Оглушающие тиканье часов

Когда Эмили только впала в кому, я считала, что Габриэль сможет это пережить. Пойдёт дальше ради сына, но я ошиблась. Очень сильно ошиблась. Стояло ранее утро, холодный ветерок обдувал лица прохожих, листья шелестели в унисон ветру и его звонкой песне. Кто-то спешил на работу, кто-то в школу. Гудели машины, слышался топот ног, мяуканье уличных котов. Через открытое окно многоквартирного дома можно было услышать плач ребенка. Обычный день, как и все остальные. Хотя это если брать рутину от дня начала вечного сна Эмили. Всего два месяца назад всё было по-другому. Стоя перед зеркалом, черноволосая девушка убирала волосы в строгий пучок, чтобы ни одна волосинка не торчала, всё-таки девушка является секретарём одного из самых известных модельеров. Выглядеть надо безупречно, как и ее босс. Наконец затянув волосы до идеала, началась укладка красной чёлки на правую сторону лба. Возя расчёской, воротник чёрного костюма чуть жаль в области горла. Наконец уложив непослушную чёлку, Санкер смогла выдохнуть. Растянув две пуговицы у горла, расправила воротник белой рубашки, подтянула вниз свой пиджак и посмотрела, ровные ли стрелки на чёрных офисных брюках. Девушка в деловом костюме, время идёт, а всё так и в моде. Тяжело вздохнув, ассистентка глянула на себя в зеркало, что висело над белой раковиной. В отражении было бледное лицо, яркая помада на губах, что так и бросалась в глаза, и красная чёлка на фоне чёрных как смоль волосах. Глаза наполнены неуверенностью. Вдохнув, набирая как можно больше воздуха в лёгкие, и выдохнув через нос, девушка сказала: — Адриан, твой отец не сможет с тобой позавтракать. Он сейчас очень занят. Голос звучал твёрдо, но на моменте «он сейчас» твёрдый тембр сорвался. Приложив кулак ко рту, прокашлялась и снова начала уже более строго и без эмоций на лице. Чтобы контролировать взгляд, телодвижение и мимику, взгляд был устремлён в отражение. — Адриан. Твой отец сейчас занят и не сможет с тобой позавтракать Сейчас получилось очень даже сносно. Отведя взгляд от зеркала, неприятное чувство появилось в груди. Чувствую обеспокоенности и волнение из-за всего происходящего. Прищурив глаза, постояла так с секунду, вовсе закрыла глаза. В ванной была звенящая тишина. Тик. Так. Тик. Так. Время шло где-то, где-то в мире, но не тут, не в этой ванной, не с ней. Резкий звон будильника на телефоне вывел из ступора. Схватив бумаги с расписанием с туалетного столика, телефон оттуда же. Натали быстро вышла из комнаты. Тишина, только монотонное и тяжёлое дыхание охранника и тиканье часов в практической тишине. Легко тряхнув головой, ассистент будто порхнула на каблуках по лестнице. Цок. Цок.Цок. Слегка кивнув головой телохранителю, прошла мимо него так же легко к двери комнаты. Только она хотела взяться за дверную ручку, как небольшой страх окутал её. Взглотнув, быстро прогнала это не самое приятное чувство. Нацепив маску твёрдости и безразличия, вошла. Напротив панорамного окна на диване сидел подросток лет так 14 с копной соломенных волос. Мальчишка сидел на диване и играл в видеоигру на приставке, смотря в экран телевизора. Поправив постоянно задирающийся пиджак, пошла к нему с слишком, может даже, прямой спиной. Поясница от такого явно болела. Потрепав бумаги в руках, Санкер произнесла холодно, твёрдо заученный текст: —Адриан. Твой отец сейчас занят, и не сможет с тобой позавтракать! Игнор в ответ. От такой реакции, точнее, её отсутствие даже немного передёрнуло, но в душе девушка телом всё так и стояла строго с прямой спиной. Парнишка допрашел уровень и повернул в её сторону свою голову. — Натали... Я уже знаю. Скажи, когда у меня сегодня китайский? Взгляд юного Агреста был грустный, пустой, грустный. Но это не повод стоять и молчать, задали вопрос — отвечай. — Сегодня уроки китайского в семнадцать ноль ноль. Подготовься, сегодня у тебя также фотосессия в двенадцать тридцать и фехтования с двух пятнадцати до шестнадцати ноль ноль. Сказав текст с бумажки как робот, Санкер ещё раз окинула взглядом мальчика, его джойстик в руках и тихо добавила: —Сегодня на завтрак сырники. Всё как ты любишь, а ещё сыр камамбер. Губы позволили себе искризится в лёгкой улыбке, а руки помяли бумагу. Всё же ей хотелось обнять Адриана, а не пройти, но Габриэль точно ей дал понять, что это пока не к чему. Выйдя так же, как и зашла. Хлоп. Дверь закрылась с еле заметным скрипом и тихим хлопком. Встав около нее, ассистентка оперлась спиной о деревянную поверхность. Такое напряжение царило в тот момент или это она себя накручивает? Приложив правую руку к переносице, помассировала ее, чуть приподняв очки. Выдохнув, встала прямо, поправила снова вздернувшийся пиджак и пошла вниз по ступенькам. Цок. Цок. Цо-о-ок. Надо было занести кое-какие документы Агресту на проверку и подпись. Это было отдельное испытание. Кажется, даже имеющее самую максимальную сложность в такой игре, как жизнь