Глава 13

Надежда — опасная игрушка. Надежда может свести человека с ума одним своим существованием. Проглатывая историю за историей, Сэм всё глубже погружался в дремучий лес непонимания, не замечая заливающий небо жёлто-алый рассвет. Между всеми «Сказками старого шута» ему чудилась взаимосвязь, хвостик которой он безуспешно пытался ухватить несколько часов подряд. От количества выпитого кофе начало першить в горле. Охотник убрал ноутбук с книгой в сумку, оплатил счёт и вышел из закусочной. В этом городе семейству Штольц принадлежало два места — бар, в который на днях наведался Дин, и песчаный карьер, в который и направился Сэм. Слова «песок» и множество его вариаций повторялись в сказках так часто, что в какой-то момент Сэм устал списывать это на скудность авторской фантазии. Даже если между сказками не было ничего общего и вся эта история с книгой и семьёй Штольц окажется пустышкой, в карьер съездить стоило. Охотничье чутьё где-то внутри позвоночника удовлетворённо потянулось. Сэм оглядел парковку, подошёл к самой старой машине, за восемь секунд вскрыл дверь, сел и запустил двигатель. Положил сумку на пассажирское сиденье и медленно поехал в сторону Денвера. Солнце почти встало, новый неспокойный день вступал в свои права. *** Ответ Эйлы никак не помог Веронике приблизиться к пониманию как поступить: принять или отвергнуть предложение Кроули. Соблазн согласиться на его предложение был непосильно велик. От одной фразы про «охотников на Импале» Веронике хотелось выехать сию секунду, счастливо повизгивая шинами на поворотах. Однако, дело было не только в этом. Упомянутые автором письма «прочие подробности», может, и были менее значимы лично для неё, но могли бы хорошо раскачать аудиторию. Подкаст набирал популярность, и девушка начинала входить во вкус медийности. По правде говоря, новые сюжеты ей не требовались — каждый выпуск представлял собой вольный пересказ одной из вызубренных серий любимого сериала. Имена героев она, безусловно, заменяла, как и виды тех, от кого бравые охотники спасали мир. Неизменной оставалась точка зрения рассказчицы — адвокат и суд присяжных в одном флаконе. Демоны, вервольфы, вампиры, рейфы и прочие — все рассматривались как угнетённые слои населения или несчастные животные, которым требовалась помощь, а не истребление. Благодаря подаче и закрученным сюжетам, подкаст с самого своего появления привлёк аудиторию трукрайма, чей уровень критического мышления требовал держать высокую планку. С каждым выпуском количество репостов росло, привлекая всё новых адептов гуманистического отношения к сверхъестественным существам. Со временем Вероника начала любить то, что должно было сыграть роль ловушки и сгинуть в небытии сразу после завершения удачного гамбита. Она прониклась своими же аргументами, завела несколько преданных слушателей, таяла от их комплиментов и сейчас до грифеля прогрызла деревянный карандаш, размышляя о том, какие взрывные инсайды могла бы получить от Кроули. Создатели сериала снабдили её слишком скудными знаниями о внутренней работе ада, поэтому предложение об их расширении раздирало тело изнутри мелкой, адреналиновой дрожью. Чёртов соблазн… Вероника погуглила кофейню, предложенную для встречи. Оживлённое место в центре города. Со всех сторон предложение выглядело невинным и многообещающим. Но с другой стороны, вставала бетонная стена ужаса. Для неё Кроули не был надёжным другом, заботливым ручным демоном или просто хорошим человеком. Напротив, он был продуманным эгоистом и его предложение о встрече было настолько очевидной ловушкой, что Вероника почти плакала, когда писала в ответ: «Добрый день, мистер МакКлауд! Было приятно получить столь лестный отзыв о моей