Глава 4

31 августа 1992 года, вокзал Кингс-Кросс, Лондон Суета – так можно было описать происходящее на вокзале Кингс-Кросс. Люди толкались, перекрикивали друг друга, колёса чемоданов скрежетали по камню, а где-то вдалеке, прорезая гул толпы, прозвучал паровозный гудок - протяжный, тревожный, словно предупреждающий о чём-то неизбежном. Лондон жил своей неугомонной жизнью, и только один человек казался выбившимся из общего ритма. Девочка стояла между платформами 9 и 10, упрямо сверяясь с письмом и билетом и надеясь, что слова волшебным образом изменятся. Волны людей обтекали её с двух сторон, но она стояла - маленькая, светловолосая, с пронзительными янтарными глазами. С виду ей было около двенадцати-тринадцати лет, однако по ее взгляду казалось, что она значительно старше. Было в ней что-то хрупкое и в то же время упрямое. Солнечные блики играли на её пшеничных локонах, а белоснежное лицо выражало смесь смятения и раздражения. «Посадка на Хогвартс-Экспресс осуществляется с вокзала Кинг-Кросс, платформа 9 ¾. Отправление ровно в 12 часов», - читала она в сотый раз, держа в руках слегка помятый пергамент. Взгляд метался от таблички «9» к табличке «10», как будто между ними должна была быть ещё одна. Часы над толпой, массивные и старинные, как из другого века, показывали 11:49. Времени оставалось совсем немного. А спросить было не у кого - все куда-то спешат. Рядом стоял чемодан, тяжёлый и неуклюжий, и с каждой минутой казался всё более раздражающим, так как то и дело намеревался завалиться набок. Девочка топнула ногой и нахмурилась. Беспомощность не шла ей. Она привыкла разгадывать загадки, а сейчас сама была частью какой-то головоломки. Впереди мелькнули две семьи: взрослые обменялись формальными рукопожатиями, а дети - эмоциональными объятиями. Они что-то возбуждённо обсуждали - и вдруг исчезли, будто растворились в воздухе. Девочка уставилась в ту сторону. И что, это нормально, да? Люди просто исчезают среди стен? Она прищурилась, пытаясь разглядеть подвох. Снова кто-то прошёл мимо - и тоже исчез. Прямо посреди прохода. Сердце застучало быстрее. Любопытство и тревога боролись в ней, переплетаясь в единое целое. Блондинка подхватила чемодан, который едва не перевернулся, и пошла вперёд. Колонна. Каменная, шершавая - ничего необычного. Но, кажется, именно здесь всё и происходило. 11:54. Она вздохнула. Наверное, кто-то издевается над ней. Подстроил шутку, вложил фальшивое письмо с билетом… Тут ее кто-то сшибает с ног. Толчок в спину оказался неожиданным и резким. Девочка упала, выставив руки вперёд, больно ударившись коленкой. Стиснув зубы, она едва слышно прошипела - не заплакала, нет. Слезы были бы слишком банальны. Она была готова встать и дать сдачу неуклюжему обидчику. Она подняла глаза. Служащий вокзала, заметив падение, посмотрел в её сторону. Девочка сидела на коленках, упёршись ладонями в холодный бетон, и решила - вот он, её шанс. Пусть подойдёт. Объяснит. Найдёт, черт побери, эту проклятую платформу. Но тут произошло нечто куда более странное. В нескольких шагах от неё мальчик с копной тёмных волос буквально вбежал в стену - и исчез. За ним, толкая тележку с чемоданами, растворилась девочка в огромных причудливых очках. Блондинка вытаращилась, оглядываясь - никто этого не заметил? Только она? - Эй, крошка, тебе помочь? - раздался голос откуда-то сверху. Слегка насмешливый, уверенный. Она подняла голову - и встретилась с парой весёлых, хитрых глаз. Перед ней стоял высокий рыжий мальчишка, чуть склоняя голову набок, как хищная птица, разглядывающая жертву. - Похоже, первокурсница, Фордж, - заметил второй рыжий, появившийся рядом, как по волшебству. Они были почти неотличимы - двойники, да ещё с одинаковыми ухмылками, будто замышляют грандиозную шалость. - Что бы ты без нас делала, - театрально вздохнул первый, поднимая ее на ноги, а затем уверенно беря за руку. Второй подхватил