Часть 1

      Дождь. Она любила его. Любила то ощущения спокойствия и безмятежности, которое он давал. Но не мокнуть под ним, не тогда, когда на улице холодная осень.       Эллис прогуливалась по улицам города и наслаждалась его вечерней тишиной, когда неожиданно пошел ливень. Поняв, что сухой она вряд ли останется, девушка решила чуть сгладить ситуацию, побежав в ближайший магазин. Но как назло, рядом не было ничего, кроме небольших домиков и открытого парка, потому пробежав добрых 3 квартала и напрочь промокнув, она заметила какой-то книжный магазин.       — Ну конечно, что же еще могло мне попасться, — причитала девушка, попутно забегая в него.       Она не любила книги, даже скорее ненавидела. Всё пошло из детства, когда её заставляли читать все, кому не лень. И конечно же это была русская классика, Пушкин, Гоголь, Толстой… наверное, не лучший выбор для двенадцатилетнего ребенка. Но что она могла сделать против системы образования. По большей части Эллис притворялась что читает, поэтому больше, чем 3, ей никогда не ставили на литературе.       Её отвращало всё, и сами книги, и непонятный слог автора, и ещё менее понятный сюжет, но в первую очередь она сопротивлялась тому что ее заставляли это делать. И из этого сопротивления вылилась ненависть ко всем книгам.       Однако в данный момент Эллис стояла среди них. Это был небольшой книжный магазин, вероятно, он открылся недавно, потому что ремонт был новый. Коричневые стены как будто из досок, мягкое освещение от больших круглых ламп, свисающих с потолка, полки были из дерева с красивыми вырезами в торцевых частях, то ли листья цветка, то ли просто узор незначащий ничего. Теплое освещение добавляло шарма этому месту и выглядело даже уютно.       — Хотите полотенце? — прозвучал тихий голос. Он не поднял глаз от книги, но говорил явно ей.       Элли моргнула.       — Что?       Он посмотрел. Прямо. Холодные голубые глаза, спокойные, чуть насмешливые. Девушка замерла, эти глаза, она будто бы их уже видела, но не могла вспомнить где. Такие знакомые глаза.       — Вы промокли, — сказал мужчина и кивнул в сторону стойки. — За кассой есть запасные. Только верните, а то Джулиан опять будет ругаться.       Элли прошла за стойку все еще находясь в оцепенении. Там и правда оказалась стопка больших синих полотенец, под цвет ее глаз, глубоко синих как сапфиры.       Укутавшись в него, она подняла взгляд, и встретилась с голубыми глазами, которые следили за каждым ее действием. Взглядом Элли указала на диван за ним, как бы спрашивая «можно ли ей сесть на него», на что получила небольшой кивок. Мужчина вернулся к чтению, девушка же принялась разглядывать его, пытаясь вспомнить откуда она помнит его глаза.       Он выглядел красиво, но не броско. Темная толстовка, даже сквозь неё было видно накачанные руки и спину, темно-серые брюки, и черные кроксы. На его лице были очки, а его глаза плавно бегали по строкам.       Эллис сидела молча, ощущая, как тепло полотенца понемногу вытягивает холод из её рук. В помещении пахло древесиной, кофе и чем-то пряным, корицей, наверное, или кардамоном. Она не знала. И всё равно это было приятно.       Он перевернул страницу. Звук был почти неслышен, но ей показалось, будто он как-то особенно органично вписывается в этот момент — как хруст ветки в зимнем лесу, не пугающий, а живой.       — У вас интересный выбор укрытия, — проговорил он, не отрывая взгляда от книги. Голос ровный, немного хрипловатый.       — Я не выбирала, просто бежала. — Эллис пожала плечами и посмотрела в сторону витрины. За окном дождь всё еще стучал по стеклу, но уже не в истерике, а в ровном, убаюкивающем ритме.       — Зато теперь вы в числе редких гостей, которые приходят не за книгами, а за теплом. Она усмехнулась.       — Я, если честно, к книгам не то чтобы… нежно отношусь. Он всё же оторвал взгляд от страницы и посмотрел на неё.       — Почему?       Эллис вздохнула.       — Долгая история. В двух словах: потому что они всегда были обязательными. А обязательное редко становится любимым. Особенно, если тебе двенадцать и тебя заставляют читать «Муму» вслух.       