работе. Как истинный журналист, я всецело поддерживаю вашу точку зрения о недопустимости чёрно-белой морали. При всём уважении, не понимаю, о какой инсайдерской информации вы пишете, если всё рассказанное в подкасте является лишь плодом воображения тех людей, от которых я узнала истории, которые сейчас пересказываю в своих сюжетах. Вы умеете заинтриговать, мистер МакКлауд. Я несколько раз получала письма от совершенно незнакомых друг с другом людей, рассказывающих о неких "братьях-охотниках на Импале". Если у вас есть информация о них, я готова послушать. Может, у вас есть их контакты?» Вероника остановилась, до боли вгрызлась в кожу на костяшках пальцев и стёрла последнее предложение. «..рассказывающих о неких "братьях-охотниках на Импале". Люблю совпадения, а особенно распутывать то, что лишь на первый взгляд выглядит как совпадение. Я с любопытством принимаю ваше предложение о встрече и буду завтра в указанном вами месте. С уважением, Вероника Нолан.» После нажатия кнопки «Отправить», по телу от макушки до кончиков пальцев ног прошла едва заметная волна лёгкого покалывания. Мисс Нолан встряхнула головой, встала и пошла завтракать. Покалывание не вызвало никаких вопросов — без объяснений было понятно: выразив своё согласие, пропустить встречу она уже не может. *** Тарахтящий драндулет тащил злющего Сэма до карьера целых полтора часа. «Чтоб я ещё раз угонял такое ведро», — кипел внутри себя младший Винчестер, утопая в запахе солярки. Дорога, ведущая к карьеру, скорее угадывалась в высоких зарослях травы, чем проглядывалась сквозь неё. Признаков присутствия охраны не наблюдалось. Сэм остановил машину в нескольких метрах от входа, вышел, с силой хлопнул водительской дверью, отчего стекло наполовину провалилось в дверь и застонал, разминая поясницу. Карьер выглядел так, как ему и полагалось — безлюдным, заброшенным и никому не нужным. — Прям как эта машина, чёрт бы её побрал, — пробормотал Сэм, с ненавистью глядя на тёмно-серый от пыли кусок железа. Он дошёл до забора, осмотрелся, удостоверился в надёжности навесного замка и достал из-за спины пистолет. Один точный выстрел в толстую цепь, стягивавшую тяжеленные створки ворот, — и путь открылся. Едва Сэм сдвинул одну часть ворот на достаточное для прохода расстояние, откуда ни возьмись на парня буквально вылетел маленький, отчаянно лающий белый пёс. Ростом он едва доставал Сэму до колена, но громкостью мог соперничать с пароходным гудком. Сэм отшатнулся от прыгающего на него источника шума и сделал несколько быстрых шагов спиной вперёд. Спустя полчаса мягких и громких уговоров, пёс не двинулся с места ни на сантиметр, преграждая парню дорогу к карьеру. Охранника или другого хозяина собаки на горизонте не появилось. Сэм сидел прямо на траве и грустно смотрел в глаза охраняющего свою территорию зверя. Пёс не выходил за забор, оставляя Сэма в полной безопасности, пока тот не предпринимал попыток проникновения в частную собственность. Охотник встал, отряхнул джинсы, с укором покачал головой, глядя пёсику прямо в глаза, и пошёл вдоль забора. Машину, укутанную густой зеленью травы и деревьев, он заметил сразу. Если водитель и пытался её спрятать, то делал это спустя рукава. Может, с дороги её и не было видно, но от забора её голубой бок бросался в глаза с первого взгляда. Оглядываясь по сторонам, младший Винчестер подошёл к машине и дёрнул дверь. Внутри было пусто, но заброшенной или покинутой она не выглядела. Хозяин оригинален в выборе парковки — только и всего. Соблазн угнать эту машину был настолько велик, что Сэм поймал себя только в момент, когда уже садился на водительское сиденье. Он замер и покачал головой. Нельзя так поступать с человеком, который