Глава 1 Аси

Предисловие

(Обязательно к прочтению)

      Книга от первого лица — т.к для меня кажется невозможным написать от лица автора запутанную и немного тяжелую историю с активным сюжетом. Фишка состоит в личных мыслях героев, их переживаниях, характерах, догадках и страхах, а так же, рассуждениях на тему одной или иной ситуации. В большинстве своём, идёт диалог с сознанием, разумом и внутренним голосом героя.       Данная книга: «Играй по правилам или умрёшь», написана от и до, так что велком)) можете начинать читать первую главу смело и не терзать себя ожиданием продолжения.       Так же, очень прошу вас читать предельно внимательно каждую строчку. Не бегать глазами по абзацам, чтобы в вашем восприятии сложился чёткий пазл сюжета и не было чувства сумбура. Везде есть отсылки, пасхалки. Поэтому, не стоит считать эту работу, как какую-то бессмыслицу. Если вы не смогли выяснить суть — то это уже проблема не в книге. Это детектив, с нотой темы о трудности невозможных отношений. Возьмите за основу любую другую книгу и вы поймете, что пропустив из виду и внимания какую-то, даже мелкую деталь — теряется в принципе вся ясность картины.       Так что логика есть везде и если возникнут вопросы — смело пишите, я на всё отвечу)       Так же хотела сказать, что идентичной книги по сюжету я ещё не встречала. Вот честно. Это не стандартный, розовый и сопливый роман, который построен на клишированном клише. Могу поспорить с любым, что вы никогда не догадаетесь о том, что будет в каждой последующей главе. Непредсказуемость и интрига обеспечена) Так что, освободите один свой день ото всех дел и просто окунитесь в это😮‍💨 Приятного прочтения)

Условные обозначения

*** — интервал событий в сутки / несколько дней.        … — интервал событий в несколько минут / часов.        ______________ — переход повествования с первого лица на автора и наоборот.       Аси       Я родом из Бурсы. По крайней мере, так твердят мои документы и воспитательницы из дома-интернета, в котором я жила до 18 лет.       У меня всё, как у всех: две руки, две ноги, одна голова и миллион несбывшихся мечт, которые я во что бы то не стало осуществлю. Обязательно осуществлю. Каждые пол года, к нам в интернат стабильно приезжала целая делегация деловитых мужчин и женщин из Стамбула и расхваливала, как необычайно прекрасен этот город, какие небывалые вершины и возможности нас ждут, если мы согласимся поехать туда именно с ними и если вдруг повезёт с работой, то сможем даже остаться в Стамбуле навсегда и построить в этом городе небывалую карьеру в своей отрасли.       Я, как человек, который совершенно не имел какого-либо бескорыстного наставничества в своей жизни среди старших, бредила этой безумной, но в то же время великолепной идеей с шестнадцати лет.       — Ещё два года и я смогу стать самостоятельной, — говорила я каждое утро сама себе, нехотя вставая на пары в колледж, что был при интернате. Училась я, кстати, на факультете дизайна.       Организация под названием «Трудоустройство и жильё», которая обычно приезжала летом и зимой, на своих конференциях в актовом зале обещала нам, что после достижения совершеннолетия, успешного прохождения конкурсного отбора, а так же полной медкомиссии и небольшого практического экзамена под названием «Правила оказания первой помощи при различных ранениях и травмах», нам автоматом будет оплачен билет до Стамбула в один конец, а так же, будет оказано непременное содействие в помощи поиска работы, вернее, эта благотворительная организация предоставляла нам список заведений и организаций, куда могли бы нас взять со средним специальным образованием, а так же, нам предоставлялось бесплатное общежитие сроком на одну неделю.       — Не могу поверить! — прыгаю я от радости в комнате, которую делила с ещё тремя девочками, — Уже завтра я буду в Стамбуле! — в розовых мечтах и с широкой улыбкой на лице, беззаботно падаю спиной на узкую и довольно жёсткую кровать, но с озорным блеском в глазах, смотрю на выкрашенный побелкой потолок, уже представляя своё прекрасное будущее.       — Повезло… — тихо пролепетала Руйя, — У меня вот нашли на коже сыпь и молочницу… — грустно кидает листки с медкомиссией на комод, — Придётся работать теперь в интернате учителем…       — Ну не расстраивайся, — мягко смотрю на соседку, повернув голову на подушке, — Вообще, почему они так зациклились на этом? Если в списке только вакансии официанта и продавца-консультанта?       — Я вот тоже не понимаю, — ответила Мелек, которая была довольно полной девушкой, но симпатичной, — Мне сказали, что я просто не подхожу по параметрам…       — А мне сказали, что у меня усы растут под носом… — подытожила Хатуч, — Они словно моделей каких-то отбирают, а не официанток. Не понимаю, какая вообще разница… — укрывается с головой одеялом, будучи очень огорченная отказом.       — Давайте договоримся, что когда я найду работу, то со временем, вы все переедете ко мне, — широко улыбаюсь, садясь на кровати в позе лотоса, — И не нужна нам будет никакая благотворительность.       — Обещаешь? — шмыгнула Руйя, поднимая на меня мокрые глаза.       — Конечно обещаю! Мы с вами столько лет уже вместе прожили, как сестры, — отправляю всем воздушные поцелуи, чувствуя внутри небывалый трепет.       — Возьми с собой запасной телефон, чтобы всегда быть с нами на связи, — заявляет Хатуч, доставая заначку из шкафа-пенала, — Я что-то переживаю за тебя, — самостоятельно сует гаджет мне в сумку, под двойное дно, — Так будет немного спокойнее.       — Да что со мной может случиться? Мы же под присмотром интерната, — смеясь отмахиваюсь рукой, от столь глупых слов, но таки благодарю подругу за оказанную заботу.

