Часть 12

Дождь лил как из ведра. Серые облака нависли над квиддичным полем, превращая его в размокшую кашу. Метлы с трудом слушались, руки скользили по рукояткам, а каждый взлёт оборачивался брызгами грязи в лицо. Но тренировка не отменялась. Все старались. Ева пыталась сосредоточиться на задании Анжелины — отработке точных передач с разворотом в воздухе — но постоянные подколки Фреда и Джорджа сбивали её с ритма. — Осторожно, мисс молчаливость, ты чуть не уронила мяч, — крикнул Джордж, пролетая рядом и брызгая ей на лицо водой с одежды. — Да, это не библиотека — тут думают телом, а не головой, — подхватил Фред. Ева нахмурилась. Под дождём всё было тяжелее: метла вела себя капризно, пальцы скользили, а шутки близнецов были точно лишними. — Да хватит вам дурачиться! — внезапно рявкнул Вуд. — Из-за такой ерунды мы вполне можем проиграть матч! Чтобы вы знали — судить игру будет Снейп! На поле повисла напряжённая тишина. — Что? — прошептал Джордж, теряя равновесие и заваливаясь в сторону. Он грохнулся в грязь с глухим чавкающим звуком. — Снейп? Он вообще хоть раз судил игру? — Справедливости от него ждать бессмысленно, — буркнул Фред, помогая брату подняться. — Он ведь знает, что мы на волоске от выигрыша Кубка. Сделает всё, чтобы Слизерин прошёл вперёд. Команда один за другим приземлялась на землю, мрачно переглядываясь. — А что я могу поделать?! — Вуд развёл руками, обрызгивая всех каплями. — Мы обязаны сыграть так, чтобы у Снейпа не было ни единого шанса прицепиться. Ни одного! Понятно?! Ева стояла немного в стороне. Она молчала. Не удивилась. Она знала это — ещё до всех от своего знания канона. Её это не шокировало, но тревога всё равно глухо отозвалась в груди. Тренировка продолжилась. Теперь уже сосредоточенно, в напряжённой тишине. Даже близнецы почти не шутили. Команда отрабатывала комбинации с новой серьёзностью, и, несмотря на дождь, грязь и хмурое небо, Ева начала справляться всё лучше. После одного особенно удачного захода Вуд подозвал её к себе. — Хорошо, Ева, — сказал он, убирая мокрые волосы со лба. — Видно, что работаешь. Не расслабляйся. У тебя отличный контроль — попробуй чуть больше доверять инстинктам, а не только расчётам. И не бойся рисковать. Это Гриффиндор, в конце концов. Ева кивнула. Её сердце стучало от усталости, но в груди стало чуть легче. **** После долгой, выматывающей тренировки под проливным дождём Ева приняла душ и переоделась в сухую форму. Большинство игроков остались в раздевалке, обсуждать матч, но Ева, как всегда, тихо вернулась в башню Гриффиндора. В общей гостиной было уютно. Тёплый свет камина отбрасывал мягкие отблески на стены, и воздух был наполнен потрескиванием дров. Рон и Гермиона сидели у одного из столиков, сосредоточенно играя в волшебные шахматы. Гермиона нервно кусала губу, Рон сверкал глазами, обдумывая ход. Ева прошла мимо них в дальний угол и села в кресло подальше от шума. Открыв книгу по основам зельеварения, она снова погрузилась в размышления о том, как же всё-таки сможет сварить Оборотное зелье. Ингредиенты были сложные, но гораздо сложнее было достать их незаметно... Вдруг в гостиную шумно ввалился Невилл. Он неловко прыгал, теряя равновесие, и каждый его шаг сопровождался приглушёнными вскриками. Ева тут же отложила книгу, встала и направилась к нему, доставая палочку. — Невилл? Что с тобой? — спросила она, заметив, что его ноги слиплись и двигались как одна. Он не успел ответить — гостиная взорвалась смехом. Почти все присутствующие начали хихикать. Все, кроме Евы и Гермионы. — Finite Incantatem — произнесла Ева, направив палочку на Невилла. Слипшиеся ноги дрогнули, и он с облегчением опустился в кресло. Ева подошла ближе и с сочувствием посмотрела на него. — Кто это сделал? — тихо, но уверенно спросила она. Невилл отвёл взгляд. — Малфой… — пробормотал он неуверенно. Ева выпрямилась и шагнула к выходу. Невилл остановил её. — Но, пожалуйста, не