чемодан и водрузил его на тележку, как будто делал это сто раз. - Лучше не привлекать внимание, - шепнул парень со странным именем Фордж. - А ещё лучше - не опаздывать. Секунду спустя оба рыжих, как ни в чём не бывало, потащили девочку за собой - прямо в стену. Время замедлилось. Она попыталась вырваться, открыть рот, закричать - и не успела. Мир сгустился, а затем словно разошёлся по швам. Появился поезд. Красный, блестящий, как игрушечный, и одновременно огромный, как настоящий чудовищный дракон, извергающий пар. До этого он словно был невидим. Двери открыты. Платформа полна детей и родителей. - Мальчики! Сделайте одолжение - не опозорьте меня в этом году! - крикнула им вслед строгая, но усталая женщина. - Это ты нам четвертый год уже говоришь, мам! - весело ответил один из близнецов. - В этом году обещаем - унитазы останутся в безопасности. Почти. - В этом году у нас занятия будут поинтереснее, - тихо произнес другой. Оба засмеялись. Один тащил чемоданы, второй - окаменевшую от шока блондинку, которая, едва зайдя в вагон, вцепилась в него обеими руками, боясь вылететь в открытую дверь тронувшегося поезда. Он только весело захохотал. - Ну что, будем искать место, или ты хочешь всю дорогу висеть на мне? - Все самые сладкие местечки расхватали, - вернулся к ним второй рыжий, который был уже без багажа, - придется присоединиться к золотой троице. - Опять слушать урчание вечно голодного братца, - ответил Фордж, наигранно закатывая глаза. Они втроём ввалились в купе. Но золотой троицы там не оказалось. Лишь две девочки, одна - с огненными волосами и нахмуренным лбом, вторая - с томом размером с кирпич, который она прижимала к себе. Они заинтересованно посмотрели на новенькую, чью руку до сих пор сжимал один из близнецов. - Не успел учебный год начаться, как уже нашел себе подружку, - фыркнула рыжеволосая девочка, скрещивая руки на груди. Вглядываясь в ее черты все больше, блондинка заметила схожесть с близнецами. Безымянный близнец подтолкнул светленькую к сидению, вынуждая брата отпустить ее руку. Она неосторожно плюхнулась прямо на неприметную книгу, от чего рядом сидящая девочка с пышной копной воскликнула: - Осторожно! Это редкое издание! - воскликнула девочка, забирая её и поглаживая переплёт, как раненого зверька. Теперь в ее руках две книги. Близнецы уселись напротив, любопытно изучая новенькую. Стало как минимум неловко. - Ну? - начал один, сверля янтарные глаза. Та вопросительно подняла бровь. - Как зовут-то тебя? - подхватил второй близнец. Она молчала, закусив губу. За все это время она не произнесла ни слова. И сейчас ей это казалось чем-то сверх нереальным. - Я Джордж, - начал первый, - или Фордж. Точнее для всех Джордж, а для Фреда – Фордж. - А я Дред. Для всех Фред, но для Джорджа – Дред, - продолжил второй. Голова начала медленно закипать от услышанного. - Не обращай внимания на этих балбесов, они всегда такие болтливые. Меня зовут Гермиона. Гермиона Грейнджер, -  сказала девочка с книгами, - и… извини за… - девочка смутилась, поглаживая корешок издания. - Она просто любит читать. И избавляться от тех, кто трогает ее книги, - продолжила рыжая девочка, то ли шутя, то ли говоря с полной серьезностью, - я Джинни Уизли, сестра этих ненормальных. - Я тоже люблю читать, - осторожно подметила блондинка, - И да, приятно познакомиться, - выдохнула она и впервые за весь день улыбнулась. И все же четыре пары глаз продолжали смотреть на нее, ожидая, когда она представится. Знать бы ей самой наверняка кем она является. Она опустила глаза. И, будто пробуя имя на вкус, прошептала: - Виктория… Виктория Джун Уоллис. По крайней мере в письме, которое она получила, было написано именно так. И так к ней обратилась та милая женщина, которая помогла собраться в это безумное приключение. На мгновение повисло молчание. - Красивое имя, - сказала Гермиона, - а никто не видел Гарри и Рона?