...

      Перелёт в Стамбул прошёл прекрасно, нас встретили сразу в аэропорту. К слову, из всего интерната за данное полугодие, отбор прошли только десять человек. Пять парней и пять девушек. Со всеми я была знакома, пусть и не лично, конечно, но по именам могла окликнуть точно.       Доехав на трансфере до оговоренного общежития, нас расселили по двум комнатам. В одной были девочки, в другой, соответственно, мальчики.       Прошло буквально пару часов, с момента нашего приезда, как к нам с девочками зашла взрослая, светловолосая женщина и достала из коробки пять красных браслетов на котором чёрными символами были напечатаны: наименование их организации и номер телефона.       — Это только для экстренных звонков. Просто так не названиваем, понятно? — произносит женщина, цепляя браслет на мою правую руку, — Заблудились вы, хотите кушать — звонить запрещено. Только экстренные звонки. Это ваша безопасность в данном городе.       — Хм. Например? Какие звонки являются экстренными? Звонить можно, только если нас захотят убить? — звонко рассмеялась Чагла, уже закончив наносить блеск на свои пухлые губы.       — Да, — холодно ответила женщина, а у меня уже прошёл мороз по коже от подобной мысли.       — Сейчас, вы все пойдёте делать фото для своих портфолио. А так же, с вас снимут мерки.       — А мерки зачем? — неодобрительно насупила брови я, начав чувствовать что-то неладное.       — Для гроба? — снова смеясь подтрунивает Чагла.       — Для униформы, — со сталью в голосе ответила белобрысая сотрудница, — Приложим к вашему резюме.       Оставив нас наедине, женщина по имени Неслихан (в этот раз на её груди красовался бейдж) пришла вновь спустя пятнадцать минут за нами, дабы проводить к фотографам.       Парни уже заканчивали свою странную фотосессию, кто-то был с оголённой грудью, кто-то с влажными волосами, кто-то лишь в белье, от чего мои глаза снова норовили выйти в шоке из орбит.       — Это что за портфолио такое… — громко сглатываю в страхе, когда к нам подходит костюмерша со стойкой на колёсиках, на штанге которой были развешаны короткие платья различных цветов и фасонов.       — Это подарок. Мы ваше портфолио отправим в модельные агентства. Презент от нашей организации, так сказать, — двусмысленно усмехнулась Неслихан, обводя меня оценивающим взглядом с головы до ног.       — Эм… А если я этого не хочу? Если скажу нет? — тревожно поёжилась плечами.       — Некрасиво от подарков отказываться, куколка, — женщина дёрнула меня за кончик носа пальцем, — Надень-ка, во-о-он то платье, — тыкает на вешалку, где в первом ряду висел небольшой, серебристый кусочек ткани с пайетками.       — Что?? — едва ли не вскрикиваю на настороженных эмоциях, — Нет! Это пошло! Я не хочу никакого портфолио! Вы в своём уме?? Работы официанта мне будет достаточно! Хватит!       — Да ну прекрати, — расплывается в максимально располагающей к себе улыбке Несли, — Тебе уже восемнадцать лет, ты сейчас находишься в Стамбуле. Перед тобой открываются миллион прекрасных дверей и возможностей. Пора взрослеть, детка. Давай, давай, — сняв с перекладины наряд, упрямо суёт его мне прямо в руки, — Примерочная там, — тычет пальцем на шторку и я послушно ухожу, уже поругав себя сто раз за то, что вообще припёрлась сюда и веду себя, как самая настоящая мямля, с полным отсутствием характера, которая даже не в состоянии нормально отказать и ответить: «Нет».       Встав в объектив камеры в подобном недоразумении, я таки вся сжимаюсь и горблюсь, боясь показаться какой-то распутной и постыдной девкой, как наконец, мои страдания спустя пять минут заканчиваются и я быстро переодевшись в свои серые брюки и белую блузку, иду снимать с себя мерки в соседний павильон, дабы после, как можно скорее, вернуться в комнату.