говори профессору Макгонагалл… Я… Я и так уже надоел им своими жалобами… — Я не к ней. Я к Малфою, — ответила она, обернувшись; её глаза блестели от сдерживаемого гнева. — Я покажу ему, что значит нарываться на моих друзей. Невилл испуганно схватил её за руку. — Нет! Прошу, не надо! Мне не нужны ещё неприятности! К ним подошла Гермиона, прижимая к груди руки. — Ева, не надо. Это может только всё усложнить. Мы должны сообщить профессору — пусть накажут его официально. — Думаешь, его действительно накажут? — зло прошептала Ева. — Сколько раз Малфой выкручивался? Он каждый раз отделывается легким испугом. Рон встрял в разговор: — Она права. Иногда надо дать сдачи. Только так такие, как Малфой, понимают. — Не вмешивайся, Рон! — резко сказала Гермиона. — Нам не нужны неприятности! Мы не Малфой, чтобы действовать исподтишка. — Но ты должен что-то сделать, Невилл! — настаивал Рон. — Он вечно втаптывает всех в грязь, а ты ему позволяешь на себе отыгрываться!   Ева нахмурилась и посмотрела на друга. Всё это время она была так занята тренировками, что даже не заметила, как над ним издеваются за её спиной. Сердце кольнуло стыдом. — Не надо мне объяснять, что я недостаточно храбр для Гриффиндора, — всхлипнул Невилл. — Малфой мне это уже доказал. Ева села рядом, коснулась его плеча. — Не говори так. Ты настоящий гриффиндорец. И ты мой друг. И я горжусь этим. Внезапно Гарри подошёл, сунул руку в карман и достал шоколадную лягушку. Протянул её Невиллу. — Ты стоишь десяти Малфоев, — тихо сказал он. — Волшебная шляпа выбрала тебя. И это о многом говорит. А Малфой? Он всего лишь испорченный мальчишка из факультета, где гордятся злобой и хитростью. Сравни сам.   Невилл слабо улыбнулся. В уголках его глаз блестели слёзы.   — Спасибо, Гарри. Спасибо, Ева. Я рад, что вы у меня есть, — сказал он с благодарностью. — Вот, держи карточку… ты ведь их собираешь?   Он развернул лягушку и протянул карточку Гарри.   Гарри взял её, взглянул и помахал находкой Рону и Гермионе. Потом они отошли в сторону, что-то обсуждая вполголоса.   Ева присела рядом с Невиллом. Она смотрела на него уже не с волнением, а строго.   — Он делает это не в первый раз, да? — спросила она, не отрывая взгляда.   — Ну… это… были случаи… — он отвёл глаза.   — Невилл! Почему ты мне ничего не сказал? — она скрестила руки на груди, сдерживая злость.   — Я не хотел, чтобы ты волновалась, — тихо ответил он.   — Неужели ты считаешь, что я не достойна знать о твоих проблемах? — обиженно сказала она.   — Нет! Ева! Я… я не думаю так! — он поспешно заговорил, испуганный. — Ты мой друг… я… не обижайся, прошу.   Ева посмотрела на него. Ей было больно видеть, как он волнуется. Она выдохнула и мягче присела рядом.   — Хорошо. Но больше не скрывай от меня такого, — сказала она.   — Обещаю, — Невилл кивнул.   Они остались рядом и занялись домашним заданием. Ева устала первой — тренировки отнимали слишком много сил. Она поднялась наверх, в спальню.   Но даже сквозь усталость она не забыла про Малфоя. Просто отложила это на потом.   Ева легла и почти сразу уснула. *** Ева все таки смогла составить список ингредиентов для оборотного зелья. Некоторые из них оказались вполне доступными — их можно было найти в Выручай-комнате, а часть собрать в запретном лесу. Но кое-что… кое-что было проблемой. Особенно те редкие ингредиенты, которые хранились только на складе профессора Снейпа — рог двурога и шкура бумсланга. Их нельзя было ни купить (денег у Евы, разумеется, не было), ни достать. Она немного успокаивала свою совесть, размышляя: «Ну и что? Гермиона тоже их украла на втором курсе — и ничего! Все выжили, и даже мир спасли! Так почему мне нельзя?.. Тем более Снейп однажды без разрешения проникал в мой разум на уроке. Так что всё по-честному!!!» После утомительных квиддичных тренировок, она не шла отдыхать, как все. Ева шла собирать то, что могла в части запретного леса. Она