Он тихо рассмеялся.       — О, вот это настоящая читательская травма. Герасим и его жертва. Понимаю.       — А вы? Сколько книг в неделю вы читаете? Или вы просто прикидываетесь местным мудрецом?       — Две-три. Если не нужно писать о них. Если нужно — одна, но вдумчиво.       Он закрыл книгу, положил рядом. Обложка была старой, вытертой. Без названия.       — Писать? Вы… критик?       — Не совсем, блогер. Пишу сценарий к видео, где рассказываю о книгах. Больше о том, как они ощущаются, чем о том, что в них написано.       Он сказал это просто, без позы и гордости. Эллис моргнула. Она никогда о нем не слышала и никогда не любила книги, но в этот момент вдруг стало так уютно. Когда вернется домой, Элли возможно посмотрит его видео и может быть даже возьмётся почитать какую-нибудь книгу. Но сейчас было просто спокойно, девушка давно не чувствовала себя так рядом с кем-то.       — Как вас зовут?       — Энтони. Энтони Юлай, — он слегла улыбнулся. — мы можем перейти на «ты», я не думаю, что настолько стар. Может чай?       — Да, было бы не плохо, если можно 2 кусочка сахара положите… кхм, положи, пожалуйста — девушка неловко улыбнулась. Энтони согласно кивнул и пошел в подсобку, однако на входе он остановился и недолго думая повернувшись спросил:       — А тебя как зовут?       — Я Эллис, но можно просто Элли, — лишь улыбнувшись мужчина ушел заваривать чай. Он и так это знал. Её имя. Но спросить было необходимостью, иначе для неё это выглядело бы как минимум странно.       Элли осталась одна. Энтони исчез в подсобке, а она всё ещё сидела, укутавшись в полотенце, прислушиваясь к звукам дождя и пощелкиванию ламп. В этом магазине было непривычно спокойно, настолько, что даже собственные мысли казались громкими. Она провела пальцем по деревянной столешнице — шероховатая, с мелкими царапинами. Живое место. Тёплое.       Через минуту Энтони вернулся. Без спешки поставил две кружки на низкий столик, из них поднимался аромат чая с кардамоном. Он ничего не сказал, просто сел рядом. Элли взяла кружку и сделала осторожный глоток.       — Почему ты здесь? Ты же блогер, у тебя должно быть много денег, зачем тебе тратить время на этот магазин?       Энтони чуть приподнял бровь, будто его развеселил сам вопрос.       — Деньги и время, не совсем те вещи, которые я ставлю в один ряд. — Он облокотился на прилавок, лениво крутя ложку в уже пустой чашке. — Блог — это работа. Магазин — это тишина. Здесь я могу быть собой. Без алгоритмов, хайпа и графиков публикаций. Элли нахмурилась.       — То есть… ты просто уходишь от мира?       — Не ухожу. Притормаживаю. — Он на секунду задумался. — Понимаешь, иногда книги проще, чем люди. Они честные. Открываешь — и сразу видишь, что внутри. А с людьми не всегда так.       — А со мной? — бросила она почти на автомате. — Я тоже не честная?       Он посмотрел на неё серьёзно. Долго. Без усмешки.       — Ты прячешься, — сказал он мягко. — Не от других, от себя. И давно уже. Даже сейчас сидишь тут, мокрая, укутанная в полотенце, будто случайно забежала. Но ты ведь не случайно сюда попала, Элли. Правда? Она молча отвернулась к окну. Дождь снова усилился, капли били в стекло, будто хотели пробиться внутрь.       — Ты правда думаешь, что знаешь меня? — с усмешкой бросила она. — Как будто прочитал до последней страницы.       Он чуть наклонился вперёд, и голос его стал тише, но глубже.       — А если бы я сказал, что читал?       — Это угроза?       — Нет, признание.       Элли резко повернулась к нему. В глазах было непонимание, страх, упрямство.       — Ты бредишь.       — Возможно.       Предложение было закончено, но в воздухе повисли недосказанные мысли. Их присутствие ощущали оба человека, но никто не решился сказать об этом, оба чего-то боялись.       Они смотрели друг другу в глаза и не понимали, что сказать. Время приближалось к отметке неприлично долго для незнакомых людей. А так ли они незнакомы? Однако, контакт никто не хотел разрывать, они будто пытались доказать свою точку зрение через взгляд.       На фоне стучал дождь, остывал чай, волновало ли это их сейчас? Сомневаюсь.       