***

9 июня 1992 год, таинственный дом Солнце врывалось в комнату, как непрошеный гость: бодро, нахально и слишком рано. Лучи скользили по стенам, разливались по полу и - особенно настырно - били в лицо девочке, что ещё пыталась цепляться за ускользающие сны. Она недовольно сморщила нос и, не открывая глаз, зарылась в подушку, прячась от назойливых лучиков света. Пшеничные волосы - мягкие, как сахарная вата, - растрепались в хаосе сна, а нижняя губа была припухшей от привычки покусывать её во сне. Но утро неумолимо. Сон, как вода в решете, перетекал в беспроглядную реальность. Девочка приподнялась, потёрла глаза и с минуту бессмысленно смотрела в пространство, всё ещё наполовину цепляясь за образы из сна. В голове вспыхнул один из самых ярких образов: она, с волшебной палочкой в руке, рисует в воздухе таинственные изящные дуги, от которых рассыпались искры. Что именно она творила - уже не вспомнить, но чувство было чётким: это было важно. Чудесно. Неописуемо. - Почему я проснулась? - пробормотала она, как будто кто-то нарушил что-то великое. Её взгляд скользнул по комнате. Всё было… слишком аккуратно. Слишком красиво. Пастельно-пурпурные стены, белая мебель, фарфоровые куклы на полках. Как в дорогом кукольном домике. Только вот не было ощущения "своего". Ничто здесь не отзывалось в ней знакомым теплом. Она осторожно сползла с кровати и прошла босиком до большого зеркала в углу. Ступала так, будто под ногами может внезапно исчезнуть пол. Заглянула в отражение - и тут же отшатнулась. Лицо, смотрящее на неё, было чужим. Вроде бы девочка. Вроде бы милая. Светлые волосы, огромные янтарно-охровые с легкой зеленцой глаза, немного удивлённый взгляд. Но не было ни одной детали, которая бы сказала: "Это я". Пугающее, беззвучное чувство - забыть себя. В такой ситуации стоит обратиться к старшим, в данном случае – к родителям. Но кто ее родители? Она резко развернулась и выбежала из комнаты. Лестница. Коридор. Кухня. Было уютно, спокойно, как в обычном загородном доме. На полке - специи, на столе - ваза с фруктами. В саду за окном пели птицы. Но всё это - не её. Ничего не отзывалось внутри. Ни одной крупицы памяти. - Где все? - пробормотала она и с тревожной решимостью рванулась проверять комнаты одну за другой. Она не понимала, кого искать. Но всё же не оставляла попытки найти хоть что-то. Пусто. Ни одной живой души. Ни звуков. Ни признаков того, что здесь кто-то был до неё. Как будто дом - красиво оформленная декорация, вырезанная из чьего-то сна. Когда она вернулась на кухню, сердце колотилось в груди. Но тут что-то изменилось. На столе лежало письмо. И белая коробка с голубой лентой. Окно было распахнуто настежь, а в небе исчезал силуэт белой совы, чьи крылья ловили солнечные потоки, словно она плыла по свету. Девочка, не веря глазам, подошла ближе. Письмо было на плотном пергаменте, печать - сургучная, тяжёлая, с гербом. Рука дрогнула, когда она развернула его и начала читать. С каждым словом её брови всё выше, глаза шире, дыхание - всё чаще. ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Дорогая Виктория Джун Уоллис... Она перечитала трижды. И ещё раз - на всякий случай. В письме было сказано, что она принята в школу, а также короткое поздравление с днем рождения на обратной стороне пергамента. Потом бросила взгляд на коробку, как будто ожидала, что оттуда сейчас выскочит джинн или гном с оркестром. Но внутри был просто торт. Белоснежный, будто только что сотканный из облаков. С кремовой розой и аккуратной цифрой четырнадцать. День рождения? Школа волшебства? - Ну и дела... - выдохнула Викки. Что было дальше - казалось уже неважным. Она вдруг засмеялась. Тихо, искренне, по-детски. Покрутилась на месте, прижав письмо к груди. Всё это - словно оживший сон. Тот самый, в котором у неё была волшебная палочка и ощущение, что всё возможно. Она вытянула руку, сделала