Часть 1. Праздник, который пошел не так.

Тени длинными зубцами цеплялись за вершину Одинокой Горы, но в залах Эребора царило буйное веселье. Гномы, потные, довольные, с блестящими от жирной пищи бородами, громко славили свою победу. А победа, надо сказать, была двойной: не только дракон изгнан, но и у эльфов Лихолесья удалось выпросить бочку отменного вина — якобы «на посошок», хотя посоха у гномов, разумеется, не было. — Ха! Пусть Трандуил скрипит зубами, но слово дал — назад не берет! — хохотал Глоин, похлопывая по дубовым клепкам драгоценного трофея. — Да уж, не каждый день эльфы делятся выдержанным вином, — подмигнул Бомбур. — Наверное, в честь нашего обаяния! — В честь того, что мы им ворота починили, а они нам за работу даже медяка не дали! — фыркнул Двалин, но тут же смягчился при виде бочонка. Балин, меж тем, копался в груде древних артефактов, найденных в дальних залах — дракон, конечно, многое испортил, но кое-что уцелело. И вот его пальцы наткнулись на пожелтевший свиток, испещренный рунами. — О-о, что тут у нас? — пробормотал он, разворачивая пергамент. Надпись гласила: «Не пейте под портретом Веселоборода!» Балин нахмурился. — Братья, тут странное предостережение… — О-о, еще один древний гномий закон? — отмахнулся Глоин. Типа "не чихай в сторону Мории" или "не ешь грибы с плесенью"? — Нет, тут что-то серьезнее… Но гномы уже тащили бочку прямо под огромный портрет старейшего короля Эребора — Веселоборода, чья широкая улыбка и роскошная, будто живая, борода украшали стену. — Да ну, это же просто картина! — заявил Глоин и с размаху ударил по пробке. Пробка вылетела с громким "чпок", и в тот же миг… борода Веселоборода шевельнулась. — Э-э… мне показалось, или… — начал Оин, но не успел договорить. Борода на портрете ожила — завитки ее закрутились, как змеи, и вдруг… бороды всех гномов дернулись в ответ! — А-а-а! Что за чертовщина?! — завопил Дори, хватая свою бороду, которая сама собой закручивалась в тугую спираль. — Она не слушается! — орал Нори, пытаясь распутать уже завязавшийся в узел рыжий "канат". — Я же говорил! — взвыл Балин, чья седая борода теперь напоминала штопор. Гномы метались по залу, бороды их вились, петляли и даже… начинали поднимать их в воздух! — Она меня тянет! — визжал Бофур, болтая ногами на высоте двух футов от пола. — Ха! Лети, малыш! — ржал Глоин, хотя его собственная борода уже завязывалась бантиком.