Часть 1

Оазис Уареп - место полное жизни между песочными барханами бескрайней пустыни. Тасхерт был безумно рад, что смог добраться сюда до наступления ночи. От этого оазиса его ждал еще один переход до храма Сета близ города *, уже много лет служившего ему домом. Но в оазисе он оказался не один, там уже располагался небольшой караван, по узнаваемым лицам юноша понял, что он идет с  . Торговец с пряностями, первым увидел одинокую фигуру подходящую к ним и сначала привал стражу каравана, ожидая худшего, но буквально мгновение спустя узнал Тасхерта и бросился ему на встречу. -О, благочестивой странник песков, да пребудет с тобой милость богов, поведай мне, удалось ли тебе узнать куда исчезли мои братья? Именно Хекаип, известный торговец пряностями, пришел несколько дней назад в храм сета и поведал о найденных остатках караванов и попросил помощи у жрецов. -Удалось, теперь путь безопаснее, ту тварь, что сотворила это я нашел. Она больше не потревожит караваны. -Божья милость спустилась на наши головы, - радостно воскликнул Хекаип, - раздели же с нами пищу и поведай нам о том как и от кого пали наши товарищи. Тасхерт с удовольствием принял в руки чашу, доверху наполненную чечевицей. Он хоть и был жрецом, но Сет далеко не самый почитаемы бог, а храмы его не отличаются богатством, как дома Осириса или Гора, что привело к тому, что юноша привык к простой пище. -На путников нападал Аспид, змей пустыни, - тихо проговори жрец, - демон рождённый песками из яиц змей, подвергшийся темному дыханию Апеп-Су. Его чешуя отливает золотом и медью, крылья - широкие и мощные, глаза пылают алым. Его крик вгоняет человека в оцепенение, а жало хвоста покрыто скорпионьим ядом. Обычно он нападает по ночам, но если жертва подойдет близко -  набросится и днем. Весь караван внимательно слушал жреца, ловя каждое его слово. Один из  стражей, не выдержал и спросил: -Как ты сразил его, жрец? -Он был молод, - произнося это Тасхерт достал из своей заплечной котомки голову змея,- чешуя не прочнее обычной кожи, если знать что от него знать, то он - легкая добыча. Старые аспиды намного страшнее, но они редки. Смуглая кожа, изрезанная шрамами от песчаных бурь растянулась в самодовольной улыбке, ему нравилось внимание окружающих людей и признание его победы. Жрец еще не один час просидел с караванщиками ведая и слушая разные истории. А дальше, не произнося молитв, отошел ко сну. Жрецы Сета редко молятся или просят у своего бога ответов: "Сет не дает ответов, он дает испытания". Сет требует жертв, а не молитв. Наутро пути каравана и жреца разошлись, он направился в Храм, а караван в Мемфис. Храм, ступенчатая пирамида, стоящая в пустыне в отдалении от поселений. Многие годы он служила юноше домом, длинные тринадцать лет прошли с момента как семилетнего юношу брошенного в пустыне нашел настоятель Храма - Ахотеп, и забрал к себе. -Ты вернулся, Кебет, - Кебет, щенок, Ахотеп всегда называл его так, за детскую привычку кусаться в гневе. -Милостью богов, - ответил юноша, подходя к наставнику. -Ветра пустыни донесли до меня голоса говорившие, что ты сразил Аспида. Вместо ответа Тасхерт достал из заплечной сумы голову змея, на что Ахотеп одобрительно покачал головой. -Ты хорошо поработал, теперь отдыхай, скоро тебя ждет еще одно испытание. Не дожидаясь ответа, наставник покинул юношу. Тасхерт отнес добычи с аспида - голову, ядовитое жало и сердце в ледник, после чего отправился в свою келью, схватка с аспидом и путь по пустыне изрядно его утомили. На следующий день, покинув свою келью, юноша направился на поиски настоятеля - несмотря на малый размер храма зачастую найти его было довольно сложно, но не в этот раз. -Кебет, ты слаб,- без приветствий начал Ахотеп, - ты слаб не физически и не разумом или духом. Н этих словах Тасхерт остановился, речь наставника заставила его опешить - "Он слаб?" Все испытания и истязания, которым его подвергали, все их он преодолел. Освоение шипры, часы сидений с кипятком на голове, сотни ожогов само пробуждение, что заставляло его истекать кровью и гнить его плоть. Он это преодолел, научившись заклинать пустынный ветер, исцелять плоть и разить молнией. Испытания плоти, тридцать дней без еды, только на соленой воде, что стекала по стенам пещеры. Сорок дней скитаний под палящим солнцем пустыни, где пищей ему служили змеи и скорпионы, а водой сок кактусов. Позволившие ему освоить свои жизненные силы, становясь сильнее, быстрее и выносливее обычных людей. После всего этого ему говорят, что он слаб? -Вижу, тяжелые мысли зародились в твоей голове. Далеко на востоке, тамошние жрецы исповедуют учение о людских началах. Первое - тело, второе - жизненные силы, третье духовное тело, четвёртое сердцевина, пятое