знакомое движение из сна - лёгкий поворот запястья, как дирижёр перед магическим оркестром - и тут же... Хлоп. Из гостиной донёсся звук, словно что-то лопнуло и вспыхнуло. Викки вздрогнула. Замерла. - Мисс Уоллис? Вы уже получили письмо? - раздался женский голос. Она обернулась, сердце забилось ещё сильнее. "Мама?" - пронеслось в голове. На кухню вошла высокая женщина в строгой мантии и странной шляпке, похожей на расплющенный цветочный горшок. Лицо суровое, но с мудрым и понимающим взглядом, а манера двигаться -  грациозная, как на торжественном приёме у королевы. Женщина поправила очки на переносице и окинула Викки изучающим взглядом. - И почему, юная леди, вы бегаете босиком? - строго спросила она. Но в голосе ощущалась забота. - Кто вы? - прошептала девочка, вжавшись в угол. - Профессор Минерва Макгонагалл. Заместитель директора Хогвартса. Я помогу тебе освоиться в первое время. Как вижу, письмо ты получила. Хотела вручить лично, но так много дел, что решила отправить по традиции – совой. - Это... всё настоящее? - девочка показала на письмо, - Я не помню ничего. Ни себя. Ни… - Знаю, у тебя много вопросов, - вздохнула Минерва, вновь поправляя очки, - к сожалению, у меня нет ответов на них. Но Дамблдор, директор нашей школы, пообещал помочь тебе. А значит нет повода для волнений. Тебе нужно быть собранной, внимательной и осторожной. Не старайся найти ответы в каждом встречном – это может быть опасно. Будь рассудительной и вдумчивой. А сейчас нам нужно будет отправиться за школьными принадлежностями. И побыстрее, мне нужно вернуться к делам после полудня.

***

31 августа 1992 года, Хогвартс-Экспресс Поезд, длинный как змея и такой же загадочный, мягко мчался сквозь просторы британской глубинки, оставляя за собой тонкую дымную нить и размытые в стекле пейзажи. За окном - мир без спешки и без людей: холмы, густые леса, разбросанные озера и небо, которое с каждой минутой темнело, набирая синие оттенки вечерней сказки. Близнецы Уизли, не выдержав скуки, растворились в недрах поезда, наверняка вынашивая очередной розыгрыш. Джинни, как тень, прошмыгнула в коридор - в надежде найти Гарри. Гермиона с головой ушла в книгу по рунам, глядя в строки с таким видом, будто разгадывает великую загадку человечества. А Викки... Викки замерла у окна, в полусне погрузившись в мысли. Со своего дня рождения вплоть до этого дня девочка жила в незнакомом доме одна. Иногда к ней заглядывала Макгонагалл, проверяя, как идут дела. Она была вежлива, но отчуждённо холодна. Все свое время Викки посвящала изучению учебного материла, который с интересом впитывала в себя. Книги и учебники стали ее друзьями, а сад и теплица – любимым местом. Ее руки словно знали, как обращаться с растениями. Каждый раз, касаясь лепестков, она чувствовала щекочущее покалывание, будто растения узнавали её, как свою. Иногда - легкое свечение, которое исчезало так же внезапно, как и появлялось. С особым трепетом Виктория относилась к подарку от директора школы – редкое издание с названием «Секреты древних Зельеваров». На развороте книги была греющая душу размашистая надпись: «Пусть эта книга станет твоим компасом среди бурь. И помни: даже в самой тёмной ночи звёзды шепчут о новом дне. С верой в твою силу, Альбус Дамблдор». Викки не знала этого человека лично, но почему-то чувствовала, что может ему верить. Хотя бы чуть-чуть. Хотя бы до тех пор, пока не узнает - кто она. Макгонагалл так и не дала ответов. «Время всё расставит по местам» - лишь отвечала она. Удобная фраза, если не хочешь врать, но и правду говорить не готов. Всё, что Викки узнала за это время: она - волшебница, её родители скорее всего живы, и память может вернуться. Может. А может и нет. Ей оставалось принять эту информацию и действовать. То, что Викки поняла явно – ей нужно быть сильной. Ведь пока что она одна, и нет никого, кто бы ей