нарушила пару границ, но ведь никто не видел. Её спасали чары невидимости… Через несколько дней все доступные компоненты были у неё. Остались только два самых сложных. И тут ей пришла в голову идея. Скоро должен был пройти матч по квиддичу между Гриффиндором и Пуффендуем. Практически весь преподавательский состав и ученики собирались на поле. и Снейп как никак был судьёй. «Если я хочу пробраться в его склад — это идеальное время.» В день игры, переодевшись и поджав под плащ свою маленькую походную сумку, она аккуратно проверила — Снейпа нигде не было. Он действительно вышел. Накинув чары маскировки, Ева быстро — скользнула по коридору и оказалась у запертой двери. Слегка дрожащими пальцами она прошептала: — Alohomora. Щёлк. Дверь поддалась. Сердце стучало от страха но она не остановилась. Времени было мало. Быстро нашла банку с измельчённым рогом двурога. Потом — свёрток со шкурой бумсланга. Она взяла ровно столько, сколько нужно, совесть не позволила ей взять что-то ни на ГРАММ БОЛЬШЕ! И в ту же минуту — вышла. Ева вернулась к полю, спокойно села на трибуны для запасных, закутавшись в тёплую мантию. Сердце всё ещё билось слишком быстро. Но она улыбалась: «Теперь у меня есть всё. Осталось только одно — сварить зелье.» Она с такими веселыми мыслями сидела на трибуне запасных игроков, держа метлу на коленях. Это был её первый матч, который она могла наблюдать вживую — в прошлый раз её наказали Филч и Макгонагалл, и вместо трибун был холодный склеп уборки. Сегодня всё было иначе. Стадион гудел, команда Гриффиндора кружила в воздухе, и Ева не могла отвести глаз. Правда, настроение ей подпортила фигура профессора Снейпа, склонившегося над полем — он судил матч и уже дважды снял с Гриффиндора баллы буквально «за то, что дышим». И всё же, когда Гарри поймал снитч, трибуны взорвались радостными криками. Ева вскочила на ноги и закричала вместе со всеми. "Вот это квиддич! Вот это да! Неужели мой первый матч — и такая победа!" Она смеялась и хлопала, но вдруг заметила, что у трибун что-то происходит. Где-то чуть выше, в ряду, где сидели Гермиона, Рон и Невилл, началась драка. Кто-то кого-то схватил, кто-то упал, и мелькнула белобрысая голова — Малфой. Не раздумывая, Ева схватила метлу и взмыла в воздух. Через несколько секунд она уже стояла рядом, когда драку разнимали другие ученики, а Невилл сидел на земле с окровавленным лицом явно безжалостно избитый. Рон яростно отбивался, Гермиона удерживала его. Ева уже знала, кто начал. Она метнулась прямо к Малфою, который не ожидал ничего подобного. Он только открыл рот, чтобы язвительно усмехнуться — и получил резкий толчок в грудь. — Ах ты!.. — яростно вскрикнула она, схватила его за волосы и дёрнула так, что он чуть не упал. — Отпусти! — бросилась к ней Гермиона, пытаясь оттащить. Падма Патил тоже вцепилась в Еву, но та всё равно вырывалась, как бешаная кошка. — Отпусти меня! Я ему покажу! Да как ты смеешь?! Малфой был поражён. Он отпрянул, лицо покраснело, а слова застряли в горле. Похоже, он не привык, чтобы его били девочки. А тем более грязнокровки. Когда Ева наконец выдохлась, она бросилась к Невиллу. У него была рассечена губа, и из носа текла кровь, но он слабо улыбнулся. — Всё нормально, правда… спасибо тебе, Ева… — Пошли в больничное крыло. — строго сказала она, помогая ему подняться. Она провела его, поддерживая за плечо. Сердце ещё стучало от гнева, но внутри было чуть легче — она защитила своего друга. Так закончился первый матч, который она увидела. Короткий. Яркий. Победный. И, как оказалось, с неожиданным финалом Непредсказуемый. *** После драки с Малфоем и визита в больничное крыло Ева возвращалась в башню Гриффиндора одна. Невила очень сильно избили и Мадам Помфри его оставила на лечение. В голове гудело от напряжения, и радость от победы в матче уже поблекла. Мысли снова и снова возвращались к Малфою — к тому, как он посмотрел на неё, с