чувственное, шестое разум, седьмое магическое начало, шипру. Настоятель остановил свою речь, позволяя ученику воспринять информацию. -Твое телесное начало прекрасно, тело сильно и гибко. Второе начало безупречно - твоих жизненных сил хватит на десяток людей, ты можешь замедлять и ускорять ее ток, сжигать, становясь еще быстрее и сильнее и чудовищно быстро восполнять. Твой разум остр, а чувства стойки. Но твое седьмое начало, слабо. Слова учителя как камни падали на юношу, заставляя округлять плечи. -Для жреца, чтобы проводить чудеса и нести волю богов в подлунный мир, главное это именно седьмое начало,- Ахотеп замолчал, внимательно наблюдая за поникшим учеником. -Я смогу стать сильнее, раньше моя шипра не могла свести синяка, но теперь я могу срастить кости, - с пылкими чувствами высказал Тасхерт. -Да, можешь срастить кость, и пасть, ударить молнией и все. Этого мало, нужна не одна срощенная кость, а сотня. Не одна молния, а грозовой фронт - это сила настоящего жреца. На этот путь у тебя уйдет сотня разливов великой реки. -Выходит, мне не стать жрецом...- с печалью произнес юноша, осознавая ту пропасть, которую ему не преодолеть. -Ахаха,- Ахотеп громко засмеялся, - ты уже десять лет как жрец, с тех пор как совершаешь жертвы во имя Сета и служишь проводником его воли. Ты меня слушаешь - но не слышишь, ты мой любимый ученик, а их у меня поверь было много, ты не сможешь менять мир силой шипры, но на многое ты способен. Этот разговор я завел, чтобы ты осознал свою силу и свою слабость. Тебе есть, куда расти и вверх и вглубь. Но этот путь ты пройдешь уже сам. Ахотеп махнул рукой и направился к алтарю храма, ученик пошел за ним. -Завтра ты покинешь храм, чтобы найти ответы на свои вопросы, я не знаю, что тебя ждет на этом пути, но я дал все чтобы ты смог его пройти. Сегодня я преподнесу тебе последний подарок. Спутники подошли к алтарю, на котором лежал связанный пустынный волк, его злобный взгляд прожигал пленивших его людей. -Как ты знаешь, у многих жрецов есть свита, плененные демоны и духи, оживленные големы, дарованные их покровителями существа. Сет не дарует нам помощников, но своей волей позволяет их создать. Но за все есть цена. -  Ахотеп, протянул Тасхерту ритуальную чашу и нож, - наполни ее соей кровью и шипрой. Тасхерт молча выполнил сказанное, резанув кинжалом по предплечью. Мгновенье боли и алая жидкость начала наполнять чашу. Как только чаша была наполнена, юноша волевым усилием остановил кровь, разгоняя прану и сжигая  ее - срастил края раны. Потеря шипру, крови и праны вмиг сделали его бледным и заставили шататься от усталости. Ахотеп забрал из рук юноши чашу и бросил туда принесённое вчера юношей сердце аспида. После чего развязал волку пасть и подставил ему чашу. Волк вмиг стал есть содержимое, а настоятель храма затянул песнь, от которой замерцали знаки на полу и алтаре. Волк начал расти, натягивая удерживающие его путы, а настоятель все продолжал свою песнь, в воздухе закручивалась шипра, и вся входила в пленное животное. В один момент волк разорвал путы и, пошатываясь поднялся, после чего неожиданно прыгнул на Ахотепа, но тот одним движением ладони с чудовищной слой отбросил его в стену. -Дай ему укусить тебя, - произнес настоятель, окончив заклинание, волк тем временем поднялся, за прошедшие несколько мгновений он стал еще больше, - после чего убей. Тасхерт молча кивнул, перехватил наизготовку кинжал в правой руке и выставил вперед левую руку направился к зверю. Волк, чувствуя опасность, прыгнул на юношу целясь в горло, на свое счастье Тасхерт успел повернутся боком и прикрыть шею плечом. От силы броска и чудовищной боли юноша вместе с волком упали на пол, на свое счастье Тасхерт не выронил кинжал и с силой вонзил его в волка, а потом еще и еще. В этот момент волк замер, из его ран стал вырываться серый дым и входить в раны юноши, заставляя того раскрыть рот в немом крике и выгнутся дугой. Ахотеп, молча, с улыбкой, наблюдал за открывшейся картиной, все прошло хорошо, даже очень хорошо. «У мальчика сильная кровь, дух получится сильным». Вскоре Тасхерт потерял сознание и Ахотеп отнес его в келью. После нескольких дней в бреду и кошмарах, где он бился со стаями шакалов, юноша пришел в себя, от нанесенных ран остались лишь шрамы и большое серое пятно во все плечо. -Этим ритуалом мы создали полу материального духа, вскоре он пробудится. У него много применений, ты их узнаешь со временем, а теперь иди, Тасхерт, иди и пусть ветры пустыни выведут тебя на твой путь,- этими словами Ахотеп провожал покидающего храм юношу. Под ногами проваливался песок, за плечом болтались скромные вещи в котомке - чаша, нож и немного еды. В руке был посох, а от солнца укрывал плотный плащ из шакальих  шкур.