…

      Прошло шесть дней из оплаченных общежитием семи. Меня никуда не хотели брать на работу. Вообще никуда. Причём отказывали, по самым глупым причинам.       То моя внешность не подходит для их коллектива. Им нужны только блондинки.       То мне нет 20 лет и я слишком маленькая возрастом для их магазина на вакансию продавца, то я слишком низкого роста для должности официанта...       Я на официанта устраиваться шла! Карл! На официанта! Не на модель! Какой рост?!       И вот, в списке оставалось всего последнее заведение, из которого меня так же успешно вытурили.       На улице был конец февраля, но было довольно тепло, я шла в белом свитере крупной вязки, светло-голубых джинсах, которые от бёдер плавно переходили на свободный крой и в белых сапожках на довольно высоком, но широком, устойчивом каблуке. Если спросите откуда у меня все эти вещи, то я отвечу. Это благотворительная организация каждому из нас выдала по одному образу, для прохождения всех собеседований.       Щ-щедрость.              Приодели в красивую обертку, так сказать, чтобы нас купили.       Фу, какое ужасное слово. Купили…       Беззаботно бреду по тротуару, глядя себе под ноги, как ко мне, на пол пути до общежития, подходит достаточно миловидная девушка лет двадцати, вместе с детской коляской в руках.       — Добрый день, извините пожалуйста, а вы не можете мне помочь? — жалобно спрашивает незнакомка, поправляя большую сумку на плече. По всей видимости, там были смеси, салфетки и прочая лабуда для спящего малыша.       — Да, конечно, что вам необходимо? — приветливо спрашиваю я.       — На самом деле, самая малость, — робко улыбается она уголками губ и кратко метнув взгляд за мою спину, снова сморит на меня, — Мой телефон сел, можно я с вашего позвоню своей маме? Пожалуйста… Она себя сегодня так неважно чувствовала, думаю вот сейчас, как она? Никак не могу определиться. Пойти домой с малышом или всё-таки заглянуть к ней в гости…       — Да, без проблем, — как само собой разумеющееся киваю и только начинаю искать телефон в сумочке, как чувствую, что чья-то ладонь затыкает мой рот вместе с носом, я начинаю плавно хотеть спать и последнее, что помню — это карий взгляд той самой девушки и её чертовски-устрашающая, дьявольская улыбка с белоснежными зубами на хитром лице.       — Сука… — бормочу из последних сил и неминуемо отключаюсь.       Не знаю через сколько минут мне удалось проснуться, но когда я ещё с закрытыми веками прихожу в себя, то мутно слышу разговор неизвестных мне мужских голосов поблизости, а так же чувствую, запах свежевыкуренных сигарет.       Фу. Ненавижу эту вонь.       Мужчины обсуждали какие-то контракты, поставки заграницу, товар и… Дилеров.       В горле прилично пересохло, а внутри так и бушевало любопытство разузнать, что вашу мать здесь происходит?! Поэтому, я открываю глаза и первое что хочу сделать — это дёрнуть руками и ногами.       Получается.       Значит, не связана.       Уже хорошо.       Сглатываю вязкую слюну в горле и полностью открыв глаза понимаю, что сижу у окна, в кожаном, бежевом салоне просторной машины, больше похожей на минивэн. Внутри сидят трое взрослых мужчин лет сорока, все брюнеты, с густой бородой на лице, в чёрных костюмах и белых, чистых рубашках. Что происходит…       — В… Вы кто… — спрашиваю заикаясь, часто моргая при этом в напирающем ужасе.       — О, моя девочка проснулась, — усмехнулся мужчина напротив, — Надеюсь, выспалась? По приезду домой сна тебе не будет, — двусмысленно рассмеялся тот и за ним хором подхватили все остальные. Что-о-о-о..?????              — П…Простите… Но что я тут делаю? — жму сумочку вплотную к себе, что была перекинута ремешком через голову, словно спасательный круг, — Меня ждут в общежитии, должно быть, произошла какая-то ошибка? — вежливо спрашиваю, стараясь не будить лишнюю агрессию в свою сторону.       — Ошибка? — усмехается бородатый незнакомец, открывая папку, — Да нет, — похотливо хмыкает, перебирая фотографии, — Ошибки нет, — буквально швыряет ими в меня и поймав несколько штук глянца налету, вижу пару собственных снимков, в том самом ужасном, открытом и вульгарном платье с пайетками, что были сделаны в профессиональной фотостудии.       — Это ошибка! — мотаю головой, словно находясь в бреду, — Вы всё не так поняли. Давайте я позвоню Неслихан? Вы знаете Неслихан? Это снимки для модельного агентства были!       — Ты про сутенёршу-Неслихан? — усмехнулся тот, потирая подбородок, заостряя пристальное внимание на гаджете, — Эй, — отозвал тот своего соседа без имени, — Мне написал Джессур, сказал товар продан. Деньги на месте. Давай заедем заберём по пути.