Прозвучал раскат грома. Элли дернулась от неожиданности, и перевела взгляд на витрину, в этот момент там появилась молния, всего в каких-то двадцати метрах от магазина.       Энтони тоже вздрогнул, но скорее от неожиданности её реакции, чем от самого грома. Он взглянул на неё, плечи чуть приподняты, пальцы крепче сжали кружку. Что-то в этом хрупком, почти невольном движении было уязвимым. Он потянулся, чтобы поправить стоящую рядом лампу, и, вставая, зацепил носком ножку стула.       Не успев восстановить равновесие, он качнулся вперёд и в следующий миг оказался буквально нависшим над Элли. Их тела разделяли лишь сантиметры, а её глаза широко распахнутые, немного испуганные, смотрели в его с не меньшим удивлением.       Мир как будто снова замер, но уже иначе. Элли лежала, прижавшись к дивану спиной, Энтони нависал над ней, опершись на ладони по обе стороны её головы. Его волосы слегка упали вперёд, почти касаясь её лба. Он чувствовал её дыхание тёплое, прерывистое. Она ощущала, как его вес чуть касался её тела, но не давил, скорее обнимал воздухом.       Губы были опасно близко. Столько всего скопилось в этом моменте, напряжение, неуверенность, какая-то смешная нелепость ситуации и, главное, та самая неосознанная тяга, которая существовала между ними с первой секунды.       — Извини… — выдохнул он, но ни на миллиметр не сдвинулся.       — Я… — её голос дрогнул, она чуть отстранилась, но не до конца. — Всё нормально…       Секунда. Другая. Их взгляды пересеклись снова — уже без слов. Просто дыхание и тишина.       Энтони смотрел прямо в её глаза, пристально, глубоко, будто хотел заглянуть за грань и понять, где она прячется на самом деле. Элли держала его взгляд, несмотря на то, как внутри что-то сжималось. Не от страха, а от странной, тёплой, почти тревожной близости.       Затем его взгляд скользнул, медленно, как падающая капля. От её глаз к щеке, к линии скулы… и остановился на губах, слегка приоткрытых, невероятно мягких. Он смотрел на них, не двигаясь, будто хотел запомнить, как они дышат, дрожат, напрягаются от затаённого ожидания.       Энтони задержался там всего на пару ударов сердца, но этих ударов оказалось достаточно, чтобы у неё перехватило дыхание.       И только тогда он снова поднял глаза. Взгляд уже был другим: более тёмным, насыщенным чем-то несказанным, почти опасным. Но не хищным, а осознанным. Он смотрел так, как будто выбирал. И Элли знала: если сейчас он приблизится хотя бы на сантиметр она вряд ли отступит.       Но никто не пошёл дальше. Мужчина чуть отстранился, медленно сел обратно, пальцами убирая со лба влажные пряди.       Элли поднялась, поправляя полотенце, не глядя на него.       Тишина снова вошла в комнату, уже совсем другая. Наполненная недосказанным, тёплым и пугающим. Она сделала глоток остывшего чая.       Он посмотрел в окно, потом на неё.       — Ты в порядке?       Она кивнула.       — А ты?       — Почти. Кажется, я уронил свою гордость где-то между твоей кружкой и этим диваном.       И, впервые за эти несколько минут, они оба засмеялись, немного неловко, немного смущённо, но по-настоящему.       И снова дождь за стеклом. Но теперь он звучал иначе.       Они всё ещё сидели рядом, будто между ними не произошло ничего, кроме случайного падения. Но дыхание у обоих всё ещё не выровнялось до конца. Элли сделала последний глоток уже холодного чая, встала и аккуратно сняла полотенце с плеч, сложив его на подлокотник дивана.       — Мне… пора, — тихо сказала она, не глядя в глаза.       Энтони кивнул, не удерживая. Он проводил её до двери, молча, но что-то было в этом молчании, не прощание, скорее обещание. На пороге она обернулась, будто что-то хотела сказать, но передумала и просто кивнула.       — Спасибо за чай… и за… — она не договорила.       — За диван? — попытался он улыбнуться, и уголки её губ дрогнули в ответ.       — Наверное, — коротко кивнула она и шагнула под ставший тише дождь.       Он смотрел ей вслед, пока её силуэт не растворился за углом. Магазин снова стал тихим, слишком тихим. «– Ты бредишь. — Возможно. Тобой»