Глава 6

             Как и следовало ожидать, планшет практически полностью разрядился за время моего отсутствия. Конечно, я же сам отменил в настройках автовыключение. По привычке я просто оставил его на столе, а он так и пролежал несколько часов со светящимся экраном.       ”She said ”I love you” before she died”, – бросилась мне в глаза первая строчка написанной утром песни. Вдохновение посетило внезапно. Скорее, не вдохновение даже, а раскаяние и сожаление. Я думал об Ане и о том, что с ней произошло в тот страшный день. Пытался вспомнить, где был я в момент, когда она переходила дорогу и… Если бы я приехал чуть раньше, то, возможно, услышал бы ее последние слова. Успела ли она сказать хоть что-нибудь или нет?       Я лег на кровать, закрыл глаза и попытался прочувствовать, что происходит у меня внутри. Это вроде медитации и способа разобраться в себе. В последнее время я прибегал к нему довольно часто.       «Пора отпустить. Давно пора. Она меня не держит. Ее держу я! Так нельзя… Ей нужен покой. А я должен жить дальше той жизнью, которую сам выбрал», - я сделал глубокий вдох и выдох и снова взял планшет, перечитал весь текст. Кажется, неплохо. Я высказал все, что хотел.       Поставив гаджет на зарядку, я вышел на террасу. Передо мной разливалась бескрайняя бирюзовая акватория. Наше бунгало высилось над водой на деревянных сваях, поэтому океан плескался прямо под домом. Скажем, это наиболее бюджетный вариант по сравнению с виллами, стоявшими непосредственно на острове и имеющими собственный песчаный пляж. Хотя сам по себе «Сонева Фуши» довольно недешев. Но Ясмин хотела только сюда, да и я был не против. К тому же бунгало хотя и небольшое, но довольное комфортное для нас двоих. Вон он рай! Вдали виднелись очертания других мальдивских островов. Да, здесь довольно недурно, только вот сидеть одному и созерцать красоты оказалось слишком скучно. Может, искупаться?.. Вода манила. В конце концов, я на Мальдивах, а еще толком и не поплавал ни разу.       Идея мне понравилась, и я, переодевшись в плавки, нырнул. Класс! Я бы мог вот так плескаться до бесконечности, однако мысли мои то и дело возвращались к Ясмин. Интересно, где она? Все ли в порядке? Что она делает? О чем думает? Может, стоит пойти разыскать её? Мы не очень спокойно расстались. Я пару раз попытался ей набрать, но она не ответила. Скорее всего, сердится, переживает, пока я тут купаюсь. Нам нужно поговорить. Вернее, мне нужно многое сказать ей.       Вернувшись в дом, я наскоро принял душ, оделся и отправился по деревянным мосткам вдоль таких же домиков к острову.       - Вот черт! Только ее не хватало! – вырвалось у меня, едва я завидел впереди Зильке.       Она тоже меня заметила и, как мне показалось, даже ускорила шаг, двигаясь в мою сторону. Я хотел ограничиться лишь кивком в знак приветствия и пройти мимо, но она, видимо, жаждала общения.       - Крис…       Я вынужден был остановиться и посмотреть на нее. Мол, чего тебе нужно, Зильке? Нам, кажется, не о чем говорить. То, что мы здесь оказались в одно и то же время – нелепая случайность.       - Ты спешишь? – похоже, она очень хотела бы услышать отрицательный ответ.       - Немного, - неопределенно ответил я.       - Где твоя жена? – Зильке оглянулась, но в этом не было необходимости: нас окружали лишь вода и бунгало.       - Она ждет меня на острове, - пришлось соврать, дабы ограничить время беседы.       Зильке понимающе кивнула.       - Но, может, у тебя найдется пара минут? – она поймала мой взгляд, и я прочитал в ее глазах столько неприкрытой тоски, что невольно испытал внезапный приступ жалости к этой женщине.       Кто она вообще? Я очень мало о ней знал. Хотя зачем мне эта информация? Зильке Штенгель – случайная знакомая, наши пути пересеклись лишь однажды и разошлись не лучшим образом. Однако мне вдруг стало любопытно, почему она здесь одна? Неужели не нашлось человека, кто мог бы составить ей компанию в поездке? Ладно, стоит послушать, что она хочет сказать, и идти дальше.       