_____________

      — Ок, — послушно кивнув, тут же пишет водителю приказ о дополнительной парковке на площади.       Спустя буквально пять минут, машина останавливается, Аси видит в окне довольно оживленный район и вцепившись пальцами в ручку авто, едва ли не дрожит от страха в ожидании дальнейших событий.       — Мы быстро, пять минут, — говорит главный из всей этой банды информацию шофёру, открывая попутно выдвижную дверь в бок.       — А… А я могу купить воды..? В… В горле пересохло… — лепечет Аси, стараясь найти причину, по которой сможет покинуть эту железную клетку и бежать отсюда галопом не оглядываясь.       — Вон там вода, — тычет бородатый пальцем на кармашек сиденья и уже стоя на улице, поправляет свой галстук.       — У… У меня сахар упал… — плетёт что не попадя, — Можно я куплю сладкой воды?       — Газировку что-ль? — усмехнулся, — Следуй за нами. И без глупостей! — наказал угрозу пальцем и отодвинув край пиджака, предупредительно продемонстрировал пистолет.       — Поняла, поняла… — с бледным лицом, положительно мотает она головой и наконец оказавшись на улице, начинает украдкой озираться по сторонам, словно находясь в самом страшном триллере или фильме ужаса, стараясь придумать план своего побега и остаться при этом всём живой, а так же, желательно, невредимой.       — За мной, — командует самый высокий из группы, в то время как Аси, оказавшись окружённой живыми шкафами с трёх сторон, пытается построить в голове возможные последствия, если она прямо сейчас завопит во всё горло: «НА ПОМОЩЬ!».       Дойдя до необходимой клумбы, главный «альфа» садится на корточки и подняв сперва один камень, а потом второй, пытается отчаянно найти тайник и наконец, в третий раз, поднимает тот самый муляж, где была прорыта ямка, а в ней было пластиковое углубление и целый свёрток долларов, обмотанных тонкими резинками вокруг.       — Нашёл, — усмехнулся мужчина и поднявшись на ноги, оценивающе глянул на Аси, — Пошли за водой. Ну и за презервативами, — ухмыльнулся, глянув на ребят, — Хотя, вы себе сами покупа…       — Стоять! Поднимите руки! Немедленно! — послышалось сзади «альфы» и девушка увидев перед собой лица двоих жандармов, даже слегка выдохнула.       — Хах, — самонадеянно усмехнулся мужчина, — Поговорим? — плавно разворачивается с поднятыми руками средь бела дня.       — В участке поговорим! — грозит пистолетом.       — Комиссар, может договоримся? — дёргает бровью на зелёный сверток в своей задранной к верху ладони, — Сколько ты хочешь? — довольно ухмыляется.

