение, — я подняла левую ладонь вверх, демонстрируя кольцо на пальце, — даже если отбросить слова про Россию, неповиновение, и всё в таком духе, — я выдержала паузу, — всё равно ваш план не исполним. Я невеста Сатору Годжо, и дети будут под защитой его клана, а не Зенин или Мора.       Один старейшина хотел что-то сказать, но подавился воздухом, кашляя в тишину, что вызывало противоречивые чувства: радости и отвращения.       — Продолжим диалог с этой точки в следующий раз, — усталым голосом проговорил первый вещающий, — Мора, советую обдумать свои действия, а также, раз ты хочешь войти в клан Годжо, — последнее слово он буквально выдавил из себя, вызывая у меня легкую смешинку, — то заканчивать это всё со внешней разведкой.       Ну надо же, как слова про Россию и клан Годжо приструнили их. Всё же, каким бы придурком не был мой жених, но толк в его словах есть. Надеюсь, он не узнает, что его имя я использовала в своё благо самостоятельно, а то он же потом от меня не отстанет.       Я сделала лёгкий поклон лишь головой, довольно улыбаясь, смотря в сторону ширмы Гакугандзи. После, лёгким шагом пошла к уже открытой двери, не оборачиваясь на брошенные в спину фразы. Касались они лично меня, или же всего положения в целом — не важно. Первый раунд за мной.       Уже спускаясь по тропинке вниз, которая вела в сторону спортивного поля, я вновь осмотрела окружение храма, и отчего-то оно мне показалось не таким уж и плохим.

***

      — Учитель, кто это? — неуверенно промямлил парень, с растрепанными чёрными волосами, когда я проходила мимо.       Лёгкий жест приветствия одной лишь ладонью Годжо и его команды вызвало у первокурсников не ту реакцию, которую я ожидала. В одно мгновение Сатору уже стоял около меня, держа руку на моём плече, дабы я не успела уйти преждевременно. Улыбался он при этом мне, как первому весеннему солнцу, отчего мурашки пробежались по холке. И это далеко не от удовольствия. Его же ученики тем временем окружили меня. Здесь были: утренняя панда — буквально панда; парень с воротником, который закрывал половину его лица; девушка с очень грозным взглядом и милым хвостиком; и, наконец, парень, что задал вопрос, отчего-то с очень усталым взглядом.       — Ребята, познакомитесь, это Куропика Мора, — он легонько похлопал всё той же рукой мне по плечу, словно старому товарищу, — мой кохай, друг, — он указал вверх указательным пальцем свободной ладони, словно перечислял мои достижения по жизни, — товарищ, боевой соратник…       Я кивала на каждое произнесенное слово, подписывая этим свое согласие.       — … моя невеста, будущая жена…       Фраза, что мимолетно пролетела среди других слов, мгновенно осела в сознании всех присутствующих. Я моментально замахнулась кулаком, ударяя ему в живот, отчего парень склонился вперед, складываясь пополам. И как-то даже забылось, что на Сатору почему-то не было бесконечности. Лицо скривилось от гнева и злости, туманя разум.       — Ты совсем больной на голову, придурок! — подняла я его за шкирку, как котёнка, пока он кряхтел что-то едва слышно, — Чё ты там говоришь?       — … цундере…— едва слышно произнёс он, слегка улыбаясь.       — Б-больной! — я вновь ударила его в живот, но чуть слабее, чем в первый раз, при этом выражая полное недовольство всем своим видом.       Пока Годжо склонился по полам, держась за живот и придурковато улыбаясь, я решила быстро представиться его студентам и, наконец-то, бежать по делам. Учёба ждёт, как и Дейн, что уже запуталась в классификации проклятий, судя по её сообщениям в мессенджерах.       Ученики, что ещё отходили от шока о внезапной женитьбе их учителя, наблюдали его избиение с какой-то незнакомкой аурой с какими-то неописуемыми выражениями лица:       — Она исполнила мечту многих… — проронила девушка с тёмно-зелеными волосами.       — Меня зовут Куропика Мора! Приятно познакомиться, все дела, надеюсь на сотрудничество и дружбу, но мне правда нужно бежать! Оставляю «это», — я вновь выпрямила уже хихикающего парня, а после хлопнула ему по спине, выбивая из его лёгких воздуха, — на вас. Всем пока!       — А-ага… — единственная девушка, что была в окружении этих парней, перестала смотреть на меня с лёгкой пассивной агрессией, отчего теперь её глаза были округлены от шока с лёгкой тенью уважения.       — Т-тунец…       — Учитель Годжо…       — Бьёт — значит любит… — Сатору поглаживал свой живот, ловя мой хмурый взгляд.       Он поднял ладони вверх, невинно улыбаясь, его бинты закрывали его глаза, отчего я нахмурилась ещё сильнее, пока его ученики переводили взгляд с него на меня и обратно. Кажется, что в будущем обо мне сложится не правильное впечатление. После секундного размышления, я резко вспомнила о Дейн и побежала сверкая пятками в сторону учебного корпуса, забыв попрощаться ещё раз.       Мне не было стыдно от своих выходок. Этот придурок в бинтах уже пьёт кровь столько лет каждому и каждый раз выходил сухим из воды. Не знаю, что его сподвигло снять свою излюбленную бесконечность именно сейчас, но получил он по заслугам.