ненавистью. Малфой не мог смириться с мыслью, что какая-то грязнокровка вот так взяла и опозорила его. Он вынашивал план мести. Конечно, действовать в открытую он не собирался — всё должно было быть исподтишка. На уроках он следил за Евой, не отрывая от неё гневного взгляда. И она это чувствовала — но не показывала виду. На одном из занятий по зельеварению, когда Невилл всё ещё лежал в лазарете, Ева старалась не привлекать внимания. Но всё пошло наперекосяк. Уже под конец урока, когда мимо неё прошёл Малфой, котёл рядом с её столом вдруг взорвался. Кто-то явно подсыпал в него лишний ингредиент. Ева сразу поняла — кто именно. Пар обжёг ей кисти и запястья. В классе воцарился шум — кто-то вскрикнул, кто-то подбежал, но Снейп опередил всех. Он подошёл к ней, осмотрел ожоги холодным, отстранённым взглядом, и, не говоря ни слова, повёл её в свой кабинет. Там он наложил охлаждающие чары и дал ей зелье — густую зелёную жидкость с резким запахом. Боль почти сразу отступила. Снейп работал точно, быстро, ловко. В его движениях чувствовалось раздражение, но не равнодушие. — Не привыкайте к подобному вниманию, мисс, в следующий раз вы будете лечить свои раны сами… — произнёс он, делая паузу, будто борясь с собой, — И не суйте нос туда, где можете его лишиться. У вас, смею надеяться, ещё осталась хоть капля здравого смысла? Ева молча кивнула. В его голосе не было ни капли сочувствия — но в поступке было что-то другое. Что-то похожее на... заботу?.. — После уроков — в подземелье. Будете чистить котлы. Без магии, — сказал он, отрывисто. — Раз уж вам так нравится геройствовать — пусть хотя бы пойдёт на пользу. Она потом как и требовалось послушно выполнила наказание. Когда она закончила, с руками, пахнущими мылом и зельевым осадком, Снейп появился снова. Он поставил перед ней склянку с мутно-синим зельем. — Возьмите. Наносите на ожоги. И запомните: в Хогвартсе выживают те, кто не стремится стать героем. А просто делает своё дело. Он развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа. А Ева — осталась стоять с пузырьком в руках, и впервые поняла, что Снейп, каким бы холодным он ни был, всё видит по-своему. И, может, даже... заботиться. *** После событий с Малфоем Ева заметила что он выглядел чересчур довольным, словно получил всё, чего хотел: унизил, навредил, добился её наказания у Снейпа. Его надменный взгляд, скользящий по ней в коридорах, говорил: «Я победил». Но у Евы были дела поважнее. Всё необходимое уже давно было собрано. Выручай-комната прятала тщательно подготовленные ею ингредиенты. В тот вечер, когда башня Гриффиндора погрузилась в сон, Ева тихо выбралась из спальни. Она направилась по пустым коридорам Хогвартса. Она подошла и вошла в выручай комнату, та, как Ева и ожидала, снова не подвела. Сегодня она выглядела, как просторная лаборатория, освещённая мягким, жёлтым светом парящих фонарей. Каменные полки были уставлены банками, книгами, ступками и прочими волшебными приборами. В центре стоял массивный котёл, окружённый жаровнями. На длинном дубовом столе уже ждали её тщательно отсортированные ингредиенты: чешуя змеи, рог буйвола, щепотка измельчённого мха — всё, что могло понадобиться. Ева надела перчатки и передник. Её сердце билось чаще обычного. Приготовление Оборотного зелья требовало не только времени, но и абсолютной точности. Она разложила перед собой рецепт. Каждое слово перечитано десятки раз. Прошло почти две недели. Зелье булькало, медленно сгущаясь, и уже начинало приобретать нужную текстуру. Оно пахло терпко, с лёгкой металлической ноткой. Ева записывала каждый шаг, проверяла пропорции, не доверяя даже книге. Она сидела на полу рядом с котлом, прижав к груди блокнот. Тепло от огня грело ей руки. Её взгляд остановился на зелье. И в этот момент она впервые подумала: а зачем ей это? Зачем она так упорно варит одно из самых опасных зелий? Ответов не было. Только ощущение, что это нужно.