__________________

      Аси       — Десять лет тебе дать хочу, — оба сотрудника начинают доставать наручники и в это время, двое остальных ребят, галопом бегут врассыпную, главарь достает пистолет, а я, что есть силы, бегу сломя голову куда глаза глядят вскользь толпу, игнорируя абсолютно всех сбитых людей на своём пути, несусь совсем не спотыкаясь, словно у меня за спиной отросли крылья для скорости и вот, добежав в двести метров до какого-то здания, резко дёргаю за деревянную, длинную, вертикальную ручку.       И, о, Аллах, дверь оказывается открытой!!       Быстро шмыгаю внутрь. Лёгкие болят от спонтанного кросса. Но плевать.       Я сбежала!! Сбежала!       Бегу по какому-то холлу напрямую и зашмыгнув за плотную штору, оказываюсь в непонятной комнате, в которой были развешены бесконечное количество тюля, балдахин, на полу стояли красивые стулья с бархатной обивкой, дальше был виден из того же комплекта диван и каркас евро-кровати.       — Так. Так… — тихо шепчу сама себе и нащупав в сумке телефон, безумно радуюсь тому, что те сумасшедшие маньяки его не отобрали, — Номер… — вбиваю необходимые цифры, что были на моём красном браслете, ведь ситуация на самом деле экстренная!!              Похищение человека это вам не шутки!       Прислоняю динамик к уху в ожидании гудков, но вместо этого женский голос вежливо сообщает.       «Номер не существует или набран неправильно».       — Стоп. Что..? — с чувством недоразумения сдвигаю брови и перепроверив каждую цифру с моим браслетом, набираю номер вновь, но ситуация неизменна, — Что за нахрен…       — Кто здесь? — послышалось из холла и я вздрагиваю, — Кто вы? — интересуется женщина повторно и отодвинув изумрудную, плотную ткань в сторону, уверенно заходит в мое пространство, — Вы заблудились? Что вы тут делаете??! Сюда нель… — переводит злостный взгляд на моё запястье, словно читая надписи и цифры, а после, моментально умолкает, смягчая взгляд, — Быть может, вам нужна помощь? — улыбается она наконец-таки.       — Да!! — почти что ору я, — Ещё как нужна! Мне очень нужна помощь! Мне срочно нужно домой! Что это за город такой?! Меня украли посреди улицы! Днём! Разве так можно?! Слава Всевышнему, что я смогла сбежать! Да, у меня возможно нет родителей и родственников, мне некому позвонить и обратиться за помощью, но я же человек!! Я просто приехала на заработки! Просто хотела устроиться официантом или продавцом! И всё! — кричу в приступе истерики.       — Ну тише, тише. Всё прошло.       — Помогите мне выбраться отсюда… — всхлипнув, подтираю мокрые, нижние веки пальцами, — Пожалуйста…       Женщина как-то подозрительно и хитро улыбнулась мне, но услышав: «Пойдём за мной», я правда была несказанно счастлива, что смогла найти в этом чёртовом городе нормального человека.       Мы поднялись на второй этаж, вернее незнакомая мне женщина шла впереди, а я плелась за ней сзади.       Через стену было слышно, как выступает целый симфонический оркестр и женщина поведала мне, что оказывается, там располагается самый настоящий Стамбульский театр       — А вообще, хочешь попробовать поработать у меня актрисой? — вдруг выдаёт темноволосая особа, словно невзначай, — В театре. Поработаешь немного, а я тебя сегодня ночью прикрою и завтра отпущу.       — Поработать? — уточняю я и трезво понимаю, что мне позарез нужны деньги на элементарный, обратный билет до Бурсы и быть может, эта незнакомка мне послана свыше, как моё спасение, после всего прожитого страха и кошмара, от чего я без особых раздумий положительно киваю, как теперь, меня заводят в длинный коридор, паркетный пол которого был устелен одним длинным, зелёным ковром. Освещение было относительно слабое и тусклое, поэтому, здесь было довольно темно.       Незнакомка остановилась в конце коридора, обернулась, ещё раз обвела меня странным взглядом и без особых эмоций произнесла:       — Следуй за мной.       