Что мне без моря

„Nutilk — pareina audra.“ («Замолчи — надвигается буря».) 1. Надвигается буря — Замолчи, — прошептал Лукас, глядя в темноту гримёрки. Не кому-то. Себе. Голосу внутри, который звучал её голосом. Буря приближалась. Не за окнами — внутри него. Он чувствовал, как всё внутри трещит. Грудная клетка больше не защищала — она ломалась под ветром. „Pareina audra… Joj griūsiu.“ («Надвигается буря… В ней я рухну».) Он знал, что не устоит. Не станет бороться. Если боль — его музыка, пусть унесёт. 2. Позволю уничтожить меня Лукас стоял на сцене, свет резал глаза, публика скандировала его имя. Но он пел не для них. Он пел для неё. Для той, кто ушла. Для той, кто смотрел в него, как в прибой, — и однажды испугалась утонуть. „Leisiu naikint mane jos gūsiu.“ («Позволю её порывам уничтожить меня».) Он не сопротивлялся. Когда Кейт ушла, он не пытался держать. Он просто… позволил. Пусть любовь сотрёт его до основания. Пусть от него останется только соль на губах и строчки на языке. 3. Её ветер в груди Всё, что осталось от неё — ветер. Она была ветром — срывала одежду, дыхание, самого Лукаса из привычной жизни. „Jos vėjas skverbias į mano krūtinę.“ («Её ветер проникает в мою грудь».) Он чувствовал её даже сейчас. В каждом вдохе. В каждом аккорде. В паузах между песнями. И знал: даже когда она ушла — она осталась. Море ушло. Влага высохла. Но воздух — до сих пор с привкусом её голоса. 4. После неё останется море „Po jos liks jūra, aš kartu su ja.“ («После неё останется море, и я — вместе с ним».) Он не кричал. Просто шептал: «Кейт…» На самом деле он умер тогда же, когда ушла она. Просто тело осталось, чтобы петь. Чтобы каждый концерт становился отпеванием любви, которой больше нет. „Girdžiu — ji blėsta staiga manyje…“ («Я слышу — она внезапно исчезает внутри меня».) 5. Что мне без неё На студии он записал последний дубль. Трек закончился, зал наполнился тишиной. И только один вопрос, как прибой, всё бился в груди: „Kas man be jūros?“ («Что мне без моря?») „Del jos esu aš čia.“ («Ради неё я здесь».) Если она — море, то он — голос, глотающий волны. Если она — шторм, то он — песня, звучащая в её ушах даже после прощания. Он не знал, вернётся ли она. Но знал одно: без неё даже сцена — пустыня. А песня — крик.