Глава 1. Случайная лекция

Мира Новосёлова, та самая студентка-отличница, никогда не ходила на бесплатные лекции просто так. Каждая минута её жизни была расписана: учёба, подработка в библиотеке, вечные конспекты. Но в тот день Сашка буквально впихнул её в аудиторию, бормоча что-то про «нетворкинг» и «возможности». — Ты серьёзно думаешь, что мне это нужно? — прошипела она, но задержалась у двери, когда увидела заполненный зал. На сцене стоял мужчина в идеально сшитом костюме, который даже на расстоянии выглядел дороже, чем вся её стипендия за год. — Дмитрий Шмидт, — прошептал Сашка. — Основатель «Шмидт Корпорейшн». Если верить слухам, раздавил пару конкурентов, прежде чем стал монополистом в строительстве. Мира сжала потрёпанный блокнот. Она не собиралась ничего записывать, но его голос — низкий, уверенный, с лёгким намёком на насмешку — заставил её машинально открыть страницу. Лекция была жёсткой, без слащавых мотивационных фраз. Только цифры, только факты. Он говорил о деньгах так, будто они были грязью под его ботинками, а не смыслом жизни, как для всех в этой аудитории. Когда закончилось, Мира резко встала, собираясь уходить, но вдруг услышала за спиной: — Ты. Она обернулась. Шмидт стоял в двух шагах, руки в карманах, изучая её с холодным любопытством. — Я?.. — голос Миры дрогнул, и она тут же стиснула зубы. — Ты единственная, кто не делал вид, что понимает. Всю лекцию сидела с лицом, будто тебе вот-вот станет плохо. — Я… просто анализировала, — она попыталась говорить твёрже, но звучало это жалко даже в её ушах. — Анализировала? — Он резко рассмеялся, но в его взгляде промелькнуло что-то неожиданное — интерес. Настоящий, живой. — И что твой «анализ» выдал? Мира почувствовала, как подступает ярость. Не от его тона, а от того, что он прав — она действительно не верила ни одному его слайду. — Что половина ваших кейсов — откровенный обман. Вы говорите про «честные стратегии», но ваш рост в 2018-м был явно на откатах. Тишина. Шмидт не моргнул. Но вместо гнева в его глазах вспыхнул азарт. — Докажи. — М-мне нечего доказывать, — Мира отступила на шаг. — Я просто… — Просто испугалась? — Он наклонился чуть ближе, и теперь она разглядела в его взгляде не только вызов, но и странное тепло. — Ты только что обвинила меня в махинациях, а теперь мямлишь? — Я не… — её пальцы сжали блокнот так, что костяшки побелели. — Или ты думаешь, я не знаю, что мои конкуренты платят студентам за слив информации? — голос его стал тише, но опаснее. Мира резко подняла голову. — Если бы я хотела вас подставить, я бы не сидела в первом ряду с глупой тетрадкой! Шмидт замер. И вдруг — неожиданно для самого себя — почувствовал, как что-то внутри дрогнуло. Этот огонь в её глазах, эта дерзость… Она даже не представляла, как выглядит сейчас: взъерошенная, злая, с тетрадкой, прижатой к груди, как щит. Он привык к тому, что перед ним либо заискивают, либо ненавидят. Но эта девчонка… Она просто не боялась. И это заставило его сердце биться чаще. — Приходи завтра. Та же аудитория, — бросил он, но теперь в его голосе сквозило не презрение, а вызов. Почти приглашение. — Если не струсишь. И ушёл, оставив её с бешено колотящимся сердцем и одной мыслью: «Чёрт. Я только что нажила себе проблемы». А сам он впервые за долгие годы улыбался по-настоящему.