смог помочь. Поэтому, помогать себя она начала сама. Она начала следовать своей интуиции, которая, на удивление, звучала громче страхов. Поверить в волшебство? Запросто. Добраться до вокзала Кингс-Кросс? Сложновато, но она справится. Стать ученицей школы магии? Да, она это сделает. И действительно, она не испугалась и последовала вслед за неизвестностью. Она засмотрелась в окно, на бескрайние леса. И даже не заметила, как рядом с ней вновь оказались близнецы. - Ну давай, выкладывай! - Джордж плюхнулся рядом, - Какой твой любимый цвет? Мы с Фредом уже начали спорить. - Синий, - ответила Викки после короткой паузы. - Как небо, когда в нем только начинают появляться первые звезды. - А я думал розовый, - сказал Фред, глядя на Викки со всей серьёзностью. - У тебя прям-таки стиль «принцесса-с-потенциалом». Викки прищурилась и смерила его взглядом, в котором сверкнула тихая угроза. Фред поднял руки - мол, сдаюсь, сдаюсь! - и купе наполнилось смехом. - А ты не похожа на первокурсницу, - сказала Джордж, - выглядишь старше. - Но и до нас ты еще не дотягиваешь, - подмигнул Фред. - Ну конечно, вы ведь два переростка, - перебила их Джинни, возвращаясь в купе. В ее руках был причудливой формы леденец и пачка лопающихся прямо в упаковке конфет. - Это некрасиво обсуждать возрастные особенности, ведь каждые развивается по-разному в зависимости от… - начала Гермиона, но ее прервал Фред. - Так сколько тебе лет? – спросил он, обращаясь к блондинке. Викки потупила взгляд и неуверенно произнесла: - Четырнадцать… Исполнилось пару месяцев назад. - Четырнадцать?! - воскликнули близнецы в унисон и присвистнули. - И это твоя первая поездка в Хогвартс? – Джордж подвинулся к ней ближе, внимательно вглядываясь в смущенные глаза. От такой странно близости у Викки еще больше порозовели щеки. Она могла разглядеть россыпь веснушек на его воодушевленном лице. - Странно, впервые о таком слышу, - задумалась Грейнджер, закрывая в книгу и присоединяясь к разговору, - необычно, но невозможно. Ведь все поступают в Хогвартс в одиннадцать. - Да брось, это же круто! - вдруг вставил Джордж и ребята вопросительно на него посмотрели, - вдруг тебя определят сразу на 4 курс. Тогда ты будешь учиться с нами. Это прям судьба! - Или катастрофа. Особенно если вы решите "наставничать", - ответила Джинни, пряча выбившуюся прядь за ухо, - С чего ты вообще взял, что она будет учиться с вами? - А разве может быть иначе? И никакого наставничества! Только высший уровень безумия. - Фред широко ухмыльнулся. Он будто прочитал мысли брата, замышляя в голове очередные проделки, - С твоим дерзким характером и безобидной внешностью можно такие шалости провернуть в школе, что Филч никогда не узнает чьих это рук дело. - Это исключено, - возразила Гермиона, и теперь уже на нее уставились остальные, - Я имею в виду поступление сразу на четвертый курс. Викки совсем не знакома с основами магии, ведь так? Блондинка залилась румянцем. Признать честно, она не считала себя отставшей или глупой в этой теме. Не так сложно поверить в свои волшебные силы, когда вообще ничего не знаешь о себе и своей жизни. Да и лето она проводила не впустую. Но она не могла быть уверена в том, что ее знаний будет достаточно. Делиться своими познаниями девочка не стала – хоть компания и была приятной, но ей стоит пока что доверять только себе. И в первую очередь найти ответы на свои вопросы. Она пожала плечами. Её молчание только подогрело интерес. Но разговор угас сам собой. Гермиона вернулась к книге, Джинни задремала, близнецы отправились к своим сокурсникам обмениваться новостями. Викки вернулась к пейзажу за окном. Что -то промелькнуло в небе. Она прищурилась. Голубой форт. Он подпрыгивал в воздухе, виляя туда-сюда. И исчез. Викки отпрянула назад, затаив дыхание. - Всё нормально? - Гермиона подняла глаза. - Просто… показалось, - пробормотала Викки.

