Глава 5. Не только для неё

Он стал задерживаться с ней дольше. Не исчезал на весь день, как раньше, и всё реже говорил о темноте. Иногда, просто был. Сидел рядом, листал ее книги, разглядывал рисунки, будто заново запоминая текстуру этого мира. — Я начинаю чувствовать себя частью этого, – сказал он однажды, проводя пальцами по её щеке. — Как будто вернулся. Почти. Он больше не был невидимым. По крайней мере для неё. Его шаги скрипели, дыхание слышалось. Иногда она даже забывала, что он.. другой. Почти живой. Но однажды что то изменилось *** Это случилось утром. Как раз после того дня, когда мать "отказалась" от её помощи. Линси сидела за столом и мазала масло на хлеб. Бабушка протирала окно на кухне — молча, задумчиво. И вдруг замерла, глядя в стекло. Её рука остановилась на пол пути, а сама женщина медленно, словно с опаской, повернулась к внучке. — Кто у тебя в комнате? — Никого, – осторожно ответила Линси, не поднимая глаз. Бабушка не ответила. Просто снова посмотрела на отражение в стекле и на мгновение сжала губы. — Мне показалось.. Ладно. Наверное, маразм уже ловлю. Больше она спрашивать не стала, но весь день ходила молчаливая и шугалась каждого шороха, как на иголках. *** Ты ведь не хочешь, чтобы они тебя видели? – спросила Линси в обед того же дня. Билл покачал головой и опустил взгляд. — Я не знаю. Я уже привык, что только ты меня видишь. Остальное как вспышки. Слишком неожиданно, даже для меня. — Но тебя видят, пусть мельком. Разве это не хорошо? А если это значит, что тебя ещё можно вытащить? Он пожал плечами. — А если меня увидят как.. как ты, что тогда? Они подумают, что я жив? Или что я призрак? – спросил он, поднимая на неё взгляд. — Не знаю. Но знаю точно, что бабушка с ума сойдёт. – шутливо сказала она, пихнув его локтём в бок. Он усмехнулся, но неохотно. Лёгкая тень страха и неуверенности скользнула по его лицу. — Иногда мне страшно. Вдруг я не вернусь совсем. Или вернусь… другим. — Ты уже вернулся, – тихо сказала она. — И я не дам тебе исчезнуть. *** Ближе к вечеру он снова начал оставлять за собой следы. Не кружка или книги, как раньше — в этот раз упал альбом с её стола. Просто сдвинулся и глухо хлопнулся на пол. Листы с рисунками рассыпались по ковру и Билл замер, посмотрев на неё. — Я не нарочно, – быстро сказал он, поднимая руки в защитном жесте. — Знаю. Но теперь ты.. ну, правда здесь. Смотри, ты двинул вещь. Альбом! А он тяжёлый. Он присел на корточки и медленно собрал листы в кучу, рассматривая каждый. — Это ты рисовала? — Да. Когда.. когда тебя не было. Он кивнул, глядя на один из рисунков — его собственный профиль, будто сквозь туман. Он провёл пальцем по линии, и бумага чуть дрогнула, как от лёгкого ветра. *** Она сидела на полу, облокотившись на диван. Он был рядом — ближе, чем раньше. Почти касался. — Я всё ещё не знаю, где был, – вдруг сказал он. — Просто какое-то место.. без цвета, без времени. Будто ждал чего-то. А потом ты.. позвала? — Я не звала. — Но ты думала обо мне. Каждый день. Это как.. нить. Ты держала её, даже если не знала. И я нашёл путь. *** Позже, когда Линси пошла на кухню, бабушка снова странно на неё посмотрела. — Ты не рассказывала, что снова рисуешь. — А.. да, — растерянно ответила она. — Просто.. настроение пришло. Бабушка кивнула, но взгляд её всё ещё был внимательный. Почти тревожный. — Только ты.. не пугай меня, ладно? — В смысле? — Просто не ходи по дому ночью, как тень. Я уже не девочка, сердце не железное. Линси промолчала, чувствуя, как в груди разливается тревога и странная радость. Потому что тень — это не она.