приехал в эту глушь и куда-то отошёл. «Гораздо лучше, если я подожду, а потом попрошу меня подбросить», — Сэм улыбнулся и пошёл обратно к своей развалюхе. Кто бы ни приехал сюда, к этому заброшенному карьеру, по дороге, которая лет пять не чувствовала давления шин, это совершенно точно был не обычный хайкер, гуляющий в поисках оригинальных фотоспотов. Нет, водитель приехал сюда специально и Сэму не терпелось узнать причину. Он погладил убранный на место пистолет и сел на капот своей машины. *** Во время пышного, но в этот раз молчаливого завтрака Вероника решала, с чего начать страдание. Необходимость возвращаться к карьеру за машиной давила на плечи, портила настроение и заставляла искать причины отложить эту поездку хотя бы до вечера. Самым простым и одновременно достойным способом оттянуть неизбежное выглядело посещение мотоциклиста. Если и продолжать расследование — а от этого Вероника не собиралась отказываться, особенно после странного поведения парня за несколько минут до аварии, — то поговорить с единственным живым свидетелем — святое дело. Оставалось понять, кем она может представиться на ресепшене госпиталя и родственникам потерпевшего. «Здрасьте, я никто, просто мимо проходила, как, кстати, дела у парня, который вчера попал в мотоаварию?» — девушка грустно усмехнулась. — О! — вдруг громко сказала она вслух и, быстро поблагодарив миссис Эбигейл за вкусный завтрак, побежала обратно наверх. *** Сэм неудобно устроился на водительском сиденье и дремал в ожидании прихода водителя спрятанной машины, когда его приятную сонливость в клочья разметал резкий телефонный звонок. — Сэм, ты где? Я приехал в закусочную, ты далеко от неё? — Что? — зевая, ответил младший Винчестер. — Да я… нет, недалеко, я поехал смотреть карьер. Что-то случилось? — Какой карьер? — недоумевал голос Дина в трубке. — Ладно, неважно. Мне позвонил медбрат из госпиталя — наш Шоу периодически приходит в себя, несёт бессвязную чепуху и снова теряет сознание. Но дело не в этом: его мать требует перевезти сына в Денвер, и так, скорее всего, и поступят, потому что местные врачи не понимают, что с ним делать. Сэм провёл ладонью по лицу, сконцентрировался и быстро ответил: — Дин, в госпиталь поедем только после полиции! В трубке повисла тишина, после которой Сэм услышал недовольное: — Хочу, чтобы ты знал: мне не нравится твой приказной тон. Давай приезжай обратно и поедем в твою полицию. Я пока переоденусь. Дин, не прощаясь, положил трубку. Сэм убрал телефон, закусил внутреннюю сторону щеки и долгим взглядом посмотрел на голубое пятно, неумело спрятанное в тени деревьев. Не повезло. Парень завёл свой худший результат угона и на максимальной скорости, которую мог выжать из подрагивающей педали газа, поплёлся обратно в сторону города. *** — Папа, познакомься, это Вероника! Я тебе про неё рассказывал, помнишь? — мальчик лет двенадцати с очень серьёзным выражением лица снизу вверх смотрел на высокого, подтянутого мужчину в идеально выглаженной форме. Личико стоящей слева от него Дороти сияло натянутой до ушей улыбкой. — Вероника — журналист, это она ведёт подкаст «Правосудие V», она у нас инкогнито, поэтому мы пришли к тебе. — На последних словах мальчик понизил голос, многозначительно кивая и переводя взгляд с отца на девушку. — Ей нужна твоя помощь. — Пожалуйста, мистер Гордон, нам правда очень-очень нужна ваша помощь, — сразу следом защебетала Дороти, подскакивая на одной ножке. — Вы же поможете нам? Она… — девочка благоговейно глянула на Веронику и тут же покраснела, — так много всего знает, она раскрывает такие преступления, ты только держись! — Кхм, — Вероника прервала тираду Дороти, пока та своими речами не привела полицейского в