Часть 11

Глава: «Понедельник. После свиданий» Понедельники в Хогвартсе — явление не просто регулярное, а по-настоящему безжалостное. Даже портреты, обычно с удовольствием болтающие с проходящими учениками, сегодня только раздражённо вздыхали и просили, чтобы двери закрывали потише. Утро началось с того, что Гермиона забыла перо в спальне, вспомнила об этом у самой Большой лестницы, вернулась, но на этот раз забыла дневник — и, в конечном итоге, прибежала на трансфигурацию с таким видом, словно её всю дорогу гнал тролль, а по пути она споткнулась о три факультета. — Доброе утро, Гермиона, — приветствовал её Тео, садясь за парту. — Не слишком романтично для понедельника, но бодро. — Если ты ещё раз произнесёшь слово «романтично», я превращу тебя в чайник. А потом забуду, на какую полку тебя поставила. Тео усмехнулся и с самым невозмутимым видом вытащил из сумки булочку. — Углеводы исцеляют душу. Хочешь кусочек? А тем временем в другом конце класса Драко Малфой делал вид, что сосредоточен на словах профессора Макгонагалл. На самом деле он подсчитывал, сколько ещё уроков ему придётся просидеть в мантии, на которую накануне пролили сливочное пиво. Даже магическая чистка не справилась с запахом — теперь от него пахло карамелью и унижением. — Ты выглядишь… бодро, — заметила Панси, поднимая бровь. — Я просто рад, что выжил, — буркнул Драко. — Она правда уронила на тебя всё меню? — Сначала меню. Потом пиво. Потом нож. — Ты танцевал? — Я уворачивался. От столовых приборов. Панси прыснула от смеха и чуть не уронила чернильницу. После занятий. Большой зал. Обед. Слухи, как обычно, распространились по Хогвартсу быстрее, чем совы с вечерней почтой. Кто-то уже утверждал, что Гермиона и Тео тайно обручились (что звучало крайне сомнительно, особенно учитывая, что Гермиона зевала Тео в лицо во время лекции), а Малфой получил «эмоциональную травму» от свидания. — Значит, ты всё-таки сходил, — негромко сказала Гермиона, проходя мимо стола Слизерина. Драко не обернулся: — А ты — всё-таки не змея. Тео жив? — Ещё и веселился. Говорит, что теперь будет участвовать только в комедийных свиданиях. Романтика — это слишком опасно. — Правильный выбор. Меньше шансов получить вилкой по лбу. — Итак… ничья? — Это война, Грейнджер. Только начало. Поздний вечер. Гриффиндорская гостиная. У камина сидели Гермиона, Джинни, Дин и ещё несколько старшекурсников. Джинни как раз извлекала из заначки шоколад, когда разговор, как по волшебству, снова вернулся к субботним свиданиям. — Я слышала, что она потом извинялась перед портретом мадам Падмор за то, что пролила пиво на пол, — сказала Джинни, откусывая кусочек плитки. — Она замечательная девочка, просто… рядом с Драко становится как слон в посудной лавке, — вздохнула Гермиона, поглаживая Крукшанса. — Жалко, конечно, но смотреть было забавно. — А ты с Тео… — начала Лаванда, но Гермиона строго подняла палец. — Только друзья. Весёлое, безобидное свидание. Мы обсуждали Пророк, маггловскую музыку и тот случай, когда Тео в третьем курсе перепутал приворотное зелье с отваром от простуды — и влюбился в тумбочку. Смех разнёсся по всей гостиной. — А Малфой… — протянула Джинни. — Малфой теперь местная легенда, — усмехнулась Гермиона. — Он сказал, что согласен повторить свидание… но только в библиотеке. Там, по его словам, столовые приборы не летают. Понедельник, как выяснилось, был не таким уж скучным. А у Гермионы на завтра уже был новый список дел — и новая идея для весёлой шалости. Потому что зима в Хогвартсе только начиналась, а это означало одно: скучно здесь не будет. Никогда.