Зильке опустилась на мостик и свесила ноги вниз. Помявшись пару секунд, я тоже сел рядом. Несколько мгновений она смотрела вниз, на воду, а потом вновь взглянула на меня.       - Крис, я бы хотела извиниться. За все. Раз уж мы встретились снова, я подумала: «Это неспроста! Бог сводит тебя с этим парнем, чтобы ты попросила у него прощения!» Мне очень жаль, что я тогда сделала… Ну то, что сделала… Наверное, я привыкла всего добиваться в жизни таким пошлым способом.       Она грустно вздохнула и отвернулась. Мне показалось, она плачет, но я не мог видеть ее глаза. Мне стоило ответить, но я лишь растерянно смотрел на ее загорелые плечи. Надо же ей появиться именно сейчас!       Собравшись с мыслями, я все же выдал:       - Прошло довольно много времени, я уже и забыл… Ты меня тоже прости. Я был слишком груб. Обычно я не позволяю себе такого, но просто… - я запнулся. – Ты сама все понимаешь.       Зильке вновь посмотрела на меня, и я убедился в своей догадке: в глазах стояли слезы, которые она смахивала кончиками пальцев.       - Ты мне так понравился тогда, Крис, - проговорила она севшим, видимо, от волнения голосом. – За то время на съемочной площадке я успела понять: ты особенный! То, как ты держался со мной, - вроде бы по-деловому, - но в то же время вежливо и… Я бы даже сказала, галантно! На меня это произвело сильное впечатление. Наверное, это всего лишь нормальное поведение взрослого мужчины по отношению к любой женщине, но я-то привыкла к другому… Поэтому я наивно решила, что, наверное, нравлюсь тебе, раз ты так…       Да, все верно. Я просто старался придерживаться рабочей этики и быть тактичным. Но Зильке, похоже, восприняла все иначе. Странная…       Переведя дыхание, она продолжала:       - Знаешь, я в шестнадцать лет оказалась на улице. В прямом смысле. Мои родители погибли, меня отдали в приемную семью, из которой я сбежала, - она на секунду замолчала. - Приемный отец бил меня и домогался. А потом меня бил сутенер… Ну мне же нужно было на что-то жить, понимаешь? А потом я встретила Мартина, и он предложил мне сменить панель на порно. И знаешь, оно оказалось несколько лучше, - она снова умолкла, закусив губу, чтобы не заплакать, потом посмотрела на меня: - Зачем я тебе все это говорю, Крис? Я потом много думала и очень жалела о своем поступке. Я, дура, не понимала, как он на тебя подействует. Ты другой, не как те мужики, с которыми мне постоянно приходилось иметь дело. И мне стоило просто вернуться восвояси сразу после съемок…       Да, Зильке, подумал я. Не было бы тогда ни сожалений, ни неловкости при встрече, ни этого разговора в принципе. Но девчонку реально жаль. Я всегда подозревал, что мало кто добровольно идет сниматься в порно. Хотя кто их знает…       - Ну, что сделано – то сделано. Забудь, не парься, - протянул я и попытался встать, но она ухватила меня за руку.       - Крис… Можно тебя попросить? – она протянула мне айфон. – Сфоткай меня, пожалуйста? А то я тут одна, надоело постить селфи в Инстаграме.       - А почему одна-то? – решил полюбопытствовать я, беря телефон.       - Да кому я нужна? – ответила она. – Если можно, вот так, сидя, а потом в полный рост на фоне воды.       - Хорошо… Только у тебя батарейка полностью разряжена, - я вернул ей гаджет.       - Ой… - девушка с сожалением посмотрела на темный экран. – Я полночи смотрела сериал и, видимо, забыла зарядить. Крис, а ты не мог бы сфоткать меня на свой, а потом переслать?       - Хорошо, без проблем! – я сделал несколько кадров, как она просила, потом продемонстрировал ей результат.       - А еще разок? Без этого типа на заднем плане? – она ткнула длинным острым ногтем в экран.       - Окей!       - О, спасибо, Крис! – кажется, на сей раз Зильке осталась довольна. – Я сейчас заряжу телефон и свяжусь с тобой в Фейсбуке. Я на тебя подписана.       