ужас, и, улыбаясь, посмотрела на мистера Гордона. — Я Вероника Нолан, сэр. Я правда журналист, веду подкаст, это тоже верно. Но… не сказала бы, что я раскрыла много преступлений. — Теперь девушка выглядела как извиняющийся за опоздание подросток. — Но сейчас мне и правда нужна полицейская сводка и, если вы, конечно, позволите, я бы хотела одним глазком взглянуть на вчерашний отчёт по мотоаварии. — Наслышан о вас… — Полицейский сдержанно улыбнулся и протянул девушке ладонь для рукопожатия. Мисс Нолан легонько сжала её и вернула руку в карман куртки. — Я офицер Гордон, добро пожаловать в Мэйн. — Мужчина профессионально осмотрел гостью с головы до ног и повернулся к сыну. — Что я говорил про всякие страшилки и ужасы? Кто насмотрится и потом по ночам ходит и уснуть не может, Джеймс, а? Мальчик насупился, краем глаза оценивая, насколько сильно сказанное отцом уронило его репутацию в глазах Дороти. — Ладно, ладно, — добродушно продолжал офицер, взлохмачивая волосы на макушке сына. — С этими мотоциклистами чёрте что творится, может, и правда свежий взгляд не помешает. Только официально я вам ничего показывать не могу, сами понимаете… Оживившаяся от открывшейся перспективы Вероника энергично закивала головой. — …поэтому сейчас зайдём в участок, и вы попросите шерифа Миллса показать вам старые дела, открытые для публики. Например… — офицер пожевал губами, глядя куда-то поверх головы собеседницы, — попросите дело о взрыве на песчаном карьере. Оно у нас самое знаменитое, ваш интерес не вызовет подозрений. Вас отправят в архив, а там вы встретите меня, и я случайно забуду на столе всякие бумаги… — Офицер неопределённо махнул рукой. Вероника на секунду задержала дыхание и застыла, но быстро взяла себя в руки и многословно поблагодарила офицера Гордона. Дороти и Джеймс под аккомпанемент стонов сопротивления были строго-настрого проинструктированы ожидать на улице в той беседке, где и происходил весь разговор. Гордон зашёл в здание полицейского участка первым. Поражённая своей находчивостью и удачей Вероника несколько минут постояла на улице, наслаждаясь приливом адреналина и тугим натяжением мышц спины, держащих идеально ровную осанку. Оставалось пробудить специально созданную для общения с государственными структурами субличность и можно уверенной походкой идти в участок. *** — Господи, Сэм, что за колымага? — Дин поперхнулся обжигающим кофе, стакан с которым держал в руке. — Эй, даже не начинай, — Сэм со стоном вылез из того, что, угоняя, ошибочно принял за автомобиль, потянулся до хруста в позвоночнике и достал с заднего сиденья сумку с вещами. — Пойду переоденусь. — Ага, — Дин не удостоил его взглядом, продолжая с отвращением рассматривать то, на чём Сэм приехал на парковку около закусочной. Специальные агенты ФБР Эклз и Коллинз зашли в полицейский участок города Мэйн и подошли к стойке ресепшена. — Нам нужно поговорить с шерифом, — резко и требовательно бросил агент Коллинз. — Хорошо, минутку, я узнаю, свободен ли он, — проблеял паренёк за стойкой и, пятясь, убежал куда-то в недра здания. — У нас нет времени ждать, — громко кинул ему вслед агент. Он, хмурясь, постукивал пальцами по серой шершавости высокой перегородки, когда правой стороной лица он отчётливо почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Агент Коллинз всем телом развернулся вправо и встретился с широко распахнутыми глазами невысокой девушки. Из раскрытой папки в её руках сыпались листы, но она не обращала на них никакого внимания. Она смотрела Дину глубоко в душу, лишая возможности отвести от неё взгляд, но если бы он смог оглядеть её лицо целиком, наверняка усмехнулся бы тому, как широко некоторые девушки от удивления открывают рот.