***

Из прибывшего на место назначения поезда вышли уже переодетые в форму школьники. Суета вокруг порядком надоела Виктории, она хотела скорее лечь и заснуть. Не зная куда ей идти, так как школьники начали делиться на группы, она уцепилась взглядом за единственных здесь знакомых. - Тебе туда, к первокурсникам, - указала Гермиона, - такая традиция: в первый раз - по воде. Увидимся на ужине. Голос, похожий на раскаты грома, перекрыл шум вокзала: - Первокурсники сюда! Быстро, не растекаться! Викки обернулась. Перед ней стоял великан. Буквально. Его рост не просто поражал - он вызывал уважение вперемешку с паникой. Пергамент в его руке выглядел, как сорванный с дерева листик в лапе тролля. - Джун! Джун Уоллис! - проревел он. - Виктория, - тихо поправила она, - Джун - мое второе имя. - Ага… ну да, - пробурчал он. - Коль подошла, стой рядом, девочка. Она изогнула бровь. Это была просьба или угроза? - В смысле, имею я в виду, будь здесь и никуда не отходи от меня. Приказ такой, знаешь ли, особой важности, - сказал он в странной манере, чем слегка позабавил девочку. Разделившись на группы, дети стали рассаживаться по лодкам. Викки оказалась в одной с Хагридом. Вскоре к ним присоединилась девочка с белоснежными волосами и загадочным взглядом. - Меня зовут Полумна. Но можно просто Луна, - сказала она, будто продолжая внутренний монолог. - Кстати, вы заметили, как сегодня красиво отражается луна в воде? Похоже на крыло виверны. Хагрид покосился вниз и хмыкнул: - Ну ты глянь… точно. Волшебство, а не ночь, - лодку слегка покачало на волнах, когда он отчалил от берега, - Я, стало быть, Хагрид. Школьный лесничий, так-то. - Виктория, - представилась Уоллис и улыбнулась, - Викки. Когда впереди показался замок, дети замерли. Тени башен, мерцающие огни, темнеющее небо - всё напоминало сказку. Некоторые ахнули. Хагрид сопроводил детей вплоть до главного холла, где всех встретила серьезная, и уже знакомая для Викки женщина в длинной мантии и в остроконечной шляпе. - Благодарю, Хагрид. Теперь можешь отвести девочку в кабинет, а с остальными дальше я сама, - сказала Минерва, и Хагрид склонил уважительно перед ней громадную голову. Затем он посмотрел на Викторию и велел идти за ним. Викки хотела было спросить у Полумны, куда же ее одну уводят, но та увлеченно рассматривала гобелены и не замечала ничего более вокруг. Вместе с великаном Викки удалялась от кучки первокурсников и шла в неизвестном направлении. - Ээ… Фруктовое желе, - замешкавшись, сказал великан, остановившись у устрашающей горгульи. Сердце девочки сжалось, когда горгулья открыла проход. Почему-то только сейчас она почувствовала, как волнуется.