Коснувшись на прощание моей руки, она направилась к одному из домиков, а я двинулся дальше, размышляя о разговоре с Зильке и невольно жалея ее. Да, нелегкая судьба, ей тоже пришлось через многое пройти - потерю близких людей, одиночество, боль, унижения. Но она, тем не менее, не падает духом и просто живет.       Вероятно, я слишком погрузился в собственные мысли и не сразу увидел Ясмин. Она возвращалась с прогулки и первая заметила меня:       - Крис, ты куда?       Я даже вздрогнул – так неожиданно прозвучал ее голос. Пришлось признаться, что я шел ее разыскивать, но, похоже, она нашла меня раньше. Я всмотрелся в ее лицо, пытаясь понять по его выражению настроение Ясмин. Она все еще сердится или же снова на позитиве? Ясмин Вагнер не могла и не хотела долго пребывать в плохом настроении. Правда, выйдя замуж за такого психопата, как Крис Хармс, ей пришлось уже изрядно понервничать. Бедная… Мне захотелось ее обнять, что я и сделал.       - Эм… Ты чего? – удивленно спросила она.       - Я не могу обнять свою жену? – я посмотрел на нее.       - Можешь, конечно… - она все еще выглядела слегка сбитой с толку. – Давай пойдем в бунгало и там поговорим?       «Похоже, ей тоже есть что сказать мне», - я взял ее за руку. Она не возражала, и вместе мы отправились на виллу.       - Крис… - сразу же начала она, повернувшись ко мне, едва мы переступили порог нашего домика. – Нет, ты не думай, я не собираюсь тебя в чем-то упрекать. Я не сторонница скандалов. Все же мы с тобой достаточно взрослые, чтобы решить все спокойно и интеллигентно.       Кажется, я понял, к чему она клонит, и внутри у меня похолодело. Нет, Ясмин, только не сейчас!       - У меня к тебе только один вопрос: не жалеешь ли ты, что мы поженились? – она подняла вверх ладонь. – Нет, не торопись уверять меня. Подумай хорошо. Ты сделал мне предложение почти год назад. То есть до свадьбы у нас было достаточно времени, чтобы понять, стоит ли совершать этот шаг или нет. Не знаю, как ты, а я хотела, Крис… Поэтому и ждала терпеливо. И знаешь… Я, наверное, сильнее мечтала, что со мной ты преодолеешь свои ужасы, чем о собственном удовольствии и счастье. Да, вот такой альтруизм от Ясмин Вагнер! – последние слова прозвучали с явной иронией и отчаянием.       Я протянул к ней руку, ожидая, что она оттолкнет ее, но к моему удивлению она сжала ее в своих ладонях.       - Слушай, мне жаль… Когда мне кажется, что все закончилось, оно начинается снова, - оправдывался я, прекрасно понимая, как тупо это звучит.       - Не знаю, как быть, Крис, - она подняла на меня полные грусти глаза. – Я не справляюсь. Тебе все так же плохо. Может быть, тебе нужна помощь?.. – она замолчала, но потом все же решилась произнести: - Помощь специалиста.       Честно говоря, я и сам думал об этом, когда тоска по Ане в первые месяцы стала совершенно невыносимой. И даже моя мать, искренне переживавшая за свое чадо, рекомендовала мне обратиться к хорошему гамбургскому психотерапевту. И я уже почти согласился. Но потом передумал.       Да, она не справлялась. Не справлялся и я сам. В личности каждого человека кроются два начала: хорошее и плохое. Здоровый рассудок способен их контролировать. Суть психической болезни в нарушении баланса между ними. Я утратил контакт с темной стороной своего «я». И поэтому непроизвольно происходит вся эта дичь. Может, Ясмин права?       - Или же ты хочешь побыть один? – проговорила она, глядя куда-то в сторону.       - Нет, этого я точно не хочу! – заверил ее я. – Прости. Давай вернемся в Гамбург и решим, как поступить со мной дальше. Возможно, я даже соглашусь на какую-то терапию. Если она пойдет мне на пользу. А пока… Я хочу показать тебе кое-что.       Я метнулся к столику, где оставил планшет, но его там не оказалось. Какого черта! Я прекрасно помнил, как положил его здесь на зарядку. Или я окончательно спятил? Я беспомощно развел руками, поворачиваясь к жене. При виде ее глаз, недоверчиво сузившихся, внутри у меня разлился ноющий жар, будто кто-то бросил горсть тлеющих углей мне в живот.       - Мой планшет пропал, - констатировал я.       - Что значит «пропал»? – удивилась Ясмин.       - Он был здесь, но сейчас его нет… Хм… Возможно, переложил куда-то и забыл, - я чувствовал себя крайне неловко. – Хотел дать тебе прочесть…       - Стихи? - сухо спросила она.       - Я написал песню. Да, она посвящается Ане. В ней я прощаюсь с ней навсегда. Она останется в моей памяти, но не в жизни, - звучало не очень убедительно, учитывая сегодняшний инцидент в кафе, но я сам очень хотел верить в то, что сказал.       - Думаю, хорошая будет песня. Автобиографичная.       В душе шевельнулось неприятное сомнение, но я тут же прогнал его подальше. Не время сейчас для подозрений.       - «Лишь музыка способна дать покой встревоженной душе…» - неожиданно для себя я процитировал Уильяма Конгрива, на что Ясмин лишь неопределенно фыркнула.       Похоже, ни песня, ни мой решительный настрой на перемены ее не впечатлили.       Пару минут мы молчали, не глядя друг на друга. Мне казалось, мир снова рушится. Я сказал и сделал достаточно, чтобы ее терпение лопнуло, и она пошла собирать чемодан, дабы навсегда оставить меня и мои заскоки. И я ее прекрасно понимал.       - Забыл тебе сказать… - я начал говорить, дабы хоть чем-то заполнить гнетущую тишину. – Звонила моя мама. Поздравляла. Сказала, они с папой ждут нас на ужин по возвращении.       - У тебя чудесные родители, Крис, - прошептала Ясмин.       Она плакала. Я приблизился к ней и заключил в объятия.       «Какая разница, прав ты или нет, если женщина твоя плачет?» - так говорил мне отец, и я каждый раз чувствовал себя последним мудаком, видя слезы по моей вине.       - Хочешь искупаться? Или пройтись? Посидеть на улице? – я рандомно подбирал варианты, лишь бы как-то разрядить обстановку.       - Давай поужинаем и просто ляжем спать, - тихо предложила Ясмин, поднимая на меня раскрасневшиеся глаза.       Я понимал, какой смысл она вложила в это свое «просто», и возражать не стал. Мы заказали ужин в номер и расположились на террасе, обмениваясь короткими фразами и слушая шум океана. А после, уже в постели, я крепко обнял ее, прижимая к себе и вдыхая аромат ее волос.       - Ты не жалеешь, что приехала тогда ко мне в Рождество?       - Нет, - еле слышно промолвила Ясмин. – Я вообще ни о чем, связанным с тобой, не жалею.       Я запечатлел поцелуй на ее шее и откинулся на подушку, дабы не мешать ее отдыху. И тут я вспомнил про Зильке. Она хотела написать мне, чтобы я отправил ей фотографии. Но так и не написала.       Я плохо знал Зильке. Возможно, это вполне в ее духе. Забыла или уже без надобности…       С тем и заснул.              ***              Утром нас разбудил настойчивый стук в дверь. Я проснулся первым и, поправив на Ясмин простыню, поплелся открывать, на ходу натягивая шорты. Щурясь от яркого солнца, я не сразу сообразил, кто передо мной.       - Мистер Кристиан Крогманн? – высокий жилистый мужчина с густой черной бородой и в полицейской униформе строго смотрел на меня, держа в руке удостоверение. – Офицер Рата. Криминальная полиция Мале.       Что? Криминальная полиция? Уж кого-кого, а представителей закона я здесь точно не рассчитывал встретить.       - Да, я, - ответил я.       - Мы расследуем убийство на острове. И у нас к вам и вашей супруге будет несколько вопросов. Вам удобно побеседовать сейчас?       Его английский можно было бы назвать безукоризненным, если не считать легкий акцент. Но мне от этого стало лишь тревожнее. Я явно не ослышался, и он сказал про убийство.       Убийство? В этом райском уголке?       - Да-да, разумеется, - я поспешно оглянулся внутрь домика. – Сейчас приглашу жену. А кого убили?       - Имя жертвы – Зильке Штенгель, - бесстрастно произнес офицер. – Вам оно знакомо?