Послушно киваю, как меня запускают в какую-то комнату.       В центре этой комнаты такой же узкий коридорчик, на полу которого выстелен уже бордовый ковёр, по левую и по правую сторону от меня установлены обыкновенные, должно быть гипсокартонные перегородки без дверей. К тому же, каждая «комнатка» была определённого цвета. Это я поняла из-за уголка проглядывающих стен с каждого отсека.       — Что это за место… — стою за порогом двери не шевелясь, — Гримёрки?       — Гримёрки, гримёрки, — ухмыляется женщина идя вперёд, — Пошли дальше. Робко ступаю два шага и повернув в пол оборота голову влево, замечаю голого мужчину, который мирно спал в одиночестве под синей простынкой на кровати, среди интерьера идентичного цвета.       — Куда вы меня привели?! — срываюсь на крик, когда до ушей из спереди-стоящего отсека, доносятся женские стоны, а после, шлепки и мужская ругань.        — Куда? — усмехается особа оборачиваясь, попутно убирая свой телефон в карман брюк, — Дорогая Аси, — дёрнула она вверх бровями, оценивающе смотря на меня, — Я знаю кто тебя выкрал, моя дорогая, — скрещивает руки на груди.       — Н… Не поняла??? — пячусь в страхе назад, упираясь спиной в закрытую дверь.       — Это наша стандартная схема, крошка. Для особых заказов. Точнее, для таких строптивых, как ты, — подмигнула мне, а я не понимаю, что вообще несёт эта больная на голову женщина, — Как бы тебе сказать… Это наш небольшой, «секретный» клуб, — хитро улыбается, — Допустим, тебя выкрали, но! Если поступит заявление о пропаже человека, допустим, от какой-то твоей подруги, то полиция может отследить тебя по камерам. Верно? Верно, — хмыкает, неся откровенно-несвязную ахинею, — Но, когда тебе, бедной, молоденькой девочке, удалось так удачно сбежать и спастись от лап самой смерти, то… — выгибает одну бровь.       — То..? — тихо спрашиваю я, уже чувствуя, как падаю в обморок.       — Ты сама к нам прибежала, малышка, — громко хмыкает и я рывком прихожу в себя и в реальность, — Никто не заставлял.       — Но… Но… Но если бы я забежала в другое здание?!       — В какое? — смеётся, — Тут одни дома. Ты бы смогла попасть в закрытый подъезд?       — Вы сумасшедшие????       — Да брось ты, — отмахивается, — Мы очень серьёзная организация. К нам обычно приходят пары. Ну или одинокие люди, — непринуждённо жмёт плечами, вновь доставая телефон, — Которые просто хотят разнообразить свою сексуальную жизнь. Что в этом такого, не правда ли? — с ухмылкой листает что-то на экране, — Скоро придёт клиент и уж постарайся отработать хорошо. Если им понравится, я тебе даже заплачу. Тысячу лир. Усекла? — подняв взгляд, спросила с грубым тоном, — И если повезёт, то возможно, я тебя даже отпущу (нет).       С распахнутыми от ужаса глазами, в шоке положительно киваю, дабы постараться усыпить её бдительность и когда женщина скрывается за другой дверью, тут же выбегаю обратно в холл, галопом несясь по ковру, который хоть как-то приглушал стук моих дурацких каблуков и буквально пролетев по лестнице на первый этаж, хватаюсь в небывалом страхе за ручку двухстворчатой двери, в попытках распахнуть её и выбраться быстро на волю, но всё оказывается закрыто...       — Ну же!! — отчаянно дергаю за другую ручку, но всё оказывается аналогичным, — Открывайся! — толкаю бедром жёсткое дерево до чувства боли в костях, начав в безысходности уже просто рыдать, как моих тонких локтей грубо касаются сильные руки, а после, меня резко оттаскивают от выхода назад, — Не-е-е-ет! — воплю, что есть силы, наблюдая за тем, как предательски отдаляется моя свобода, которая таилась за этой массивной «стеной» и начав нервно дёргаться из стороны в сторону, словно в истеричных конвульсиях, чувствую, как мои ноги больше не касаются пола и хрупкую меня, просто волочат два непонятных амбала, обратно на второй этаж, — Пустите! — пытаюсь ударить одного из охранников, как они синхронно останавливаются и перед моими глазами снова возникает эта ужасная дамочка.       — Послушай меня сюда, стерва. Или ты сейчас отработаешь, как подобает или я тебя пристрелю. Лично. Ты меня поняла?? — грубо хватает за клок волос у виска, притягивая моё лицо к своему, — Не слышу ответа?!       — Да пошла ты, — сама не понимаю откуда берусь смелости, но просто плююсь ей сгустком слюны прямо в глаза.       — Ах ты сука! — замахивается, уже готовясь наносить удар, но её рука неподвижно замирает в воздухе, а после, ладонь сжимается в кулак, — Твоё счастье, что ты — товар. И как известно, товар должен иметь товарный вид. А теперь, слушай меня внимательно. Чтобы сейчас, как миленькая пошла к клиенту и выполняла всё, что от тебя потребуют, а иначе, тебя даже крысы на помойке найти не смогут. Никто не сможет. И никогда. Догнала??       — Сама иди и обслуживай! Я тут причём?!       — Госпожа тебя выбрала. Точнее — твою анкету.       — Госпожа?! — вскрикиваю ещё больше, — Ты издеваешься?! У вас тут лесбиянский клуб?!       — Уносите, — указывает она мужчинам на вход в те «гримёрки», — И убедите её хорошенько, слишком борзая какая-то. Те положительно кивают и поставив меня на ноги, демонтируют у двери оружие, что было под их пиджаками, точно так же, как у тех самых ребят, которые пытались похитить меня.       — Не дури и просто слушайся, — спокойно произносит один из охраны, отпирая дверь,              — Отсюда выхода нет. Или ты играешь по правилам и живёшь дальше или всё же выходишь, но вперёд ногами. Выбор за тобой.       Пиздец…       Пиздец.       Пиздец!!!       Приехала из Бурсы! Приехала воплотить мечту называется! Что это вообще такое и как подобное понимать?! Ты ебанутая, Аси, ебанутая… Почему тебя взяли, боже… Вот оказывается из-за чего Руйю с молочницей не пропустили в отбор, а ты дура, даже не задумалась об этом!       Ступаю внутрь одним шагом, вторым, сердце колотится просто невероятно. Может, у меня случится сердечный приступ? Они вызовут скорую и я спасусь??? Но ничего не происходит и я иду вперёд, по левую и правую сторону происходят ужаснейшие вакханалии, кого-то бьют розгами, кого-то душат и у незнакомой для меня девушки, по щекам ступают слёзы, а после, она вовсе теряет сознание от удушья и я в шоке замираю, уже собираясь двинуться к ней на помощь, как меня подталкивают в спину для скорости, ближе к розовой комнате и оказавшись внутри, я вижу перед собой взрослую, ухоженную женщину лет сорока, а справа от неё, стоял молодой парень лет…. Двадцати..?       — Раздевайся, — произносит незнакомка буквально с порога.       — Ч... Что простите? — растерянно хлопаю глазами я.       — Что не понятно? Снимай давай свой свитер, джинсы, сапоги. И да, будет отдельная просьба, бельё не снимай. Порви его.       — Порвать??? — удивляюсь подобному приказу так, словно это самое странное из всего происходящего вокруг меня.       — Мы тебе столько платим, дорогуша. Новое купишь, — хмыкает, как само собой разумеющееся, смотря на без эмоционального парня, который словно был под чем-то, — Так что рви. Это моя прихоть такая, — усаживается на диван, закидывая одну ногу на другую.       — Мне нужно будет просто раздеться и потом я могу идти..? — робко уточняю, с нотой надежды в голосе.       — Что?? — рассмеялась женщина так громко, словно она сейчас сидит на стендапе, — Это только начала, дорогуша. Сперва ты разденешься, а потом, Алаз тебя трахнет. Всё, как всегда. Что ты прям, как в первый день будто, — закатывает нервно глаза, — Я опцию простушки не заказывала. Приступай. И раздевайся не мне, а ему, — тычет пальцем на парня, при этом вальяжно откидываясь на спинку мягкого дивана в ожидании грядущего представления.