Часть 12

Глава: «Первый снег» Пятничное утро выдалось необычно тихим. Даже для Хогвартса. Когда Гермиона Грейнджер потянула штору у окна, мир за стеклом словно сменился на другую реальность — сказочную, хрустальную, где всё, от зубчатых башен замка до старой лавочки у теплиц, было укутано мягким белым покрывалом. Снег лежал нетронутый, как идеальное полотно, по якому ще не ступала нога человека. — Первый снег… — прошептала она, улыбаясь краешком губ. Ещё мгновение — и она рванула в общую ванную, уже представляя, с какой скоростью разбежится по замку весть о зимнем чуде. Даже преподаватели, казалось, забыли о своих обычных строгостях: на завтрак студенты пришли позже дозволенного, разомлевшие и возбужденные, как будто все до единого успели поваляться в сугробах. — Сегодня день идеально подходит для поимки снежных фей, — заметила Луна Лавгуд, аккуратно умащивая себе на голову вязаную шапочку с колокольчиками. — Или для провала всех домашних заданий, — буркнула Джинни, зевая и наливая себе тыквенный сок. — Особенно по зельям. Гермиона сидела чуть поодаль, но прислушивалась. Снег за окном звал её, дёргал за рукав внутреннего ребёнка, но Грейнджер, как и положено отличнице, держалась стойко. Пока в Большом зале не появился Драко Малфой. Он шёл, как будто снег выпал исключительно в его честь — небрежно, грациозно и с той самодовольной ухмылкой, что означала: кто-то сегодня точно получит снежком между глаз. — Грейнджер, — кивнул он ей с неприлично хорошим настроением. — Не боишься промочить ботинки? Или у тебя есть для этого отдельное расписание? — Только не говори, что ты тоже собираешься участвовать в этом… хаосе, — фыркнула она. — Я? Нет. Я, естественно, буду командовать. После обеда. Когда последняя ложка картофельного пюре исчезла с тарелок, и мятный чай растекся по желудкам приятным теплом, в воздухе, казалось, что-то щёлкнуло — словно сняли невидимую пружину. Буквально через пять минут после уроков Хогвартс погрузился в настоящую зимнюю войну. Снежки летали, как зачарованные снаряды. Кому-то в голову пришла идея зачаровать их на лёгкий смех — теперь, когда снежок попадал в цель, он весело хохотал, словно сам наслаждался своей меткостью. За статуей Бориса Смущённого выстроили баррикады, по лестницам катались младшекурсники, обвязавшись шарфами, как тросами, а храбрейшие из старшекурсников пытались взять башню астрономии снежным штурмом. Гермиона стояла по колено в снегу, с влажными от снега варежками и сияющим лицом. Впервые за долгое время она позволила себе просто играть. Не анализировать, не предупреждать, не командовать. Только хохотать, мимоходом лепить снежки и метко кидать их в «врагов». — Сзади! — крикнула Джинни, но поздно: снежный ком ударил её точно в висок. — Малфой! — рявкнула Гермиона, поворачиваясь. Драко стоял поодаль, гордо вытирая перчатку о мантию. — Ты просто идеально вписывалась в ландшафт, — сказал он. — Я не удержался. — Считай, что теперь ты обречён. — О, нет, только не это, — театрально простонал он, уже отпрыгивая от нового снежка. Вечер в гостинных. Они были насквозь мокрыми, счастливыми и уставшими. Шарфы сушились у каминов, в воздухе пахло мятным шоколадом и мокрой шерстью. Студенты бродили в одеялах и толстых носках, словно сонные домовые. — Я, честно говоря, не думал, что ты умеешь веселиться, — сказал Драко, оказавшись рядом с Гермионой у окна на седьмом этаже. — А я не думала, что ты умеешь попадать снежками только в девочек, — ответила она, не оборачиваясь. Он усмехнулся: — Это потому что мальчики не вызывают у меня такой… мотивации. — Ужасный ты, Малфой. — Но полезный в бою, согласись. — Согласна, — кивнула Гермиона. — В следующий раз будешь в моей команде. — Только если ты дашь мне выбрать шарф. Я хочу с пуффендуйскими полосками. Гермиона вскинула бровь, повернувшись к нему. — Ты готов надеть шарф Пуффендуя? Добровольно? — Ради победы — всё что угодно. Даже переступить через свои… естество. — А я думала, твоё естество — это исключительно серебро и зелень, — хмыкнула она, прищурившись. Он чуть склонился к ней ближе, так, чтобы только она могла услышать: — Может, ты просто плохо меня знаешь, Грейнджер. Её щёки вспыхнули — не от холода, хотя за окном мело вовсю. Она тут же отвела взгляд и притворно кашлянула. — Пожалуй, пойду проветрю голову, — сказала она нарочито строго. — А то ты начинаешь звучать почти обаятельно. — Почти? — с фальшивой обидой переспросил Драко, но она уже исчезла в коридоре, оставив за собой шлейф запаха морозного воздуха и мандариновых конфет. ⸻ К вечеру снег за окном перестал идти. Луна, огромная и круглая, как серебряная монета, повисла над башнями Хогвартса, отбрасывая мягкий свет на заснеженные поля. Замок, утонувший в тихом гуле разговоров и треске дров, дышал усталым теплом. В гостиной Гриффиндора царила уютная неразбериха. Кто-то пытался играть в шахматы, хотя фигуры, казалось, сплелись в снежные кучки. Кто-то читал у камина, завёрнутый в плед, и время от времени зевал. Несколько учеников тихо строили план ответной снежной атаки на слизеринцев — «под покровом ночи, с флангов». Гермиона сидела в своём любимом кресле, зажав между ладонями чашку какао. Её волосы были ещё чуть влажными после душа, и пахли чем-то ванильным и домашним. Она листала учебник по трансфигурации, но мысли упорно возвращались к дневным событиям. К улыбке Малфоя. К тому, как его снежок врезался в Джинни. К тому, как он рассмеялся, когда сам получил по затылку от первокурсника с неожиданно меткой рукой. — О чём ты думаешь? — прошептала Джинни, появившись рядом с ней и устраиваясь в соседнем кресле. Гермиона вздрогнула. — Ни о чём. Просто день сегодня хороший. — Ты пялилась в одну строчку учебника последние пять минут, — с хитрой ухмылкой заметила подруга. — Неужели кто-то снова сбивает тебе настрой? — Джинни… — Он тебе нравится? — Что?! — Гермиона чуть не расплескала какао. — Ты в своём уме? — Это было не “нет”, — тихо протянула Уизли. Гермиона закатила глаза, но на её лице всё же скользнула та самая улыбка — неуверенная, живая, упрямая. Снег за окном медленно оседал, под тяжестью ветвей. Часы отбили девять. В замке наступал вечер — тёплый, ленивый, настоящий. И никто, кроме Гермионы, не заметил, как за окном мелькнула белая вспышка — снежок, пущенный с замедленным заклинанием. На всякий случай. Вдруг завтра ещё пригодится.